Уна

– Мне это не нравится. – Голл грозно смотрел на мою книгу, раскрытую на столе. – «Где правит мир-волк», – повторил он последние слова пророчества.

– Значит, мы отправляемся на земли диких фейри, – сказал Морголит.

Бозлин внимательно перечитал пророчество, положив книгу на колени. Он сидел перед камином в военном кабинете, где все собрались после того, как мы с Голлом приняли ванну, поели и отдохнули.

Самое интересное, что я не устала. Скорее, меня воодушевила возможность снова летать. Ну, в некотором роде. Я могла делать это короткими рывками.

– Похоже, следующий текст написан чьей-то кровью, – сообщил Бозлин. – Возможно, мир-волка.

– Боги и их проклятые загадки, – проворчал Сорин. – Почему бы просто не сказать нам прямо, чего они хотят? Иди туда и найди то. Нет, нам нужно разгадывать эти идиотские тайны.

Голл и Сорин злились. Обоих не радовала перспектива заходить на земли диких фейри. Гневный взгляд Голла остановился на мне, и на мгновение я подумала, что он откажется от своего слова и не захочет брать меня с собой. Но он промолчал, поглощенный своими мыслями.

– Вам придется отправиться к их королю в Ванглозу, – сказал Морголит. – Они не позволят нам бродить по своей земле без охраны.

Сбитая с толку, я спросила Голла:

– Они не позволят своему королю идти, куда он хочет?

Мужчины вздохнули и переглянулись, но ответил Голл:

– Темные фейри не похожи на светлых. В Изосе короли из Валла-Локкера правили всей Люмерией. И хотя я, король призрачных фейри, говорю от имени цивилизованного мира Нортгалла и правлю им, а также Люмерией, дикие фейри и фейри теней считают себя отдельными от нас.

– Я думала… – Я слегка запнулась. – Я думала, что у темных фейри единое королевство.

– Боюсь, что нет. – Бозлин покачал седой головой, прежде чем вернуться к моей книге и перелистнуть страницы. – Никогда не было.

– Значит, они нападут на нас, если мы войдем на их земли?

Паника вспыхнула при мысли о том, что нам придется с боем пробиваться по землям диких фейри. Голл говорил, что они просто недружелюбные, а не настоящие враги.

– Нет, – ответил Голл. – Но нам придется иметь дело со сволочным диким лордом.

Сорин пробурчал себе под нос проклятие, а затем добавил:

– Ненавижу этого фейри.

Кеффа засмеялся:

– Он нас тоже не любит. Лучше иди в оружейную и найди подарок, чтобы купить нам пропуск в Мирланд.

– Мизра? – Бозлин хмурился, глядя в книгу. – Откуда это пророчество?

Я встала и подошла ближе, чтобы заглянуть ему через плечо.

– Ох, на самом деле, его сказали мне лично, довольно странно.

– Сказали тебе? – спросил Голл. – Ты говорила, что нашла их в храме в Изосе.

– Большинство, да. Но то, которое про диких фейри, и третий текст пришли от писца в Мевии.

– И где третий текст? – спросил Кеффа.

Я просияла, радуясь, что в этом пророчестве не было никакой неопределенности. В нем точно говорилось, где найти третий божественный текст.

– В Сердце Солзкина.

– Проклятье. Теперь нам нужно отправиться в земли фейри теней? – Сорин выглядел еще более раздраженным и ворчливым, чем раньше. – Эти еще хуже, чем дикие.

– Это точно, – проворчал Голл, снова взглянув на меня, словно это я виновата, что нам придется отправиться туда.

Ну, наверное, так и есть. В ответ я просто улыбнулась.

Голл покачал головой и повернулся к Морголиту:

– Как думаешь, спускается ли их стража так далеко вниз, до Сердца Солзкина?

– Возможно. Это уже их территория.

– Проклятье, – выругался Сорин.

– Сорин, следи за языком, – прорычал Голл, что вызвало у меня улыбку, поскольку его совершенно не волновала собственная грубая речь в моем присутствии. А Сорин ругался без умолку, как только услышал, что предстоит ехать в земли диких фейри.

– Но вот это… – Бозлин поднял на меня глаза, его оранжевые зрачки сияли в свете огня, когда он указал на последнее видение, которое я записала в своей книге. – Откуда оно? Зачем вы его переписали?

Я моргнула, вспоминая.

– Мы отправились в Мерковерский лес на праздник осеннего равноденствия. Бэлинн посчитал, что визит на мое двадцатилетие будет добрым знаком. Война начала продвигаться дальше на юг, и лесные фейри, которые там жили, опасались.

Кеффа у камина неловко заерзал. Мне не нужно было объяснять, что лесные фейри боялись вторжения призрачных на наши земли.

– Мы проезжали через деревню на краю леса, дома на деревьях были украшены праздничными фонариками. Я остановила наш кортеж возле одной гостиницы, которая показалась мне красивее других, там стоял стол со сладкими пирогами из тыквы. Пока Бэлинн, гвардейцы и я наслаждались угощением и музыкой, нам прислуживали две сестры. Гостиница принадлежала их отцу. Он разговаривал с Бэлинном, пока его дочери обслуживали гостей. Но мне показалось странным, что одна из сестер не была похожа на лесную фейри.

– Что вы имеете в виду? – спросил Бозлин, чем больше я рассказывала, тем серьезнее становилось его напряжение.

– У нее были белые волосы. – Я дотронулась до собственных волос, струящихся по плечу. – И фиалковые глаза лунных фейри. Но не было крыльев.

– Полукровка, – откликнулся Сорин.

– Да. Без сомнений.

Я не знала, были у сестер разные матери или же отцы, но, судя по тому, что я видела, они любили друг друга.

– Пока жители играли на музыкальных инструментах и танцевали перед гостиницей, – продолжила я, – я присела отдохнуть возле большого дуба, где беловолосая сестра, прислонившись к стволу, наблюдала за весельем. Ее звали Марга.

Миловидная, добрая фейри с приятным голосом.

– Мы немного поговорили об урожае, о том, какой хороший год выдался, несмотря на гул войны. Она сказала, что их деревня, скорее всего, переедет на некоторое время. – Я вспомнила, как на ее лице отразилось удивление, когда она посмотрела на луну, сияющую сквозь ветви дубов. – Потом Марга сказала, что ей нужно кое-что мне рассказать, хотя она не знает почему. Ее глаза остекленели, и она прямо там же произнесла это видение.

Бозлин снова посмотрел на страницу. Но первым заговорил Голл.

– Читай, Бозлин, – приказал он.

Пожилой фейри прочистил горло, затем прочитал:

– «Мир будет скорбеть много сезонов и по многим причинам. Болезнь, мятеж и безумие возьмут верх. Тогда тьма похитит свет, исправив бледный мир. Зверь поймает водную деву, разрушив мятежные планы. И тень поглотит тайную королеву, когда истинное зло освободится. Да будет так, иначе все падет. Все потерпит крах. И боги умрут вместе с живыми».

Никто не произнес ни слова, затем Сорин шумно выдохнул.

– Что ж, звучит многообещающе, – усмехнулся он.

Голл отошел от камина.

– Послушайте, мы знаем, что боги целыми днями возвещают свою волю и свои беды через оракулов. Некоторые пророчества сбываются, некоторые – нет. Некоторые важны, некоторые – нет. Сейчас меня интересует только одно: собраться и отправиться в Ванглозу, чтобы забрать то, что нам нужно, и вернуться обратно. Морголит, – он повернулся к могучему гиганту, – ты едешь с нами. Если придется иметь дело с кем-то из теней, ты мне понадобишься.

– Да, повелитель.

– Кеффа и Сорин, подготовьте Избранных. Потом всем надо выспаться. Выезжаем рано утром.

Все согласно проворчали что-то и направились к двери. Голл казался взволнованным. Потребность успокоить его подтолкнула меня ближе. Но тут открылась дверь.

– Кстати об оракулах, – крикнул Кеффа, отступая в сторону, чтобы пропустить Далью.

– Хорошо, – сказал Голл, скорее, сам себе. – Рад, что ты здесь, – добавил он натянуто, с большей сдержанностью, чем раньше.

Далья прошествовала по комнате, одетая в более теплый черный плащ, подбитый мехом. Погода становилась холоднее. Она элегантно поклонилась нам с Голлом.

– Мой король. Моя мизра.

– Спасибо, что пришла. – Голл подошел ко мне ближе, обвив рукой мои бедра. – Мы отправляемся в Мирланд, и мне нужно, чтобы ты поехала с нами.

Ее глаза на мгновение округлились, затем она взглянула на меня.

– В Мирланд, повелитель? Зачем?

– Это не твоя забота. Нам может понадобиться целитель, и я хочу, чтобы ты была радом.

Я не знала, что у Дальи есть такой дар. Конечно, оракулы нередко обладают и ви́дением, и магией исцеления. Я снова вспомнила Вейлу.

– Конечно, повелитель. Как пожелаете.

– Это все.

– Да, мой король.

Ее голос прозвучал тихо, почти робко. Затем она быстро ушла.

– Почему ты не рассказал ей, зачем мы едем в Мирланд? – спросила я.

– Потому что не хочу, чтобы кто-нибудь знал, чем мы занимаемся. Только те, кому необходимо.

– Вроде твоих Избранных?

Он обнял меня за талию и притянул к себе, пристально глядя в глаза.

– Избранным тоже не нужно знать. Те, кто только что покинул эту комнату, единственные, кому я доверяю больше всего.

Я играла шелковистой прядью его черных волос.

– Значит, утром мы отправимся в Мирланд.

– Чем раньше уедем, тем скорее вернемся в Нэкт-Мер. – Он нахмурился. – И почему ты так улыбаешься?

– Я никогда не встречала диких фейри. Я взволнована тем, что увижу часть мира, в которой никогда не была, будучи оберегаемой королевской особой Изоса.

Он сжал меня крепче.

– Не знаю, нравится ли мне, что ты взволнована встречей с диким фейри.

– Ты ревнуешь, король Голлайя? – Я провела пальцем по его сжатой челюсти.

– Всегда. – Он наклонился к моей шее и проложил дорожку поцелуев вверх. – Я ревную ко всем и каждому, кто привлекает твое внимание.

Меня затопила радость от его непринужденного признания.

– Это смешно. Ты ревнуешь к Хаве?

– Да. – Он принялся целовать с другой стороны, я наклонила голову, чтобы ему было удобнее. – У нее есть привилегия купать и одевать тебя каждый вечер.

– Ты можешь заняться этим, если хочешь.

Он поднял голову, в его драконьих глазах полыхало желание.

Когда он ничего не ответил, я добавила:

– Кажется, ты как-то говорил, что ты король и можешь делать все, что захочешь.

– Говорил. – Его руки скользнули по моим бедрам. – Ты позволишь мне отпустить твоих служанок и заняться твоим туалетом?

Я запустила пальцы в его волосы и сомкнула их вокруг больших рогов, дрожа от мысли о том, как он будет меня купать.

– Кто бы отказался от услуг такого мужественного короля?

Его улыбка стала шире.

– Полагаю, пора готовиться ко сну, не так ли?

– Еще середина дня. – Я усмехнулась. – Сначала ты должен заняться королевскими обязанностями. Когда мы пришли, я слышала, как Кеффа упоминал, что с тобой хочет поговорить гильдмастер из Сильвантиса.

– Нет. Ты ослышалась. – Он провел рукой по моему позвоночнику и намотал мои волосы на кулак.

Я засмеялась:

– Нет, не ослышалась.

– Кеффа справится с гильдмастером сам. Идем, искупаем тебя.

– Голл, мы еще даже не ужинали.

– Предпочитаю сначала съесть тебя. Потом прикажем принести подносы наверх.

При этой мысли я сжала бедра.

– Идем. – Его ноздри раздулись, прежде чем он отступил. Он взял меня за руку и повел к двери. – Завтра ночью мы снова будем спать в шатрах, и я хочу насладиться тобой в нашей постели, пока есть такая возможность.

– Полагаю, у меня нет выбора, – поддразнила я.

– Твой король приказывает, мизра. – Он остановился у двери, обхватив мою щеку ладонью. Я прижалась к нему. – Ты откажешь своему королю?

Он подвинулся ближе, в его голубых глазах горел голод. В его голосе мелькнула нотка уязвимости, лицо напряглось, как будто он ожидал, что я откажу.

Улыбаясь, я прошептала:

– Никогда.

Затем мы пошли в его спальню и провели остаток дня и ночь в свое удовольствие.

Я никогда не скажу Хаве, но он оказался гораздо более внимательной горничной из всех, что у меня были.