7

Ох, уж эти параллельные временнЫе потоки! Как и в «прошлой жизни», папа бросил курить 1 марта. Устал кашлять после каждой выкуренной «беломорины», и утром просто попросил маму убрать купленные папиросы на антресоль платяного шкафа. Та, конечно, похихикала по поводу его решительности, но он слово сдержал: даже подвыпив, больше никогда не просил «соску», как иногда делали другие мои знакомые, тоже «завязавшие».

Но это было уже после танцулек, которые мы благополучно отплясали под грохот моих больших колонок и вспышки цветомузыки. Народ был в восторге от моргающих в такт музыке разноцветных лампочек. Вернее, светофильтров перед лампочками. Сам аппарат я, как и пообещал Владимиру Андреевичу, подарил школе, а усилитель и колонки на следующий день отвёз на санках на Миасскую. Ну, не до возни с тяжестями было мне после танцев: Раю нужно было домой проводить. А поскольку мы не спешили, то ночевать мне пришлось идти в халупу, чтобы не будоражить поздним возвращением повариху. Заодно и закончил переписывать книжку. Всё, завтра вручу стопку тетрадок подружке, пусть в выходной день читает.

Цветомузыка не только вызвала восторг, но и нагрузила меня несколькими однотипными разговорами.

— Слушай, а ты можешь и мне такую же спаять?

— Такую же не смогу, а немного поменьше, с низковольтными лампочками, можно.

— А почему только поменьше?

— Радиодетали. Тиристоры достать — огромная проблема, а если сделать на транзисторах, то лампочки на 220 вольт в неё уже не поставить. Транзисторы такого напряжения и тока не выдерживают. К тому же, это будет не бесплатно. Детали ведь покупать придётся.

— Ну-у-у… В десятку можно будет уложиться?

— Смеёшься? Ты посмотри, сколько цветомузыка в магазине стоит.

— А сколько?

— Набор для самостоятельной сборки около двухсот рублей, а готовая — все четыреста.

— Охренеть!

— В общем, если сам сделаешь корпус и экран, то рублей в семьдесят уложиться можно будет. Я всё спаяю, настрою, а ты уж сам плату и трансформатор в какую-нибудь коробку засовывай и лампочки втыкай.

— Это у предков надо будет спрашивать, дадут ли они столько денег…

Конечно, надо будет спрашивать. У некоторых оклад восемьдесят рублей, а сто сорок рублей считаются неплохой зарплатой… Кроме того, набивать руку в сборке и настройке цветомузыкальных установок — это здорово, но не себе же в ущерб это делать. Пусть даже деньги у меня, можно сказать, халявные. Кроме того, никогда не рвался себе самому сделать цветомузыку. Для танцулек она подходит отлично, поскольку «вписывается» в атмосферу «скачек» (бытует сейчас среди моего поколения такой жаргонный термин танцев) отлично, добавляет настроения. А дома слушать что-то под моргание лампочек… Ну, раз интересно будет, ну два. А городить огород из-за того, чтобы иметь возможность раз в полгода-год понтануться перед гостями своего возраста… Овчинка выделки не стоит. Особенно — если вспомнить про маяту с корпусом: аппарат ведь надо сделать более или менее презентабельным внешне.

Можно, конечно, извратиться, как я когда-то сделал с домашним усилителем: засунул самодельную конструкцию в… жестяную коробку из-под виски «Джек Дениэлс» и повесил это чудо на стенку. Прикольно получилось, гости постоянно спрашивали, что это такое. Но на любителя. Очень на любителя.

Шихуцкий, будучи преподавателем физики, моему «подгону» был рад. И на колонки с «Бригом» смотрел с огромным интересом. Вот только он, в отличие от сверстников, прекрасно осознавал стоимость моего усилка и реальные затраты сил и средств на изготовление самодельных колонок. Но пообещал я ему в отдалённом (до окончания мной десятого класса) будущем собрать усилитель, помощнее и покачественнее школьного «Электрона». А если ему удастся добыть динамики, то и колонки. Если школьный «трудовик» поможет с изготовлением всё тех же корпусов. В общем, «я тебя поцелую. Потом. Когда-нибудь. Если ты захочешь, а я не забуду».

Школьную линейку, посвящённую 23 февраля, мы провели, как это требуется. И именно на ней я выступил с инициативой принять участие в «Бессмертном Полку» 9 мая, удивив директора тем, что во время поездки в Москву обсуждал данный вопрос с «инициатором» идеи, организатором ликвидации Троцкого генералом Судоплатовым. О том, что он в настоящее время лишён генеральского звания и наград, в Атляне никто не знает, поскольку Павла Анатольевича после 1953 года полностью выбросили из информационного поля. А я не стал об этом вспоминать. Судя по появлению в школе «комитетчика», мои контакты с Судоплатовым и послужили поводом для внимания ко мне со стороны КГБ. И я этих контактов скрывать не стал. А зачем их скрывать, если «конторе» о них известно? Чистосердечное признание смягчает вину и увеличивает срок заключения. Кстати, и Владимир Андреевич наверняка смог «сложить один и один»: ликвидация «льва революции» советскими спецслужбами трактуется как огромное достижение, а её организатор наверняка находится «под присмотром» Комитета.

Через две недели (без одного дня) после празднования Дня Советской Армии — следующее мероприятие из числа «обязательной череды зимних праздников». Поздравление женщин-учителей и девочек-школьниц. Тут уж я отбился от «чести» выступать с приветственной речью, присоединившись к школьной художественной самодеятельности. Нет, не к хору младшеклассников, певшем о лучшей на свете маме, и не к декламированию стихотворенья Михалкова про то, что мамы разные важны, мамы всякие нужны. Опять спел под гитару «Милую мою» Визбора. Ну, типа, подарок сверстницам, начавшим грезить о любовях.

С цветами для вручения «виновницам торжества», мягко говоря, не задалось. Ну, нету в данное время огромного количества цветочных киосков. Тем более — в небольших посёлках городского типа, коим является Нижний Атлян. Даже Рае пришлось дарить веточку распустившейся вербы, которую я держал в тёплой «халупе» именно для этого: не палиться же, каждый раз вручая ей букеты, притащенные из будущего.

Веточка вербы, полтора часа поцелуев и ласк. А после них — снова тянущие ощущения в мошонке в качестве «отходняка» от возбуждения. Зараза! Когда же мы, наконец, «повзрослеем»? Чтобы можно было воплотить в жизнь стишок:

Восьмое марта близко-близко,

И сердце бьётся, как олень.

Не подведи, родная писька,

В Международный Женский День!

Тем более, в сам Международный Женский День обязательно надо съездить домой, чтобы поздравить с праздником маму. Это — святое.

Как поздравить? Вручением корешков от выигрышных билетов «Спортлото». Которые сделают нас богатыми. Очень богатыми по меркам 1979 года. Всё, пришла пора сорвать главный выигрыш, чтобы не парить мозги с деньгами на строительство нового дома и последующие крупные покупки. Предъявить-то к оплате их можно хоть на следующий день после официальной публикации результатов розыгрыша, а вот получить от двадцати до двадцати пяти тысяч рублей (по моим грубым прикидкам) удастся только примерно через месяц, после экспертизы тех самых корешков.

Мои «прогнозы выигрышей» у мамули уже практически не вызывают иронии, поскольку сбываются всегда. Я ей уже несколько раз накануне розыгрыша писал перечень выигрышных номеров и объяснял, почему заполняю билеты «с ошибками». Но, когда объявил о том, на какую сумму на этот раз «пополнится семейный бюджет», просто ошарашил и её, и отца.

— Что мы с такими деньжищами делать будем?

— Тратить, — хмыкнул я. — Думаешь, не найдём, куда потратить? Лет через пять почти ничего от них не останется. Только, пожалуйста, не рассказывайте никому, какой на самом деле получился выигрыш. Даже Славке: мелкий он, проболтаться может. А ты, пап, когда будешь получать деньги, всеми четырьмя лапами отбивайся от корреспондентов, чтобы они не раскрыли фамилию «счастливчика». Опасно это. Ворьё и жулики тоже газеты читают и сплетни о заоблачных выигрышах слышат. Большие деньги, конечно, не скроешь, но пусть это будет всего пять тысяч, а не двадцать с лишним. Иначе от зависти куча народа гадить по мелочам начнёт. А нам это надо?

— Совсем по-взрослому ты, Михаил, стал рассуждать…

8

После розыгрыша, в котором выпали именно те цифры, которые я отметил в билетах, «накачку» о соблюдении мер безопасности я повторил. «Полная тайна вкладов», как говорил товарищ О. Бендер. Никакой налички, только зачисление на сберкнижку. Наличные деньги сейчас имеются, а когда нужно будет ещё — снимем.

— Надо бы вам с Вячеславом завести накопительные счета до совершеннолетия, — проснулся в маме креатив.

А почему бы и нет? Только не по пять тысяч, как предложила она, а по две, максимум, по три тысячи: всё-таки расходы на ближайшую пару лет предстоят немалые. И на стройку, и на покупку машины, и на обстановку в новом доме. Да и всевозможные «мелкие» расходы предстоят. Мелкие-то они мелкие, а всё равно в сумме набежит прилично. Плюс наверняка родственники и знакомые побегут взаймы просить. И если на просьбы «чужих» можно (и нужно!) реагировать дифференцировано, то родне отказывать нельзя. В помощи ведь они никогда не отказывают. Вон, только чуть больше месяца прошло, как, например, вывезли с пилорамы остатки бруса и досок на «стройплощадку» на «выписанном» Сергеем полуприцепе, «македоне», как их называют миасские водилы.

Корову менять надо. Наша Красуля уже старая, по осени, когда приближается пора прекращать её доить, «чудить» начинает: не приходит к хлеву, а прячется в лесу. Даже подвешенное ей на шею ботало (типа колокольчика, только очень грубо сработанного) не помогает. Эта хитрюля, укрывшись где-нибудь в кустах неподалёку от посёлка, может пару часов простоять неподвижно, чтобы бренчание ботала её не выдало. А нам — бегать по темноте, разыскивая «гулёну». Не подоишь даже разок, и она очень быстро начёт снижать удои.

Без коровы родители пока себе жизнь не представляют. Да и сложно будет обходиться без неё даже в крупном посёлке: со снабжением мясомолочной продукцией после засухи 75–76 годов очень «невесело» стало. Если в городе можно где-нибудь выстоять очередь и «оторвать» мясо, колбасу, масло и даже молоко, то в сельскую местность это всё доходит редко. Эх, где та благословенная первая половина семидесятых, когда даже в крошечном магазинчике Зелёной Рощи можно было купить копчёную свиную ногу или корейку? А скоро, с началом 1980-х, со снабжением ещё хуже станет, появятся талоны на нормированную продажу многих продуктов.

Корова… Её в сельской местности без малейшей иронии называют кормилицей. В то же время, она и главная забота тех, кто её держит. Причём, забота эта начинается с момента её рождения. Так уж устоялось, что корову сводят с быком ранней весной, а телята обычно рождаются с середины января по март. Только хлев не отапливается, «печкой» в нём «работает» само животное, тепло которого позволяет поддерживать внутри помещения температуру немного выше нуля. И новорожденного телёнка (коровы способны родить и без помощи человека, но и у них случаются осложнённые роды, так что хозяева стараются не пропустить этот момент) нужно отнести в тёплое помещение, чтобы мокрое коровье дитя не простыло. Обычно для него выделяют в доме небольшой выгороженный угол. Уже через несколько часов телёнок начинает вставать, но его всё равно надо выдержать дома дня три-четыре, кормить из соски или «с руки»: в ведёрко с молоком опускают руку, и он начинает обсасывать пальцы, просто моментально учась пить и без них. Это что-то вроде умения ездить на велосипеде: если получилось хоть один раз, то навык остаётся на всю жизнь.

Первые несколько дней коровье молоко очень жирное. Пить его, не рискуя заработать понос, невозможно. Зато, сварив его остатки (после кормления телёнка), получают сырообразную массу, называемую молозиво. Очень даже пригодную для еды. А через несколько дней и жирность нормализуется, и коровий детёныш начинает есть не только молоко, но и сено.

В этом году из-за болезни отца во всей возне с телёнком пришлось принимать участие мне. Ну, кроме самих родов («маленький ещё», как заявила мне мама). И закутанную в фуфайку малышку тащить из хлева-стайки в квартиру, и, пардон, навоз за тёлочкой убирать с постеленной ей для лежанки охапки сена, и «жидкие отходы жизнедеятельности» с пола вытирать.

Тёлка сможет принести потомство только к двухлетнему возрасту, так что более молодую корову вместо Красули всё равно придётся осенью покупать, чтобы не «куковать» целый год без молока. А это, в зависимости от «стати» коровы, рублей 700–800. Значительная часть денег, конечно, «отобьётся» с продажи мяса на городском рынке, но уже потом, когда в хозяйстве появится новая корова.

Соответственно, строительные работы возведением дома не ограничатся. Надо будет и хлев с курятником строить, и баню, и гараж. И забор с новыми воротами: нынешние-то едва держатся. Даже не на честном слове, а, как в сказке про гадкого утёнка (в том месте, где говорится про избушку, в которую пришёл будущий лебедь), из-за того, что не знают, в какую сторону им упасть. Вот так: одна мелочь за другой, и в итоге набегают совсем не мелкие денежные и трудовые затраты.

Одно радует: весна уже. Конкретная весна с пригревающим солнышком, тающим снегом и, соответственно, текущими ручейками талой воды.

Соответственно, настроение у всех радостное, весеннее. Ну, почти у всех. Братик мой, как это было и «в прежней жизни» умудрился подцепить «желтуху», гепатит А. От той самой «Гульки-Гиззатульки», заболевшей в их классе за три недели до этого. Я же тогда заразился от него (у мальца из-за плохого самочувствия «нежность проснулась», целоваться ко мне полез) и три недели пролежал в «инфекционке» в Старом Городе. Очень уж мне не хотелось снова там валяться, поэтому сразу же «слинял» в атлянский дом, где и торчал, пока брата не отправили в больницу.

У девчонок в глазах любофф светится. Черникова по утрам является на уроки с распухшими от поцелуев губищами (роман с Серёжкой Ковальчуком из десятого класса у неё в разгаре). Даже в интернате её тёзка по фамилии Мордасова томно вздыхает, глядя на меня. Видимо, надеется, что сумеет интернатскими вечерами «отбить» меня у Муртазаевой.

«Мордасиха» учится в восьмом классе, но младше меня всего на три месяца. Личико симпатичное, но, прямо скажем, интеллектом девица не блещет. Зато грудки начали расти. И, насколько я помню по «первой жизни», попытки погладить её по ним совершенно не вызывали у Ирки возмущения. Когда другие не видят. Но «во второй жизни» я такого не допускаю. Вот накануне весенних каникул и дождался вечерком прямого предложения:

— Миша, мы так давно после отбоя радио не слушали. Может, сегодня вдвоём послушаем?

Угу. Разбежался!

— Конечно, послушаем!

Беру её за плечо и наклоняюсь к ушку, чуть прикрытому светло-русыми волосами.

— Ты же дашь мне сегодня? Правда?

— Ну, Ми-иша-а!

— Я обещаю: тебе понравится.

— Ми-иша-а… Что ты говоришь?

— А что тебе не нравится?

— Я же девушка…

— Ну, ты же понимаешь, что это только временное явление. Всё равно когда-нибудь придётся кому-то дать. Так почему бы не сегодня и не мне?

По глазам вижу, что Ирке и хочется, и колется, и мама не велит. В иркином случае — бабушка.

— Я… Я не могу так сразу…

Обиженно развернулась и пошла прочь. Чего, собственно, я и добивался этим хамским предложением.

Вот и весенние каникулы настали. А во время них — годовщина «переселения души». Как быстро время пролетело!

И чего я добился за этот год? Кажется, немало.

Если брать «личный фронт», то предпосылки к тому, что отец не окажется вечером 9 апреля 1983 года на дороге от Миасса к посёлку Ильменского заповедника, очень хорошие. Построим дом в Атляне, куда они с мамой и братом переедут, значит, им не потребуется переселяться в заповедник.

Финансовое положение семьи улучшил кардинально. Запаса денег должно хватить лет на пять, как минимум. А дальше снова что-нибудь придумаем. К тому же, я очень надеюсь, сползание к краху СССР будет проходить не так стремительно.

Спасти Муртазаеву? Тоже, кажется, получается. По крайней мере, она прямо говорит, что какое бы я ни выбрал учебное заведение, она непременно поедет поступать вместе со мной. А значит, будет под моим присмотром. Глядишь, со временем что-нибудь и более серьёзное из этой школьной любви вырастет.

В «глобальном плане»? Тут всё ещё более оптимистично. Брежнев не превратился в посмешище для всего мира, а «ушёл в тень», уступив место во главе партии и страны Щербицкому. Значит, реформы начнутся раньше и не будут столь «антисоветскими», как у «лучшего немца года». Сам «Горби» после скандала с Раисой Максимовной и ухода «на кладбище слонов» Андропова сидит на попе ровно, ни в какой Секретариат ЦК он не попал. Вместо него «продвинулся» куда более вменяемый «молодой кадр», Машеров. А «Борис, панимаишь, Николаевич» и вовсе умудрился «ласты склеить».

Знакомство партийных идеологов с новейшими подрывными технологиями Запада началось даже раньше «полевых испытаний» этих технологий. Причём, вместе с рекомендациями по снижению их эффективности. Может, даже удастся «обкатать» контрмеры уже в Польше.

Толчок советской вычислительной технике, надеюсь, удалось придать. Ведь не успели американцы запустить производство первого шестнадцатиразрядного микропроцессора, как я занёс в НИИ Суслова-младшего документацию на него, готовые образцы советского аналога, а также образцы линейки процессоров семейства «Байкал» с описаниями. Ну, и образцы и технологию изготовления пятидюймовых дискет ёмкостью 1,2 мегабайта. Вместе с самими приводами для их считывания.

Как мне кажется, очень неплохие результаты.