Я читал послание от Сорина в военном зале, которым отец редко пользовался. В последние несколько дней я пришел к выводу, что он вел войну, бросая больше и больше воинов в одну битву за другой, без какой-либо стратегии, которая помогла бы закончить ее быстрее или избежать кровопролития.
Услышав из первых уст некоторые из его приказов, отданных командирам на фронте, я упрекнул себя в том, что не начал действовать раньше. Эта война привела к ужасающим потерям среди нашего народа. Столько жизней потеряно, и тем не менее она еще не закончена. Не официально. Остался один шаг.
Единственным умным ходом моего отца было отправить своих Кел Клисс на тайное задание выкрасть дочь Конналла Хартстоуна. Внутренности скрутило в узел при мысли о том, что она находится несколькими этажами выше, в бывшей спальне моей матери.
– Какие новости от Сорина? – спросил Кеффа.
Мой старый друг поправлялся. За исключением повязки на глазу и шрама вдоль щеки, он выглядел как раньше. И он, хотя все еще приходил в себя, похоже, быстро набирал вес и выглядел бодрым и энергичным. Поразительно, чего сумели добиться целители всего за несколько дней.
– Пора, – ответил я ему, бросая свиток на стол, на котором была разложена карта Люмерии с отметками о передвижении войск вокруг Изоса.
– Голл, я хотел бы присоединиться к солдатам в лагере, – сказал он и добавил с мрачной серьезностью: – Раз уж я пропустил все веселье, хочу хотя бы отпраздновать с ними победу.
– Ты вел собственную битву. – Много лет он сражался с темнотой, одиночеством и голодом в подземелье. – Прости, что не пришел раньше.
Он покачал головой.
– Не извиняйся за то, в чем виноват Закиль. Оставь это в прошлом. Мы вступаем в новый мир. Благодаря тебе.
Я хмыкнул, свернул послание от Сорина и убрал к остальным в ящик стола.
– Это будет зависеть от принцессы Тиарриалуны.
– Как так?
– Пойду ли я по стопам своего отца – вот как. Многое зависит от нее.
Кеффа на мгновение замолчал, потом добавил:
– Видение Дальи. Ты уверен, что речь шла о ней, да?
– Я знаю, что о ней, – без колебаний ответил я.
Прошлой осенью Далья сделала мощное предсказание с помощью магического кристалла и капли моей крови вскоре после того, как она присягнула мне на верность в качестве королевской провидицы. Она приходилась мне дальней родней и служила жрицей в храме Сильвантиса, но втайне гадала для меня на магическом кристалле, направляя меня на пути к трону.
У нее было много видений, но больше всего мне запомнилось одно, когда она объявила, что «женщина-фейри с меткой демона принесет возмездие Викса».
Возмездие Викса было старой легендой, обещанием, что однажды наш народ возвысится и станет править всеми. Во всех летописях фейри светлые – особенно лунные фейри Изоса – господствовали в нашем мире. Они владели самыми богатыми и плодородными землями, лесами, полными дичи, и рудниками с драгоценными камнями. И хорошо охраняли границы, чтобы предотвратить торговлю, за исключением случаев, когда это было выгодно им.
Контрабанда была обычным делом, особенно в окрестностях Хелламера. Многие живущие там лесные фейри игнорировали законы своего короля, запрещавшие торговать с темными фейри Нортгалла, но я считал неприемлемыми кровавые стычки и нападения их солдат на наших фейри.
– Моему отцу было достаточно сидеть здесь, во дворце, Кеффа, игнорируя проблемы нашего народа. Я не стану так делать. Я знаю, это мое право от рождения, одобренное богами, – взять корону и править нашей страной и Люмерией. И я сделаю это любой ценой.
– И принцесса является ключом, верно?
– Верно. Теперь я должен убедить ее в этом.
Он хохотнул, шрам на щеке натянулся.
– Ты думаешь, она примет твое… предложение с благодарностью?
Я выпрямился, расправив плечи, все мое тело напряглось, наконец готовый идти к ней после доклада Сорина.
– Нет. Она возненавидит меня за него. – Я пожал плечами. – Но все равно примет.
– Значит, ты заставишь ее, – обыденно произнес он. – Звучит очень похоже на то, как поступил бы Закиль.
– Мой отец планировал насиловать ее пять лет и отправить обратно в Изос по кусочкам. Мой план не такой.
– Заставить ее стать твоей мизрой и держать пленницей здесь не намного лучше.
– Кеффа, – предупреждающе отрезал я. – Это нужно сделать.
Никто из нас не знал, кем была женщина в видении Дальи, до тех пор, пока я не увидел в тронном зале Уну и ее крылья. Ее черные крылья. Они отросли вновь в цветах моего дома, Нэкт-Мера, дворца, вырезанного в вулканическом обсидиане, оставшемся после извержения Виксет-Крона тысячи лет назад. Это был цвет наших доспехов, наших мечей, наших храмов – всего нашего мира.
Ей суждено быть моей, принести возвышение темных фейри со мной во главе. Возненавидит ли она меня за то, что я планирую сделать, за роль, которую она должна сыграть, – неважно. Я добьюсь этого любой ценой.
Мы, темные фейри, отгородились каждый в своем королевстве, влача свое существование под путеводной звездой Люмерии, где плодородные земли приносили изобилие и даже излишки, где население процветало и где повсюду журчала магия. Я собирался не только открыть ворота в те земли, но и стать их новым правителем. Союз с Уной усилит мои притязания и сделает принца Бэлинна Изосского покладистым и мирным.
Но сначала… принцесса должна принять свою судьбу.
Кеффа замолчал, глядя на меня с отеческим неодобрением. Мне было глубоко плевать.
Я вышел из зала, в крови горело раздражение. Пока я поднимался на первые ступени, внешняя дверь за моей спиной открылась. Я остановился, внутрь вошли Пулло с Тирзелем и еще двумя призрачными фейри.
Хоть я и не позволил им отправиться на фронт с Сорином, я назначил двух других фейри охранять дверь принцессы, чтобы они могли патрулировать город.
Последние несколько дней выдались опасными, пока мы ловили всех союзников моего отца. Мы предоставили им выбор: склониться и присягнуть мне или умереть. Пока что все решали очень быстро. Преклонить колено легко, когда на кону стоит твоя жизнь. Но я понимал, что восстание против моего прихода к власти все еще возможно.
Когда вошедшие подошли ближе, я узнал близнецов. Их лица были напряженными и мрачными. Я развернулся, ожидая, пока они подойдут, опустив руки вдоль тела, готовый сражаться, если мои кузены задумали это.
Мек и Феррин были единственными сыновьями моей тетки, маминой сестры. Я слышал, что они присоединились к армии моего отца совсем недавно и были назначены послами. В докладах сообщалось, что отец отправил их на север торговать с королем фейри теней, чтобы получить больше золота для финансирования войны.
Мои кузены, из-за своей благородной крови и дальнего родства с королем Закилем через мою мать, были самыми подходящими для заключения сделки с фейри теней. Те добывали вдоволь золота в недрах Сольгавийских гор и мечтали о нашей черной стали, добываемой в Виксет-Кроне.
Согласно книгам, которые вел отцовский писарь, кузены уехали прошлой весной. Дойдя до подножия лестницы, Пулло и Тирзель отошли в сторону, а Мек и Феррин опустились на одно колено, склонив головы.
– Приветствуем, кузен, – сказал Мек, он всегда был более разговорчивым из них двоих. – Мы принесли добрые вести с севера. Принц Торвин из Гадлизеля принял предложение по черной стали. Мы вернулись с оплатой золотом… для тебя.
Я не стал спрашивать, почему они вели переговоры с принцем, а не с королем. Ходили слухи, что отец принца Торвина сошел с ума. Этот разговор может подождать.
– Для меня? – резко спросил я. – Мой отец приказал вам отправиться на это задание. И я уверен, вы уже знаете, что он мертв. И хотя я могу предположить, что ваше возвращение с золотом, причитающимся Нэкт-Меру, признак вашей преданности короне Нортгалла, я не могу принять вашу верность, пока вы не принесете присягу. Мне.
Мек поднял голову, встретив мой взгляд, а Феррин продолжал смотреть в каменный пол. Я не видел их много лет. Они выросли достойными воинами.
У них не было отца, и моя тетя покинула Сильвантис, чтобы растить их в Белладуме. Мама всегда жалела сестру, которая была вынуждена воспитывать двух сыновей в одиночку. Я считал, что тетя всегда завидовала маме, которая ни в чем не нуждалась, будучи мизрой моего отца. Пока он не обвинил ее в измене и не убил.
– Я, Мек Валсгар, вручаю свою жизнь и верность законному наследнику Нортгалла, Голлайе Вербейну. – Он вытащил короткий кинжал из ножен на поясе и сделал надрез на ладони, клянясь на крови. – Пусть наш бог Викс услышит мою искренность и правду.
Он сжал ладонь в кулак, позволяя крови капать на камень, потом прижал кулак к сердцу, отдавая мне честь.
Я спустился по ступенькам, глядя на Феррина, который наконец посмотрел мне в глаза. У обоих были необычные бледно-желтые глаза, такие же, как у моих тети и мамы.
Феррин вытащил свой кинжал и порезал ладонь, сжал кулак и ударил им по груди.
– Я, Феррин Валсгар, вручаю свою жизнь и верность законному наследнику Нортгалла. – Его лицо было напряженным и серьезным. – Голлайе Вербейну.
Наши отношения никогда не были близкими или теплыми. Когда они были еще мальчишками, а я подростком, мы сражались игрушечными мечами во дворе Виндолека, где я проводил лето с мамой. Я верил, что тогда они восхищались мной и даже немного завидовали.
Но когда они подросли, тетя перестала приезжать в гости, а потом маму убил мой собственный отец, и с тех пор я их не видел.
До сегодняшнего дня.
Неудивительно, что оба выглядели напряженными. Хоть в нас и текла общая кровь, мы больше не знали друг друга. И я мог отказаться принимать их присягу, ведь они служили моему отцу послами – почетная должность при дворе. Я мог бы убить их за это, как убил приближенных отца в тронном зале. На моем месте отец наверняка казнил бы их.
Но я решил не править так, как он.
– Вы оба будете служить мне как своему новому королю, но не в качестве послов.
Мек нахмурил лоб, а Феррин стиснул челюсти, все еще стоя на колене и прижимая кровоточащие кулаки к сердцу.
– Вы присоединитесь к моим Кел Клисс. Это единственный способ, которым вы можете мне служить.
Напряжение на их лицах тут же сменилось удивлением.
– Кеффа подготовит вас к испытанию. Если выдержите и выживете, тогда займете полноправное место среди моих Кел Клисс как мои кровные родичи.
Мек тяжело сглотнул.
– Благодарю, милорд.
Феррин промолчал, братья обменялись быстрыми улыбками.
– Когда? – спросил Мек.
– Сейчас. – Я повернулся к Пулло. – Подготовь их к ритуалу. Испытание начнется сразу же. Я поговорю с Кеффой, чтобы наблюдал за испытанием и отправил весточку Далье в храм.
– Да, повелитель.
Затем я повернулся обратно к военному залу, тяжело вздохнув. Похоже, с визитом к принцессе придется подождать.