Для любого, не связанного с космическими кораблями человека, большинство из них имело понятные и привычные характеристики. У обычных, мирных судов — это скорость и вместительность. У боевых — бронирование и огневая мощь. Но мало кто из «непричастных» брал во внимание и сталкивался с понятием критической конструктивной целостности, или в простонародье «предел живучести».

Оба корабля-носителя покинули бой не без потерь. Они выглядели, как опытный врач-проктолог — повидавшими разнообразных… каловых масс. Первое судно имело множественные повреждения брони. Через раскуроченные выстрелами бронеплиты проскакивали многочисленные вспышки локальных взрывов внутри отсеков. Тем не менее, двигатели корабля исправно работали, постепенно набирая обороты.

Второй корабль был тем, который попытались взять на абордаж «скарабеи». На его корпусе зияли дырами места их принудительной стыковки. Часть брони в тех местах отсутствовала полностью, давая возможность увидеть внутреннее содержимое отсеков. Если не считать этих повреждений, судно оставалось относительно целым. Но, в тоже время, как раз второму кораблю досталось сильнее всего. Возможно, дабы избавиться от нежелательных «сожителей», он ушёл в разгон вместе с присосавшимися к борту «жуками». Крайне опрометчивое решение. И без того тяжеленное судно, для одного-единого прыжка выжгло свои двигатели. Теперь кормовой отсек представлял из себя оплавленное, все еще алое от перегрева, металлическое месиво. Корабль не мог двигаться даже на маневровых.

Так вот, к слову, о пределе живучести. Первый носитель имел многочисленные повреждения, при которых судно, уровня крейсера, давно прекратило бы свое существование. Но, даже так, этот корабль умудрялся «выживать» и продолжал исполнять свои функции. Кстати, о них…

Оба корабля снова умудрились выпустить несколько групп истребителей. И откуда только они их брали⁈

Все это время не замолкал спор. Молох хотел двигаться в Эйхе, а уже оттуда «разбрасываться аристократами». Но на корабле Карины все никак не унималась эта… наследница. Милая девушка, с глазами полными слез, просила высадить ее на станции отца, удобно «не понимая» некоторых нюансов. Наёмник в таких «декорациях» смотрелся, как сволочь последняя, не дающая семье воссоединиться. С появлением истребителей этот вопрос перестал быть актуальным.

— Карина, вам до врат в Эйхе дойти не дадут. Боюсь, второй раз я трюк с Квадратом не повторю. Будет неплохо, если станция этой златовласки нас, по-братски, прикроет. Поработает щитом, пока мы с флотом займемся мелочью и их мамками.

— Оба носителя сильно повреждены, Молох. Один даже двигаться не может. Стоит ли настолько перестраховываться?

— Как говорили древние, даже раненный зверь всё равно… огромная железная махина, охренеть какой массы. К тому же мне не нравятся их истребители. Какие-то они… какие-то не такие.

«Какие-то не такие» на высокоинженерном языке от Молоха звучало странно, но если присмотреться…

— А ведь действительно, не такие. — стоило присмотреться, и Карина заметила разницу.

Если виденные ранее истребители напоминали ласточек, то эти были скорее голубями. Размеры больше, меньше маневренность, да и количество несравнимо меньше, чем было раньше. Та группа, что покинула неспособный двигаться носитель, присоединилась к первому и теперь они напоминали стаю малька, плывущего в тени мамы-рыбы. Перемещались плотной группой под кораблем-носителем. В любой момент могли уйти за него или атаковать врага.

Пока Карина раздумывала над этим вопросом, Молох задал другой:

— Почему он продолжает двигаться к станции и прикрывает истребители? Все должно быть наоборот, — наёмник ненадолго замолчал, а потом с усмешкой произнес. — Потому что это не истребители. Это десантные челноки. Карина, надо шевелить лапками. Мы должны остановить носитель.

Молох пропал. Он отошел, но связь не отключил. Сейчас до них доносились лишь обрывки его разговора с пилотом.

— Молох, подожди! Молох! Почему ты так беспокоишься? Десант не сможет высадиться на станцию с активным энергетическим полем.

Наёмник показался на экране буквально на секунду:

— Ты только что сама ответила на свой вопрос. — и снова пропал.

Сканеры показали, что Тор начал маневрировать. Он резко развернулся и пошел на сближение с носителем. И тут до Карины дошло.

— Граф! Их цель не мы, а вы! — Благо, хозяин станции Дайнир был на месте. — Нельзя тому огромному кораблю дать приблизиться!

— Хорошо. Я отдам команду.

Дитрих Дайнир не стал тянуть. Флот сопровождения разбил свою оборонную формацию и пошёл на сближение с кораблем-носителем. Казалось бы, шедшие рядом истребители должны были прикрыть основное судно, но нет, они, наоборот, отошли назад, в хвост. И без того поврежденный корабль принимал все удары на себя. Куски брони отлетали, оголяя целые отсеки, но судно упорно двигалось к станции.

Вспышка света у кормы носителя заставила сканеры флота пойти рябью. Тор метнул свой гараж и попал. Не идеально, но двигатели задел. Судя по всему, заклинило маневровые. Он перестал корректировать курс. Но, даже так, этот огромный корабль задевал станцию.

Вспыхнули щиты. Словно в огромной доменной печи, носовые отсеки корабля-носителя плавило один за другим. Они детонировали от внутренних взрывов, но судно продолжало переть по инерции. Системы станции не выдержали перегрузки. Сработала защита и щит отключился. В этот момент, отошедшие на безопасное расстояние истребители, а точнее десантные челноки Кровавого Кулака, сорвались с места. Флот системы сменил цель, отстреливая приближающуюся мелочь. Один за другим челноки взрывались, но достигнув станции. Но не все, далеко не все.

Сканеры снова забили тревогу. «Скарабеи» вошли в систему, так же минуя разгонные врата. Шесть кораблей разделились на две группы. Три атаковали замерший в космосе носитель. Один из них влетел в него на всей скорости, раскурочив несколько отсеков. Другие два тут же закрепились для десантирования на борт. А остальные три пошли на сближение со станцией Дайнир. Большинство челноков Кровавого Кулака уже успели высадиться на станции, ведь работе щита препятствовали обломки корабля-носителя. Приблизившиеся «скарабеи» выпустили десантные капсулы. Это выглядело достаточно скромно, учитывая, что в такой небольшой капсуле могли уместиться максимум два человека в легкой броне или один в тяжелой. Сами же корабли-жуки развернулись и полетели к докам станции. Даже, если учесть, что часть челноков Кровавого Кулака разбилась о броню станции, все равно их соотношение с капсулами было куда больше. Странный маневр.

— Молох, что скажешь? — Карина заметила, что наёмник вернулся и сел в капитанское кресло.

— Скажу, что я таких кровавых баталий даже на форумах с рецептами окрошки не видел. А ведь там, как дело до заливки доходит, еще та анархия.

— И?

— Несладкий домашний белый квас! Я уверен на все сто!

— Молох, я о помощи станции Дайнир тебя спрашиваю…

— Конечно же помогаем. Когда у нас еще появится возможность встретить столько старых «друзей» в одном месте. Лучше присмотримся к ним, когда они десантируются с нами, чем когда будут десантироваться к нам.

* * *

Стоя в десантном челноке, Ши Ган сиял, как начищенный медяк. Мало того, что Молох шел с ними, а следить за этой «обучающей программой для штурмовика» всегда полезно, так еще и Амо решила внести свою лепту. Да, девушка управляла группой разведывательных дронов. Это поддержка для Гана сейчас и опыт для Амо в будущем. К тому же камеры, постоянно записывающие окружение, никто не отменял.

Вопрос «узнавания» был отложен на потом. Безусловно, в диспетчерскую станции были переданы их идентификационные маркировки и теоретически союзники должны получить соответствующие маркеры «свой-чужой», но-о-о-о всё сводилось к древнейшей маркировке — бьющий твоего врага твой друг. И так уж сложились обстоятельства, что врагов долго искать не пришлось.

Молох специально высадился в один из отсеков, пробитых десантом Кровавого Кулака. Три их капсулы, ценой еще двух, успешно раскурочили бронеплиту, оказавшись внутри.

— О, как интересно, — успел произнести наёмник, прежде чем весь отряд был вынужден спрятаться за теми самыми десантными капсулами. Определенно, встретившие их здоровенные, бронированные туши, были врага. Просто среди друзей особо не принято лупить в товарищей из кинетических пулеметов.

Но проблема, пожалуй, была даже не в пулеметах. Эти ребята были не просто бронированные, а капец какие бронированные. И большие. Не настолько большие, как тот великан, прятавшийся на крейсере поддельного графа Эхенлихта, но тоже немаленькие. Легко держали пулеметы, словно не было ни веса, ни инерции.

Под градом пуль и осколков, было привычно слышать веселых голос Молоха:

— Я только сейчас понял одну вещь. Эти парни такие большие, что те челноки, на самом деле, десантные капсулы. Будет забавно, если капсулы жуков окажутся челноками.

— Капитан, нам действовать свободно или есть конкретные команды? — Ган и в такой ситуации оставался Ши Ганом.

— На их броню понадобится время. Лучше сразу разобраться с оружием. И так уж сложилось, что большая, механизированная бабаха, делающая тра-та-та-та, именно что большая и механизированная. Как по мне, отличная цель для направленного вандализма. Амо, у меня тут подарки для наших новых друзей.

Три гранаты расположились на ладони наёмника. Словно спелые плоды в саду. Плоды, которые спустились поесть милые птички. Разведывательные дроны сели на руку Молоха, перехватив манипуляторами по одной гранате.

— Увы, не одни мы такие умные и пулеметы спереди снабжены защитной пластиной. Так что просто кинуть бомбочку или стрельнуть пулькой, не получится. Ну, точнее получится, но толку не будет. Надо, что называется, закинуть «за шиворот». — эта импровизированная лекция была адресована скорее Ши Гану с ребятами, а вот дернувшийся вверх, а потом резко опустившийся вниз указательный палец — это для Амо. Оставалось надеяться, что девочка хоть что-то поняла после изложения столь «подробного» плана.

— Ну, а теперь, стоит прислушаться к себе, заглянуть в душу, поймать дзен и… поймать момент перезарядки «охлаждайки» пулемета. — судя по тому, что говорил Молох уже в движении, с дзеном он закончил и услышал, как ненадолго замолчали пулеметы.

«Пуф-ф»

«Пуф-ф»

Выстрелы из дробовика были беспорядочны. Он даже не целился. Только привлекал внимание. Как и весь отряд. Они высунулись на пару секунд, зажав курок своего оружия. В этот момент, три тени мелькнули под потолком и спикировали вниз, к рукам бронированных пулеметчиков.

Дроны с гранатами детонировали на уровне торса врага. Между животом и зажатым в руках пулеметом. Такая защита, как была у десантников Кровавого Кулака, совместные взрывы дронов и гранат пережила легко. Но, не пулеметы. Их механизмы изрядно раскурочило.

— А вот теперь пришло время наносить всякое, не совместимое с обменом веществ.

Наёмник на личном примере продемонстрировал высказанную концепцию. Подскочил к безоружному гиганту и разрядил дробовик в сочленение грудных бронепластин. Получилось мощно, даже матёро, но так уж сложилось, что противник не знал, что такое «матёро». Бронированный кулак встретился с бронированной головой, и даже Молох отступил назад от такого удара. Если эти ребята зацепят того же Гана, его голова просто отлетит, не спасет даже доспех. Опасны даже без оружия.

— Вот это было крайне бодряще. Я прямо воспылал!

И возлетал секундой позже. Те двое бронированных друзей, которым еще не довелось лично бить Молоха, возможно решили, что этот гештальт надо бы закрыть. Так что к первому счастливчику присоединился ближайший из этой парочки и одним ударом ноги отправил наёмника в полёт. Благо, его миграцию остановил Ган, умудрившись перехватить летевшую в стену бронированную тушку.

— Так. Становится как-то обидненько. Ган, не вмешивайся.

Сказав это, бронированная тушка побежала сразу на три тяжелобронированные туши. В этот раз с другого направления. Стратегия, епта. И вот же неожиданность, третий броненосец решил повторить успех своего коллеги, и подскочить уже с этой стороны и ударить Молоха ногой. Но в этот раз, видимо, на ситуацию повлиял ретроградный Меркурий, иначе сложно объяснить, как наёмник умудрился перехватить ногу такой вот махины. А потом легонько подскочить и резко ударить локтем.

Скрежет железа и влажный хруст — сочетание неожиданное. Как и то, что Молох умудрился перебить колено своему противнику, сделав его ногу похожей на лапку кузнечика.

— Неплохой момент для триумфальной речи, но времени на неё нет, — удар кулака смял шлем десантника Кровавого Кулака. — Давай считать, что сказал.

Двое его тяжело бронированных друзей в эту битву вмешаться не успели. С места сорвался Ган, но дело было не в нём. Снова с потолка спикировало три тени. И нет, они не были дронами. Абсолютно бесшумные, не отображаемые ни на одном из сканеров, человеческие фигуры. Вспыхнул темно-серый, почти черный свет. Это были энергетические мечи. Чем-то похожие на оружие Скарлет, только тоньше и короче.

Скорость движения несопоставимая с человеческой. Быстрота и пластика запредельного уровня. Каждый из троицы выбрал себе противника. Каждый подскочил к одному из бронированных гигантов, не теряя ни секунды. Молниеносная реакция и согласованность действий. Три удара энергетических мечей. Они легко прошли в щели брони. Но даже зацепив бронепластину, легко ее прожгли. И три тяжелые туши, с грохотом, падают на пол.

Тишина. Давящая тишина.

— Между прочим, это хамство, — кто бы промолчал, но не Молох. — Вообще-то, кто у дамы пулемет выбивает, тот в неё энергетическим мечом и тычет. Базовые правила приличия никто не отменял… вообще-то.