Ну хоть здесь Вэньмин всё выполнил как следует.

Уличный маг стоял прикованный цепями к стойке для допросов. Весь ворот его одежды был пропитан кровью, голова безвольно свешивалась на грудь.

Возможно, Вэньмин всё же немного перестарался. Но вид этого ничтожества почему-то вызывал у меня лишь глубокое удовлетворение. Я слишком хорошо помнил его лицо в тот момент, когда он полоснул Фэнфан по запястью.

Этот безумный взгляд. Эту болезненную одержимость.

Одного воспоминания оказалось достаточно, чтобы раздражение снова поднялось внутри.

Я медленно подошёл к столу. Там уже лежали бумаги с записями допроса — всё, что этот человек успел рассказать под пытками. Я взял верхний лист и быстро пробежался взглядом по строкам.

Этот недомаг, называвший себя «Джеки Чан«…Как выяснилось, имел ещё несколько имён.

Странных. Непривычно длинных.

Некоторые я даже не смог нормально прочесть. И чем дальше я читал, тем больше в показаниях появлялось откровенного бреда.

Снова упоминания о каком-то «другом мире». Я медленно отложил бумаги на стол.

Что это вообще такое?.. Секта? Тайное общество? Особый способ шифрования?

Я коротко кивнул Вэньмину и сел за стол. Тот без лишних слов поднял ведро с водой и резко вылил его на пленника. Маг дёрнулся в цепях и закашлялся, приходя в себя, и медленно поднял голову.

Несколько секунд он мутным взглядом осматривал помещение, будто не сразу понимая, где находится. Его взгляд скользнул по Вэньмину, задержался…а затем остановился на мне. И именно в этот момент меня снова неприятно кольнуло то самое чувство несоответствия.

Он слишком хорошо понимал, кто перед ним, но вместо страха в его глазах мелькнуло… облегчение.

А потом этот человек ещё и усмехнулся. Я медленно прищурился. Та же реакция. Почти такая же, как у Фэнфан.

Ни страха.

Ни паники.

Ни попытки вымолить пощаду.

Словно они оба знали что-то такое, что было недоступно мне. И это раздражало сильнее всего.

— О… наконец-то, — хрипло проговорил маг и сплюнул кровь на пол.

Вэньмин тут же шагнул вперёд и резко ударил его живот. Цепи лязгнули. Пленник глухо застонал и замолчал. Я спокойно наблюдал за этим, медленно перелистывая бумаги допроса.

— Я вижу… ты ждал меня, — неторопливо произнёс я, вновь опуская взгляд на протокол. Маг тихо хмыкнул разбитыми губами. И почему-то этот звук сразу вызвал желание приказать Вэньмину продолжить допрос.

— Откуда ты? — медленно спросил я.

Именно этот вопрос сейчас интересовал меня больше всего. Если я пойму, откуда появился этот человек…возможно, смогу понять и принцессу. Связь между ними была слишком очевидной, и слишком странной, чтобы оказаться случайностью.

Пленник поднял голову и посмотрел прямо на меня разбитым, но всё ещё насмешливым взглядом.

— Издалека, — хрипло ответил он.

Слишком дерзко.

Вэньмин тут же сделал шаг вперёд. Пленник мгновенно уловил движение, тяжело перевёл дыхание и уже куда покорнее опустил взгляд в пол.

— Я уже ответил на все вопросы, — пробормотал он.

Небольшая пауза.

— Господин принц.

Вэньмин снова ударил его. На этот раз сильнее. Цепи резко лязгнули о стойку.

— Да за что?! — раздражённо выдохнул пленник, с трудом удерживаясь на ногах. — Что опять не так?..

И в этот момент меня снова неприятно кольнуло узнавание.

Та же интонация. То же возмущение. То же непонимание местных правил.

Раздражение медленно поднималось внутри всё сильнее. Потому что, чем больше я наблюдал за этим человеком…Тем меньше происходящее казалось случайностью.

— Отвечай так, как подобает отвечать на вопросы его высочества четвёртого принца, — холодно произнёс Вэньмин. В его голосе звучала плохо скрываемая угроза. Я мельком посмотрел на помощника.

Он тоже был вымотан сегодняшним днём. И, кажется, теперь слишком старательно пытался исправить собственные ошибки. Пленник на мгновение задумался, потом медленно поднял голову.

— Это место очень далеко отсюда, — хрипло произнёс он.

Он замолчал, словно подбирая слова.

— Я даже не знаю, как объяснить это так, чтобы вы поняли…

Ещё одна пауза.

— Можно сказать… это совершенно другой мир.

В комнате повисла тишина.

— Другой мир? — повторил я.

Пленник неожиданно оживился. Будто решил, что наконец нашёл человека, который сможет его понять.

— Да! Именно! — он даже подался вперёд, насколько позволяли цепи. — Совсем другой. С другими людьми. Другими порядками. Другими законами…

Он смотрел прямо мне в глаза.

Слишком прямо.

Даже сейчас.

Несмотря на кровь.

Несмотря на оковы.

Несмотря на понимание того, кто перед ним сидит. Я всё больше замечал это сходство.

Фэнфан тоже смотрела так же. Будто между нами не существовало ни титулов, ни власти, ни страха. И это раздражало.

— Ты сможешь показать это место на карте? — спокойно спросил я.

Я внимательно следил за каждым движением его лица. Надеясь поймать ложь. Но вместо этого увидел разочарование. Пленник отвёл взгляд.

— Нет, его нет на ваших картах.

Он сказал это так тихо, будто говорил о чём-то давно потерянном. Даже с какой-то странной тоской.

Я несколько секунд молчал.

— Тогда объясни, как ты сюда попал …из этого другого мира?

Он снова поднял голову. Сейчас он выглядел человеком, который действительно не знает ответа.

— Я не знаю… — пленник опустил голову.

Весь его прежний энтузиазм исчез так же быстро, как появился. Он поднял взгляд сначала на меня, потом на Вэньмина. И, кажется, прекрасно понимал, что подобный ответ меня не устроит.

Вэньмин сделал шаг вперёд. Я едва заметно шевельнул пальцами. Он тут же остановился. Хотя продолжал внимательно следить, ожидая дальнейших приказов.

— Как давно ты знаком с принцессой? — равнодушно спросил я.

— С принцессой? — переспросил пленник. — Вы про ту девчонку, которая пришла с вами?

Девчонку?

Я медленно перевёл взгляд на бумаги перед собой. Разочарование было настолько очевидным, что даже говорить ничего не пришлось. Вэньмин всё понял без слов. Через мгновение в комнате снова раздались удары. Пленник застонал.

— Не смей столь непочтительно отзываться о её высочестве принцессе государства Лян, — холодно произнёс Вэньмин.

— Хорошо, простите пожалуйста… — едва слышно прохрипел этот Чан.

Я внутренне поморщился от его глупого, совершенно неправильного извинения. Подобное легкомыслие удивительно напоминало мне кое-кого другого.

Я дал знак прекратить. Вэньмин отступил. Пленник тяжело дышал, но, что странно, не выглядел человеком, который пытается скрыть правду. Скорее наоборот. Он напоминал глупца, который сам не до конца понимает, во что оказался втянут.

Я поднял взгляд, ожидая ответа. Джеки Чан несколько раз моргнул, приходя в себя.

— Я её не знаю, — наконец произнёс он. — Тогда я увидел её впервые.

Я молча посмотрел на него. Затем перевёл взгляд на Вэньмина.

Красноречиво.

Пленик мгновенно понял смысл этого взгляда.

— Я не вру! — торопливо заговорил он. — Клянусь, я даже не знал, что она принцесса.

Он поспешно набрал воздух. И тут же совершил ошибку.

— Я только понял, что она… не настоящая принцесса.

Тишина. Я медленно поднял голову. Вот теперь стало интересно.

— Не настоящая? — лениво переспросил я.

Впервые за весь разговор Джеки Чан по-настоящему занервничал.

Его взгляд заметался по комнате.

Он посмотрел на Вэньмина.

На меня.

Снова на Вэньмина. Будто пытался угадать, какой ответ поможет ему остаться в живых.

— Я не это имел в виду… — быстро заговорил он. — Она настоящая принцесса. Конечно настоящая.

Он заметил, как Вэньмин положил руку на рукоять меча, и занервничал ещё сильнее.

— Просто… внутри она другая.

Он замолчал.

— Я не знаю, как объяснить…

— Попробуй, — спокойно произнёс я.

Пленник сглотнул.

— Она похожа на человека из моего мира.

И вот тогда впервые за весь допрос я почувствовал не раздражение, а холодный интерес.

— Из какого мира? — повторил я свой вопрос.

— Из будущего, — обреченно произнес он, словно окончательно сдаваясь. — Хотя… наверное, не совсем так.

Он нахмурился.

— В прошлом ведь не существовало того места, где мы сейчас находимся. Скорее всего это придуманный мир.

Он уже говорил не столько со мной, сколько с самим собой. Будто действительно пытался понять происходящее.

— Я знаю много людей, которые знают ваш мир, — продолжил он. — Вернее… думают, что знают. У нас есть игры, истории, фильмы…

Он заметил мой взгляд и тут же поправился:

— Сказания. Легенды. Представления.

Пленник тяжело выдохнул.

— Для многих это любимый мир. Любимый жанр. Поэтому оказаться здесь… это всё равно что попасть внутрь сна, своей фантазии.

Он замолчал, внимательно наблюдая за моей реакцией. Поняв, что ничего не добился, продолжил уже тише:

— Я понимаю, что это звучит как бред. Но ведь в вашем мире тоже есть легенды о небожителях. О царствах духов, демонов…

И тут же осёкся.

— Я не демон!

Цепи задребезжали.

— Это я просто для примера сказал! Чтобы объяснить! Если бы вы вдруг попали в одну из своих легенд… в сказку, о которой мечтали всю жизнь… вы бы тоже ничего не понимали.

Он почти умолял меня поверить. Я молча смотрел на него.

Странно, чем дольше он говорил, тем меньше это походило на ложь. Не потому что его хорошо допрашивали. И не потому что он боялся смерти.

Нет.

Он просто был недостаточно умён для такой сложной лжи.

Он говорил искренне.

Глупо.

Путано.

Но искренне.

И именно это настораживало сильнее всего.

Я откинулся на спинку кресла.

Если он не врёт…ну если просто предположить…

В голову тут же стремительным потоком хлынули все странности Фэнфан. Её шокирующее поведение, её невозможная дерзость, её наглые взгляды, дикие разговоры…

То, как она постоянно нарушала правила, даже не понимая, что нарушает их. Я слишком хорошо изучил всё, что удалось собрать о ней за последнее время. Её детство. Жизнь в поместье князя. Службу рядом с первой принцессой.

И каждый раз натыкался на одно и то же противоречие.

Описания не совпадали.

Совсем.

Все говорили об одной и той же девушке. Скромной. Тихой. Почти незаметной. Пугливой. Осторожной.

А потом…

Будто что-то произошло.

Будто в какой-то момент её просто подменили. Конечно, в отчетах шпионов это шло лишь намеками, между строк. Никто в здравом уме напрямую такого не расскажет. Подобные слухи слишком опасны. Обвинение в одержимости злыми духами мгновенно навлечет смертельную беду на всех, кто хоть как-то контактирует с этим человеком.

Особенно часто об этом намекали, говоря о неделе перед свадьбой первой принцессы.

Поэтому люди молчали. Оговаривались. Намекали. Но никогда не произносили вслух.

А затем появилась новая принцесса вместо странной служанки, и её странности начали прощать.

Сначала ради политической выгоды, потом ради союза государств, потом потому, что отступать стало уже слишком поздно. Никто не собирался отказываться от колоссальных выгод, которые давал политический союз с принцессой государства Лян, несмотря на любые её чудачества.

И именно это, возможно, спасло её. Потому что если бы она осталась обычной служанкой… Кто-нибудь давно задал бы слишком много вопросов.

И почему меня сейчас больше всего радует НЕ ТО, что я, возможно, наконец нашёл ответы… А то, что она стала принцессой и благодаря этому выжила?

Я нахмурился.

Если предположить, что весь этот бред правдив…

Что в теле принцессы действительно находится кто-то другой…

То почему первой моей мыслью стало облегчение?

Будто я рад тому, что это произошло. Будто рад тому, что именно она, а не та которая была до, сейчас спит во дворце.

Так.

Стоп.

Я резко оборвал собственные размышления.

Когда это я вообще начал допускать существование духов?

Я перевёл взгляд на пленника.

— Ты тоже… — я на секунду запнулся, пытаясь подобрать хоть какое-то адекватное слово.

В голове всплывали образы демонов, духов, небожителей.

Я ещё раз посмотрел на этого человека.

Нет.

Даже самый паршивый демон, наверное, побрезговал бы таким ничтожным носителем. —….вселившийся дух? — наконец закончил я.

Даже произносить подобное было нелепо.

Я намеренно не смотрел на Вэньмина. Не даже хотел видеть выражение его лица. Он и без того уже наверняка заждался знака прекратить этот бессмысленный разговор и вернуться к нормальному допросу.

— Нет! Нет! Я не дух! — пленник едва не подпрыгнул в цепях.

Он выглядел искренне напуганным.

— Я же говорю вам! Я — обычный, совершенно нормальный человек! Просто из другого мира. В один прекрасный момент я просто заснул у себя дома, а проснулся здесь. И понял, что нахожусь в теле вот этого бедолаги…

Он смотрел прямо на меня.

Забыв про побои.

Про цепи.

Про кровь.

Про всё остальное.

Словно сейчас решалась его судьба.

Хотя почему «словно»? Так и было. Потому что если я поверю, что передо мной человек…

У него ещё остаётся шанс выжить.

Но если решу, что передо мной вселившийся злой дух или опасный демон — жить ему осталось от силы несколько минут.

— Ваше высочество, — осторожно подал голос Вэньмин.

Я поднял руку, заставляя его замолчать.

Не сейчас.

Пленник следил за каждым моим движением.

— И ты хочешь сказать, — медленно произнёс я, — что принцесса такая же, как ты?

На мгновение его лицо изменилось. Он словно понял, что ответ на этот вопрос может оказаться опаснее всех предыдущих.

— Нет… — неуверенно произнёс он.

Потом замолчал.

Подумал.

И добавил:

— Да.

Я молча смотрел на него.

— Но не совсем.

Я прикрыл глаза.

Разумеется. Не совсем.

С этой девушкой никогда ничего не бывает просто.

— Что это значит? — спросил я, добавляя в голос немного раздражения.

Пусть считает, что этот разговор начинает мне надоедать. Иногда люди становятся гораздо разговорчивее, когда боятся потерять внимание единственного человека, способного сохранить им жизнь.

Пленник тут же оживился.

— Она не хочет здесь быть, — быстро заговорил он. — Она искала способ вернуться назад.

Он говорил торопливо, слишком торопливо. Будто пытался доказать свою полезность. Показать, что находится на моей стороне. Что готов выдать любую информацию, лишь бы остаться в живых.

Что ж. По-своему это было разумно. Особенно если учитывать, что в нашем мире люди действительно верили в духов, демонов и одержимость.

Его положение сейчас было весьма шатким. При желании я мог объявить его демоном, а себя — человеком, избавившим государство от нечисти. Мысль была настолько нелепой, что я едва заметно усмехнулся.

— И что в этом странного? — спросил я.

— Обычно сюда попадают только те, кто любит этот мир, — поспешно объяснил он. — Те, кто знает о нём всё. Кто мечтает здесь оказаться.

Он замолчал, собираясь с мыслями.

— Они идеально вписываются. Их невозможно вычислить. Они знают, как себя вести. И никогда не хотят возвращаться обратно.

Я молча слушал. Если допустить, что хоть часть его слов правдива… То принцесса действительно сильно выбивалась из этой картины.

Слишком много ошибок. Слишком много странностей. Слишком много вопросов. Она словно каждый день заново сталкивалась с миром, в котором должна до этого была прожить всю жизнь.

Я мысленно поморщился.

Удивительно.

Я уже начал рассуждать так, будто допускаю возможность всей этой безумной истории.

— А ты? — лениво спросил я. — Ты ведь своим поведением выдаёшь себя при первой же встрече.

Пленник нервно усмехнулся.

— Я здесь тоже случайно.

На этот раз в его голосе не было прежней уверенности.

— Меня будто просто… притянуло сюда.

Он замолчал. Потом посмотрел сначала на меня. Очень внимательно. Затем осторожно продолжил:

— Возможно, для того чтобы она…

Он запнулся, и перевёл взгляд на Вэньмина, потом снова на меня.

— Или кто-то другой получил ответы на свои вопросы.

В комнате стало тихо.

Я медленно отложил бумаги на стол.

— И ты хочешь сказать, — произнёс я, внимательно наблюдая за его лицом, — что оказался здесь только для того, чтобы поговорить с ней или…со мной?

Пленник нервно сглотнул.

— Нет.

Потом быстро добавил:

— Наверное, нет…

Он замялся.

— Не знаю. Возможно… чтобы помочь принцессе найти дорогу назад.

Я раздражённо выдохнул.

Разумеется.

Куда же без этого. Каждый новый ответ был ещё нелепее предыдущего. Я перевёл взгляд на Вэньмина. Тот понял меня без слов.

И решительно шагнул к пленнику.

— Я серьёзно! — тут же выпалил тот. — Это моя миссия!

Я нахмурился. Что ещё за «миссия»? Слово было незнакомым, но звучало крайне подозрительно.

Пленник понял, что сказал что-то лишнее, и тут же затараторил быстрее:

— Я должен помогать возвращаться мастерам…

Потом торопливо исправился:

— То есть душам! Душам назад!

Вэньмин остановился в шаге от него.

Я медленно поднял взгляд от бумаг.

— Я серьёзно!

— Верю. — издевательски произнес я

Он посмотрел на меня так, будто прекрасно понял, что я ему совершенно не верю. И, судя по выражению его лица, именно это пугало его больше всего.

— Ваше высочество… — осторожно произнёс он. — Вы же понимаете, что если бы я хотел вас обмануть, я бы придумал что-нибудь гораздо более правдоподобное?

Я несколько секунд смотрел на него. Потом невольно усмехнулся. Впервые за весь разговор этот человек сказал действительно разумную вещь.

Потому что всё, что он рассказывал до этого момента, звучало настолько безумно, что придумать подобное специально было бы затруднительно.

— Продолжай, — приказал я.

Пленник тяжело выдохнул, словно только что избежал казни.

— В нашем мире есть люди, которые иногда оказываются здесь.

Он говорил осторожно, подбирая каждое слово.

— Некоторые остаются навсегда, некоторые идут дальше, но чаще всего они очень органично вписываются в тот мир в который пришли

Он посмотрел на меня.

— Но принцесса…

Он замолчал.