Я никогда не был, что называется, мастером на все руки. Поклеить обои, приготовить несколько простеньких блюд, покрасить пол — всё это, практически, мой потолок в прошлой жизни во всём, что не касалось химии. В этой, разумеется, пришлось делать намного больше, но… Всё же я чаще работал головой, а разные операции после отработки основного принципа сбрасывал на своих учеников и помощников.
Вот и о том, как работает буровая установка, я не имел ни малейшего понятия. Так, «большое сверло», вот и дырки в земле оно бурит шире и глубже. Однако даже мне было известно, что при сверлении стенки, например, приходится время от времени останавливаться и «выдувать» пыль, чтобы она не мешала дальнейшей работе.
Но там речь идёт о считанных сантиметрах. А как с справляться с удалением измельчённой породы, если речь идёт о десятках метров? Как охлаждать рабочую часть бура? Как укреплять стенки скважины, чтобы они не осыпались? Как передать вращающее усилие на такие расстояния?
Вопросы, одни только вопросы. Нет, оказалось, что египтяне уже умели бурить камень и уже многие века применяли эти технологии в строительстве. Но и их установки «дотягивались» лишь на метр-другой-третий, что для наших потребностей было маловато.
В итоге моя родня, оставшаяся на Хураздане, столкнулась с проблемой — как без огромных трудозатрат проверить, где именно под землёй располагается самая толстая часть пласта? На какой глубине?
Можно было, конечно, выдолбить узкие колодцы, средства позволяли. Вот только на это ушло бы немало лет. К нашему счастью, удалось где-то на юге отыскать мастера, владевшего технологией долбления скважин. вместо бурения. Долбящую головку приподнимали на верёвках и с определённой высоты сбрасывали вниз. И повторяли это много раз. Затем извлекали дробящий инструмент наверх, проверяли его состояние и крепость верёвок, при необходимости ремонтировали.
И во время этого «технологического перерыва» извлекали из скважины измельчённую породу. Как? Очень просто! Заливали в скважину немного воды, взбалтывали её и извлекали образовавшуюся пульпу специальными ведёрками. Повторять тоже приходилось неоднократно. Представляете себе производительность такого «передового» процесса⁈
Вот и пришлось мне мобилизовать часть мастеров на изобретение буровой установки. Безо всяких кавычек. Ничего подобного тут не существовало, а принцип его работы тут знали задолго до меня. Но пришлось искать ответы на все перечисленные вопросы и на другие, вставшие при их решении.
Что? Почему меня не устраивало рытьё колодцев? Да, вы правы, слои воды очень широк, а сама она текуча. Поэтому риска «промаха» не возникало. Бери и рой колодец где угодно, мимо воды не промахнёшься!
Да, всё верно. Не промахнусь. Но колодец — это просто и понятно. Опустил ведро и поднял. Если даже его засыпать взрывом — снова откопают. При этом я ни на секунду не сомневался, что кочевники будут время от времени захватывать мои источники воды. Поэтому мне нужно было настоящее чудо. Узкая скважина и относительно сложное оборудование, качающее воду из глубин. Такое хозяйство будет нуждаться в обслуживании, время от времени ломаться… Но для меня это и было то, что нужно! Потому что в результате без меня и моей «обслуживающей кампании» с Первого Порога будет невозможно обойтись.
Вот и пришлось затеять серию «мозговых штурмов» по разработке буровой установки.
— Значит так! Перечисляю, до чего мы уже договорились раньше. Во-первых, чтобы стенки не осыпались, мы по мере углубления скважины будем подавать в неё обсадные трубы, укрепляющие стенки. Источником вращения будет электрический двигатель, находящийся в самой скважине и запитываемый с поверхности по изолированному кабелю[1].
[1] Перечисленные сведения подтверждаются историками. Египтяне применяли технологии сверления камня ещё при строительстве пирамид. А долбление скважин применялось, например, китайцами, задолго до описываемого времени. Бурение скважин с применением электродвигателя, погружаемого в скважину — изобретение самого начала ХХ века, для нужд ГГ, на самом деле, избыточное. Но он и не обязан находить сразу оптимальное решение.
Участники «штурма» кивками подтвердили, что всё поняли. Ха! Как будто я не знал, что уже через несколько минут выяснится, что многие услышали, но выводов не сделали.
— Напоминаю, на время нашего «штурма» все чины снимаются. Предлагать можно любую глупость, критика запрещается. Но переход на оскорбления запрещаю. Как и драки. Так, ножи все сдали?
Нож — непременный атрибут свободного мужчины, но больно уж горячий тут народ собрался. Причём почти половина — пришлые «механики», для которых я, конечно, авторитет. Всё же человек известный, философ, изобретатель, наместник Нубии и ближник самого Александра Великого… Но — не Учитель. Поэтому в горячке могут и сорваться. Пришлось оружие отбирать, да и охрану ставить на всякий случай.
— Итак, как удалять со дна скважины измельчённую породу.
— Колодец надо рыть! — тут же буркнул рыжий Фрасимед. Сам он утверждал, что родился в Византии и весьма там процветал, но при этом собеседование для поступления в Механическую Школу он проходил в Яффе, причем родне Микаэля пришлось не только оплатить ему дорогу сюда, но и погасить имеющиеся у него долги. Человек очень конфликтный и с большим самомнением. Вот и сейчас он просто пропустил мимо ушей всё, что я говорил в начале. — Тогда и проблем не будет.
Эх, ну вот как с ним быть? Сокровище то ещё! Образование его носило фрагментарный характер, но я, скрепя сердце, оставил его в городе и даже допустил к занятиям. Руки у мужика оказались золотые. Клины для пушечных затворов он шлифовал идеально. А главное, что меня подкупило, он просто бредил идеей создания шлифовальных станков, на которых эта работа станет посильна даже продвинутому подмастерью.
— Мастер Фрасимед, идею отказа от бурения скважин мы уже не обсуждаем! — напомнил я ему.
— Предлагаю подавать воду, а пульпу вёдрами поднимать! — подал голос Арам Бурильщик. — Мы так в Хураздане делали, хорошо получалось.
— Не позорь род Еркатов, парень! — насмешливо заметил его тёзка Арам Оружейник. — Медленно это, очень медленно!
— Критика во время «штурма» запрещена! — напомнил я, прежде чем начался спор, который неизбежно перерос бы в свару. — И оскорбления, кстати, тоже. Сама идея поднимать пульпу мне нравится, но сделать это надо как-то быстрее.
— С этим проблем нет! — тут же отреагировал Оружейник. — Твой винт, Руса, может и пульпу поднимать. Хорошо поднимает, если скважину наклонной сделать.
— А воду где брать? Пустыня же кругом! — тут же прозвучал чей-то вопрос.
— А вот это уже следующий вопрос! — подхватил я. — Часть воды наверху с пульпы стечёт и будет использована повторно. А часть придётся возить, ничего не поделаешь. Кстати, заодно вода и тепло отводить будет, решаем проблему с охлаждением…
Помните, «каждый год, тридцать первого декабря мы с друзьями ходим в баню»[2]? Вот и здесь у нас постепенно сама собой сложилась похожая традиция. В один из выходных дней перед здешним Новым годом, приходящимся на весеннее солнцестояние, мы большей частью городской «верхушки» отправлялись париться. Это носило почти сакральный характер, ведь вступить в новый год чистым — это важно.
[2] Фраза Евгения Лукашина, главного героя фильма «Ирония судьбы или С лёгким паром».
Постепенно выработалась традиция, что важные дела мы там не обсуждаем. Так, ленивый трёп «ни о чём», анекдоты и байки травим, а после бани нас ждут массаж и холодное пиво или чай — по выбору. Крепкие напитки здесь тоже не допускались, чтобы не искушать стариков.
— Кстати, хотите анекдот? — вдруг спросил Проникающий-в-суть-вещей и, не дожидаясь ответа, начал излагать. — Мастера Карфагена недавно научились стальные стволы для ружей сваривать. Но гладкоствольных пистолетов и дробовиков им показалось мало, они сделали нарезку.
— И что? — тут же заинтересовался Оружейник.
— Разорвало, конечно! — улыбнулся рассказчик. — Тогда они сделали стенки ствола более толстыми и укрепили их специальными накладными кольцами. Выстрелили и… Пуля застряла в стволе!
Жизнерадостный гогот слушателей сотряс предбанник.
— Ага! Тогда они усилили заряд…
— И у них казённая часть не удержала пороховые газы! — уверенно заявил Арам. — «Переломки» всем хороши, но ограничены по мощности заряда.
— Верно, не получилось у них, — подтвердил Следак. — Тогда они казённик для прочности заварили наглухо, оставили только маленькое отверстие для запальной трубки.
— Погоди, а заряжают как? — не понял я.
— А как пушку, через ствол! Дымный порох засыпают, потом тщательно шомполом уплотняют, потом пыж и напоследок пулю заряжают.
— Так я о том и спрашиваю. Если пулю сделать легко вставляющейся, она по нарезам не пойдёт и толку не будет. А если она к стволу плотно прилегает, то как они её загоняют?
— Молотком! — ответил Ашот. Увидел моё недоверчивое лицо и повторил: — Деревянным молотком лупят по шомполу и вгоняют свинцовый шарик.Он деформируется и ввинчивается по нарезам.
— Свинцовый шарик, говоришь? — задумчиво переспросил Микаэль. — Так у него масса меньше получается, чем у наших пуль. Получается, и пробивающее действие слабее?
— Получилось бы! Но они ствол шире сделали. Так что теперь у них есть небольшие такие нарезные дульнозарядные пушки калибром одна двадцать вторая локтя[3]. Заряжать её приходится несколько минут, да ещё и после каждого выстрела нужно чистить, больно уж их дымный порох грязным получается.
[3] Одна двадцать вторая локтя ~ 22,7 мм.
Собравшийся народ снова грохнул. Посмеяться над «тупыми пунийцами» желающих нашлось немало, только я не спешил присоединяться к общему веселью.
— Эта штука называется штуцером! — медленно проговорил я. — Недостатков у неё множество, это так. Да и первые экземпляры будут «сырыми», кто ж спорит. Но…
— Что «но», внучек? Говори уж, раз начал!
— Если я правильно помню, то они, когда конструкцию штуцеров отладят, будут попадать из них в ростовую фигуру примерно с двух стадий. И пробивать при этом самый прочный доспех из тех, что мы способны сделать.
— Погоди! — нахмурился Оружейник. — Получается, они наши патрульные карабины превзойдут?
— По точности и пробивающей способности — да! — признал я. — А по скорострельности всё равно сильно уступать будут.
— Это никуда не годится! — тут же вмешался принц Ашот. — Нужно нам повторить!
— Повторять не будем. Зачем? Мы превзойдём! — криво улыбнулся я. Не хотел я торопить прогресс оружия, но — куда деваться? Отставания мы себе позволить не можем!
— Нет, братцы, калибр увеличивать не нужно! Да, я вас услышал и понял, что гильза патрульного карабина увеличенного заряда не выдерживает. Ну и что? Увеличить объём можно и без того, чтобы наращивать калибр! Что значит «как»? Можно гильзу удлинить, а можно и форму гильзы изменить, сделать её не цилиндрической, а похожей на бутылку.
— Плохая идея! — тут же отреагировал Арам Оружейник. — У наси цилиндрические выходят дорогими, вручную каждую гильзу подгоняем. А «бутылочные»…
Он только рукой махнул.
— Для «бутылочных» придётся отдельный станок изобретать! — поддержал наставника Квартерон. — А может, и не один. Это долго, Руса.
— Хорошо! — согласился я. — Давайте пока просто удлиним. Прежний патрон имел одну десятую локтя? Вот и сделаем длиннее на четверть. И заряжать будем по-прежнему с казённой части, это даже не обсуждается!
— Руса, ты не перегрелся, часом? — озабоченно спросил Оружейник и потянулся пощупать мой лоб. Когда я отстранился, он пояснил: — Разумеется, с казённой части, раз заряжаем патроном с металлической гильзой.
Надеюсь, я при этом не покраснел.
— Затвор делаем клиновый. Только надо придумать, как бы его легче открывать и закрывать.
— А что тут думать? — тут же встрял Рустам Квартерон. — Сделаем внизу примерно вот такую скобу… Стрелок на неё нажмёт, и затвор откроется. Можно будет стреляную гильзу достать и новый патрон вставить. Потом рычаг обратно вернёт, и затвор плотно закроет камору, можно стрелять.
— Хм… А не слишком сложно? — усомнился я. Получившийся карабин напомнил мне ружья из фильмов про Гражданскую войну в США[4]. Потянем ли мы такой уровень? Но не штуцеры же дульнозарядные нам делать, верно?
Впрочем, и от них можно получить пользу. И я даже знал, как.
[4] Действительно, у ГГ и его команды получился аналог карабина Шарпса, применявшегося в ходе Гражданской войны в США и при покорении Дикого Запада. Даже скоба Спенсера применяется. И тоже однозарядный, заряжание и извлечение гильзы производится стрелком вручную. Есть лёгкие отличия по характеристикам гильзы и пули, но главное отличие в том, что ГГ использует бездымный порох. Кстати, оригинальный карабин Шарпса отличался исключительно меткой стрельбой. В 1874 году из карабина Шарпса с расстояния 1538 ярдов (около 1406 м) Билл Диксон попал в воина-индейца, что для того времени было незаурядной дальностью стрельбы. Вряд ли можно ожидать, что «гаражная самоделка» родни Русы Ерката покажет такие же характеристики, но, как говорится, потенциал имеется!
— Что это, господин? — недоумённо спросил Паламед[5].
[5] Паламед — управляющий производствами у Птолемея Сотера, который в АИ Цикла не правит Египтом, зато стал Наместником Западной Индии и местоблюстителем в паре царств. Оба героя и события упоминаются в романе «Руса. Расширяя пределы».
Нет, дураком он не был, напротив. Отличался изрядным хитроумием, как и спутник Одиссея. В честь которого и был назван. А потому понимал, что перед ним ружья. Неясным оставалось другое — при чём тут он? Почему господин Наместник показывает эти ружья именно ему? Впрочем недоумевал он недолго.
— Такие ружья Руса Еркат называет штуцерами. Придумали их оружейники Карфагена, но мастера Еркатов быстро сумели их повторить и улучшить.
«Кто б сомневался?» — подумал Паламед. — «Руса Еркат собрал у себя лучших мастеров. И продолжает собирать!»
— Эти два штуцера он прислал мне в подарок. И для опробования. Они стреляют простыми свинцовыми шариками и заряжаются дымным порохом, так что проблем с боеприпасами у нас не будет.
— Для двух ружей их в любом случае не возникло бы! — осмелился прокомментировать управляющий.
— Правильно рассуждаешь! Но кто говорил о паре? Руса утверждает, что штуцеры эти отличаются высокой точностью и пробивающей способностью. А он готов не только поделиться с нами всеми секретами производства, но и капсюли для них производить прямо тут. У нас уже работает несколько его химиков, вот один из них и будет делать… Представляешь, хитроумный Паламед⁈ У нас будут ружья, способные попасть в воина на той же дальности, что и пушки! И не просто попасть, но и пробить любой доспех!
— Я очень рад, господин наместник! — ответил тот и бледно улыбнулся. Это царям новое оружие приносит радость побед и новых приобретений. А ему, бедному управляющему — только головную боль. Обучать мастеров, строить новые печи и станки, искать лишнее сырьё, находить деньги… О, кстати!
— Господин мой, щедрость рода Еркатов всем прекрасно ведома. Но не менее широко известно и то, что с ними лучше рассчитываться. Чем придётся расплачиваться в этот раз? Оружие из вутца? Отборный жемчуг? Лучшие ткани из хлопка? Или, может быть, алмазы?
Улыбка Птолемея слегка поблекла.
— Нет. Сейчас они хотят плату людьми. Воинами, мастерами-литейщиками, кузнецами, искусными механиками и тому подобное. Список я тебе позже перешлю.
Паламеду поплохело. Увы, именно хороших мастеров ему и так больше всего недоставало… Говорят, Руса Еркат как-то обронил, что «главная ценность — это люди!»
Управляющий был полностью с ним согласен, только дополнил бы, что люди должны быть знающими и умелыми.
С прошлой главы статы пополнились разрабатываемой буровой установкой, дульнозарядным штуцером и аналогом однозарядного карабина Шарпса с металлической гильзой, клиновым затвором и скобой Спенсера.