К/ф “Претендент”, режиссёр Константин Худяков. (с) Киноконцерн “Мосфильм”, 1987 год

В 1986 году я снимался в телевизионной картине Кости Худякова «Претендент» – кажется, это был один из первых международных проектов «Мосфильма». История драматичная, с детективным подтекстом, про нравы шоу-бизнеса. Сюжет следующий: в автокатастрофе погибает ведущий популярного шоу, и руководство канала решает посвятить ему документальный фильм. Журналист, работающий над фильмом, понимает, что автокатастрофа, скорее всего, была спланирована. Тогда таких сюжетов – про жёсткие законы телевидения, про конкуренцию, про интриги – было немного. Я играл оператора по имени Макс. Костя настоял, чтобы у меня были кудри – гримёрам приходилось завивать их каждый день. Снимали мы в Германии и в Чехословакии, в чудесном курортном городке Пьештяны на реке Ваг, под Братиславой.

Прилетаю в Братиславу из Свердловска, с гастролей. Привёз с собой водку, закуску – понятно же, что за границей все экономили скромные суточные. Заселяюсь в гостиницу, и знаю, что все мои друзья – Костя Худяков, Юра Яковлев, Лёня Филатов – живут на том же этаже. Кричу в коридор: «Юра, Костя, Лёня! Я уже стол накрыл!!!» Так мы замечательно провели вечер моего приезда. Съёмки мне запомнились ещё и тем, что я впервые в кадре водил машину. Это был «Форд Транзит», с таким кузовом-коробочкой, он в Европе тогда часто использовался как коммерческий или даже как полицейский фургон. Рассекать за рулём по Мюнхену, не скрою, было приятно.

КОНСТАНТИН ХУДЯКОВ

режиссёр

Лёня – человек по-настоящему творческий. При этом более работоспособного актёра я не встречал. Он никогда не декларирует «я должен поработать над ролью», всю эту хреноту, которую обожают произносить многие его коллеги. У него в крови живёт качество совершенно лёгкой адаптации. Он понимает, знает, чувствует, что его способ проникновения в любую картину, спектакль, в любую роль проходит через очень скрупулезный труд. Лёне было тяжелее других – надо было раньше всех вставать на грим: мне казалось, что он безумно похож на Дастина Хоффмана, и я придумал хоффманскую причёску – ему завивали волосы, делая шарообразную копну.

Для Лёни это была первая встреча на съёмке с моим очень близким другом Лёней Филатовым. Они мгновенно нашли контакт – два талантливых, искренних, очень коммуникабельных человека. Им на площадке было комфортно, они бесконечно подшучивали друг над другом, подкалывали. Потом к нам прилетел Джигарханян, у него была роль поменьше, но и он с удовольствием вписался в этот тандем, настолько дружеской была вся атмосфера. Конечно, совсем без проблем не обходилось. К примеру, сцену, когда Лёня за рулем ведёт машину по Мюнхену, мы переснимали одиннадцать раз! Герои должны были доехать от автозаправки до некой точки, при этом развернуться можно было только где-то возле кладбища, почти за городом. Это была мука: партнёр Каневского путал текст, сбивался, в общем, был не в форме. Лёня же воспринимал это совершенно стоически. Он вообще никогда не обвинял своих коллег в небрежности, всегда занимался только своим делом – ценное и довольно редкое качество. В театре любят сказать партнёру: «Знаешь, старик, ты не очень точно это играешь. Вот я бы на твоем месте…» Артист, который такое слышит, готов убить своего коллегу, и даже иногда пытается это сделать. У Лёни никогда не было даже намёка на что-то подобное.

То, что «Претендент» снимался в Европе, никак не влияло на Лёню – ни на работу на площадке, ни на поведение. Когда у человека есть крепкая, незыблемая основа, он вписывается в любую структуру. На наши скромные суточные мы не шиковали, но нормально вечеряли вместе: два Лёни – Филатов и Каневский – и ваш покорный слуга. Всего нам хватало, я не могу вспомнить ни одного момента, где существование на картине было бы отличным от Москвы. Работали с полной отдачей, искренне, честно и получая удовольствие. Вспоминая те съёмки, могу сказать, что это был просто праздник.

С Арменом Джигарханяном. Чтобы нас не путали, встали в один кадр! К/ф “Претендент”, режиссёр Константин Худяков. (с) Киноконцерн “Мосфильм”, 1987 год

Буквально через несколько лет мне довелось ещё раз поработать с Лёней – на фильме «Смерть в кино». История была вынужденная: в Евпатории построили роскошную декорацию и сняли абсолютно провальную картину, не хочу её даже называть. Меня позвали на «Мосфильм»: «Надо спасать. Придумать сценарий и снять в этой декорации – деньги затрачены, их нужно вернуть». Собралась мощная команда сценаристов – Валерий Семёнович Фрид, Валентин Черных и Эдик Володарский, оператор Юра Райский, композитор Микаэл Таривердиев – в общем, лучшие люди. Придумался кинематографический сюжет: декорации построены, но съёмки еще не начались, и ушлый сторож, бывший сотрудник НКВД, сдаёт постройки «дикарям». Начинается гулянка, тут появляются оператор и помощник режиссёра, которые тайно всё снимают. Дело кончается убийством, в котором подозревается каждый. Мы собрали абсолютно звёздный состав – Анатолий Ромашин, Иван Бортник, Ирина Розанова, Елена Шанина и Каневский. У Лёни с Шаниной был отличный дуэт, они играли такую несостоявшуюся любовь. Работать с этой командой было настоящим праздником. Мы с Лёней проводили время и на площадке, и вне её: часть дня – съёмка, часть – общение. В Евпатории вместе ходили на пляж, вместе ужинали, наши жёны строгали салаты огромными порциями. Мы по-настоящему дружили. Я изначально хотел в этом фильме снимать именно Лёню и придумал камео: он играл актёра по имени Александр Томин, который собирается эмигрировать в Израиль.