Пир заканчивается поздно. Гости ещё шумят, хлопают в ладоши, кто-то запускает магические искры под потолок: золотые вспышки кружатся над нами и растворяются в воздухе.

Я стою рядом с Каэлгардом, держу его руку, улыбаюсь всем, кланяюсь, но внутри всё дрожит. От смеси страха и предвкушения чего-то нового, неизвестного. От того, что сейчас мы уйдём, и останемся только вдвоём. Впервые по-настоящему.

В рот даже кусочек не лезет от волнения. Выйти замуж за дракона — к такому меня жизнь точно не готовила. Это похоже как стоять на краю пропасти и решиться шагнуть. Потому что веришь, что тебя подхватят, не дадут упасть.

Каэлгард наклоняется ко мне, касается губами моего виска.

— Пора, — шепчет он тихо, только для меня.

Я киваю. Сердце колотится так сильно, что кажется, все слышат. Он берёт меня за руку, переплетает пальцы и ведёт через зал. Гости расступаются, улыбаются, кто-то кричит вслед что-то шутливое или напутственное, но я уже ничего не слышу.

Словно вокруг нашей пары образуется кокон из сжатого воздуха, куда не добираются звуки и запахи извне.

Только наши дыхания рядом. И тепло переплетённых ладоней.

Мне самой не верится, что это со мной происходит. Как я решилась вообще? Просто случайно согласилась, потому что в этом мире он был единственный, кто заботился обо мне. Так себе причина выйти замуж.

Но другая причина, в которой я боюсь даже самой себе признаться в том, что моё сердце замирает, когда он рядом. И мне не хочется отпускать это чувство.

Мы выходим в коридор. Стража кланяется, двери закрываются за нами, отрезая от толпы окончательно.

Каэлгард приводит меня в свои покои, специально приготовленные для этой ночи. Внутри них царит привычный полумрак. Мужчина лишь слегка взмахивает рукой и сотни свечей загораются ровным золотым светом.

Теперь я вижу, что пол весь усыпан лепестками роз. Всё та же огромная кровать, с тяжёлыми балдахином цвета ночи. Стол у кровати сервирован на двоих: два бокала, кувшин с вином и фрукты.

И больше я не успеваю ничего заметить и ни о чем подумать, потому что за моей спиной раздается щелчок замка. Каэлгард закрывает дверь и поворачивается ко мне.

Я стою посреди комнаты и вдруг понимаю — вот сейчас. Это случится сейчас. Он видит моё смятение, подходит медленно, берёт моё лицо в ладони осторожно, как будто я из тончайшего стекла.

— Ты дрожишь, — говорит тихо.

Я киваю. Слёзы подступают, и вдруг вся моя решимость выйти замуж за этого … дракона, довериться ему куда-то испаряется, будто её и не было.

— Я… я не знаю, хочу ли я этого… — шепчу я. — Я никогда…

Он улыбается мягко и нежно. И внезапно его глаза теплеют, плещутся на глубине расплавленным золотом.

— Тсс, — шепчет он, обнимая меня — И это не страшно. Мы никуда не торопимся. Если не готова, просто скажи. Я подожду. Сколько нужно.

Я смотрю в его глаза. В них нет нетерпения. Нет разочарования. Только тепло, которое согревает меня.

— Я готова, — шепчу я. — Просто… боюсь. Это всё так быстро произошло…

Он наклоняется, касается губами моих губ, невесомо и тут же шепчет в них:

— Тогда мы не будем торопиться. Ничего не бойся. Я с тобой. Не брошу тебя больше никогда. Веришь мне?

Я завороженно слушаю его слова, которые проникают в самое сердце. Медленно киваю. Конечно, верю. Больше мне некому верить.

Его пальцы тут же скользят по волосам, распускают причёску. Локоны падают на плечи. Он в это время уже целует меня в висок, опускается к шее, оставляя поцелуи везде. Я вздрагиваю каждый раз, когда его губы касаются кожи. Он останавливается, смотрит мне в глаза.

— Тебе хорошо? — спрашивает тихо.

— Да, — выдыхаю я.

Он улыбается. Продолжает. И действительно не торопится. Платье расстёгивает медленно, пуговка за пуговкой, что я уже сама начинаю помогать ему. Он лишь усмехается, и в тот же миг ткань падает к ногам. Я остаюсь стоят в тонкой сорочке и пытаюсь прикрыться руками, вдруг смутившись его пристального восхищенного взгляда. Он ловит мои запястья, мягко отводит в стороны.

— Не прячься, — шепчет он. — Ты моя, и ты прекрасна. Я хочу видеть тебя всю.

Я краснею до корней волос, но опускаю руки. Он смотрит на меня долго, словно пытается запомнить все изгибы тела, отлично видные под сорочкой. Потом раздевается сам — медленно, давая мне привыкнуть. Камзол, рубашка, брюки летят на пол. Я вижу его обнажённого, сильного, покрытого шрамами, но красивого. Очень красивого возбужденного мужчину.

И причина его возбуждения я. Это просто не укладывается в голове.

Но он уже обнимает меня, стягивает сорочку, и теперь прижимает кожа к коже. Время останавливается, я уплываю, тону в своих ощущениях. Запускаю пальчики в его длинные волосы, пропускаю пряди между пальцами.

Каэлгард в один миг подхватывает меня на руки. Вот только что мы стояли посреди комнаты и через мгновенье я лежу на середине кровати, распластанная под ним и прижатая к простыням тяжелым мужским телом.

И это оказывается так прекрасно, что я закрываю от блаженства глаза и сама тянусь за поцелуем. Каэлагрду это служит будто последним разрешением, он тут же впивается в мои губы, словно это единственный источник воды в пустыни, и без моих губ он погибнет от нестерпимой жажды.

Я не могу сдержать стона. Выгибаюсь под ним. И получаю ответный стон в мой рот. Он проносится током по всем нервным окончаниям и по венам, наполняет мою душу трепетом. Это так восхитительно, что я понимаю, что готова на всё, лишь бы услышать его стон ещё раз. И ещё.

Ещё много-много раз.