Глава девятнадцатая

Эоху заделывал последние щели в крыше, на которые вчерашним днём не хватило скрепляющего раствора и черепицы, когда Мэри вышла из дома и решительно направилась на праздник к поселенцам.

Разочарованно покачав головой, он собрал оставшиеся куски черепицы и слез с крыши.

Пойти в ночь к незнакомым людям… К счастью, Эоху понимал, что это связано не с глупостью, а с полным отсутствием житейского опыта.

Отмыв руки, лицо и голову, Эоху насухо вытерся холстиной, обернулся тенью и с досадой направился в сторону разведённых костров.

Когда он нашёл Мэри, хотел сразу же забрать домой. Но девушка выглядела такой счастливой, немного измазанной в жиру и приплясывающей в такт музыке.

Когда-то такие праздники устраивались и в его семье. Он частенько поигрывал на своей флейте. Вдруг пальцы зачесались, неожиданно сильно захотелось снова подержать её в руках и наиграть любимую мелодию.

Мэри тем временем прихлёбывала что-то из глиняной кружки и с каждой минутой подпрыгивала всё энергичнее и неуклюжее.

Судя по доносящемуся аромату, в чашке был ежевичный взвар… разбавленный креплёным односолодовым виски.

Эоху устало прикрыл глаза рукой.

На поляне во всю плясали юноши и девушки. Парни вышли из круга и вернулись с девушками, готовясь исполнить кейли1 . Парочки, подпрыгивая, весело кружились и держались за руки, периодически соединяясь в общий хоровод.

И Мэри взволнованно огляделась по сторонам. Когда девушки начали грациозно подпрыгивать вокруг парней, Мэри подошла ближе к поляне и попыталась повторить танец вокруг бочки. Ей так хотелось потанцевать вместе со всеми! Но никто не пригласил чужачку. От увиденного у Эоху защемило сердце. Он решил снять морок и потанцевать с ней, когда вдруг с боку его обошёл дородный паренёк и подал Мэри руку в пригласительном жесте, которую девушка с удовольствием приняла!

По венам потекло раздражение.

Добрый час они скакали вдвоём, как две лягушки, а затем здоровяк отправился с чашками за напитком. Только вместо взвара налил из бочонка спиртное.

Весь этот час Эоху задавался вопросом: что он здесь делает? Сначала мужчина посидел на завалинке, отхлебнул взвару. А теперь сердито наблюдал, как недоросль несёт Мэри «воду жизни» – не лучший способ ухаживания за девушкой. Вернее всего, здоровяк решил, что девушка здесь одна. Только ошибся.

Тень метнулась наперерез к парню, несущему две большие глиняные чашки, и ловко бросилась под ноги, незаметная в ночной темноте. Парень споткнулся и полетел вместе с чашками на землю. Содержимое стаканов вылилось, и Эоху ногой подкатил их за куст, а на землю выставил две чашки со взваром.

Здоровяк покряхтел, встал, отряхнулся и с удивлением обнаружил наполненные чаши.

Эоху довольно улыбнулся и направился в сторону, где приплясывала Мэри, с удивлением обнаружив, что у девушки в руках уже была чаша, и, судя по тому, как она кривилась, отпивая, внутри налит виски! Стоило отвернуться на минуту!

Из глаз от ярости посыпались искры. В этот момент изрядно поддавшая Мэри схватила проходящего мимо доходягу и потащила танцевать. От увиденного обомлел даже здоровяк, который, наконец, донёс взвар до нужного места.

Вдруг Эоху обернулся и увидел, что на него очень внимательно смотрит незнакомая девушка. Нахмурившись, он проверил морок – на месте. Значит, видеть его никто не должен.

Девушка вздрогнула и зашагала к танцующим, подошла к Мэри, схватила её за руку, выводя с поляны:

– Что… ик… случилось… Лорна? – Мэри явно была пьяна.

– Тебе лучше вернуться домой, – обеспокоенно ответила девушка, именуемая Лорной.

– Н-нет. Я хочу остаться. Тут так весело…ик!

Лорна испуганно обернулась на Эоху, а затем решительно потащила Мэри в сторону дороги между домов:

– Тебя ждут дома, иди уже.

– Что-то напутала ты… – проворчала Мэри и неровной походкой побрела к зимнему дому.

Эоху выдохнул с облегчением и послал девице благодарственный поклон. Та кивнула в ответ и ушла. Любопытный человек. Надо будет разузнать о ней побольше.

Тем временем из-за кустов показалась тень, а затем вышел человек в плаще, который торопливо догонял Мэри. Эоху с раздражением стянул с себя морок рукой, и человек в плаще попятился обратно к кустам. Эоху сердито хмурился. Что бы случилось с Мэри, не пойди он за ней? Позади послышались шаги.

Обернувшись, Эоху увидел того самого здоровяка, который, судя по всему, собирался догнать Мэри.

Сколько можно? Эоху начинал потихоньку свирепеть. Сделав несколько больших шагов, он преградил путь парню. Тот вздрогнул. Но не от неожиданности, когда Эоху заступил дорогу, а когда поднял голову и увидел лицо человека, грозно смотрящего на него.

– Пошёл вон, – шикнул Эоху, и парня словно сдуло.

* * *

Эоху с облегчением выдохнул, увидев, как Мэри открыла дверь и вошла в дом. Он быстро вошёл следом и уже предвкушал, что вскоре разляжется на кровати, когда понял – девушка остановилась в коридоре прямо напротив двери в его спальню и упёрла руки в бока.

– Я знаю, ты не спишь, ик! – рявкнула Мэри.

Стоя́щий позади Эоху удивлённо улыбнулся: ну и прозорливость.

– Я знаю, что ты… тебе пришлось нелегко. В твоей жизни произошли ужасные трагические события… И если в чём и был ты виноват, то давно расплатился. Ты не должен позволять прошлому отобрать твоё будущее. К твоему сведенью…ик, это был замечательный праздник и новые поселенцы – очень хорошие, добрые люди. Я чудесно провела время, никто и не думал мне вредить. Тебе стоит пересмотреть своё отношение к жизни…ик, – промямлила Мэри.

Эоху почувствовал, как бровь над правым глазом свело, а сам глаз дёргается. Внутри появилось совершенно новое и неизведанное чувство – ему страстно захотелось подойти к Мэри, взять её за плечи и хорошенько потрясти, чтобы, наконец, вытряхнуть хоть половину всей скопившейся дури.

Он схватил её за руку и с силой развернул к себе, крепко взяв за плечи.

Распущенные волосы у девушки взметнулись и рассыпались на плечи, глаза блестели. Вместо того чтобы смутиться, отодвинуться, как она делала обычно, когда он прикасался, или разозлиться и атаковать, Мэри удивлённо смотрела на него, часто хлопая пушистыми ресницами, совершенно не понимая, чем так рассердила мужчину.

Сначала он хотел разразиться гневной тирадой о том, что она могла уже не вернуться домой и ей следует быть осторожнее и менее доверчивой, но затем вдруг передумал.

Продолжая крепко держать девушку за плечи, он медленно склонился к Мэри, внимательно изучая её. Испугается? Убежит? Но девушка не шелохнулась и продолжала прямо смотреть ему в глаза.

По спине от поясницы к макушке табуном побежали мурашки. Шелест ветра за окном, журчание ручья и музыка, доносившаяся издали, стихли, оставив право существовать только дыханию и стуку сердца. Запах костра, ежевики и летних трав смешался, дурманя голову.

И вдруг Мэри сама потянулась к нему. Эоху почувствовал внутри жар и с восторгом притянул девушку к себе, нежно прикоснувшись к губам.

Поняв, что девушка не испугалась и не отступает, он обхватил одной рукой её шею, а другой обнял за талию, Мэри обхватила его плечи в ответ. Внутри по телу растекалось давно забытое ощущение, и он усилил напор, углубив поцелуй.

Мэри вздрогнула, и Эоху отстранился, взволнованно глядя ей в глаза:

– Всё в порядке?

– Да, – смущённо улыбнулась Мэри.

Слишком поторопился. Нельзя так, после всего, что она пережила. Эоху подхватил девушку на руки, отнёс в спальню. Уложил на кровать, а затем развернулся и на некоторое время замер, пытаясь разобраться в чувствах и совладать с эмоциями:

– Добрых снов, Мэри.

Вместо ответа он услышал скрип кровати и приближающийся шорох. Мгновение спустя Мэри запрыгнула ему на спину и повалила на кровать. Не ожидавший такого нападения Эоху потерял равновесие и по инерции упал вместе с девушкой.

– Не уходи, останься со мной, – шептала ему в ухо Мэри, – Так всегда бывает: сначала ты уходишь, а потом возвращаешься опустошённый, растерянный и несчастный. Не уходи. Я не позволю злу снова украсть твоё тепло.

Внутри Эоху болезненно прорастали всходы, и чем крепче Мэри прижимала его к себе, тем сильнее и выше они становились. Всходы эти были очень похожи на счастье, но Эоху не торопился называть их по имени, боясь сглазить. Широко улыбнувшись, он сказал:

– Говорят, в степях на большой земле, обитает хитрый паук. Он не плетёт паутину, как его сородичи. Он даже не умеет это делать. Целыми днями караулит добычу, а затем запрыгивает на неё… сзади. Никого тебе не напоминает?

Мужчина развернулся прямо в объятиях, чтобы лично оценить – понравилась ли девушке шутка, но, повернувшись к ней лицом, с немалой досадой понял, что девушка уснула.

Долго ещё он лежал, рассматривая Мэри, затем укрыл её, обнял и прошептал:

– Я не уйду.