Утро встретило Вику проливным дождём и плотно обложенным тучами небом.

В такие дни нет никакого желания вылезать из тёплой кровати. Хочется взять любимую книжку и читать её лёжа в постели, погрузиться в волшебный мир и уйти из своего пасмурного настоящего.

Однако Вика не могла позволить себе такую роскошь. Она буквально выпрыгнула из-под одеяла, мигом оделась и выбежала из комнаты. Ванилька летела за ней и негромко, но встревоженно чирлыкала.

– Тётя Генриетта! – позвала Вика, заглядывая в комнаты. В гостиной никого, а спальня всё в таком же идеальном порядке, как и прежде. – Тётя Генриетта! – крикнула девочка, вбегая на кухню.

– Её нет, – сообщил Вике сидевший за столом Лукас. – И в башне маяка тоже, я уже проверял.

Вика расстроенно плюхнулась на табурет – и только через несколько мгновений поняла кое-что очень важное.

– Лукас, ты очнулся! Сам!

– Да, – с довольным видом подтвердил приятель.

– Ура! – обрадовалась Вика. – Лекарство майстера Раулса действует!

– Действует! Только я вчера вечером всё-таки выпил его чуть побольше, чем пол чайной ложечки.

– Насколько больше, чем пол-ложечки? – подозрительно спросила Вика, предчувствуя нехорошее.

– Э-э… Полбутылочки, – несколько смущённо признался Лукас и, не дожидаясь обвинений и нотаций, тут же бросился на свою защиту: – Зато помогло! И смотри, как быстро!

– Но ведь майстер Раулс предупреждал…

– Ну-у, – протянул Лукас, – я хотел ему рассказать, но его дома не было.

– Когда ты хотел ему рассказать? – не поняла Вика.

– Да сегодня утром! Я проснулся с рассветом и подумал, что так рано меня в городе никто увидит, ведь все спят, и решил быстренько сбегать домой к майстеру Раулсу. Только его там не было.

Вика хотела было рассердиться на Лукаса из-за его самовольной вылазки в Куидам, но новость об отсутствии майстера Раулса слишком её взволновала.

– Может, они с тётей Генриеттой куда-то вместе ушли? – предположила она.

– Вот Брунс придёт и расскажет, что узнал, – ответил Лукас, деловито роясь в чулане, а затем с победным видом вытащил коробку с печеньем. – Может, чайку? – предложил он.

– Давай, – согласилась Вика, но, взглянув на старинную плиту, совершенно точно не газовую и уж тем более не электрическую, добавила: – Только чур ты огонь разводишь, я не умею… Думаешь, Брунс придёт? – спросила она, наливая воду в чайник.

– Как ни крути, но он ведь ученик маячника, а маяк сейчас без присмотра, так что Брунс просто обязан прийти! Тем более он вроде собирался за советами к другим маячникам. Честно говоря, я вообще думал, что он ещё вчера вернётся.

– Я тоже, – ответила Вика. Она очень ждала, что Брунс придёт и принесёт какие-то новости о тёте Генриетте. И, разумеется, попробует настроить маяк.

Незатейливый завтрак прошёл в молчании, которое казалось Вике особенно гнетущим из-за пасмурной погоды за окном. Дождь утих, но небо было по-прежнему плотно обложено тучами, и дул резкий, порывистый ветер.

– Не могу так больше! – наконец не выдержала Вика. – Не могу просто сидеть и ждать и ничего не делать.

– А что ты предлагаешь? – спросил Лукас.

– Не знаю! Но знаю, что если я и дальше буду здесь так сидеть, то просто с ума сойду!

В этот момент на крыльце раздался шум и послышался звук открываемой двери. Вика выбежала в прихожую, надеясь увидеть тётю Генриетту, но это был всего лишь Брунс. Болтающийся на костлявых плечах пиджак промок, торчащие волосы тоже намочило дождём, и теперь они прилипли к голове и казались нарисованными. Сейчас Брунс выглядел ещё более нескладным и жалким, чем обычно.

Вика потянула носом. Пахло чем-то странным, похожим на мокрую шерсть и осеннюю грязь. И ещё – волнением.

– Что ты узнал про тётю? Всё плохо, да? – испугалась она.

– К сожалению, я ничего не узнал, – покачал головой Брунс и пригладил редкие усики. – Никто её в городе вчера не видел.

– А с полицмейстером ты не говорил? – встрял Лукас.

– Городовой и сам волнуется, куда пропала фрея Генриетта. Он же за ней ухаживает, вы знаете?

– Что же нам делать? – схватилась за голову Вика.

– Прежде всего, надо срочно зажечь маяк, – заявил Брунс и решительно направился к чулану на кухне. – Я вчера посоветовался с маячником Зелёного маяка, и он подсказал мне, что делать. Только мне нужна помощь.

– Мы готовы! – хором воскликнули ребята.

– Не твоя, – покачал головой Брунс, ткнув пальцем в Лукаса. – Только её, – кивнул он на Вику.

– Почему только её? – возмутился Лукас.

– Потому что так надо, – отрезал Брунс.

Вика с любопытством уставилась на юношу; сейчас он стал сам на себя не похож: жесты уверенные, голос решительный. Его словно подменили!

– Ладно, пойдём, – согласилась она и последовала за Брунсом в чулан.

Оказавшись в пустой комнате на первом этаже маяка, Брунс неторопливо обошёл её кругом. Запах мокрой шерсти и осенней грязи усилился, и Вика невольно напряглась, её охватило нехорошее предчувствие, только она не знала, какой именно беды ждать.

Брунс остановился у входной двери, ведущей в чулан, зачем-то её закрыл и даже задвинул защёлку.

– Чтобы нам никто не мешал, – пояснил он в ответ на удивлённый взгляд Вики.

Совершенно не понимая, что происходит, но чувствуя что-то неладное, Вика невольно попятилась.

– В чём дело, Брунс? – спросила она.

– Отдай мне кулон, – внезапно сказал юноша и указал длинным костлявым пальцем на самодельное украшение на груди девочки. – Отдай мне кулон – и я не скажу им, где ты. По крайней мере, не сразу…

– Им? Кому «им»? – громко выкрикнула Вика – и потому, что ей стало страшно, и для того, чтобы привлечь внимание Лукаса, оставшегося за дверью.

– Тайным констеблям, – ответил Брунс. – Почему ты не рассказала мне вчера, что у тебя осколок Сердца нашего Восьмирья?

И тут Вика поняла, что пахло мокрой шерстью и осенней грязью. Предательство.

Она в отчаянии оглядела пустую комнату. Как назло, здесь не было ничего, что можно использовать для защиты. Разве что стул, но Брунс стоял к нему гораздо ближе, чем она.

Вика взялась за поручень винтовой лестницы, уходящей вверх. На площадке с отражателем тоже негде скрыться, но спокойно стоять на месте, глядя, как к ней медленно приближается Брунс, она не могла!

– Отдай мне кулон, Вика, и никто не пострадает, – вкрадчивым тоном продолжил юноша. Бледный и костлявый, с облепившими голову мокрыми волосами, Брунс сейчас выглядел не нелепым и нескладным, как обычно, а зловещим и опасным. – Отдай мне кулон, я получу свою награду и дам тебе фору, прежде чем расскажу тайным констеблям, где тебя искать. Может, ты даже успеешь от них убежать.

Вика и не подумала отвечать.

– Лукас! – изо всех сил закричала она. – Лукас, помоги!

Брунс кинулся на неё, словно кот на добычу. Вика ловко увернулась и бросилась вверх по лестнице. Раздался глухой стук – это Лукас отчаянно заколотил в дверь, когда понял, что та заперта.

«Не успеет», – мрачно подумала Вика, когда удары стали редкими и тяжёлыми – Лукас пытался взломать дверь.

Брунс тем временем уже поднимался по винтовой лестнице. На его бледном лице ядовитой змеёй расползалась улыбка; Брунс знал, что Вика в западне и бежать ей некуда.

Когда юноша поставил ногу на последнюю ступень, что-то яркое метнулось ему прямо в лицо. Вика не сразу сообразила, что это Ванилька.

Откуда мечта взялась внутри запертой башни? Ведь Вика её точно не брала с собой; когда она пошла в башню вслед за Брунсом, Ванилька осталась где-то в доме. Впрочем, не важно. Главное, что от неожиданности Брунс взмахнул руками, отгоняя непонятное нечто от лица, пошатнулся и…

Дальше всё произошло словно в тумане: не раздумывая Вика подскочила к юноше и изо всех сил толкнула его в грудь. Брунс снова взмахнул руками – и с отчаянным криком полетел кувырком.

Вика перегнулась через перила и посмотрела вниз. Брунс лежал на полу, отчаянно пытаясь вдохнуть, а девочка смотрела на него сверху и никак не могла решить, что делать дальше. В фильмах в такие моменты главные герои обычно наводили на поверженного врага пистолет, но, разумеется, никакого оружия у Вики не было. Также обезвреженных врагов частенько связывали, но тут возникало сразу две проблемы: во-первых, верёвок или ремней, чтобы стянуть Брунсу руки, Вика нигде поблизости не видела, а во-вторых, она не была уверена, что Брунс так уж окончательно повержен. Вот сейчас она спустится, чтобы его связать, а он её как схватит!

Оставался ещё один способ себя обезопасить – и снова киношный: врезать врагу покрепче – так, чтобы он окончательно вырубился, и тогда уже спокойно скрутить ему руки. Но в кино это выглядело проще, чем в реальной жизни. Оказывается, не так-то легко изо всей силы ударить лежащего человека, пусть даже он это и заслужил.

– Вика! – снова раздалось из-за двери, и девочка наконец сообразила: нужно отпереть защёлку и впустить Лукаса!

Но стоило только Вике спуститься на пару ступеней, как Брунс захрипел. С трудом поднялся на карачки, встряхнул головой. Вика понимала, что теряет последние драгоценные мгновения, когда ещё можно что-то сделать, – но не могла сдвинуться с места; она застыла, словно статуя.

К счастью, именно в этот момент сильный удар буквально снёс дверь с петель, и та с грохотом упала на пол, припечатав Брунса. А сверху на неё рухнул Лукас.

Глаза ученика маячника закатились, и он безжизненно растянулся на полу.

– Что случилось? – громко спросил Лукас, воинственно озираясь по сторонам, готовый сразиться с целой армией неприятеля.

– Брунс хотел сдать меня констеблям, – ответила Вика и начала спускаться по лестнице, крепко держась за узкие металлические перила – и руки, и ноги у неё дрожали. Голос тоже. – Он знает про кулон.

Когда девочка очутилась внизу, к ней подбежала Ванилька. Вика подхватила её на руки, прижала к груди – и сразу стало легче.

– Спасибо за помощь, моя хорошая, – шепнула она пушистой мечте.

Тут Брунс опять начал приходить в себя – зашевелился, застонал, а затем выбрался из-под рухнувшей на него двери и попытался сесть.

«Надо его связать», – снова подумала Вика, озираясь по сторонам в поисках чего-нибудь, что сошло бы за верёвку.

Лукас, не теряя времени, подскочил к ученику маячника, вытащил у себя из кармана бутылочку с какой-то оранжевой жидкостью, силком влил её в рот Брунсу, и тот снова рухнул на пол.

– Что с ним? Что ты ему дал? – воскликнула Вика.

Лукас показал ей пустую бутылочку, к горлышку которой тонкой бечёвкой была привязана бирка с надписью «Сонмикстура».

– Это то самое лекарство майстера Раулса, про которое тётя спрашивала? Откуда оно у тебя? – удивилась Вика.

– Прихватил, когда сегодня утром был у него дома, – ничуть не смущаясь, признался Лукас.

Вика перевела взгляд на лежащего на полу Брунса.

– Что же ты наделал! – покачала она головой. – Ты влил в него всю бутылку! А микстура ведь наверняка очень сильная. Брунс, пожалуй, проспит теперь не меньше месяца! А что же будет с маяком?

Лукас побледнел.

– Я… я не подумал, – растерянно пробормотал он. – Я просто испугался, что он тебя схватит. А бить его не хотелось, и я решил его усыпить! А когда микстуру вливал, то вообще про дозу не думал, просто хотел дать побольше, чтобы скорее подействовало!

Вика прекрасно понимала приятеля. Когда ты испуган, ты не думаешь, а просто делаешь первое, что приходит в голову.

– Я в город, – заявил Лукас. – Сбегаю ещё раз к майстеру Раулсу: вдруг он вернулся? А если нет, поищу в его запасах что-то, что может разбудить Брунса. Заодно узнаю, действительно ли появились констебли, ну и вообще разнюхаю, что происходит.

– Я с тобой! – тут же сказала Вика.

– Нет. Если в Куидаме тайные констебли, то тебе лучше не попадаться им на глаза. Кстати, дома тебе тоже лучше не сидеть: вдруг они сюда придут? Давай сделаем так: пока я бегаю в город, ты погуляй на пляже. Ну, просто на всякий случай.

Вике очень не хотелось оставаться одной, она бы предпочла составить компанию Лукасу, но понимала, что приятель прав. Если даже констебли увидят Лукаса, то вряд ли обратят на него внимание, ведь они разыскивают не мальчишку, а двенадцатилетнюю девочку с голубыми глазами и тёмными волосами.

– А Брунс? – кивнула Вика на юношу.

– А что Брунс? Пусть себе лежит, что ему сделается, – пожал плечами Лукас. – Ну, я пошёл.

Вика присела рядом с Брунсом. Тот мерно и глубоко дышал, закрытые веки чуть подрагивали: ученику маячника что-то снилось. По́лы пиджака распахнулись, и Вика увидела, что из внутреннего кармана выглядывает корешок не то книжки, не то тетрадки.

Любопытство взяло верх, и Вика достала находку. Это оказался потрёпанный журнал в мягком коричневом кожаном переплёте. Раскрыв его наугад посередине, девочка быстро пробежалась глазами по строчкам, по рисункам каких-то чудищ и схемам механизмов, по пометкам, сделанным на полях другим почерком. Перевернула страницу, ещё одну. И ещё.

И улыбнулась. В журнале были конспекты о том, как работает маяк.