По пути домой зашёл в магазин, купил продуктов, но когда поднимался, то сразу заметил чужие следы. Мой замок был с небольшим секретом, и я понимал, когда его открывал или закрывал кто-то другой.

Это было легко увидеть: там не были совмещены едва заметные метки на личинке. Значит, кто-то вошёл и закрыл изнутри, не зная об этой особенности.

Но это проверка, а не нападение. Это я понял, едва открыв дверь, и сразу расслабился. Потому что метка в прихожей, то есть нитка, которую я оставил утром, была нетронутой, значит, он о ней знал и обошёл. А о ней знал только один человек.

Ну и ещё была пара следов, на которые я раньше обратил внимание, но теперь они сложились.

Так что я спокойно прошёл в квартиру, стянул кроссовки, снял толстовку, оставшись в спортивных штанах и майке. Вошёл на кухню, включил чайник, открыл крышку ноутбука, на которой лежала мелкая пылинка, и врубил «Твич», там один из стримеров как раз проходил Pragmata, о которой мне Лёша прожужжал все уши.

Теперь ждём. Я шагнул в сторону от входа и затаился за холодильником. Вскоре услышал, как открылся шкаф в прихожке, затем раздались очень тихие шаги, и мой наставник Иван шагнул на кухню, не ожидая засады.

Хотел показать, что расслабляться нельзя никогда, но ещё не знает, с кем связался.

Я нажал на телефоне тревожную комбинацию, и его смартфон тут же завибрировал, сбивая его с толку. А я похлопал его по плечу, показывая, что знал всё с самого начала.

Обошёлся бы без этого, но он сам прибыл ко мне без приглашения, ещё и вломился. А ещё он бесился, когда я делал что-то лучше, чем он. Хотя старается это не показывать.

— Не вышло, — сказал я с усмешкой.

— Ты должен был сразу вызвать помощь, Лебедев, — проговорил Иван, сжав челюсти. — А не устраивать приколы.

— Так я понял, что это ты. Ты же прокололся, — я посмотрел ему в глаза. — Это сразу видно.

— Как? — всего на несколько мгновений его взгляд начал беспокойно метаться, но он быстро взял себя в руки.

— Тебя соседка видела, — сочинил я. — Сразу мне сказала, что кто-то трётся у моей квартиры. А ещё ты на нитку не наступил, про которую сам мне говорил, чтобы я поставил, и я поставил, — сказал я уже правду. — И в магазине продавщица рассказывала, какой вежливый покупатель приходил, не то, что эти детдомовские. Вы же, питерские, все вежливые, можете друг другу одновременно «Спасибо» сказать, а у нас так не делают. Вот кассирша и удивилась. А… ну и замок без царапин, потому что ты сам у меня запасной ключ просил. При этом говорил, что без предупреждения приходить не будешь.

Я не стал говорить, что ещё в грязи у дома был след от дорогой кроссовки с высокой подошвой, которые у нас никто не носил, и которые сейчас как раз были на нём. И что я точно помнил, как оставил шкаф в прихожке приоткрытым, а после моего возвращения он был закрыт.

Иван сжал челюсти плотнее, принимая удар. Ну, ему шпионом быть не надо, у него другой профиль. Но в большом деле это бы сразу стало проколом.

— Допустим, — нехотя признался он. — Метод спорный, результат есть. Наблюдательность на месте.

Иван выдохнул через нос, злясь, что его так небрежно раскрыл, но тут же взял себя в руки. У него была одна интересная черта — он хотел стать профи, и для этого не только учился, но и был готов наступить своей гордости на шею. Поэтому свои промахи принимал к сведению, и даже порой объяснял их мне, чтобы не допускал я.

Туман бы оценил. А вот его ученик по прозвищу Техник не обращал на свои проколы внимания, вот и попался.

— Всё равно надо было по регламенту действовать, — пробурчал Иван. — С тачкой вот правильно сделал, а тут… а если бы меня завербовала другая сторона? И я пришёл тебя брать?

— Пришлось бы выкидывать тебя через дверь. Хотя, если бы тебя завербовали другие, вы бы уже взяли. Какая-то задача, говоришь? — я подошёл к плитке.

— Есть одна. Обсудим попозже.

— Ты присаживайся, — я показал на табуретку.

— Спасибо.

Он снова выдохнул через нос. Не любит терять инициативу, даже в разговоре, который вёл я.

Его раздражение порой чувствовалось кожей. Причины я понимал. Оперативник из Питера, которого перевели в Москву на повышение, и тут же сослали в провинцию, чтобы сопровождать цель и обучать.

Причём ему было непонятно, то ли это особое задание, в котором ему надо проявить самостоятельность и ответственность, то ли это ссылка, в которую его отправили за косяк, что он слишком поздно вмешался тогда в Москве.

Но я думаю, что он достаточно самостоятельный, чтобы справиться с таким, и умелый, чтобы обучить, и начальники это понимают. И им не пришлось отрывать от работы кого-то ещё.

А Иван стиснул зубы и выполнял, не отмахиваясь от задачи, и действительно хотел, чтобы до меня всё дошло. И даже подговаривал кого-то из коллег, чтобы меня проверяли, что от него вообще никто не требовал. Но он думал, что так лучше.

Конечно, Иван бы предпочёл, чтобы ему под охрану досталась симпатичная студентка, которая бы в него втюрилась. Но жизнь редко даёт то, что хочешь.

— Обедать будешь? — спросил я, открывая шкаф.

— Буду, спасибо. А ты же, говорят, готовить умеешь, — он посмотрел на меня. — Ещё полная морозилка мяса.

И то место проверил. Но это допустимо, ведь я видел, что в его рюкзаке, который он достал из шкафа, был сканер жучков и прочих приблуд. Проверял, не пишет ли меня кто-нибудь, и не оставил ли мне подарок за мясом в холодильнике.

Зато он не нашёл тайник, который я сделал сам. А я его собрал за розеткой, причём в той самой, в которую у меня был включён холодильник. Просто за подрозетником была полость, в которой у меня было кое-что припрятано.

Не такое, за что меня задержат, но такое, что вызовет вопросы. Деньги, например, флешки, парочка мелких гаджетов, выключенных, чтобы на них не сработал сканер.

— Научился готовить, дошик надоел, а доставки дорого, — отозвался я, глядя в морозилку.

— А соседке что сказал? — не успокаивался Иван. — Которая меня видела.

— Что троюродный брат из Питера приехал. Такая же легенда.

— Допустим…

Он ничего не сказал, достал телефон. Но посмотрел на экран ноутбука, где продолжался стрим. Звук был на самом минимуме, игра продолжалась.

— Вот одну вещь я не понимаю, — сказал Иван. — Вот вы… ну, ты в том числе. Молодые, короче. Зачем вы смотрите стримы, но почти никогда не играете? В чём прикол?

— Потому что для игр надо мощный комп и время, а у меня ни того ни другого. Зато это можно в фоне смотреть, потупить, переключить голову.

По правде, в последнее время я это не смотрел, не было необходимости. Хотя странно, казалось бы, думаю куда больше, чем раньше, а уставал от этого меньше. Но если прикинуть — ну это всё новое куда интереснее, чем зубрёжка параметров замеров колёсной пары или напряжение на токоприёмнике электровоза, от чего хотелось зевать и заняться чем-нибудь другим. Да и один сейчас оставался редко.

— А-а-а, — протянул Иван. — Короче, задача есть для тебя, Лебедев. Обучение никуда не делось, проверки тоже будут, но постепенно подключаем к работе.

— Понятно.

— Это Рогов решил, — Иван что-то нажал на телефоне. — Одно дело тебя охранять и привлекать внимание всех этих шпионов. А совсем другое — подключать к нашим операциям. Если все видят, что ты с нами на полную катушку… Это уже совсем другое дело, знаешь. Не просто интерес к тебе, а полноценный сотрудник «Контура». Другой уровень.

— И тебе, значит, разрешат вернуться к оперативной работе, — я усмехнулся. — Сколько пельменей тебе варить?

— Что? — удивился он.

— Пельменей сколько?

— Штук десять.

— Маловато. Пятнадцать давай.

Иван снова дёрнулся, но решил не спорить.

— У меня пельмени — имба! — объявил я. — Не пожалеешь.

Пельмени я сделал заранее, фарш сделал сам, а не взял готовый, из свиной грудинки и говяжьей вырезки, и порубил новыми ножами, подаренными мне Наташей, вручную. Туда же был добавлен лук, чеснок и фишка моей бабушки — маленький-маленький кусочек сливочного масла, совсем чуть-чуть, чтобы при варке растопилось и сделало начинку сочнее. Тут главное — не перестараться, чтобы не стало слишком жирным.

А варил я их так, как делала бабушка, с бульоном. Говяжий у меня всегда был в замороженном виде в морозилке, в нём и варил. Вышло отлично, особенно с зеленью.

Иван с недоумением посмотрел в тарелку. Он пельмени с бульоном явно никогда не ел, ведь для многих это дурнопахнущая серая вода, в которой варятся пельмени. Но его можно сделать офигенно вкусным, особенно если мясо норм.

— Примерно пару недель назад, — начал он, попробовав немного бульона, и оживился. — В городе у вас взяли одного матёрого шпиона-американца. А вообще, о том, что я скажу…

Иван положил на стол прибор, похожий на старый массивный МП-3 плеер, и нажал. У меня на телефоне тут же потухла связь.

— … никому, — продолжил он. — То, что тебе это говорим, знак того, что ты в Игре, — с намёком произнёс Иван.

— Само собой. Или расписку надо дать?

— Расписки ты уже написал. Слышал же про большую аварию в центре, когда светофоры вырубились?

Не только слышал, но даже видел, но об этом я молчу.

— Ага, конечно, — я кивнул. — Куча тачек побилась?

— Да. Это он устроил, хотел сбежать. Но его взяли фейсы, раскололи, но он хитрит.

— Не всё выдал?

— Торгуется. Просто у него есть большая проблема — женщины.

— И в чём тут проблема? — я усмехнулся.

— Проблема в том, — Иван рассмотрел пельмень на ложке и съел, — что у него… а хорошо вышло, — похвалил он. — Короче, у него было три подруги в этом городе. Он их всех завербовал. Одна в фирме «Корнеева», другая в администрации, а третья — в ФСБ. Их едва вычислили, только по косвенным признакам.

— Ого.

Вот до этого я ещё не дошёл, других не искал, хотя догадывался, что они могут быть.

— И он бы молчал, — он чуть улыбнулся. — Но тут есть такой майор Холодов из ФСБ, ты его должен знать. Так вот, он устроил встречу девушек, и так, чтобы они слышали, что говорит о них тот шпион. И когда они поняли, что он каждой обещал, что увезёт их в Майами, а на самом деле и не собирался везти туда никого, они его сдали. Он теперь сам всех сдаёт… но тут полезли проблемы.

— И в чём?

— В регионе, не только в вашем городе, есть целая сеть шпионов и завербованных агентов. Тот шпион знает многих, но не всех. Некоторых лично никогда не видел, но у него есть способ связи с ними. Это вопрос времени, чтобы раскрыть всех, но всё равно надо работать. И Рогов хочет подключить тебя. Сразу говорю, задача сложная, и я был против.

— Недооцениваешь ты меня, — с усмешкой сказал я, глядя на него.

— Оцениваю трезво, — отрезал Иван. — Нет, вижу, что способности у тебя есть. Особенно с памятью. Мне вот приходилось сутками всё зубрить, а ты сразу запоминаешь.

Никак ему не по себе, что какой-то студент в чём-то лучше?

— Вот поэтому тебе надо этим пользоваться, — он отложил ложку и посмотрел на пустую тарелку. — А вот пельмени-то — во! — Иван поднял большой палец. — Никогда таких не ел… Спасибо. Короче, впустую талант зарывать нельзя. Теперь смотри. Приоткрываем завесу тайны.

И всё же, кое в чём Иван превосходил даже Тумана. И когда я видел такие признаки, то очень внимательно наблюдал и очень тщательно всё впитывал.

В технике он разбирался лучше и пользовался тем, до чего Туман так и не дошёл. Иван показал свой телефон, почти как у меня.

— Твой аналитик прислал? — спросил я, показывая на фото.

— Хочешь главный прикол, Лебедев? Нет больше таких аналитиков. Вернее, они есть, но их очень мало. Мы справляемся иначе.

И вскоре он показал, в чём фишка.

Охренеть.

— Слушай, кому теперь вообще нужны шпионы? — спросил я, когда понял масштаб того, с чем они работают. — С таким вот?

— Скоро уже и не будут нужны, — Иван оживился. — То, что ты видишь сейчас — лебединая песня всех шпионов. Вокруг нас остались последние, а скоро они будут не нужны совсем. Вот они и бегают, пытаются запрыгнуть в последний вагон. И не выходит. ИИ их всех заменит. Вот цель…

Ну и ну. Будущее наступило, старик, и это я сам себе. Туман работал по старинке, но сейчас…

— Охренеть, — сказал я.

— Видишь, — он оживился, чувствуя себя в этом профи.

«Контур» не мог прослушивать телефон координатора, не было санкции и допуска. И не мог прослушивать телефоны всех подозреваемых, а у ФСБ не было ресурсов, чтобы следить за всеми, кто мог быть в списке. А сам Техник не знал цель лично, знал только, где его искать.

И тут-то в дело вступала эта система. Она анализировала место выхода в сеть для нужных телефонов, маршруты и многое другое. Были разные способы для проверки. Например, на работе у одной цели стояла умная колонка от корнеевской фирмы, и её удалённо перепрошили. В итоге она слушала его разговоры по телефону, и анализировала паттерны его разговоров. И всё передавала всё на сервер.

Ещё система перехватывала выходы в сеть, проверяла камеры в районе, старые перемещения. И в итоге дала вердикт — с высокой долей вероятности это координатор чужой сети. И стоит провести операцию, чтобы в этом убедиться. Пока эта система без людей не может.

Неудивительно, что о таком молчат.

— Нифига себе у вас уровень слежки.

— Это необходимо, — сказал Иван, нажимая на экран телефона. — Это пока ещё по лайту. Если дадут добро, то… — он посмотрел на меня. — Тебе это ещё знать рано, потом…

А я догадывался, о чём он, ведь видел презентацию. «Корнеев-Групп» не только продвигает свой умный дом, но и другие устройства. И если у них будет много таких гаджетов в обороте, то, в теории, они смогут анализировать так много данных, что обнаруживать нужных людей вроде этого координатора можно получится куда быстрее.

И правда, зачем нужны шпионы, если всё сделает техника? Любой телефон очень многое рассказывает о владельце, а если ещё будет система, которая анализирует всё это, то мало что можно будет скрыть.

Вот только она может не всё. Иван рано радовался. Ведь и сам Туман это всё понимал. И знал, как обманывать такие системы. Поэтому люди вроде него пропадут не скоро. Но работать им станет намного тяжелее.

— Всё равно, Иван, смотри, — начал я. — Я вот в курсе, что прежнего шефа филиала отравили. Неужели эта ваша система не смогла это понять?

— Так она ещё и не была запущена, — Иван будто начал оправдываться. — Только в Москве частично, и сейчас здесь начинаем. Как я вас с Волковой искал, думаешь? По камерам. Но не сам же их смотрел, их там тысячи.

— Ты же говорил, что аналитики смотрели.

— Вот, — он показал телефон. — Есть три типа агента для такой аналитики… ну это они так называются.

Ага, это нейросетевые агенты, то есть три программы, которые не просто смотрели данные, а могли самостоятельно принимать решения без человека и выдавать итоговый результат. Они просматривали массив данных камер и даже смогли составить маршрут, куда мы с Наташей могли подойти. Туда он и направился.

Ланге точно не знал, что эта система работала в городе в тот момент, иначе бы не отправил убийц по мою душу. Или сделал бы иначе.

А я, блин, попал в какой-то киберпанковый технотриллер. Понимал, что будет, если такую запустят на всю катушку.

Ланге может охотиться и за этой системой? Но это не Периметр. Это почему-то я знал чётко.

Зато сходилось всё остальное, в голове утрамбовывалась информация, и обломки объединялись. Некоторые вещи становились понятнее.

В этом деле лучше оставаться в этой контрразведке, пусть и частной. Потому что это даёт больше понимания, как устроена вся система.

Если интернет не вырубят с концами.

— Вот, выбрали несколько претендентов и их проверили детально, — продолжал Иван.

Он показал мне досье предполагаемого координатора сети доктора Ланге, но не называл его самого, естественно. Этот координатор жил в России всю жизнь, и внешне никак себя не проявлял.

Он не был связан ни с Туманом, потому что в моей памяти не было ни одного намёка о нём, ни с Зеро, ни с Турком и даже не знал Паяльника, и никак не контактировал с «Контуром» и «Корнеев-Групп».

Этот координатор занимался старым добрым шпионажем на ядерном объекте и передавал данные за бугор. Про меня он может вообще не знать. С ним должен был связаться Техник, но не успел.

— Ну и какой план, Иван?

— Вот тут-то, Лебедев, надо поработать по старинке, без всего этого. Шпион выдал кодовые слова для связи. Координатор не знает его в лицо, не должен знать и тебя. Если знает — не проблема, фейсы его сразу крепить будут. Но если нет, тебе надо завести с ним контакт и передать инфу, и вот эта задача — сверхсложная. Поэтому сейчас тебе можно отказаться, — вдруг добавил он.

— С чего это вдруг?

— Потому что сам займусь. Но они хотят увидеть тебя в деле и считают, что ты справишься.

— Так что надо сделать?

— Надо притвориться кое-кем, — начал он, и открыл новый снимок.

Я уже понял, что надо сделать, и про себя выругался.

— И вот совет, сразу, Лебедев, как притвориться убедительно, — Иван посмотрел на меня. — Когда кем-то притворяешься, всегда делай вид, как тебя всё… извини за мат… как всё з***ло.

— Ого, — я посмотрел на него внимательнее.

— А это работает лучше всего. Официант устаёт, таксист устаёт, все люди устают. И когда ты сам выглядишь усталым, тебе верят. Особенно если это работа такая, где другие тебе мозги выносят. Даже если она идёт недолго.

А вот это совет грамотный. Так что парень свой хлеб ест не зря, и я не теряю время впустую.

— А вот теперь задача, — начал объяснять он. — Разбираешься в истории России?

— Разбираюсь, — сказал я и снова сматерился про себя, понимая, для чего он это спрашивает.

Но отступать не собирался. А задачка, да, врагу не пожелаешь. Зато я отлично подхожу для легенды, которую мне придумали. Да и был у меня подобный опыт в детдоме…