Глава девятнадцатая

Летние хлопоты лично для меня свелись в парочку мероприятий организационного плана. Князь Куракин изыскал возможности, чтобы взвалить на себя обязанности герцога Болоньи. Всё-таки богатый человек, влиятельный и достаточно энергичный для своего возраста.

— Эдак, Денис Дмитриевич, вы моих ведущих вельмож сделаете своими, как я погляжу, — пошутил Александр в одной из встреч, — у вас настолько солидная компания в Эсте подбирается, что позавидовать можно.

Шутки-шутками, но мой «двор» действительно действенен, а не церемониален: Ланской, Строганов, Кочубей, а теперь и Куракин добавился. Небось австрийцам икается от возрастающей русской политической силы в Италии и лишь удержание малопольских земель под своей рукой отвлекает их от попыток этому противостоять. Ну, а по поводу выкупа Равенны сошлись с Наполеоном на сумме в миллион новых русских бумажных рублей и увеличении поставок ревельского чугуна во Францию. Всё-таки расширение моего сотрудничества со Швецией по ряду позиций сказывается. Даже запустил там высококлассный комбинат по переработке их леса, создав массу достойных дополнительных рабочих мест от лесорубов до управляющего цехом переработки отходов.

— Удобно, Степан Сергеевич, право слово. Европа нуждается в высококачественных пиломатериалах, а в той же Швеции их делают в основном лишь среднего качества. Никто не старается вкладывать финансы в улучшенное оборудование, все пытаются обойтись лишь резонным минимумом средств. На дворе уже капитализм, а многие не могут освободится от феодального мышления.

— Так вам же это выгодно, Денис Дмитриевич. Сбыт, как я понимаю и наслышан, у вас всегда есть. Да и шведский парламент вас уважает за помощь их экономике и честную оплату налогов и пошлин.

Есть такой фактор именно у шведов. Король Густав Четвёртый витает где-то в облаках, стремясь с одной стороны к усилению армии, а с другой почему-то отрицая прогресс в развитии экономики. Мол, всё это выдумки французских революционеров, а деды и без инноваций владели землями от моря и до моря. И будут снова владеть, если всякие парламенты не станут мешаться под ногами, а лучше пусть деньги изыскивают на дополнительные пушки, ружья и найм солдат. Александр Первый с трудом удержал его от участия в войне с Наполеоном на стороне Пруссии и Саксонии. Вот шведский парламент и рад моим инвестициям, благо они достаточно солидные для частного инвестора.

— Начали строительство полудюжины кораблей для моей торговой флотилии и ещё полудюжины фрегатов и двух линкоров для Ревельской орденской эскадры. О себе так не заботятся, как о нас.

— А как же паровые машины? Или вы обычные парусники заказали?

— Пока обычные, так как всё равно нет инфраструктуры угольных складов на дальних расстояниях. На одних чурбачках далеко не поплаваешь, сами понимаете. Да и не доверяю я нынешнему королю. Ввяжется в какую-нибудь войну и мои строящиеся корабли станут чьими-нибудь трофеями.

В самой Швеции тоже не особо доверяют монарху те сановники и вельможи, которые хозяйственны и радеют о будущем. Знаю из истории, что его в итоге нагнали из Швеции, лишив прав на престол. А потом избрали королём наполеоновского полководца Бернадота (из простолюдин, кстати). Вот этому французу я бы доверился, так как он приговорил Швецию к вечному нейтралитету, чем обосновал нормальную экономику.

— Шведы воинственны по духу, неужели они смирятся с вечным нейтралитетом?

— Ещё как смирятся, Степан Сергеевич, дойдёт до того, что династия Бернадотов будет править Швецией и в двадцать первом веке. Небольшой стране, имеющей огромные запасы железной руды, причём высокого качества, проще и выгоднее жить без войн. А с учётом их традиций в мореплавании они могли бы уподобиться той же Голландии. Главное, чтобы правители действовали в согласии с парламентом, тогда и народу будет жить легче.

В принципе, Швеция расположена на отшибе, а не в каком-нибудь центре Европы, подверженном бесконечным нашествиям. Вон, та же Равенна географически находится столь неудачно, что постоянно была в сфере чьих-нибудь интересов. Неудивительно, что их мордовали все кому не лень и довели до последнего истощения в последние годы.

— И зачем вам нужно такое герцогство? Или оно необходимо, чтобы Эсте стало королевством? — продолжает любопытствовать Ланской.

— Равенна особо не нужна, но Наполеон не хочет тратиться на её развитие и в то же время не желает вернуть Папе Римскому в состав Папских земель. Пришлось смириться с обузой, чтобы выйти из-под контроля Итальянского королевства.

Специально перевёл разговор на другую тему, а то Ланской может поделиться моими мыслями где-нибудь на стороне. Если дойдёт до шведов, то могут и на шею сесть в смысле дополнительного инвестирования их хотелок. Мол, если хочешь иметь то, что уже имеешь, так начни ещё что-нибудь полезное для Швеции и нечего во всякие Италии вкладываться. Те же франкопузы уже навесили на меня кучу итальянских «сирых и убогих», хотя начиналось всё с одного чисто формального небольшого маркизата. Теперь видно, как меня развели, оставив себе высокоразвитые промышленные Пьемонты и Миланы с Венециями, а мне оставили разорённый сельскохозяйственный мусор. Причём мраморную Карреру не отдают, ибо зажали выгодное во все времена герцогство.

Хорошо, что производство красного перца и добычу соли удалось толком наладить, иначе вообще грустно было бы. И всё это нужно охранять не абы как, а профессионально и значит как следует оплачивать воинство. Тот же Наполеон по идее в ближайшие два-три года погрязнет в войнах на Пиренейском полуострове, а значит ему будет не до Италии. Тут-то придурочные австрияки и нагрянут с претензиями и войсками и снова всё восстанавливаемое разорят. Затем Габсбурги породнятся с Бонапартами, а я останусь в дураках в итоге. И зачем мне всё это нужно, если оно нужно Александру, причём за мой счёт.

Весной ещё одна новость случилась, правда приятная для меня. Адмирал Ушаков закончил свою военно-морскую карьеру и вышел в отставку. Как говорится «с мундиром и пенсией». И что ему делать прикажете, коли посещения балов и светских раутов быстро надоели боевому адмиралу? Вот я и попросил ветерана оказывать мне консультационные услуги на тему кораблей и их использования. Жалованье не будет зависеть от количества работы, а за особо качественные советы ещё и премиальные полагаются.

— Признаю, Денис Дмитриевич, что ваше предложение очень уместно. Вроде недавно в отставке, а уже нечем заняться и скука начала одолевать. У вас же, как я наслышан, интересные дела творятся. И орденская ревельская эскадра, которая вне Русского Флота, и опять же своя торговая флотилия, и даже интересы в Адриатическом море мне изрядно знакомом. Готов помогать советами, ежели они вам нужны.

— Очень нужны, Фёдор Фёдорович. От строительства кораблей до формирования флотских соединений.

Так что, ознакомившись с моим «Спешным», посетившем Америку на паровом ходу и без особых проблем вернувшемся обратно, адмирал сразу восхитился.

— Это какие же возможности открываются, милостивый государь, эдак можно любого врага победить в безветреную погоду.

А когда Ушаков посетил один из готовых ракетоносцев и понаблюдал за учебными стрельбами, то стал готов помогать и подсказывать во всём что связано с морским делом.

— Один вопрос, ваша светлость, а хватит ли вам денег чтобы сполна оплачивать такие великолепные корабли и оснащать их паровыми движителями?

— Так я, господин адмирал, финансирую строительство новых судов лишь по мере возможности. И в первую очередь вкладываюсь в усовершенствование как судов, так и оснастки и оборудования для них. Ну и в подготовку экипажей также. Вместе со Степаном Сергеевичем Ланским открыли ещё одну школу. На этот раз для подготовки специалистов для паровых машин, используемых во флоте.

— Интересно, очень интересно и поразительно. Даже в голову не приходило, что у нас в России возможно создания столь передовых механизмов и машин. Всё казалось, что лишь в Европе сиё возможно, а наш удел лишь корабли строить, пушки для них отливать, да на них воевать.

Вот как оно бывает, вроде патриот и человек образованный, а не всё знает. Нечто вроде того, что часовые механизмы хороши лишь в Европе, а часовщики Кулибин и Гладкой как бы всего лишь поделочники невысокого уровня. И это не вина таких же «ушаковых» на Руси, а беда по причине неполной осведомлённости.

Один помещик побывал в Гааге и приобрёл шикарное меховое манто для своей супруги. Вернувшись из вояжа они с женой хвалились «изяществом из самой Европы», пока не пересеклись с одним гильдейским купцом. Тот такое же манто, один в один, приобрёл в Петербурге в меховом магазине Вернона.

— Ну надо же, милсдарь, в Европу ездил, а оказывается европейские вещи можно и здесь приобрести.

— Да, сударь, цивилизация и до нас дошла, коли европейские товары в Петербурге продают. Жаль, что наши лапотники никогда такую красоту не смогут шить в России. Хоть бы иноземных мастеров приглашали бы, что ли, а то совсем мы отсталые какие-то.

И это в тот момент, когда законодательница парижской моды, Жозефина Богарнэ (пока ещё жена Наполеона), заказала целый меховой гарнитур именно у нас с Верноном. Мол, «нигде в Европе не сыщешь меха столь высокого качества и изделия из них». Так и написала мне в письме, попросив оказать протекцию в исполнении заказа «вне очереди», гы-гы. И пока евромонархи политическими пиписьками меряются, люди попроще (навроде английских заводчиков) умоляют продать им хотя бы парочку именно русских паровых машин. Два завода в Англии (Александра и мой), созданные совместно с Уаттом и Боултоном, свои изделия отправляют в Россию, да и качество у них ниже, чем на заводах паровых машин в России. Эта некая несуразица из-за того, что на наши же британские предприятия доходят не все новшества, используемые здесь.

Так и живём, уже привыкнув к тому, что истинные мастера обитают в европах, а на Руси лишь криворукие имеются.

Русская Американская компания ревниво относится к нашей Русской Ост-Индской компании. Видимо опасается, что мы перехватим инициативу в Тихом океане. Эх, нам бы их проблемы, гы-гы. На очередном тайном заседании владельцы ост-индской обсуждали более серьёзные проблемы. Всё связано с самовластьем Испании в том регионе. Мало того, что они владеют большей частью Южной Америки, перешейком и Мексикой, так ещё и заявляют права на всю западную часть Северной Америки. А значит и Северная Калифорния тоже им принадлежит.

— Их миссии, господа, тянутся лишь до залива святого Франциска Ассизского, но севернее их присутствия нет, — докладывает Куракин государю и нам, — к сожалению испанский премьер упорствует и не идёт нам навстречу.

На испанском престоле числится король Карл Четвёртый, но именно что «числится». Бедолаге по барабану власть, поэтому на данный момент королевством по сути правит его жена, Мария Луиза де Бурбон. Причём делает это через своего официального любовника Мануэля Годоя, безусловного правителя Испании по факту. Пока сей лидер тяготеет к Наполеону и готов поддерживать его авантюры.

— Господа, недавно в Фонтенбло был подписан договор между Францией и Испанией, — решил пооткровенничать Александр, — согласно договорённостям обе страны хотят изгнать из Португалии династию Браганса и поделить её между собой.

Португальцы, конечно же, сами напросились на такое отношение. Согласно договору об участии в континентальной блокаде они обязаны не предоставлять свои порты англичанам в качестве транзитных, однако постоянно нарушают соглашение. И кому, спрашивается, понравится такой «союзник»?

— Впрочем, есть нюанс благодаря которому наша компания может получить кое-какие привилегии в Калифорнии от испанцев, — царь явно знает больше, чем говорит, — дело в том, что если мы временно поможем своими войсками в оккупации Португалии, то Испания не будет противиться нашим планам в Северной Калифорнии.

— Ваше величество, а как же провозглашённая оборонная доктрина? — сразу поинтересовался Кочубей, — нас могут не понять, если мы её нарушим.

— Думаю, господа, что нам мог бы помочь в этом вопросе правитель принципата Эсте. Денис Дмитриевич, мы согласитесь оказать услугу России в деле освоения Тихого океана?

Заразы они все, небось всякоразные владыки припахивают меня на разрыв отношений с португальцами. Я почувствовал недоброе, получив на днях предложение встретиться с новым французским послом Коленкуром «по очень важному делу». Теперь хоть узнаю к чему меня приговорили правители Франции, России и видимо Испании. Ну неужели нельзя наконец-то жить мирно, не ввязываясь в аферы великих мира сего?

И, главное, как хитро стелят, ссылаясь на «помощь России». Воистину, просьба российского императора равнозначна удвоенному приказу. Чего же мне придётся сделать?

— Ваше величество, скажите пожалуйста, как я должен помочь отчизне? Надеюсь, что это не очень больно и затратно?…