Увы, но вкусно и диетично, не получилось. Возня с искином пусть и заняла совсем немного времени, но этого хватило, чтобы их нагнал патруль Эйхе. Группа вошла в систему, едва не упершись носом в кучу хлама, оставшегося от линкора, и почти нюхнула корму стоявшей в стороне Валькирии. Раз уж так вышло, то граф предложил воспользоваться помощью вооруженных сил его системы.

Таким образом, с крейсером Мориса возиться не пришлось. Это плюс. Его буксировкой занялся прибывший патруль. И вот тут случился занимательный эпизод. Командовал солдатами непосредственно Эхенлихт. Пусть он граф, но «по бумагам» вся власть передана младшему брату. Проще говоря, для этих ребят, он никто. Ну, может быть, просто родственник «шефа», если уж совсем откровенно. Потому что не стоит путать «аристократию» систем с аристократами средневековья. Фактически, первые — это люди, финансировавшие освоение определенных систем из собственного немаленького кармана, а не из корпоративных средств. Так что беспокоиться о «первой ночи» и «плахе за оскорбление лендлорда» парням из патруля не нужно. Тем не менее, они как пушистые заиньки, молча и даже вполне себе воодушевленно, исполняли все команды Вульфа. Ни слова не сказали, ни единой проблемы не всплыло, ни одного замечания. Мало того, дело дошло до одного интересного разговора:

— Вы командир звена? — Граф попросил прибыть руководителя группы на беседу с глазу на глаз. Не по общей связи. — У вас есть внутренняя связь с остальными бойцами, которая не фиксируется подотчетно, как общая?

— Это полностью запрещено, граф…

— Командир, я спрашиваю не для того, чтобы вас наказать. Если нет, я вас обеспечу.

— Кхм… не нужно. У нас есть.

— Хорошо. Передайте остальным, что этот крейсер случайно попал под обстрел во время погони за нарушителями. Его команда задержана для дачи показаний. Никого к кораблю не пускать, допросов до моего возвращения не производить. По официальной связи потом отчитаетесь диспетчеру, что буксируете гражданских. По команде графа, пострадавший корабль опечатан до его возвращения и оценки суммы возмещения.

— Вас понял.

— И ещё. Вы остались помогать пострадавшим тоже по моему приказу. Я же на Золотой Валькирии продолжил преследование нарушителей. Получите письменную копию этого приказа, как только мы закончим разговор. Всё понятно?

— Граф Эхенлихт, я всё понял, но не будет ли это опасно? Давайте я разделю группу и отправлю часть с вами?

— Нет. Это помешает основному плану. Выполняйте приказ, командир.

— Есть!

Вот так. Человек, что не имел права заговорить с солдатами при исполнении, отдавал им приказы. А они, даже слова поперек не сказав, согласились исполнить заведомо приступные требования. Ни это ли прямой показатель того, кто настоящий и признанный правитель системы Эйхе?

Как Молох, так и Катарина Лонг наблюдали за этим с немалым интересом. Но вернемся к нашим делам. Крейсер, как и было упомянуто ранее, был отбуксирован на Эйхе, вместе с командой Мориса. Последние задержаны как свидетели. Пока что. Над содержимым обвинения граф обещал подумать, если подпольный наёмник проявит желание сотрудничать. Крайне щедрое предложение, за которое Морис ухватился сразу же.

В общем суета совала. Команды генерировались, люди бегали, все что-то делали… но в Пирис никто так до сих пор и не вылетел. И виной тому был, конечно же, Молох.

— Я хочу подстраховаться, — это были все комментарии по поводу их задержки, полученные от данного индивида. Зная Молоха, это все равно, что услышать, что он хочет подышать. Никогда такого не было и вот опять.

Молчание о причинах задержки он хранил ровно до момента, пока его не окликнула Амо:

— Братик, я закончила. Вроде получилось.

— Отлично, спасибо Амо, ты отлично поработала.

Вот же, девочка сияла от похвалы «старшего братика». Сам Молох спустился в грузовой отсек Тора. Конечно же, остальным было интересно, что этот хомяк там забыл. Ответ был простым и сложным одновременно.

— Это модуль связи одного из линкоров. Он уцелел. Второй не уцелел. Будем надеяться, что у капитанов этих кораблей был одинаковый допуск.

Объясняя это, наёмник занимался необычным делом — подключением модуля к одному из «мусорных» дронов. «Благодарные» слушатели в лице Катарины Лонг и графа Эхенлихта, находились в странном положении. Они вроде и понимали зачем он это делает, но в тоже время не понимали… нахрена это делать вообще⁈

— Твой оператор говорила, что триггер не имеет привязки к координатам. Просто запустим его и будем ждать. Зачем все усложнять? — Собственно говоря, граф и озвучил то, что крутилось на языке у всех. — Ты бы еще линкор туда потащил.

— Я хотел, но анализ показал, что оба линкора развалятся окончательно, едва ли не сразу, после вылета из врат.

Стоит ли упоминать, что даже после того, как все приготовления были окончены, Эхенлихт не захотел покидать Тор. Объяснение простое — раз Молох не разрешил Золотой Валькирии лететь в Пирис через врата, значит туда полетит сам граф. Он союзник и пострадавшая сторона, поэтому право имеет и вообще всё уже давно решил.

— Хорошо, но Валькирии все равно нужно ненадолго «потеряться с радаров». Она все же преследует нарушителей, как ни как. И связь тоже отрубить, чтобы по ней не вышли на координаты системы, мало ли.

— Если бы это было так легко, Молох, то никто бы связью никогда не пользовался. Но я понимаю твои опасения. Я отдам команду вырубить связь и активировать систему маскировки. Нанами проконтролирует исполнение приказа и проследит за посторонними гостями, пока нас не будет.

— Хорошо, я с дроном закончил. Можно было и просто запустить триггер, но я хочу инсценировать их план и посмотреть, что будет. Мало ли, вдруг что интересное. В общем, вылетаем.

* * *

Врата в систему Пирис. Достаточно потрепанные временем, как и надлежит тупиковой системе. В своё время, имевшая скромные запасы минералов в своих астероидных поясах, она быстро истощилась, поглощенная тремя развивающимися системами по соседству. Эйхе, Дайна и Валория использовали её небольшие богатства, чтобы быстро встать на ноги, после чего пустая территория стала никому не нужна. Но врата оставили, хоть транзитными делать не стали. Никто не захотел упускать влияние на логистические пути, проходившие через их системы.

И вот, редкое явление, врата активировались. В систему кто-то входил. Засияли огни, включились энергетические уловители. Все работало штатно, не смотря на некоторую «потрепанность» врат… Даже как-то слишком хорошо.

Судно вошло в систему…

Сфера неизвестной энергии, излучающая едва заметные колебания, накрыла всю область вокруг врат. Она охватывала как сами врата, так и любой корабль в зоне торможения. Активировалась мгновенно, а потом неожиданно ожили сами врата. Только в этот раз, это не было похоже на стандартный запуск. Разгонный модуль включился в работу и всё набирал обороты, наращивая мощность. Сияние внутри врат становилось все ярче.

Что-то не так.

Так не должно быть.

Секунда… Вторая… Врата активируются. Они должны разогнать корабль, но вместо этого детонируют, размолов как себя, так и судно внутри. Это межсистемный пинок под зад, от которого разлетается на куски не только зад, но и нога пнувшего. Остался только километровый след из мельчайших обломков. Врата в систему Пирис самоуничтожились, оставив за собой лишь коричневый мазок на ткани космоса. А вместе с ними и корабли внутри. Очень хорошо, что эти корабли были немножко дроном.

— Ну, вот. Едва ключ-триггер отослали, — Молох отключил мониторы внешних камер. Там было просто не на что больше смотреть. Зато сканеры могли уловить тот самый шлейф обломков. — Сразу пришел отклик. Вот и причина, почему они точкой встречи назначили врата.

Эхенлихт с Морисом переглянулись. На месте дрона могли быть они, если бы действовали слишком поспешно.

— Вас бы так разогнали, что Святой Пётр не успел бы врата открыть. Снесли бы вместе с ним и сразу дальше, на следующее перерождение. Да ещё и с таким ускорением. Вылетели бы в руки к акушеру, как пробка из бутылки. Чпок и здравствуй новый мир.

Порой Молох использовал слишком много эпитетов для описания ситуации. Бедный Морис еле до стула добрел, плюхнувшись в него весь бледный. Редкий случай — граф Эхенлихт не стал спорить и что-то доказывать. Он молчал. Молчал правда недолго:

— Это поле, вокруг врат… похоже на дестабилизатор хода. Воздействует на системы контроля двигателей корабля. Обманывает их ложными сигналами. Искин сам блокирует ход, инициируя бесконечные проверки работоспособности двигателей. Даже заметь я опасность сразу, Валькирия не смогла бы покинуть врата.

— Которые взорвались чересчур уж сильно. Мне кажется, кто-то поработал с накопителями, заменив их на что-то более мощное. И не только с накопителями. Система контроля прыжка дала сбой и перегрузила сама себя. Эту ловушку готовили тщательно, с пониманием внутренних логистических потоков. Тот, кто предложил эту идею, четко знал, что в Пирис никто посторонний не сунется.

Пусть Молох и не называл имен, но граф виновных нашел сам:

— Это мои замечательные соседи.

— Не спеши, Вульф. Есть достаточно способов лишить тебя жизни и без всех этих танцев с бубнами. Вызвать ректальное кровотечение отравленным супом с тефтельками, вызвать бесконечную рвоту и обезвоживание отравленным супом с тефтельками, вызвать диарею и обезвоживание отравленным супом с тефтельками. Вызвать все это одновременно или просто заставить подавиться супом с тефтельками. А потом будут макарошки. А после них еще чай с печеньками. Шансы на выживание ниже, чем при детонации реактора космической станции.

— Я… я тебя понял, Молох. Ты внес ясность и лишил меня аппетита на ближайшую неделю.

— Тогда ты не будешь против, если я кое-что сделаю перед тем, как мы вернемся на Эйхе?

— Что именно?

— Увидишь.

Пирис лишился своих врат. Теперь сюда нельзя прыгнуть. Другие врата не активируются, не получив ответный сигнал от уничтоженных. Но, даже так, уходя из системы, Молох скомандовал оставить тут «сигналку». Небольшой разведывательный дрон. Мало ли, вдруг кто-то все же захочет наведаться и проверить.

Тем временем Тор уже покинул систему Пирис, вернувшись к вратам в Эйхе. Уничтоженные линкоры все так же парили в космической тишине, поблескивали врата перехода, а чуть дальше пряталась за своим камуфляжем Валькирия.

— Амо, Ома у нас есть торпеды?

— Это те, которые без самонаводки, но с большим «бдыщь»? — У Амо было свое видение ТТХ вооружения.

— Именно.

— Остались!

— Тогда, по остаткам линкоров, огонь. Ома, пожалуйста, присмотри за сестрой. Она должна тренироваться. Но, после её «бдыщь», врата в Эйхе должны остаться целы.

— Понял, капитан.

Молох закончил раздавать команды и подошел к тихонько стоявшей в сторонке троице. Катарина о чем-то шепталась с Морисом. Граф в их разговоре участвовал, но больше наблюдал за действиями Молоха. И все они одновременно замолчали, когда наёмник подошел ближе.

— Когда Амо закончит, будет сложно сказать, сколько котов пошло в эту шаурму. Один тут линкор взорвали или два, крейсер или линкор. Или может быть патруль положили. Будет сложно проверить. Так что остается сделать последний шаг. Договориться с твоим диспетчером, граф.

— По поводу?

— Если я правильно помню, отчеты работы врат отсылаются на ближайшую станцию. Проще говоря, к тебе. Я передам позывные Тора. Когда Валькирия пройдет через врата Эйхе, диспетчеру нужно заменить её позывные на позывные Тора. Количество вошедших судов останется тем же, но Валькирия не должна нигде фигурировать. Раз уж наши «друзья» так старательно пытались сделать, чтобы ты пропал, то грех не посмотреть, что они будут делать потом.

— Звучит интересно. Хорошо, я всё устрою.

И действительно устроил. Причем, как с патрулем, буквально влёт. Ни вопросов, ни возмущений. В итоге, диспетчер заменил данные о входе в систему Золотой Валькирии на данные Тора, который просто запрыгнул «своими силами». И даже потом, в док станции Эхенлихт… ага, семья графа скромно назвала ее в честь великий людей, то есть себя. Так вот, и даже потом в доки вошёл только Тор. Валькирию же пришвартовали на одном из ремонтных доков, вообще без регистрации. А сам граф обзавелся неожиданным подарком в виде лицевого кислородного фильтра. Одного из коллекции Молоха. Теперь его лицо было скрыто, а значит, возможность узнаваемости на своей же станции — минимальна.

— Нужна разведка. Посмотреть, послушать и понюхать, что сейчас происходит в Дайне и Валории. Если кто-то там засуетился, то это верный знак, что эти ребята знают о ловушке в Пирис. Да и просто лишняя информация лишней не будет.

— Согласен, — Вульф в очередной раз согласился со словами Молоха. Наверно в черной дыре что-то сдохло, не иначе. Задумчиво посмотрел на директора Лонг, Молоха и остановился на Морисе. — Только мы все слишком приметные. Даже для тех, кто нас не знает, линкор — слишком заметное судно. Морис, что думаешь?

— Я? А что мне думать, у меня ни корабля, ни свободы.

— Тоже верно. Но Катарина тут запросила информацию о тебе. Оказалось очень интересно. Никаких тяжелых преступлений на тебе не висит. Раскурочил корабль мелкого аристократа на одной из миссий.

— Он мешал.

— Мешал эвакуировать колонистов. Я узнал. Аристократ мелкий, но при деньгах. Он добился твоего добавления в черные списки гильдий. Мне это кое-что напоминает. Знаешь, я бы с тобой даже поработал, если выполнишь это задание.

Нужно было видеть лицо этого здоровенного мужика. Он в одну секунду расплылся в улыбке, а уже в следующую поник, едва не заплакав.

— Я бы с радостью, граф. Но мой корабль поврежден и у меня нет средств даже на ремонт. Я бесполезен.

— Твой корабль сейчас не нужен. Даже крейсер привлечет излишнее внимание. А вот старенький фрегат, вроде того, что стоит в моем личном доке, подойдет как нельзя лучше. Бери пару человек из своей команды и разнюхай, что творится в Дайне и Валории сейчас. С твоей не слишком чистой репутацией, устроиться на работу к «интересным» людям будет проще, чем Молоху на линкоре. Не такой подозрительный, не такой опасный. Вполне может получиться. Сделаешь все хорошо и получишь свой крейсер назад, отремонтированным. Станешь работать на меня. А решишь предать, за тебя ответит твой экипаж. Тебя же я найду где угодно и на куски порву.

Здоровый же бугай. И надо же… заплакал:

— Я… Я второго шанса не упущу, граф. Сделаю все, как вы прикажете!

— Тогда соберись и следуй за мной.

Эхенлихт уже хотел покинуть мостик Тора, как его остановил Молох.

— Вульф!

— Что?

Вместо ответа, наёмник провел пальцем по лицу.

— Да чтоб его, — граф все понял. Нервно натянул кислородный фильтр, скрывая лицо и вышел.

Когда гости покинули мостик, пришло время уже Молоха заняться кораблем.

— Ома, боезапас мы тут не пополним, но хотя бы накопители зарядим. Так что начни с них. Нужно быть готовым вылететь в любой момент, — наёмник закончил отдавать команды и подошёл к молча стоявшей у входа Катарине Лонг. — Директор, не желаете прогуляться и насладиться видом чужих страданий?

— Да я не против прогуляться, Молох, только не совсем понимаю, о чем ты.

— Хочу навестить Риду, посмотреть, как у них дело с ремонтом продвигается.

— О, звучит интересно.

А ремонт у госпожи Морган двигался неплохо. Доки даже приграничных центральных систем — это все же доки центральных систем. Тут было всё. Были бы модули, можно было с нуля новый корабль собрать. Не то, что заварить лишнюю дырочку на борту Вялого.

— О, а я все думала, когда мой любимый шеф придет проверить не сдохла ли я! — Капитан Морган встретила своих начальников крайне радушно. — Рада тебя видеть Катарина. Ну и ты молодец, что припёрся, Молох. Работы ещё полно, и лишний специалист нам тут не помешает.

Вот чего не отнять у Молоха, так это желания рыться в кораблях. Как Трэму нравились дроиды, так его брату — суда. Поэтому, помогать Риде он согласился сразу.

Так прошло несколько часов, во время которых Молох, Доминго и Габриэль с ребятами занимались ремонтом корабля, а дамы в лице Риды, Катарины и Джо их беспрерывно (особенно после третьей бутылки вина)… даже когда никто не просил… консультировали и давали бесценные советы. Впрочем, это работало как неплохая мотивация, заставляя парней побыстрее все закончить, только бы они умолкл… перестали так за ребят беспокоиться.

Трудовую идиллию оборвал примчавшийся граф Эхенлихт. Бедняга хрипел и пыхтел, как медведь внутри медведицы. Всё из-за кислородного фильтра на лице. Но граф его упорно не снимал, что само по себе уважаемо.

— У нас экстренная ситуация! — Тут же прокричал Вульф, когда подбежал поближе.

— Ты съел суп с тефтелями?

— Нет, Молох. Со мной связался диспетчер станции. Связался неофициально, по закрытому каналу.

— Можешь без драматических пауз? Что он хотел?

— Да это не паузы. Я не могу в этой хрени отдышаться. Как ты ее постоянно носишь?

— Граф, к сути.

— Диспетчер сообщил, что возвращается мой младший брат! Живой! А везёт его… везёт его старший брат, Вульф Эхенлихт, то есть я. Спас и везу сейчас на станцию.

— Ты… — от такой новости даже Молох ненадолго завис. — … Большой молодец.