Вечером предыдущего дня, когда Арль и еe спутники ворвались в королевский замок. Во дворце в столице империи Лайон.

Имперский принц Лайонэтто Лайон не мог уснуть. Он проводил бессонную ночь, оттачивая мастерство меча.

– Ха! Хья!

Выкрики эхом разносились над балконом. Он без устали отрабатывал удары.

Прошeл месяц с того случая в нейтральном лесу. Раны, полученные в битве с огненным драконом, давно зажили. Готовясь к грядущему поединку с принцем Явунроком, он ежедневно заставлял сотню солдат тренироваться с ним. Даже когда те выбивались из сил, Лайонэтто не останавливался. Если его меч ломался, он немедленно требовал замену. Принц продолжал до тех пор, пока не падал в лужу собственного пота.

Его строгий, дисциплинированный стиль фехтования резко контрастировал с вольным стилем Явунрока. Удары того были непредсказуемы и наносились с самых неожиданных сторон.

«Если бы бой продолжился, смог бы я победить? Если бы Арль не вмешалась, я бы не проиграл?»

Эти сомнения не давали ему покоя даже в постели. Не проходило и часа, как он вставал, выходил на балкон и разрезал ночной воздух, наполняя его звоном клинка.

И наконец… перестав размахивать мечом, Лайо вернулся в комнату и огляделся. Повсюду были развешаны алые прессованные цветы. Альфина – так они назывались. И так звали его бывшую невесту. Каждую весну он посылал слуг собирать их, а иногда отправлялся за ними сам. Только украшая комнату их пылающими лепестками, Лайо мог хоть немного заглушить тоску.

На южной белой стене висел деревянный медальон в форме медведя – подарок Альфины, оберег для похода против северных варваров. Он прекрасно знал, что оберег не должен пылиться на стене, но… не мог его носить.

«А если потеряю его в бою? Если меня зарубят и варвары заберут его как трофей? – Эта мысль была невыносима, и он оставил медальон на стене. – Какой же я трус. Не думал, что я такой слабый».

Золотой Драгоценный Клинок, Хладнокровный Принц, гений меча, герой – что бы сказали те, кто дал ему эти прозвища, узнав об этом?

«Нет… Я становлюсь слабым, только когда дело касается Альфины. Значит, с тех пор, как она вошла в мою жизнь, я изменился? Стал слабее?»

Он не знал. Но даже если он и стал слабейшим в мире, есть битва, в которой нельзя проиграть, и это битва против принца соседнего королевства, Явунрока Хэвенроуза. Зная, что тот тоже любит Альфину, он не мог позволить себе поражение. И пока он не покарает Святую, укрываемую Явунроком…

Лайонэтто собирался вернуться к тренировке, как вдруг почувствовал, что на балкон что-то приземлилось.

– Кто здесь?! – резко выкрикнул он.

Убийца? Или посланник Святой? Но на балконе была лишь изящная белая кошка.

– Кошка? Откуда здесь кошка?

Охрана его покоев уступала лишь защите императора. Кошка не могла бы проникнуть сюда незамеченной. Как же она добралась до балкона?

Пока он размышлял, в его сознании раздался голос: «Давно не виделись, ваше высочество Лайонэтто». – «Кошка… заговорила? Неужели это фамильяр Святой?»

Лайо схватился за рукоять меча. В тот же миг тело кошки окутало мягкое сияние. Свет становился ярче, постепенно принимая очертания человеческой фигуры. Перед ним предстал юноша с алыми глазами и в костюме слуги.

– Ты, кажется, был с Арль…

– Да, я Хииро, ваше высочество, – ответил юноша, сменивший облик, и почтительно поклонился.

Заметив на его лице тень беспокойства, принц опустил меч.

– Прошу извинить за внезапное вторжение, но у меня не было иного выбора. – Хииро говорил прямо, глядя в глаза. – Ваша сила нужна нам сейчас как никогда – ради госпожи Альфины.