Всё-таки я не стал появляться прямо в кабинете деда, а выбрал для магического перемещения канцелярскую лавку по соседству.

В этой лавке мы с дедом часто покупали мне тетради и самопишущие перья, когда я был мальчишкой и только-только поступил в Императорский магический лицей.

Родители других учеников посылали за канцелярскими принадлежностями слуг, но дед всегда сам ходил со мной в лавку, откладывая для этого любые важные дела.

Он хотел проводить это время со мной. За это я до сих пор был ему благодарен.

Приказчик лавки узнал меня и вежливо поздоровался. Чтобы не расстраивать его, я купил дюжину тетрадей в клетку и парочку хороших магических перьев. Сделаю Фоме подарок, ему это всё точно пригодится.

Приказчик упаковал покупки, и я со свёртком в руках направился к воротам нашего родового особняка.

Игорь Владимирович давным-давно выкупил большой участок земли на набережной Фонтанки, по соседству с Летним дворцом императора. Как-то дед рассказал мне, что эту землю у него несколько раз пытались перекупить другие влиятельные семьи и предлагали за неё огромные деньги.

— Но хорошее соседство дороже любых денег, Саша, — усмехнулся тогда Игорь Владимирович, имея в виду Императорский дворец.

Возле ворот дежурил сам дядя Серёжа — начальник охраны деда. Мы не виделись несколько месяцев, и он не сразу меня узнал.

— Ваше сиятельство, как вы изменились! — удивился дядя Серёжа. — В плечах раздались, взгляд серьёзный.

Он махнул рукой, и тяжёлые кованые створки ворот медленно раскрылись.

— Входите, Игорь Владимирович ждёт вас в кабинете. С ним ваш батюшка.

— Отец тоже здесь? — поморщился я.

Наши отношения с отцом давным-давно наладились, но детские привычки так просто не уходят. Каждый раз, когда мы встречались, я испытывал неловкость.

— Приехал час назад, — кивнул дядя Серёжа.

* * *

Я поднялся по широкой лестнице, отделанной серым гранитом, и постучал в кабинет.

— Входи, Саша, — откликнулся из-за двери Игорь Владимирович.

Когда я вошёл, он поднялся мне навстречу, протянул руку и обнял меня.

— Рад, что с тобой всё хорошо, — улыбнулся дед. — Твои магические способности становятся всё сильнее. Откуда ты попал в Столицу?

— Мы остановились возле одного из Внешних островов, — объяснил я. — На днях попали в небольшой шторм, и «Ворону» потребовался мелкий ремонт. Ничего серьёзного, капитан обещал управиться за пару дней, а потом мы двинемся дальше.

— Внешние острова, надо же, — покачал головой Игорь Владимирович. — А я ни разу там не бывал. Проклятые дела не выпускают меня из Столицы. Иногда я просто мечтаю взвалить их на кого-нибудь и отправиться в путешествие.

— Почему бы так и не сделать? — рассмеялся я. — Уверен, Василий Игоревич с удовольствием заменит вас.

С этими словами я вежливо поклонился отцу:

— Добрый день, Василий Игоревич!

Отец сидел за письменным столом. Перед ним лежал ворох документов, но Василий Игоревич смотрел поверх них прямо на меня.

Когда я поздоровался, он холодно кивнул в ответ:

— Здравствуй, Александр.

Вставать он не стал, и радоваться моему появлению тоже не спешил.

Игорь Владимирович махнул рукой в сторону кресла:

— Садись и рассказывай, с чем пожаловал.

Я сел раньше деда, и это вызвало ещё один осуждающий взгляд отца. Характер не переделаешь — Василий Игоревич всегда считал, что правила поведения важнее всего. Он и меня пытался к этому приучить, да только ничего не вышло.

— Сегодня утром я побывал в рыбацкой деревушке на одном из Внешних островов, — улыбнулся я. — Мне стало любопытно, как там живут люди. Увидел немало интересного.

— Ну-ну, — нетерпеливо кивнул Игорь Владимирович.

Я подробно рассказал ему о рыбацкой деревне, о белых скалах, густо населённых морскими птицами, о китах, которые плавают прямо возле корабля.

— Там дома строят из морских камней, а печи топят сухим навозом, — улыбнулся я. — Жизнь этих людей совсем не похожа на нашу, но им нравится. Представляешь, у них на всю деревню один старый мобиль! Зато есть школа, сыроварня и лавка. Женщины вычёсывают козью шерсть и вяжут из неё мягкие свитера, а мужчины пасут коз и ловят рыбу.

Отец неприязненно морщился, слушая меня, а потом вообще сделал вид, что его больше интересуют документы. Но я не обращал на него внимания. Дело в том, что я прекрасно чувствовал его эмоции и понимал, что втайне он завидует мне.

Я, видите ли, разъезжаю по экспедициям, а ему приходится заниматься скучными делами!

— Хотел бы я увидеть всё это своими глазами, — улыбнулся Игорь Владимирович.

— Поэтому-то я к вам и пришёл, — кивнул я. — Эта деревня лежит далеко на отшибе. Летом туда раз в месяц заходят торговые шхуны, а зимой остров и вовсе отрезан от мира. Людей в деревне с каждым годом становится всё меньше. Если так пойдёт дальше, там никого не останется.

— Я могу их понять, — не выдержал отец. — Пасти коз и ловить рыбу — не самое интересное занятие.

— Им нравится, — улыбнулся я. — Но хорошо бы сделать так, чтобы жить на острове стало немного проще.

— Что ты предлагаешь? — заинтересовался дед.

— Можно построить магический портал между островом и Столицей, — объяснил я. — Сева Пожарский с этим отлично справится. Нужны только магические накопители, да вы знаете. Но об этом я попробую договориться со Стражем Магии.

— Ты хоть представляешь себе, сколько будет стоить такой портал? — снова вмешался отец. — В отличие от тебя, я иногда заглядываю в сметы. Портал в Лачангу обошёлся нашему роду в кругленькую сумму, но эти расходы хотя бы можно понять. Всё-таки, другое магическое государство, союзный и торговый договор. Но строить портал в глухую рыбацкую деревушку — это безумие!

— Подожди, Василий Игоревич, — негромко остановил его дед. — Саша, у тебя есть какой-то конкретный план?

— Нет, — признал я. — Вы же знаете, что в коммерческих делах я не силён. Но я подумал, что могу взять вас с собой на этот остров. Посмотрите на него своими глазами, поговорите с Егором Кузьмичом. Может быть, у вас появится идея, как помочь деревне и не потратить на это слишком много денег?

— Час от часу не легче! — взорвался мой отец. — И ради этой безумной затеи ты оставил экспедицию, которую поручил тебе император? Александр, ты меня разочаровал. А вам, ваше сиятельство, я хочу напомнить, что через два часа нас ждёт у себя князь Горчаков, чтобы заключить договор о совместной работе над артефактами для Имперской армии. Вот только этот договор ещё нужно подготовить, а мы к нему даже не приступили.

Отец шумно выдохнул и демонстративно зашуршал бумагами.

— Твой отец прав, Саша, — усмехнулся дед. — Сегодня я никак не могу отправиться с тобой. Скажи, ты можешь отвести меня на этот остров завтра утром?

— Запросто, — обрадовался я. — Капитана Кораблёва я предупредил заранее, он будет нас ждать.

— Завтра мы с вами собирались инспектировать артефакторные мастерские, — ледяным тоном напомнил отец. — а во второй половине дня нас ждут в Имперском казначействе.

— Я помню, — спокойно кивнул дед. — С мастерскими ты прекрасно разберёшься сам, Василий, опыта у тебя достаточно. Чем чаще ты будешь заменять меня в делах управления родом, тем лучше. А казначейство…

Игорь Владимирович на секунду задумался, потом решительно махнул рукой.

— В казначейство ты тоже можешь съездить без меня. Как только мы вернёмся от князя Пожарского, я выпишу на твоё имя доверенность.

Дед снова повернулся ко мне:

— Значит, завтра утром я тебя жду, Саша. Не терпится посмотреть на остров, о котором ты так красочно рассказываешь. Извини, к обеду не приглашаю, времени совсем нет. Да и ситуация не самая располагающая.

Игорь Владимирович бросил насмешливый взгляд на отца.

— Ничего страшного, я сегодня уже обедал, — рассмеялся я. — Правда, по нашему времени это был ранний завтрак.

* * *

Данила Изгоев поджидал меня на набережной Фонтанки, напротив ворот особняка. Молодой маг крови беспокойно оглядывался — наверное, боялся не заметить меня сде прохожих.

Я подошёл к нему и окликнул:

— Здравствуй, Данила!

— Здравствуйте, господин ректор! — почтительно поклонился Изгоев.

Данила Изгоев был сыном Фёдора Ивановича Кораблёва и учился в моей академии. То есть, не в моей, а в императорской, но руководил этим учебным заведением я.

— Как твоя летняя практика? — поинтересовался я, протягивая ему письмо отца.

Практиковаться в магии крови довольно сложно. Прежде всего потому, что многие кровавые ритуалы противоречат закону.

Весной мы с Данилой долго решали, как ему развивать свои магические способности. И в конце концов придумали отправить его в мастерскую к Владимиру Гораздову, чтобы он помогал мастерам делать именные артефакты.

Такие артефакты нужно привязывать к владельцу. Именно так Гораздов привязал ко мне Символ Магии. Для мага крови это было очень полезное упражнение.

— С практикой всё в порядке, — кивнул Изгоев. — Господин Гораздов говорит, что я делаю успехи. А мне нравится артефакторика. Даже подумываю заняться ею всерьёз, именные артефакты требуются почти всем.

— Это одна из возможностей, — одобрительно кивнул я. — Но не забывай и про другие. У тебя есть ещё четыре года учёбы, а потом выберешь себе занятие по душе. А ты никогда не хотел стать моряком, как твой отец? Или шаманом?

— Хотел, — улыбнулся Изгоев. — Но отец объяснил мне, что глупо копировать чужой путь. Нужно искать свой собственный.

— Фёдор Иванович мудрый человек, — улыбнулся я.

— Вы передадите ему письмо? — спросил Данила.

— Передам, — кивнул я, принимая от него конверт. — Видишь, как иногда поворачивается судьба. Иногда ты участник магической экспедиции, а иногда — просто почтальон. И неизвестно, что важнее.

Я попрощался с Изгоевым, а потом всё же вызвал извозчика. Вернуться домой через магическое пространство было быстрее, но я хотел полюбоваться Столицей. Люблю я этот город, особенно летние набережные с открытыми кафе и свежевыкрашенные колоннады особняков и дворцов.

Извозчик по моей просьбе высадил меня на стрелке Каменного острова, и домой я добрался пешком. Я шёл по тропинке вдоль самого берега Невы, наслаждался тенью старых лип и плеском речной воды.

Торопливый пароходик поднял волну, спеша куда-то в сторону порта, и я весело улыбнулся. Да уж, невские волны совсем не похожи на те громадины, которые гуляют в океане!

В моём саду всё ещё стучали молотки. Игнат твёрдо решил достроить теплицу для арбузов сегодня.

Я подумал, что тихий вечер под аккомпанемент этого назойливого стука не доставит нам с Лизой удовольствия, и Лиза была со мной согласна.

— Куда отправимся? — спросила она меня.

— Есть у меня одна идея… — начал я.

Но тут за моей спиной раздался тихий хлопок.

Я удивлённо обернулся и увидел Фому, который появился неизвестно откуда. Его физиономия была перемазана шоколадным кремом.

— Прошу прощения, ваше сиятельство, — шумно выдохнул Фома. — Торопился, как мог. Позвольте доложить?

— Докладывай, — улыбнулся я.

— Все письма доставил адресатам, от каждого получил ответ, — молодцевато сообщил Фома. — Вот!

Он протянул мне знакомую сумку. Я взял её и обнаружил, что сумка стала гораздо тяжелее, чем в прошлый раз.

— Там ещё посылки, — обрадовал меня Фома. — А одно письмо у меня осталось. Его Савелий Георгиевич нашей Анюте написал.

— Так пойди и отдай, — кивнул я. — И скажи Анюте, чтобы сразу написала ответ. Кстати, откуда ты взялся в кабинете?

— Пришёл через портал, — невозмутимо ответил Фома. — Меня кладовики научили.

— А деньги, которые я дал тебе на трамвай, ты прокутил в кондитерской лавке, — рассмеялся я. — Ну, и правильно. Считай, это твоя плата за добросовестную работу. Иди, отдай Анюте письмо.

— Так куда мы отправимся? — спросила Лиза.

— В дальние края, на Внешние острова, — загадочно ответил я. — Только оденься потеплее, там бывает очень холодный ветер.

— Ура!

Счастливая Лиза опрометью кинулась одеваться. А я потратил эти несколько минут на то, чтобы хорошенько вспомнить, как выглядит моя каюта на «Вороне».

Попробую переместиться прямо на корабль, ну а если не получится — не беда. На этот случай у меня был отличный запасной вариант.

Дом старосты в рыбацкой деревне.

В дверь кабинета осторожно постучали. Это была Анюта, она прижимала к груди исписанный листок.

— Ваше сиятельство, вот письмо! — взволнованно сказала девушка. — Вы передадите его Савелию? Как он там?

— Мужественно преодолевает трудности, — улыбнулся я. — Ты можешь им гордиться, из него получится настоящий моряк.

— Он мне такие хорошие слова написал, — покраснела горничная. — Спасибо, ваше сиятельство!

— Я готова! — закричала Лиза, сбегая по лестнице.

— Дай мне руку и закрой глаза, — велел я.

Ещё раз мысленно представил свою каюту и недовольно нахмурился при виде неровно заправленного одеяла. Когда я уже научусь делать ровную складку?

Потом увидел фигурку шахматного коня на столике под иллюминатором и решительно толкнул дверь.

Была не была!

Мы с Лизой одновременно шагнули за порог и оказались на «Вороне».

* * *

Неожиданное появление Лизы произвело на корабле фурор.

Офицеры спешно натянули парадные мундиры, матросы лихо бегали по палубе и прыгали по мачтам, демонстрируя чудеса ловкости. Боцманская дудка заливалась без умолка. Зато ветер притих, и даже облака расступились, чтобы летнее солнце могло полюбоваться моей супругой.

Капитан Кораблёв устроил в нашу честь торжественный ужин. Корабельный повар получил секретный заказ и колдовал на камбузе вместе со своими помощниками. А Сева Пожарский в это время катал нас на капитанском катере вокруг острова.

«Пастух ветров» работал безукоризненно, но капитан всё-таки отправил с нами гребцов, и они были бесконечно довольны этим — смирно сидели, сложив вёсла, и смотрели на Лизу.

Морские птицы, пронзительно крича, кружили над катером. Одна из них стремительно спикировала вниз и ловко выхватила из воды серебристую рыбёшку.

Наверное, тоже хотела произвести впечатление.

А потом я заметил среди волн знакомые длинные спины и показал их Лизе:

— Смотри, киты!

— Где? — обрадовалась Лиза. — Ой, вижу!

Киты неторопливо скользили в волнах, изредка выпуская фонтаны пара и брызг.

— Охотятся на треску, — с видом знатока добавил я.

Матросы в это время наловили крабов, и корабельный повар приготовил их не хуже, чем готовят в самых известных столичных ресторанах.

Я даже заподозрил, что он знаком с поварской магией — ничем другим невозможно было объяснить такой талант.

Ну, а когда помощник Митрофана Гавриловича торжественно водрузил на стол шоколадный пудинг, тут даже капитан Кораблёв изумлённо покачал головой.

После ужина капитан распорядился прекратить работы и собственноручно раздал команде письма из дома.

А мы с Лизой вышли на палубу.

Ночной бриз тихонько подталкивал корабль к берегу. Чуть слышно позвякивала толстая якорная цепь, а огромная луна переливалась и дробилась в волнах. Она была похожа на магический портал, из которого вот-вот вынырнет какое-нибудь чешуйчатое доисторическое чудовище.

Матросы бесшумными привидениями скользили по палубе, убирая обрезки канатов и остатки парусины. Они изо всех сил старались не мешать нам, но порядок есть порядок.

Ветер донёс до меня запах крепкого табака — это боцман раскурил свою старую трубку в тени мачты.

— Как здесь красиво, — улыбнулась Лиза, кутаясь в мой свитер.

Она привстала на цыпочки и поцеловала меня в щёку.

— Саша, спасибо!

Её губы были холодными, и я заботливо спросил:

— Ты не замёрзла?

— Немного, — призналась Лиза. — Но так не хочется уходить обратно в Столицу.

— В таком случае, позволь пригласить тебя в уютную каюту, — улыбнулся я. — Там ты сразу согреешься.