Не вдаваясь в детали внутрипартийного конфликта середины 1920‑х годов, сосредоточим внимание на том его аспекте, который имеет прямое отношение к Конгрессу друзей СССР 1927 года. Речь идет о возможности построения социализма в одной отдельно взятой стране. В первом приближении спор об этом казался беспредметным – все помнили фразу Ленина о том, что «мы и начали наше дело исключительно в расчете на мировую революцию»[339]. Однако шли годы, большевики удержали в своих руках государственную власть, стали хозяевами огромной страны, но так и не смогли сделать свою модель привлекательной для внешнего мира. Более того, советская пропаганда и Коминтерн как «генеральный штаб мировой революции» продолжали отстаивать установки ортодоксального марксизма, хотя практика и внешней, и новой экономической политики с каждым годом вступала с ними во все более явное противоречие.