Охотники за чужими мечтами ещё долго шли за Викой и её друзьями, но в конце концов отстали.

– Уф-ф, – перевёл дух Эрик, когда последние преследователи наконец исчезли из вида, и погладил по головке мечту, устроившуюся у него на плече. – Я уж думал, они никогда не оставят нас в покое.

– Я боялся, что они её заберут, – признался Лукас. Свою мечту он нёс в руках и прижимал к себе, как самую большую драгоценность на свете.

– Это мы все поняли, – добродушно усмехнулся майстер Цверг. – Что ж, считай, ты тоже кое-что выучил сегодня. Твоя мечта – только твоя; другим она не дастся и счастья не принесёт.

– Так-то оно так, но всё равно без преследователей поспокойнее будет, – сказал Лукас.

– Это точно! – согласилась Вика. – Теперь мы сможем провести оставшееся до дворцового приёма время в тишине и спокойствии, повторить наши планы и…

Последние слова замерли у девочки на губах, когда они повернули на улицу Жёлтой компетентности и увидели дом майстера Цверга. Его окружала небольшая толпа.

– Опять поклонники? – почти простонал Эрик. – О нет, я уже получил столько фальшивых комплиментов, столько восторга и столько предложений о взаимовыгодном сотрудничестве, что мне на всю жизнь хватит!

– А может, это тоже пришли за нашими мечтами? – испуганно предложил Лукас.

А Вика промолчала. Она ощутила запах йода и железа – запах плохих намерений, заметила комья серого тумана в руках у собравшихся – и поняла, что это не поклонники и не охотники за чужими мечтами.

– Осуждатели… – дрогнувшим голосом сказала она.

– Не стоит их бояться, реального вреда они не причинят, – заверил майстер Цверг. – Ну, покидаются немного своим Тумарьем, и всё. Если не будем реагировать, то в конце концов им это дело надоест, и они уйдут.

«Он не знает, – поняла Вика. – Он никогда не видел, как осуждатели кого-то затумаривают! Или… знает, но просто не хочет пугать остальных?»

– Они будут кидать в нас комьями Тумарья? – Лукас даже споткнулся. – Но почему?

– Потому что завидуют, разве не ясно? – ответил майстер Цверг.

– И что, мы всё равно пойдём в дом?

– Ну не на улице же нам до вечера оставаться.

– Но, может, всё-таки лучше уйти, пока они нас не заметили? Когда в тебя швыряются сгустками Тумарья, в этом мало приятного.

– Потерпишь, – отрезал майстер Цверг. – У нас нет времени бегать по городу, нам нужно готовиться к дворцовому приёму.

Собравшиеся возле дома осуждатели заметили своих жертв и зашевелились. Послышались первые возгласы, полетели первые комья чёрного тумана.

Вике было очень не по себе, когда она шла сквозь толпу к дверям дома. Люди окружали её, но не делали никаких попыток остановить, даже не прикасались. Вика знала, что её физической безопасности ничего не угрожает, но всё равно было страшно, ведь она уже видела, как эти же самые люди могут уничтожить человека, ни разу не дотронувшись до него.

– Ай! – вскрикнул Лукас, и Вика успела заметить, как ударивший его в грудь ком чёрного тумана будто просочился внутрь.

Не на шутку испугавшись за друга, девочка схватила его за руку и потащила за собой – скорее под защиту стен дома. После того как Вика застряла в своём собственном, личном маленьком Тумарье, пытаясь пробраться в констабулярию, она поняла: вовсе не обязательно оказаться внутри большого Тумарья, чтобы сойти с ума. Достаточно и куда более скромной дозы чёрного тумана в самой себе, чтобы он разъел тебя изнутри. И она совершенно точно не хотела, чтобы это произошло с Лукасом.

Захлопнув входную дверь, все как по команде тяжело оперлись спинами о стены и шумно выдохнули.

– Это было… – начал было бородач с Фортуги – и не договорил.

– Неприятно, – закончил за него носач с Ланубы.

– Очень неприятно, – согласился Эрик.

– Жутко, – вздрогнув всем телом, закончил Лукас.

Но не успели они толком перевести дух, как снаружи раздался странный шум, который заставил всех снова напрячься.

Вика подбежала к показушным окнам, чтобы посмотреть, что происходит, – да так и застыла на месте, буквально парализованная страхом.

Теперь на улице перед домом стояли не просто осуждатели. С обычными осуждателями действительно можно справиться так, как говорил майстер Цверг, – просто не обращать внимания на комья Тумарья, которыми они швыряются. Но толпа за окном превратилась в нечто большее. Сейчас люди объединились в общей ненависти и стали единым целым.

– За! Ту! Ма! Рим! За! Ту! Ма! Рим! – скандировали они и слаженно швыряли сгустки чёрного тумана в дом вслед за «рим». Каждый раз, когда град сгустков Тумарья ударял в стены, дом мелко потряхивало.

– Что это такое? – испуганно спросил Лукас. – Что за «затумарим»?

Вика обменялась испуганным взглядом с Эриком; у того вся кровь отхлынула от лица, а в глазах появилось загнанное выражение.

– Надо бежать, – сказала она и обернулась к майстеру Цвергу.

Однако хозяин дома упрямо вздёрнул подбородок и выпятил нижнюю челюсть.

– Ни за что! – отчеканил он. – Мы не сделали ничего плохого! Я не позволю каким-то разбуянившимся идиотам выгнать меня из моего собственного дома!

– Они и не будут спрашивать позволения! – воскликнула Вика. – Затумарят нас – и точка! Вы хоть раз видели, что случается с теми, кого толпа решила затумарить?

Майстер Цверг не ответил, но девочка заметила промелькнувшую у него в глазах неуверенность, что только подтвердило её догадку: он никогда не видел, что происходит с тем, кого затумарили.

– Если мы хотим остаться в живых, надо уходить! – воскликнула она. – И как можно быстрее! Мы теряем драгоценное время!

Вика была готова бежать уже сейчас и не сомневалась, что Лукас с Эриком последуют за ней. Но она не могла оставить майстера Цверга и его соратников на растерзание. Надо как-то уговорить их пойти с ними. Но как? Упрямо выпяченная челюсть майстера Цверга не оставляла особой надежды на успех, а остальные сопротивленцы, похоже, не собирались идти ему наперекор

Неизвестно, чем бы кончилось это противостояние, но тут ситуация на улице внезапно изменилась; на скандирующих осуждателей налетела другая толпа, и вскоре за окнами развернулась массовая драка. Обитатели дома растерянно наблюдали за хаосом, силясь понять, что происходит.

Через некоторое время осуждатели начали ретироваться.

– Не бойтесь, мы не дадим им вас затумарить! – выкрикнул кто-то из новоприбывших, подойдя вплотную к показушным окнам дома. – Чтобы какие-то недовольные жизнью нытики – и уничтожили лучших звездунов Делириса? Да ни за что!

Когда все осуждатели окончательно разбежались, неожиданные защитники все как один выстроились в очередь и дисциплинированно отзвездовали окна майстера Цверга. Целые облачка искр послушно поднялись на крышу. Майстер Цверг проводил их ошарашенным взглядом.

– Нам даже не пришлось ничего делать, чтобы их получить, – поражённо заметил он. – Ничего показывать, ничего представлять. Они нас звезданули просто так!

– Скандалы всегда приносят массу звёзд, – тоном знатока сказала Вика.

– Выходит, от наших почитателей всё же есть польза, – с нервным смешком заметил Эрик. – Я сейчас не про звёзды, а про то, как они разогнали осуждателей.

– А вот от почитателей нам, похоже, уже не избавиться, – добавил Лукас, кивая в сторону людей, усаживавшихся прямо на землю вокруг их дома. – Судя по всему, они собираются нести караул и круглосуточно защищать нас от осуждателей… от которых, мне кажется, нам тоже уже не избавиться.

– Как это… мило с их стороны, – с натугой сказал майстер Цверг. Ему было явно не по себе от происходящего – как, впрочем, и всем остальным, ведь никто из них прежде не оказывался в подобной ситуации. – Что ж, думаю, можно с уверенностью заявить, что одно из главных правил работы Сопротивления – не привлекать к себе лишнее внимание – мы нарушили самым что ни на есть феерическим образом.

– Если всё пройдёт как надо, то уже совсем скоро в Восьмирье не будет надобности в Сопротивлении, – напомнила Вика.

Однако на её слова никто не отреагировал; вид у присутствующих был ошеломлённый, испуганный и растерянный, а в воздухе витало сразу столько запахов, что вычленить какой-то один было просто невозможно. Но этого и не требовалось, чтобы понять: никакими хорошими эмоциями тут и не пахло.

Нет, так дело не пойдёт! В таком состоянии не вершатся великие дела и не проводятся дерзкие операции!

Вика заставила себя собраться с мыслями. В конце концов, у неё больше всего опыта в подобных делах. Хотя – нет, такого опыта у неё нет, в своём мире Вика никогда не была медийной персоной. Но всё же она определённо куда лучше морально готова к происходящему – хотя бы потому, что не раз наблюдала за похожими драмами в соцсетях своего родного мира. Только что сказать всем остальным, кто сталкивается с этим впервые в жизни? Как привести их в себя?

– Я знаю, что вам сейчас очень некомфортно, – осторожно начала Вика, сама ещё толком не зная, что именно собирается сказать. – Я знаю, вы себе всё это совсем не так представляли. И не вы одни. Я тоже думала только о том, как мы побеждаем в состязании и получаем заветный доступ во дворец, – и уж точно не думала о безумцах, которые будут гоняться за нашими мечтами, захотят нас затумарить или станут нам поклоняться.

Все, даже майстер Цверг, согласно закивали, и густой, почти удушливый запах тревоги, испуга и растерянности начал развеиваться. Вика воспрянула духом – она на верном пути!

– Давайте постараемся просто не обращать внимания на всех этих поклонников, осуждателей и остальных и сосредоточимся на нашей цели: пойти во дворец и сделать то, что мы должны. А вот это всё, – кивнула Вика в сторону показушных окон и собравшихся за ними людей, – это не важно. Не позволим им отвлечь нас от главного!

Словно желая подчеркнуть значимость прозвучавших слов, все три мечты слаженно зачирлыкали. Запахи горящих осенних листьев, потухших свечей, весенней слякоти и холодной ночи окончательно рассеялись, и Вика поняла, что у неё всё получилось: её друзья и соратники снова сосредоточились на цели.

А то, что их цели не совсем совпадают – Вика в первую очередь хотела освободить родителей и Маркуса, а члены Сопротивления – раздобыть все осколки Сердца… Что ж, прямо сейчас это не так важно.