Разошлись в разные стороны, не сговариваясь; похоже, всем требовалось время, чтобы осмыслить случившееся и смириться с неудачей. А может, каждый решил, что лучше ему уйти подальше от остальных, чтобы в порыве разочарования не наговорить лишнего.

Вика очень не хотела оставлять Маркуса одного, но он так на неё посмотрел, что девочка поняла: не стоит навязывать ему сейчас свою компанию. Во-первых, все люди разные, и кому-то действительно лучше побыть в одиночестве, когда плохо. Во-вторых, Маркус, как она теперь знала, практически с младенчества привык к тому, что может рассчитывать только на себя, и, вероятно, просто не знал, что такое поддержка. И тем более не умел её принимать. Что ж, если всё закончится хорошо, она его научит… Если, конечно, не вернётся домой сразу после воссоединения Восьмирья… Если, конечно, воссоединение вообще состоится…

Поняв, что в мыслях появилось слишком много «если», Вика постаралась отмести их – и все другие «если», которые толпились у неё в голове, дожидаясь своей очереди, чтобы прийти на ум и напугать. «Если» – они такие! Стоит только уделить им чуть больше внимания – и они выстраиваются в очередь до горизонта! И вот уже всё, что ты делаешь, – это тревожишься из-за бесконечных «если», большинство из которых никогда не случится. Как хорошо, что в Восьмирье они не водятся в физической форме, как пичальки!.. А что, если всё-таки водятся?

Поймав себя на очередном «если», Вика хмыкнула и решила, что пора ей отвлечься от бессмысленного беспокойства и тоже немного развеяться и прогуляться. Насколько, конечно, это возможно в обезлюдевшем городе-призраке, на улицах которого смердило Тумарьем так, будто оно было совсем рядом.

Вика зашагала по первой попавшейся улице, но только когда вышла на окраину городка, что, впрочем, не заняло много времени, она поняла, что за ней кто-то следует.

«Лукас? – подумала она. – Точно не Маркус и, уж конечно, не майстер Цверг». Вика обернулась – и почти не удивилась, увидев, что это папа. Удивилась она лишь тому, что сразу про него не подумала. Но, наверное, это ожидаемо, ведь папы в её жизни не было целых двенадцать лет и она привыкла к его отсутствию. Даже не столько привыкла, сколько просто не знала, как может быть иначе. И несколько дней, проведённых в его обществе, – это всё же недостаточно, чтобы появились новые привычки. Но ничего, пройдёт ещё немного времени – и они появятся.

– Не помешаю? – спросил папа, увидев, что Вика его заметила.

И снова на сердце стало тепло оттого, что он не стал навязывать своё общество, как это можно было бы сделать по праву взрослого, а поинтересовался её мнением. Более того, Вика не сомневалась, что, если бы она сказала о желании побыть одной, папа не стал бы настаивать и ограничился бы тем, что продолжил издалека за ней приглядывать.

– Нет, конечно, – ответила Вика и продолжила бесцельно шагать вперёд.

– Расстроилась, – даже не спросил, а констатировал папа.

– Угу. – Вика пнула носком кроссовка красноватый камешек, проследила, как тот покатился по улице, и продолжила: – Мне так долго казалось, что самое трудное – это собрать все осколки Сердца. Ха! Наивная! Вот они собраны – и оказывается, что самое трудное ещё только впереди. Как их соединить? И знает ли это вообще хоть кто-то?

– Мы обязательно что-нибудь придумаем, – сказал папа и взял дочку за руку.

И Вика сразу ему поверила и успокоилась, хотя, казалось бы, ну откуда ему знать, он же не умеет заглядывать в будущее! Но папа сказал эти слова как-то по-особенному, не так, как между делом произносят дежурные отговорки «всё будет хорошо». За тем, как он это сказал, слышалось обещание сделать всё возможное и невозможное, чтобы решить проблему. Именно это и вселяло спокойствие и уверенность.

Некоторое время Вика с папой продолжали идти молча, в комфортной им обоим тишине. А потом из-за резкого поворота извилистой, будто вырубленной в нагромождениях скалистых обломков улицы вылетела Ванилька и предупреждающе зачирлыкала.

– Что такое? – встревожилась Вика.

Она почему-то сразу подумала, что мечта, должно быть, нашла кого-то из местных жителей. И возможно, они в беде и им нужна помощь.

Однако когда Вика с папой торопливо миновали поворот, то сразу увидели, что обеспокоило Ванильку. Узкую улочку пересекала трещина в земле, такая широкая, что её вполне можно было бы назвать каньоном.

Вика осторожно приблизилась к краю, заглянула вниз – и отпрянула. Там, на дне, которое оказалось совсем не таким глубоким, как можно было бы предположить, клубилось, колыхалось и медленно текло Тумарье.

– Теперь понятно, почему здесь так сильно пахнет, – пробормотал папа. – Возможно, именно поэтому город и опустел.

– Непонятно только, как здесь появилась эта трещина, – тихо отозвалась Вика.

Само ли Тумарье подобралось к Заркане из-под земли, а то и вовсе со Дна мира – или же это люди неосторожно прорубили слишком глубокую шахту для сброса мусора – и вот, получили на свою голову?

Что ж, ответа они, вероятно, никогда не узнают. Да сейчас он и не важен. Куда важнее – понять, как же соединить осколки Сердца в единое целое.

* * *

– Ему чего-то не хватает, – заявил майстер Цверг после того, как все снова собрались вместе.

«“Ему” – это уже прогресс, – отметила Вика про себя. – “Ему” всё же лучше, чем “его королевскому величеству”… наверное».

– Очень полезное замечание, – ощетинился Маркус. – Вот только конкретики бы чуть побольше!

– Майстер Цверг, – торопливо вмешалась Вика, не дожидаясь, пока эти двое опять сцепятся и поссорятся. – Мы все понимаем, что для соединения Сердца чего-то не хватает, но никто не знает, чего именно. Может, действительно нужен специальный ритуал…

– Или какие-то дополнительные ингредиенты, – добавил Лукас.

– А может, Сердце нужно соединять в особом месте? – выдвинул версию Дайс и запустил пятерню в бороду.

– В каком? – нахмурился майстер Цверг.

– Например, в Делирисе, – ответил Дайс и вытер вспотевшую лысину. – Сердце же раньше там хранилось. Наверняка не просто так, а по причине!

– Ну да, потому что это столица! – воскликнул Лукас. – Всё, что есть важного, всегда находится в столице.

– А может, там особое место силы, которое питало Сердце? – протянула Вега и задумчиво дёрнула себя за одну из многочисленных косичек.

– В столицу нам возвращаться нельзя! – испугалась Вика.

– Не забывайте о том, что Маркус уже пытался соединить там Сердце, – напомнил тут Ланс – и все, кто ещё мгновение назад были готовы рискнуть несмотря ни на что и вернуться в Делирис, задумались.

– Значит, нужно найти новое место силы, – наконец заключил майстер Цверг.

– Да может, дело вообще не в месте? – воскликнула Вика.

Но сопротивленцы её не услышали. Видимо, в этот момент разочарования и отчаяния им был очень нужен новый план – любой, за который можно было ухватиться, – и они были готовы поверить в первую же пришедшую на ум версию.

– Давайте подумаем, какой Осколок может для этого лучше всего подойти, – предложил майстер Цверг. – Вега, есть идеи?

– Точно не Кууза, – со смешком ответила она.

– Дайс? – повернулся майстер Цверг к бородачу.

– И не Фортуга, – ответил тот.

– А давайте без «не»? Какие Осколки не подходят, мы и так все понимаем. Лучше подумаем, каким должно быть нужное место. Андерс? Есть идеи?

– Чтобы подальше от Тумарья, – неуверенно протянул тот.

– И наверное, чтобы вокруг было побольше всего… – Вега замялась и задумчиво накрутила на палец одну из косичек, подбирая подходящее слово. – Побольше всего… не знаю… хорошего, что ли? Чтобы Сердце чувствовало это.

Вике понравилась эта версия. Если место и впрямь имеет значение, то для соединения осколков Сердца лучше выбрать такое, где всё вокруг наполнено позитивом. Где хочется улыбаться. Где чувствуешь себя счастливым. Только где его найти?

Делирис, Фортуга и Кууза не обсуждаются. Заркана, очевидно, тоже не подходит, раз здесь соединить Сердце не вышло. Что неудивительно – при таком-то разломе, проходящим через весь город, с ползущим по дну Тумарьем!

Варекай? Но Вика тут же вспомнила махальщиков и красные головки ненавижника на поле сражения.

Ово? Он такой уютный, милый, почти сказочный. Но тут воспоминания услужливо подбросили образ возницы-гнома на телеге, груженной мусором плохих эмоций, который выбросили жители.

Куидам? Но там больше не горит Белый маяк и не загорается ночная радуга, ведь и тётя Генриетта, и Лукас отсутствуют.

Что ещё? Лабиринт? Вика вспомнила тамошние испытания – и вздрогнула. Нет, тоже не то.

Лануба? Вика ничего про неё не знала, но майстер Андерс оттуда; если бы он считал, что Лануба подходит, то наверняка бы её предложил.

Виндук? Девочка задумалась. Ничего плохого про Осколок со штаб-квартирой Сопротивления она сказать не могла. Видимо, потому что там никто не жил. И это была грустная мысль. Получается, именно присутствие людей всё портит?.. Однако, хотя ничего плохого про Виндук на ум не приходило, ничего такого уж особенно хорошего, что могло бы помочь осколкам Сердца соединиться, – тоже.

Амалуна? Там Вика тоже не бывала. Пойти туда наугад?

Но тогда с тем же успехом можно пойти на любой другой Осколок, который ей не довелось посетить, – в надежде, что именно он окажется идеальным местом. А если нет – то на следующий неизвестный ей Осколок. И на следующий за ним. И так до тех пор, пока они не найдут то самое место. Только сколько же времени они потратят! Вика прекрасно помнила карту майстера Куртиса: Осколков в Восьмирье было очень много!

– А что насчёт… – Лукас замялся, но потом всё же нерешительно закончил вопрос: – Посёлка счастья?

Дайс хмыкнул, Андерс фыркнул, Вега усмехнулась. Майстер Цверг скривился, словно унюхал дурной запах. Маркус с Эриком промолчали.

– А что за посёлок счастья такой? – спросила Вика.

– Глупые слухи, – отмахнулся майстер Цверг. – Не стоит даже забивать себе голову.

– А вот и не слухи! – не согласился Эрик. – За годы через штаб-квартиру прошло много всякого народу. И были среди них те, кто лично побывал в посёлке счастья.

– Или наврал о том, что там был, – сказал майстер Цверг.

– Но зачем? Какая им выгода от этой лжи?

– Откуда я знаю? Глупцов полным-полно, и далеко не все их поступки и слова можно объяснить разумно.

– Да что за посёлок счастья такой? – напомнила Вика, так и не получившая ответа на вопрос.

– Ходят слухи, будто на одном из Осколков есть маленький посёлок, обитатели которого всегда счастливы, – всем своим видом показывая, что не верит ни единому слову, ответил майстер Цверг. – Якобы там счастье то ли водится, то ли растёт, то ли его добывают, то ли оно падает с неба – не знаю. Но наивные идиоты верят и даже готовы рискнуть перейти через Тумарье, лишь бы заполучить себе кусочек.

– Это не слухи, – упрямо повторил Эрик и выпятил нижнюю челюсть. – Говорю же вам, я встречал людей, которые там побывали!

– Ну и как, они были счастливы?

– Ну… – протянул Эрик.

– Вот и я о чём! – победно воскликнул майстер Цверг.

– А ты что скажешь? – повернулась Вика к Маркусу.

– А что я?

– Ты темноход, кому, как не тебе, знать, есть такое место на самом деле или нет.

– Точно ответить на этот вопрос может только картограф.

Но Вика уже слишком хорошо знала Маркуса и не поддалась на его уловку перевести тему.

– Ты же наверняка что-то слышал от других темноходов? – настойчиво продолжила она расспросы.

Ванилька будто тоже заинтересовалась разговором и даже подлетела к Маркусу поближе. И тот, глядя на мечту, неохотно признался:

– Слышал.

– И что?

– Да примерно те же самые слухи. Якобы есть такой посёлок, где все жители счастливы.

– Может, ты и письма как-то туда относил?

– Я – нет.

Вика сразу уловила это «я» и ухватилась за него.

– Ты – нет, но кто-то другой относил?

Маркус неопределённо пожал плечом и нехотя ответил:

– Ну, кое-кто из темноходов говорил, что да.

– Врали, наверное, – встрял майстер Цверг.

– И что, там и правда все счастливы?

– Говорили, что да, – всё так же неохотно ответил Маркус.

– Значит, нам нужно туда. Похоже, это идеальное место для наших целей, – сказала Вика.

– Я не собираюсь лишний раз соваться в Тумарье, да ещё с такой ценностью на руках, как все осколки Сердца, на основании одних лишь ничем не подкреплённых догадок, – заявил майстер Цверг.

– А ваше предположение, что причина нашей неудачи с осколками Сердца в неподходящем месте – оно чем подкреплено? – нарочито невинным тоном спросила Вика.

Майстер Цверг надулся, издал тихий возмущённый «пф-ф» – но так и не нашёл никаких слов.

– К тому же у нас ведь всё равно нет других вариантов, не так ли? – уже куда более примирительно продолжила Вика. – Ну а раз их нет, отчего бы не попробовать этот? Если у нас и ничего не получится, по крайней мере, пережить разочарование в окружении счастья должно быть легче.