Доехал до офиса «Контура», подошёл к стойке и под внимательным взглядом охранника приложил пропуск к вертушке. Пропуск мне как раз выдавал ещё Иван по распоряжению Виноградова. Впервые им воспользовался, ведь обычно меня ждали и провожали.

Поднялся на лифте. И камера меня записала, и пропуск сам сказал, что это я, и увидели меня в коридоре. Впрочем, сейчас я и не пытался скрываться, незачем.

Прошёл по коридору. Мужчина лет сорока в белой рубашке стоял у автомата с кофе и ждал, когда наберётся картонный стаканчик.

— А, ты же новичок, — он посмотрел на меня, и я кивнул. — Жаль, что так с Ваней вышло.

— Да.

Глеба не было, встреча не начиналась, всё начальство сидело на совещании. Я решил посмотреть, какие вообще у меня есть легальные возможности хоть как-то поработать.

Кабинет мне не полагался, но я мог поработать в одном из оупенспейсов, как это оговорили ещё давно. Мне даже учётную запись сделали — VALebedev. Так что я зашёл в одно из помещений, сел за свободный комп, и никто из соседей ни о чём не спросил. Каждый занимался своим делом.

Так как всё хранится на сервере, то работать можно было за любым компом. Так что я расположился поудобнее, а мыслями прошёл во дворец памяти, где в отдельном зале хранил все коды и пароли.

Интересовала отдельная стена, где висели три картины. Слева была «Тайная вечеря», где были записаны кодовые слова к криптокошельку Тумана. Одна из первых картин, которые я увидел в чужой памяти.

Справа — моя собственная, с тремя драконами (белый, зелёный и красный), которые сидели за столом из «маджонга», на котором лежали белые кости из этой игры. Драконы курили сигары и пили виски, да и вообще, в костюмах выглядели прилично, но так было проще запомнить.

Здесь я записал три части кода, который Туман хранил на записных книжках всех трёх агентов-драконов, чтобы использовать против Ланге. Я пока не нашёл, в чём был замысел шпиона, ведь этот участок памяти выгорел чуть ли не буквально. Это какая-то страховка, которую Туман хотел передать Холодову, что я сделал вместо него. Ждём развития событий и пытаемся вспомнить.

И в центре ещё одна картина, тоже моя — сцена из «Атаки Титанов», где я записал все логины и пароли от «Контура», которые мне были известны. На картине была изображена разломанная стена, в которой были замурованы титаны, ну и всякие детали поверх неё, чтобы получились цифровые коды.

Ввёл пароль, открыл почту. Оказывается, туда даже приходила корпоративная рассылка, были напоминания о встречах и ещё просьба зайти в бухгалтерию, чтобы забрать, наконец, карточку. Мне же зарплату на неё начисляют. Надо потом зайти, а то становится подозрительно, что студент не берёт деньги. Хотя пусть думают, что стесняюсь.

В итоге убедился, что здесь глухо, так что поднялся и начал ходить по коридорам, закрывая белые места на плане, где ещё не был. Нашёл лестницу, ведущую на этаж выше, где сидело начальство, и куда можно было подняться в обход лифта.

Там встретил Глеба, который тайком курил. Ага, значит, камеры здесь ненадёжные, ведь курить в здании запрещено.

— Убил бы, — сказал он, мрачно глядя в стену перед собой. — Прикинь, Вадя. Они допросили Паука, и он, гандон усатый, начал врать.

— О чём? — я встал напротив.

— Да что якобы пару дней назад с ним вышел на связь какой-то агент какого-то доктора, — отмахнулся Глеб. — И типа этот агент убил Ваньку. Будто он за тобой гонялся, этот агент, увидел угрозу от Вани и напал.

— Врёт же. Версия с несчастным случаем развалилась, менты даже в курсе. Вот и придумал другую.

— Угу, — он кивнул и выпустил облако дыма. — Зато Петренко в это уцепился, лишь бы свою жопу прикрыть. Мол, Ванька недоглядел, из-за тебя, и я ещё типа накосячил. Слушай, сейчас с тобой пойду, такое им…

— Разберусь, — сказал я. — Ему так выгодно говорить, ведь нет никакого агента. Он сообщника скрывает, факт. И Петренко выгодно думать, что агент есть. А я вот следы сообщника засёк…

Глеб затаил дыхание, начиная слушать. Но очень уж он злой. Конечно, с Пауком ему говорить не дадут, Паука от него будут беречь. Но мы всё равно на него выйдем. Тем более, Лёша прислал сообщение, что что-то накопал.

— Ты сейчас чем занимаешься? — спросил я.

— Посадили отчёты разгребать, — посетовал Глеб. — Я печатаю одним пальцем, а они меня за комп отправили.

— Короче, будет наводка, — приглушённым голосом сказал я. — Жди меня в центре, — я назвал адрес. — Сможешь хвост от себя снять?

— Я-то смогу, а ты?

— За меня не волнуйся… Жди там долго, пока не покажусь. Как закончу, так сразу туда. Надо кое-что проверить.

— Телефон выключи, — посоветовал он. — Чтобы не спалили. Как Ваня учил.

Расстались мы как два заговорщика. Вскоре пригласили в кабинет начальника филиала, где сидело много подозрительных мужиков в чёрных костюмах, одинаковых, как агенты Смиты из «Матрицы».

С ними был приехавший из Москвы Виноградов. Петренко не было, а жаль, я бы ему высказал.

— Ты как, Вадя? — с сочувствием спросил Виноградов.

Такой тон для него было необычным.

— Хреново, — честно сказал я.

— Короче, мы с Роговым поговорили, — начал Виноградов, — решили тебя в Москву забирать пораньше. А то недоброе это дело, ты же под угрозой. Сейчас подтянем контакты, оформим тебе сдачу сессии досрочно, сдашь и переедешь. А пока под охраной побудешь. Приставим к тебе людей.

Ну здравствуйте. Сроки горят, и времени нет, ещё хвост приставили. И сессия раньше времени. Но крутиться всё равно буду. Ведь у меня появлялось очень много наводок, которые надо обработать.

— Прям как вип-персона, — сказал я.

— Лебедев, не язви, — попросил Виноградов. — Да, мы проворонили. Ты, как оказалось, был прав. Но у нас работа не про эмоции. Дальше надо действовать.

— С этим вашим Пауком? У него так-то сообщник был, который караулил.

— И вот чтобы ты на пару с Шиловым дров не наломал, — к нему вернулось его обычное вредное выражение лица и противный тон, — будете находиться под присмотром. А то знаю я, что ты в гостиницу к нему приходил, планы строили. И мент тот интересуется ещё сильнее. Так что так спокойнее будет…

Не хотят помогать, поэтому свой козырь раскрывать не буду. Незачем им знать, как я вскрыл машину, раз сами не сделали выводы от её осмотра. Считают, что в городе ещё один агент Ланге, и закрыли глаза на остальное. Значит, как и думал действовать буду без их помощи.

Но я продолжал. Едва вышел из «Контура», как у стоящего на обочине чёрного внедорожника открылась дверь, а похожий на бандита водитель, которого звали дядя Серёжа, встал рядом. Там ещё и охранник был, высокий Максим, который был шире меня раза в два. Знал обоих, видел в «Контуре». Оба опытные оперативники, и лёгким способом от них не оторвёшься.

Зато точно как вип-персона, под своей охраной.

— Здрасьте, — сказал я со своей обычной непосредственностью, которую все от меня привыкли видеть.

— Тебе куда, Вадик? — спросил дядя Серёжа.

— В институт.

— И что там делать? Ты же не пошёл на пары с утра.

— Лекции забрать сегодняшние надо, потом готовиться, в библиотеку зайти.

— Ты, парень, молодец, всё равно на своём стоишь, — второй оперативник, которого звали Максим, приятельски похлопал меня по плечу. — Тебя выбить из колеи не так-то просто, да?

Внедорожник увёз меня к институту и остановился у самых ворот, где был припаркован БМВ одного из наших богатеньких одногруппников. Он и его компашка как раз тусовались там, записывая тик-токи на фоне тачки.

Максим вышел первым, огляделся и открыл мне дверь.

— Ты чё, Вадя, теперь с охраной ходишь? — удивился Мага, уставившись на меня.

— Времена неспокойные, Мага, вот и нанял, — пошутил я.

Тот удивился ещё сильнее, потом начал записывать голосовое, поглядывая в мою сторону. Тоже, наверное, захотел ездить с охраной.

Оба моих наблюдателя остались снаружи, но хитрый Максим поставил машину так, чтобы видеть выход из столовой, откуда я тогда свалил, убегая от ФСБшников.

Ну, пусть стоит, в этом институте очень много выходов.

Я выключил телефон, а после достал из-за воротника прикреплённую туда мини-таблетку с отслеживающим жучком, которую мне приклеил Максим, когда хлопал по плечу. Думал, что не замечу. Но пока я её не убирал. Пригодится, чтобы запутать хвост.

Нашёл Лёшу в буфете, откуда вкусно пахло печёным. Он ел сосиски в тесте вместе со Славиком. Судя по хрусту, совсем свежие. Перед ними на столике был открыт ноутбук, на экране виден сайт с компьютерными креслами.

— Ну ты чел, блин, даёшь, — осуждающе сказал Славик. — Никогда не бери эти геймерские кресла, от этих ковшей всю спину себе испортишь. Это же прогрев. Ты ещё подсветку туда подключи.

— Просто показал, чтобы ты посоветовал, а не душнил, — возмутился Лёша.

— Вот скажи же, Вадя, — Славик заметил меня, — лучше брать обычные офисные. В сеточку ещё можно взять, чтобы не потеть. Они и дешевле. База же?

— База, — подтвердил я. — Лёша, я к тебе.

— Сейчас, только избавимся от этого токсика, — он покосился на Славика.

— Да всё, ухожу, — тот поднял обе руки. — Ты нормально, бро? — спросил он у меня с сочувствием.

— Нормально. Лекции потом у тебя возьму? У тебя почерк хороший.

— Конечно.

Славик удалился, оставив мне пару толстых тетрадей. Я кивнул Лёше.

— В подвал давай. Там найдём аудиторию, посмотрим, что получилось. Накопал уже?

— Ага. При Славике не говорил.

— Ладно. Ты иди, я догоню.

Я хотел отойти отдельно на случай, если «Контур» подключился к местным камерам, чтобы наблюдать за мной. Правда, Лёша сразу попал в неприятности. Он отошёл всего на пару шагов и столкнулся с Кириллом, ещё одним нашим одногруппником.

Вернее, с ним столкнулся Кирилл, даже не думая хоть как-то избежать столкновения, и задел Лёшу плечом.

— Ты чё, Лёшик, офигел? — тут же окрысился мажорик.

— Да ты сам-то куда идёшь?

— Чё? Ты, смотрю, совсем…

Я подошёл ближе и положил руку на плечо Кириллу.

— Вот чё ты душнишь опять? — спросил я. — Нормально же всё было.

— Да просто столкнулись… — пролепетал Кирилл.

Он в последнее время не то, что не пытался меня доставать. Он вообще меня избегал, и сейчас тоже не собирался оставаться здесь дольше положенного.

— Иди на пары уже, — сказал я, направив его в спину лёгким толчком. — И Лёшу не задирай, понял?

— Понял, — пробурчал он.

А в капюшон его толстовки я успел спрятать тот отслеживающий маячок. Пусть Максим думает, что я сижу на паре, и не сразу поймёт, куда я делся.

В подвале нашёлся свободный кабинет, там раньше декан Иванесс вёл свои пары. Мы сели спинами к стене, чтобы никто из вошедших случайно не увидел экран, и Лёша начал показывать наработки.

— Быстро получилось, — похвастался он. — Но это же нейросетка, она некоторые случаи придумала.

— Много?

— Да. Вот, про упавшую с лестницы бабку. Хорошо, что я проверять начал, смотрю, что её никогда не было. А сетка ещё оправдывается.

Я как раз увидел диалог в чате: «да, вы совершенно правы, этого случая не было в выборке, и я его придумала». Да уж, восстание машин пока откладывается.

— Прямо на паре сидел, бро? — спросил я.

— Ага, — он закивал.

— Спасибо. Ты у Славика потом тоже лекции возьми, а то сессия скоро, сдавать надо. У тебя же большие планы.

Он скинул мне ссылку, только что собрав до конца простенький сайт.

— Фигня получилась, — смущённо сказал Лёша. — Времени-то мало было.

— Круто вышло, бро. Ты настоящий друг.

— Целых три агента настроил для этого дела, — с гордостью сказал он. — А для чего это тебе надо?

— Потом, Лёш. Пока поработать надо. Спасибо.

Сайт немного глючил и тупил, но в итоге заработал. На карте города вскоре появились точки и активные ссылки. Прозвенел звонок, я пока сидел, читал, а Лёша ушёл. Он молодец, вышло отлично, Туман о таком даже не мог мечтать.

Да, здесь не прям что кликаешь и получаешь всё нужное, но нужной информации достаточно, и это здорово экономит мне время. Лёша сделал фильтры, и я сразу отсеял явный криминал.

Нейросетка сделала справку по каждому такому случаю, в том числе комментарии из чатов, фотки погибших, если они были, имена, где писались. По этим именам даже был поиск по открытым судебным решениям, нейросетка проверяла некоторые случаи, чтобы отсеять криминал.

И в итоге на этой карте была отмечена немалая часть несчастных случаев, произошедшая в нашем городе за последние пару лет. Не всё публикуется в инете, иначе было бы больше данных.

Также нейросетка собрала некрологи, что было очень полезно, ведь там можно было узнать, где работал погибший.

Случаев не так и мало. Я даже нашёл погибшего Жору Витебского, которого случайно прибил бандит Слон, что хотел повесить на меня, и пару жертв Паяльника, когда он зачищал хвосты. Да, были времена.

Но это не наш случай, так что его я отсеял. Жора хоть и формально упал с лестницы и убился, но там был виновный. Правда, нейросетка этого не знала, зато нашла много чего другого.

Так что восстание машин хоть и откладывается, но не отменяется.

Через полчаса я выбрал семь несчастных случаев: три аварии с гибелью водителя, сбитый пешеход, одно падение с балкона, ещё одно падение в канализационный люк, и парень, которого при сильном порыве ветра задавило упавшее дерево.

Откинул случай с пешеходом, ведь там был виновный в аварии пьяный водитель. Про падение с высоты тоже подумал и сначала хотел убрать, но пока отложил. Просто парень жил в новостройке, где кто-то придумал очень низкие балконные ограждения. Неловко ступишь, особенно пьяный, и упадёшь. А он был пьяный… так написано в комментах. А в другом написано, что он не пил. Ладно, посмотрим.

Больше бы мне сказали справки из дел, но нейросетка проверяла только то, что было в открытом доступе. А справки от судебно-медицинских экспертов в сеть никто не выкладывал. Была бы такая система у ментов, быстро бы они находили нужное. Хотя Корнеев работает над её введением, особенно если он будет отдавать ментам данные со своих устройств.

Что дальше? Дерево — точно не мой случай, потому что жалобы на старый вяз в том парке были давно, и парню просто не повезло. Он ещё в наушниках шёл, не услышал.

Оставил себе случай с упавшим с балкона пьяным парнем, врезавшимся в столб водителем и другого, перевернувшегося. Оставил упавшего в канализационный люк мужика, потому что там был настоящий ред-флаг — это оказался главный инженер с АЭС, которая находилась в области, и об этом писали в новостях.

А Паук с АЭС работал, возможно, прибил завербованного агента или устранил опасного свидетеля. Это наш случай, но данных в сети мало. Напрягу Глеба, чтобы поискал по своим каналам.

Откинул ещё одного погибшего водителя, потому что его вообще не существовало. Нейросетка заглючила и выдумала несуществующий факт, как с той бабкой.

Осталось два случая на проверку. По обрывкам информации я подключился к своему облачному серверу, который у меня был по методу Тумана, и там проверил базы данных, которые у меня были.

Несколько из них я спёр у телефонных мошенников из Днепропетровска, ещё пару купил в даркнете за крипту, не очень дорого. Там были утёкшие базы доставок продуктов, документов и покупки билетов на поезда и самолёты.

Так что по косвенным признакам там, где были имена, я уже мог посмотреть биографии погибших, собрав по ним данные уже вручную.

Упавшего с балкона звали Валерий Андросенко, 22 года, работал автомехаником, родом из Сочи, и ездил туда каждый год. А в аварии разбился Сергей Курников, 53 года… который три года назад работал в фирме «Константа», той самой, которой владел Паук.

С ним понятно. Это или ненадёжный сообщник, или узнал что-то, что ему было знать нельзя. Но в чём молодой Валера был виноват, или это действительно несчастный случай?

Нашёл его страницу в соцсетях, где вся стена была завалена рисунками горящих траурных свеч и соболезнованиями. Посмотрел снимки. Ага, работал на крупного грузоперевозчика, чинил грузовики. А вот это уже ниточка, которую мне подсказал Верещагин. И что, Валера, ты увидел что-то в гараже и напугал их этим?

Посмотрел группы, на которые он был подписан и которые себе репостил. Волонтёр, спортсмен, бегал марафоны, занимался боксом, ходил в тренажёрный зал. Любил сериалы, встречался с девушкой, интересовался новыми технологиями, играл в КС-ку, даже в сборной города состоял. Учился на заочке, служил в армии, работал с грузовиками, в которых разбирался. В общем, явно не тот, кто может спьяну упасть с балкона. Хотя балконы там, конечно.

Но чую, это мой случай, и пока листал дальше. Фотки уже были трёхлетней давности, я смотрел ещё. Были фото с работы, в гараже, в яме…

Есть! Он снял коллег, которые обедали за столом. И сбоку, не сняв кепку, сидел обычный с виду мужик в свитере, который ел суп, держа под ложкой кусочек хлеба, чтобы не капать на штаны.

Ну здравствуй, тварь.

— Попался, — тихо сказал я.

Это он.

Пусть на тех снимках, сохранившихся в машине, было совсем низкое качество, это был именно он, я узнал. Но кто это? На фото он не отмечен. Просто смазанное лицо, будто он пытался спрятаться даже во время такого снимка. Но остальные детали бились, особенно расположение глаз, бровей, ушей и овал лица, хотя с тех пор он растолстел.

Валера что-то увидел, и этот козёл с ним разобрался? Он же мог брать машину тайком для их дел с Пауком, и Валера это понял. За что с ним и разобрались.

Очень возможно.

Но нет ни имени, ничего. Искать по фото можно, но это надо заново настраивать нейросеть, а это долго. И лицо Лёше я показывать не хотел, ведь это для него может быть угрозой. Пусть знает поменьше.

Но зато знаю, где можно поискать. И это бьётся с тем, что мне говорил Верещагин. Ведь машина покинула сектор не своим ходом, а у этого типа есть доступ к грузовикам.

В ту фирму и надо направиться. Это должен быть полуприцеп, где откидывается борт, ведь когда машину загонишь внутрь, то в глухом прицепе не сможешь вылезть, дверь просто не откроется. Но надо посмотреть, как у него это было сделано.

А теперь пора идти на встречу с Глебом, но без хвоста.

Я поднялся на второй этаж, подошёл к окну, на котором стоял грустный опавший цветок, и открыл пластиковое окно. Место здесь удобное, отсюда вид на станцию, и из другого корпуса или соседней аудитории меня не увидят. И слежки внизу нет, ведь они думают, что я внутри, что показывает маячок.

Открыл, вылез и огляделся, что за мной никто не смотрит. Внизу, под окном, на стене был поясок выступающих кирпичей. Слез, наступив на этот поясок, потом спустился ещё ниже, держась за него пальцами, вытянулся и прыгнул вниз.

Приземлился рядом с клумбой. С моим ростом лететь было невысоко, да и принял правильную позу, чтобы не повредить ноги. Туман вот во время службы в SAS с парашютом прыгал, а тут всего-то второй этаж.

Прошёл дворами до места встречи. Путь занял минут двадцать, я прибыл на место и увидел Глеба, который курил за киоском, где продавали выпечку. Огляделся и пошёл к нему.

— Ну и что, Вадя? — спросил он. — Не следят?

— Нет, они караулят институт. Пара часов у нас есть. У тебя всё норм?

— Да. Есть подвижки? — Глеб был в нетерпении.

— Угу. Пошли, пока тревогу не подняли.

И вскоре мы были на месте. И выяснять не надо, нужного мне человека я узнал сразу, увидел с улицы у огромных ворот. Он шутил, помогая заехать фуре, которая пятилась. Показывал ей жестами, куда ехать.

С виду обычный работяга, но это тот самый человек, что был в машине Ивана, и на снимке погибшего Валерия.

Для него я сделал отдельный портрет во дворце памяти в виде Джека-Потрошителя с двумя ножами.

— Точно он? — разгорячившийся Глеб уже был готов действовать, даже несмотря на то, что я не дал никаких доказательств.

Хотя он мог видеть те снимки низкого качества из машины. Фото там не настолько хорошее, чтобы по нему кого-то искать, но человека узнать можно.

— Погоди, — остановил я.

— Да чё годить? — возмутился он. — Надо идти, пока он нас не засёк. Ляжет на дно, хрен найдёшь!

— Вот Ваня не послушал, и ты тоже решил.

Глеб сжал зубы чуть ли не до скрипа, с таким видом смотрел на меня, будто хотел кинуться. Но всё же остановился.

— И чё предлагаешь? — спросил он.

— Давай делать так, — начал я…