Глава седьмая

Разбудил Мэри нетерпеливый стук в дверь. На пороге стояла горничная:

– Её величество ожидает вас в гостиной. Я провожу.

После утреннего сна Мэри чувствовала себе ещё хуже, чем после страшной ночи. Голова гудела, мозги, казалось, слиплись. По подбородку текла слюна.

– Десять минуточек, – промямлила Мэри и неторопливо скрылась за дверью.

Проснуться окончательно не получилось, но причесаться, одеться и омыть лицо девушка смогла. Заглянув в зеркало, она с досадой подметила – вид у неё был унылый. Будто бы шли вторые сутки скарлатины.

Войдя в гостиную при покоях её величества, Мэри первым делом спрятала руки за спину, совершила поклон и уставилась в пол.

– Добрый день, Мэри, – поздоровалась королева, – присаживайся.

Не опуская смиренного взгляда, девушка на слабых ногах прошла к креслу и присела на край.

– Вижу, что думы твои не прошли даром. Поделишься?

Вчерашний вечер смог сделать то, что не получилось у предыдущих двадцати шести лет – девушка настолько напугалась и присмирела, словно побитая собака – дерзкая натура даже не шевелилась. Единственное, чего хотела Мэри – поскорее убраться из дворца. Поэтому она была готова согласиться на всё, лишь бы поскорее вернутся в комнату и начать подготовку к побегу.

– Вы во всём были правы. Нужно быть скромнее, стать кроткой и учтивой.

– Не думала, что такие проблемы решит двухдневное голодание, однако же вот, – в голосе Александрины звучало довольство. – Не хочешь ли чаю?

– Нет, спасибо, – подозрительно быстро ответила Мэри и потому добавила: – что-то не хочется.

– Ну, смотри. Усердствовать тоже не стоит, иначе наирский советник может подумать, что мы плохо заботились о тебе. Можешь быть свободна.

Совершив ещё один неловкий поклон, Мэри торопливо направилась к выходу. И вдруг остановилась.

И хоть последние двенадцать часов девушка всеми силами старалась не думать о произошедшем, призраке, причинах, которые привели к каким-то ужасным событиям – внутри всё замирало, при мысли, что она бросит всё как есть и сбежит.

– Ваше величество, в замке… в замке есть призрак?

Королева сощурилась:

– Ты головой стукнулась?

– Нет… Нет! Просто болтают всякое.

– Удивляюсь, не могу наудивляться. Дух-хранитель Варгов никогда бы не позволил завестись в замке призраку. Как можно не знать таких элементарных вещей?

– Дух-хранитель? – переспросила Мэри. – Образование моё действительно недостаточно хорошее. Но… я бы хотела это исправить, чтобы иметь возможность представлять великих Варгов достойно на чужбине. Ваше величество, разрешите посетить библиотеку.

Александрина долго и внимательно разглядывала Мэри, пытаясь найти подвох. Затем ответила:

– Что же… Это хорошее дело, и с сегодняшнего дня я даю тебе разрешение на посещение личной королевской библиотеки до тех пор, пока ты не отправишься к жениху. Мотеро! – произнесла Александрина и обратилась к горничной:

– Проводи.

Мэри рассчитывала посетить библиотеку после сборов, но поразмыслив, пришла к выводу, что так даже лучше.

Служанка поднялась на третий этаж, прошла коридор, галерею и, завернув за угол, рукой указала на дверь, которая сама услужливо распахнулась перед девушкой.

Горничная отправилась по своим делам, а Мэри сделала робкий шаг внутрь помещения, которым оказался огромный зал с высокими сводами, обставленный шкафами, стеллажами, с резными деревянными лестницами по периметру и небольшими балконами возле самых высоких шкафов.

Потоптавшись на месте, Мэри раздумывала о причинах своего прихода. Зачем она пришла сюда, вместо того чтобы готовиться к побегу? По всему выходило, что за правдой. Вот нужна ли ей эта правда – она лучше подумает потом.

Скинув задумчивое оцепенение, девушка прошла внутрь. «Только где искать?» – пришла запоздалая мысль. Побродив между стеллажей, она нашла редкие собрания, старинные фолианты, учебники по картографии, экономике, истории. И даже стеллаж с журналами. Очевидно, ничего из этого Мэри не могло помочь.

Она долго бродила по залу и вдруг наткнулась на высокий шкаф, забитый какими-то блокнотами и тетрадями.

«Дневники сэра Джеймса» – гласила золотая гравировка на верхней полке.

Полистав тетради, Мэри пришла к выводу, что это были скорее заметки. И кем бы ни был этот Джеймс, он очень много путешествовал. Датировались его записи примерно двумястами годами ранее. Никаких упоминаний о человеке, с чьим духом Мэри познакомилась при пролистывании дневников – не нашлось.

Из чистого упрямства она пальцем отодвигала каждую тетрадь, чтобы разглядеть название, и заметила, что на нижней полке лежат несколько записных книг, не принадлежавших Джеймсу Варгу.

Один блокнот был изрисован какими-то замысловатыми схемами. Второй – гораздо старше, и на его выцветших страницах чёрным грифелем были нарисованы диковинные цветы. А в самом углу находилась маленькая старинная тетрадь, обложка которой представляла собой деревянные дощечки, обтянутые кожей.

Внутри тетради на тёмно-коричневых, пошедших волной от влажности плотных страницах убористым почерком был выведен текст. На внутренней стороне обложки красовалась лишь скромная надпись «Эван». Больше никаких опознавательных знаков.

Как и с предыдущими тетрадями, Мэри открыла книжку на середине и вчиталась в каллиграфические буквы.

«...Четвёртое копьё вонзили в спину. Думаю, пробито лёгкое. Но даже сейчас он всё ещё лежит и с ненавистью смотрит на нас своими голубыми глазищами. Каждый раз заходя в схрон, я чувствую, как ледяной пот проступает на спине и висках. Мне противно моё существование, но мы совершили эту мерзость, и назад пути нет …»

Мэри захлопнула тетрадь и почувствовала, что в грудине неприятно ускорилось сердце, хлопотливо отстукивая неровный ритм.

Если бы девушка не успела накануне вечером увидеть призрака – она бы уже потеряла интерес к находке. Но она слишком хорошо запомнила и представляла эти небесные глаза. Сомнений нет – речь шла именно о них.

Воровато оглядевшись, Мэри устроилась на невзрачную скамейку в самом дальнем углу и, сделав несколько глубоких вдохов, открыла тетрадь сначала.