К/ф “Бриллиантовая рука”, режиссёр Леонид Гайдай. (с) Киноконцерн “Мосфильм”, 1968 год
В апреле 1968 года начались съёмки знаменитой советской комедии режиссера Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука». Ровно через год, наутро после всесоюзной премьеры 28 апреля 1969 года, я проснулся знаменитым – благодаря сцене, в которой играл контрабандиста. Раньше ведь фильм выходил на все киноэкраны страны одновременно, в один день – это называлось «всесоюзная премьера». Наутро я вышел на улицу и сразу понял, что такое слава: куда бы я ни шёл, вслед мне неслось: «Чёрт побери!»
К/ф “Бриллиантовая рука”, режиссёр Леонид Гайдай. (с) Киноконцерн “Мосфильм”, 1968 год
Сниматься в этой сцене я прилетел, по-моему, из Свердловска. Съёмки шли в старинном районе Баку, куда теперь водят экскурсии. Место историческое: древняя крепость, шахский дворец, знаменитая Девичья башня. Но в наши дни экскурсоводы там прежде всего говорят: «Здесь снималась „Бриллиантовая рука“. Вот здесь ходил Миронов, здесь вот падал Никулин». В фильме есть сцена, где за героем Миронова бежит толпа мальчишек, и, когда я, приезжая в Баку уже в наши дни, бываю в этом районе, ко мне иногда подходят пожилые мужчины и говорят: «Это я, я – один из мальчишек!» – они до сих пор счастливы, что снялись тогда в массовке.
Для той знаменитой сцены мне сшили костюм, но на примерке стало ясно, что он совершенно не годится. Спрашиваю Гайдая: «Леонид Иович, что будем делать?» – «Ну, прикиньте что-нибудь другое». Иду к костюмерам, ищем, примеряем. Майки, рубашки – всё перепробовали, всё не то. Выхожу к Гайдаю голый по пояс: «Не знаю, что делать». А он мне: «Стоп-стоп, а вот этот костюмчик кто тебе справил?» Говорю: «Этот?» – и показываю на свою волосатую грудь. – «Да». – «Я сам себе справил». – «Вот в нём и будешь сниматься». Так я и снялся, во всей своей красе.
К/ф “Бриллиантовая рука”, режиссёр Леонид Гайдай. (с) Киноконцерн “Мосфильм”, 1968 год
Ключевой момент той же сцены – когда герой Юрия Никулина падает, поскользнувшись на арбузной корке. Потрясающий артист, к тому же цирковой, он почему-то никак не мог упасть как требуется: камера стояла на штативе неподвижно, и нужно было, чтобы задранная нога попала точно в кадр. Никулин пробует раз, другой, третий – не получается, и всё тут. Время идёт, Гайдай нервничает, мне через час-полтора надо в аэропорт – назавтра у меня был спектакль в Москве. Я набрался нахальства и говорю: «Можно попробовать?» Гайдай говорит: «Давай». Снимаю свои брюки, надеваю Юрины и с первого раза попадаю задранной ногой в кадр. Так что верхнюю часть тела в этой сцене играет Никулин, а нижнюю – я.
К/ф “Бриллиантовая рука”, режиссёр Леонид Гайдай. (с) Киноконцерн “Мосфильм”, 1968 год
Сниматься с Никулиным было огромным удовольствием. Он совершенно необыкновенный человек: тёплый, открытый, какой-то очень настоящий. А его любовь к анекдотам, умение их рассказывать – это что-то из ряда вон выходящее. Во время съёмок мы жили в гостинице, и несколько раз он звонил мне в номер буквально среди ночи: «Лёнь, послушай, я вспомнил потрясающий анекдот».
«Бриллиантовая рука» оказалась тем самым счастливым случаем, о котором я всегда твержу: надо быть к нему готовым, чтобы он работал на тебя всю жизнь. Маленький эпизод сделал меня известным артистом, а дальше эту известность надо было поддерживать уже и своим авторитетом, и другими ролями. Сцена с контрабандистами в «Бриллиантовой руке» оказалась судьбоносной, доказательством того, что один хорошо сыгранный эпизод может резко изменить твой актёрский путь. В наши дни стать популярным легко: мелькнул в телевизионном сериальчике – и тебя уже все знают. А вот удерживать популярность десять, двадцать, сорок лет – такое мало кому удаётся.
ТИМУР ВАЙНШТЕЙН
генеральный продюсер телеканала НТВ
К герою «Бриллиантовой руки» у меня особое отношение. Дело в том, что Леонид Семёнович Каневский удивительным образом похож на моего отца: папа мой тоже крепкий, коренастый, усатый-волосатый. При нашей бакинской жаре дома он часто ходил с голым торсом – как герой Каневского в знаменитой сцене. Это не стопроцентное внешнее сходство, но у них много общего в жестах, манере двигаться, а главное – в эмоциональном обаянии, какой-то солнечной, тёплой энергетике. Когда я ещё ребёнком впервые увидел фильм, актёр сразу показался мне родным.
Мы все родом из Советского Союза, из того времени, когда у каждого города были предметы особой гордости. Я – коренной бакинец, и с детства, как и все мои земляки, гордился тем, что в Баку снимались популярные советские фильмы «Человек-амфибия» и «Бриллиантовая рука». Позже я, конечно, узнал, что у нас снимали только отдельные сцены, но сцены знаковые, так что гордости не убавилось. В «Бриллиантовой руке» таких культовых сцен две: первая – та, где к героям на узкой улочке пристаёт жрица любви и Андрей Миронов произносит знаменитое «руссо туристо, облико морале», вторая – та самая, с Леонидом Каневским-контрабандистом, где герой Юрия Никулина, поскользнувшись около аптеки на арбузной корке, падает со словами: «Чёрт побери!»
Снимались обе сцены в районе Ичери Шехер. В советское время это была территория крепости, на которой жили люди определённого склада: крепкие и, мягко говоря, хулиганистые. Они так и назывались – «крепостные». Места эти были не лучшими для прогулок – появление чужаков там не приветствовали, и мы старались район крепости обходить. Культовым для туристов район стал уже в независимом Азербайджане: его отреставрировали, сохранив дух старины, который показан в фильме. Фактически весь комплекс, включая крепостную стену, дворец Ширваншахов, знаменитую Девичью башню, превращён в музей под открытым небом.
В один из своих дней рождения Леонид Семёнович оказался в Баку. Праздновали мы вместе, и довольно спонтанно решили совершить небольшую экскурсию к тому месту в Ичери Шехер, где снималась сцена «Чёрт побери!» – на улицу Кичик Гала, в переводе – Малую Крепостную. Сегодня здесь не протолкнуться от туристов: люди покупают сувениры, сидят в кафе под названием «Бриллиантовая рука» с манекенами героев фильма, но главное – фотографируются. Каждому хочется запечатлеть себя в позе Юрия Никулина: упасть на мостовую, задрав ноги. Долго выбирают точку съёмки, нужный ракурс… В общем, это довольно плотная толпа, которая сосредоточенно занята своим делом. И вдруг из боковой улочки появляемся мы: небольшая группа, в которую скромно затесался Леонид Семёнович. Выталкиваем его вперед, и… надо было видеть реакцию окружающих!
Поначалу они повели себя так, как любой из нас среагировал бы на что-то совершенно неожиданное, точнее нереальное: скользнув взглядом по Каневскому, люди продолжили свои туристические дела. Затем взгляды стали возвращаться к нашему герою, и что тут началось! Сказать, что это была бурная реакция, – ничего не сказать. На Лёню буквально набросились, стали фотографироваться в обнимку, брать автографы, все улыбались, не веря своим глазам, – я наблюдал настоящий взрыв эмоций, позитивную реакцию невероятной силы и искренности. Важно сказать, что в той толпе явно были люди с разным культурным бэкграундом: разного возраста, разных национальностей, некоторые говорили по-русски с акцентом. Тем удивительнее было объединившее их проявление любви к герою фильма и, соответственно, к человеку, героя воплотившему. На самом деле это уникальное свойство Леонида Каневского, его потрясающий дар: вызывать у людей радость.