Материнская интуиция редко ошибается.

Эта мысль вдруг всплыла в сознании Момои Тиэ, и ей показалось, будто она заглядывает в бездонную пропасть. В кромешно-черную дыру, где не видно даже на шаг вперед. Из глубины доносился глухой гул, словно подземное эхо, манящее к себе, снизу тянуло ледяным ветром. Было страшно до дрожи – ноги подкашивались. И все же тянуло сделать шаг вперед, броситься туда с головой: Тиэ казалось, что по ту сторону бездны находится Тацухико.

Мама, помоги…

В тот миг, когда она услышала его голос, все стало ясно. А когда увидела галстук в мусорном ведре, сомнений не осталось: Тацухико больше нет в этом мире.

И все же ей сказали, что тот галстук – не орудие убийства.

Почему?

Этот вопрос беспрестанно крутился в голове. Почему Ноноко порезала галстук? Почему выбросила его в мусорное ведро?

Но если подумать хладнокровно, в этом было что-то странное. Если бы галстук действительно был орудием преступления, его не стали бы выбрасывать в таком очевидном, которое легко обнаружить, месте.

Тиэ вспомнила удар, который испытала, поднимая галстук из мусорного ведра. Мысль о том, что Ноноко могла этим галстуком душить женщину… или Тацухико… заставила ее содрогнуться.

Неужели это была ловушка? Тиэ не знала, с какой целью, но, возможно, его специально оставили так, чтобы она нашла, чтобы обмануть ее, загнать в тупик.

Детектив сообщил: галстук не является орудием убийства. Но ведь это означало лишь одно. Им не душили ту женщину.

Материнская интуиция редко ошибается. Как бы Тиэ ни пыталась отогнать мысль, ощущение было таким, будто невидимая рука прижимает ее к земле, не давая избавиться от нее.

Неужели уже слишком поздно?..

– Да все же ясно как день: жена из ревности мужа прикончила, – донесся до Тиэ один голос.

– Да ладно тебе, с чего вдруг? Она же тихая такая, – тут же перебил другой.

Тиэ находилась в кабинке туалета на станции «Хибаригаока». Она торопилась. Нужно было как можно скорее ехать в квартиру Тацухико, но боль в животе, начавшаяся еще в поезде, вынудила ее остановиться.

Она осторожно посмотрела в щель между дверью и перегородкой. Перед зеркалом поправляли макияж две женщины: одна – с длинными, до лопаток, светлыми волосами, другая – невысокая, с черными.

– Говорят же, внешность обманчива. И я, похоже, не одна так думаю. Полиция тоже как-то странно интересуется женой этого Тацухико. Всё выспрашивали про нее. А еще, представляешь, на днях к нам приходила его мать. Спрашивала, не видели ли мы, как они ссорились. Тут явно что-то не так, не находишь?

Тиэ узнала ее, жительницу первого этажа дома ее сына. Она затаила дыхание, вслушиваясь в разговор.

– Ну да, Тацухико же вроде камеры возле дома зафиксировали. Раз он дошел туда, значит, домой вернулся. А раз после этого пропал, то, может, жена его убила, расчленила и выкинула?

– Ты слишком много детективных сериалов смотришь, Канэсиро.

– Думаешь?

Обе рассмеялись и вышли.

Но в голове Тиэ застряли не слова про жену, убившую мужа из ревности, и не про «расчленила и выкинула».

Полиция тоже как-то странно интересуется женой…

Эти слова она восприняла так, словно они сошли к ней с небес. Словно именно ради этого они привели тех женщин сюда.

Неужели Ноноко убила Тацухико?.. Подозрение, которое и раньше таилось где-то на краю сознания, теперь росло, требовало внимания и раздувалось, грозя сломать череп изнутри.

Возможно, Тиэ знала это с самого начала. Если так, все сразу вставало на свои места. То, что Ноноко вела себя спокойно, хотя Тацухико исчез. Что она ни разу не связалась с ней. Что квартира была в беспорядке, словно Ноноко заранее знала, что муж не вернется. И что она не пыталась по-настоящему его искать.

Значит, полиция тоже подозревает Ноноко… Тиэ стиснула коренные зубы. В ушах зазвенело, по голове будто прошел разряд тока. Внутри нее бушевали одновременно обжигающий жар и сковывающий холод.

Галстук в мусорном ведре и правда был ловушкой. Ноноко специально выбросила его, чтобы создать впечатление, будто это орудие убийства, и заставить Тиэ отнести находку в полицию. Все было подстроено, чтобы полиция перестала воспринимать ее всерьез, решила, что это всего лишь фантазии.

Выйдя из туалета, Тиэ машинально набрала номер Ноноко. Она не знала, что скажет и о чем будет спрашивать. Ей просто хотелось выплеснуть ярость, кипящую в груди.

– Алло?

Мужской голос в трубке на мгновение обнулил ее сознание. Очнувшись, Тиэ уже нажимала «отбой». Силы покинули ее, и она опустилась прямо на пол.

Значит, у Ноноко есть мужчина…

Все встало на свои места. Эта женщина вступила с ним в сговор, убила Тацухико и его любовницу. А потом попыталась свалить все на мужа, выставив его убийцей.

Какое чудовище… Я сорву с нее маску. Я отомщу за Тацухико.

А Ринта… С ним все в порядке? Эта мысль внезапно пронзила Тиэ, и по спине пробежал холодок.