— Слушай, Олег, поступила информация, что на пятнадцатом километре стоит брошенная тачка.

Майор Олешин покосился на своего напарника, сидевшего за рулем патрульной. До конца смены оставалось чуть больше часа. И катиться сейчас из Москвы куда-то за город, пусть даже и на пятнадцатый километр, это значило — влипнуть.

Придется осматривать, пробивать по номерам транспортное средство, пытаться связываться с хозяевами, вызывать эвакуатор, если хозяева не найдутся. А если в машине трупешник? Это залипание часа на три, не меньше!

— Пока группа приедет. Пока показания с нас возьмут. Ты чего вот с инициативой всегда лезешь, старлей?

Олешин покосился на рацию в руках напарника.

— Не мог подождать, пока кто-то еще ответит?

— Мы ближе всех, Олег.

Старший лейтенант Алексей Игумнов виновато засопел. Ему нравилось работать с майором. Тот был опытным, правильным, несуетливым. И Алексею очень хотелось перенять у майора все его повадки, пока тот не уволился в запас — а Олешин о том поговаривал. Но пока у него ничего не выходило. Майор частенько бывал им недоволен. Как вот теперь.

— Поехали, — отчетливо скрипнул зубами Олешин и отвернулся к окну.

Минут пять они ехали молча. Потом Олешин резко повернулся к напарнику и проговорил:

— Это залет, Алеша…

— Так точно, товарищ майор.

Алешей майор называл его, только когда сильно бывал им недоволен.

— Что за тачка? — ворчливо поинтересовался Олег еще через пять минут.

Они как раз пересекали границу Москвы и области.

— Серый внедорожник. — Старлей назвал марку и номера. — Стоит там уже три дня. Неравнодушные граждане заявили.

— А мы почему? Это же область!

— Это граница, товарищ майор. В том самом месте как раз граница Москвы и области. И по приоритету некоторых показателей это наша земля.

— Ой, ой, какие мы слова-то знаем — приоритет показателей, — беззлобно отозвался Олешин. — Вот ты и должен теперь понимать, Алеша, что по этому самому приоритету домой ты попадешь часа через три, не раньше. И Алена твоя тебе по башке настучит за то, что ты опять не успеваешь к завтраку.

— Алена моя к матери улетела на Дальний Восток, — широко заулыбался старший лейтенант. — Так что ворчать некому.

— Везет, — отозвался со вздохом майор. — А моя Лилечка теперь мне все темечко выклюет. Что задержался, что завтрак остыл, что сына опять на стадион не свожу, потому что после ночной смены и позднего возвращения просплю до вечера. Все, вот тут сворачивай. Вижу я этот серый внедорожник.

Машина была припаркована неправильно и уже за это могла быть эвакуирована с данного места. Передними колесами уперлась в кусты на обочине. И складывалось впечатление, что влетела в них на полном ходу.

— Бампер ободран, — ткнул жезлом в бампер майор Олешин. — Что внутри, старлей?

— Багажник открыт, — принялся тот перечислять. — В багажнике, кроме запаски и ящика с инструментом, ничего. Задние двери… Открыты, Олег! И тут это…

По тому, как просел голос напарника, Олешин уже понял, что они влипли. Он все еще сидел на корточках перед бампером. И ему, честно, не хотелось выпрямляться. Он уже предполагал, что скрывается в салоне за непроницаемо черными стеклами автомобиля.

— Кто там, Алеша?

— Баба, Олег!

— Твою же мать, а! — выругался майор, выпрямляясь в полный рост и шагая к распахнутой водительской двери. — Ну, какая же это баба, старлей?! Это же девушка. Хорошо, если ей тридцать… было. Что застыл? Звони кому следует. Докладывай обстановку. И не лапай тут больше ничего. Нельзя!

Дождавшись, когда старший лейтенант усядется в патрульный автомобиль, майор осмотрелся.

Если и были возле машины какие-то следы, их смыло вчерашним ливнем. И сейчас здесь нарисовались лишь их с Алешей подошвы. Стараясь наступать на свои же следы, Олешин попятился. Остановился метрах в двух, отсканировал номер машины. И только после этого вернулся в патрульную.

— Я уже пробил владельца, товарищ майор, — порадовал хоть чем-то старлей.

— Ну!

— Транспортное средство принадлежит Хриповой Надежде, тысяча девятьсот девяносто пятого года рождения. Тридцатник ей. По ходу хозяйка за рулем.

— Что там хоть с ней? Рассмотрел? — покосился на напарника Олешин.

То, что старший лейтенант так спокойно отреагировал на мертвого человека, наводило на определенные мысли. На какие? А на те, что он ни черта в нем не разобрался — в этом парне. Вот сам он лично на трупы старался не смотреть. Побаивался.

— Следов насильственной смерти не обнаружено, — быстро ответил Алеша. — Она могла и о руль удариться, когда в кусты с дороги слетела. Или от сердечного приступа помереть.

— В тридцать лет? — с сомнением качнул головой Олег.

— Может, больная была! — возмущенно заявил старлей.

И вдруг замер, уставившись на выхлопную трубу серого внедорожника. На задний бампер, выше выхлопной трубы, была нанесена аэрография в виде последствий взрыва. Серая машина и на ней ярко-оранжевое облако с острыми игольчатыми краями. Такие острые язычки пламени. Пошутил кто-то так. Либо сама хозяйка. Либо художник.

— Стоп! — выдохнул Алеша, замирая. — А я ведь знаю эту машину! Я помню ее, товарищ майор!

— И что ты помнишь об этой машине, старлей? Расскажи мне, пока ждем спецов. Ты их вызвал?

— Вызвал «скорую», своим доложил. Если доктора засвидетельствуют смерть по естественным причинам, то оперов вызывать не станут. Если нет — все приедут. Все по инструкции, Олег. Хотя операм звонить все же придется.

— Это еще зачем? — опешил Олег.

У него только-только появилась надежда соскочить по-легкому. Это если девушка умерла сама. Без посторонней помощи. А Алеша…

Ох и напарник ему достался, спасибо сказать бы, да некому!

— Эту машину разыскивали в связи с убийством, — вытаращив азартно горящие глаза, проговорил старлей.

— С каким убийством?! Не помню ничего такого.

— Мы тогда с вами не работали. Я с другим человеком работал. И мы однажды под утро сильно встряли. Остановили девушку на объездной, — Алексей назвал примерное место. — А она в хлам, что называется. От освидетельствования отказалась. Принялась звонить кому-то. Приехал ее адвокат, папаша. И началось! Мы там проторчали часа два точно.

— И машина эта серая при чем? На ней та пьянь была?

— Нет. На этой тачке приехал кто-то за невестой.

— За какой невестой?!

У Олешина даже зубы заныли от того, куда его погружал напарник. Если эта история брала свои корни черт знает откуда, то домой ему к двенадцати дня бы явиться.

— Пьяная девушка была невестой?

— Никак нет, товарищ майор, — с противной улыбкой ответил старлей. — Невеста вылезла из ее машины с заднего сиденья. Тоже нетрезвая. Поначалу сидела там. А потом выбралась и принялась кому-то звонить.

— Чё, прямо реально невеста?

— Да, в белом платье, туфли на каблуках. Реально невеста.

— И что невеста сделала после того, как кому-то позвонила?

Олегу вдруг стало интересно. Не каждый раз такие вот истории услышишь. А делать в ожидании все равно нечего.

— Она вызвала кого-то. Приехала машина. Она в нее села и уехала.

— И машина приехала именно вот эта? — ткнул пальцем в ветровое стекло Олег. — Серый внедорожник с тонированными стеклами и с характерной аэрографией над выхлопной трубой. Так?

— Так точно.

— И ты считаешь, что это именно та самая машина, потому что — что?

— Потому что рисунок довольно редкий. И чтобы тачка цвет в цвет… Я в таких двойников не верю. Номера, конечно, я не запомнил. Но по остальным признакам — это та самая тачка.

— Ладно. Допустим, — подумав, согласился Олешин. — Но ты же не из-за невесты всю эту фигню вспомнил? Так?

Алеша согласно кивнул.

— И не из-за пьяной телки. Такие на дороге встречаются. А из-за чего ты все это вспомнил, Алешенька? — Олег сел к нему вполоборота и ткнул жезлом ему в висок. — Только не вздумай сказать, что тачку эту искали, потому что невеста пропала.

— В точку, товарищ майор, — у Алеши высыпали мурашки даже на щеках. — Вот как, скажите, у вас это получается, а?

— Интуицию не пропьешь, старлей. Ну и где твоя история? Рассказывай…

И Алеша почти слово в слово повторил свою историю, давность которой насчитывала целых три года. И про пьяную девушку за рулем. И про папу ее влиятельного и адвоката маститого. И про невесту, уехавшую именно на этой вот тачке.

— Я ведь не говорил с той майоршей из полиции, напарник мой беседовал с ней недавно. И не вспомнил он машину, конечно. Он был занят адвокатом. Невесту помнил. А вот в какую тачку она села — нет. Да и я запамятовал, хотя и наблюдал за ее отъездом. Кстати, меня никто и не спросил, все сосредоточились на моем напарнике. А он протоколом занимался в тот момент. Ему не до того было.

— А теперь ты вот глянул на серый внедорожник, Алеша. И вспомнил. Из-за оранжевой картинки над выхлопной трубой.

Олег постукивал жезлом по распахнутой ладони. История, которая могла вылиться в задержку на службе в несколько часов, его затянула.

— И что невеста? Нашлась?

— Ага. Скелет ее нашли в лесу. В том же самом белом платье.

— Твою же… Алеша! А сколько же лет тому протоколу за езду в пьяном виде?

— Три года. Только мы там другой протокол составили. Так вышло.

— Не суть, — перебил его Олег. — Я о другом… Получается, что девчонка в белом платье пропала три года назад, а недавно нашлась мертвой…

— Жестоко убитой, — подсказал, перебивая, Алеша. — Я в новостях видел. Но никак эту вот тачку с ее убийством не связал. Пока не увидел.

— Твою же… — ошеломленно глянул на него Олег. — И ты только теперь вспомнил про серый внедорожник! Надо же было такому совпадению быть! Мы приехали на место происшествия, а ты вдруг вспомнил. Так бывает?

— Бывает. Только с опозданием великим. Три года прошло. Это срок. И не вспомнил бы, и не связал бы никак, если бы не мертвая девушка за рулем. Молния все же ударяет дважды в одно место. Надо же было именно нам взять этот вызов!

— Вот что… — Олег аккуратно положил жезл на заднее сиденье. И глянул на Алешу. — Звони своему бывшему напарнику.

— Зачем? — ошалело глянул на него старлей.

— Будем искать номер телефона тех копов, которые ведут это дело.

— Майор Кузьмина Вера Васильевна, — отрапортовала бестолочь. — Ее номер у меня есть.

— Так какого же ты!..

Вот так захотелось треснуть Алешу по макушке, так захотелось. Но вместо этого майор приказал:

— Звони! Звони майору Кузьминой немедленно!