Холлоран снял руку с руля и пошарил по карманам в поисках сигаретной пачки. Достал сигарету, опустил водительское окно — в салон тут же ворвался поток раскаленного воздуха.

— Не вибрируй, старик. — Белл задумчиво барабанил пальцами по подлокотнику. — Все будет по расписанию.

— Не накаркай.

Холлоран за две затяжки прикончил сигарету, щелчком отправил ее за окно и прибавил газу.

— Хорошо, шериф Ричардс, мы дожидаемся ваших людей и входим. Наши агенты на позициях прикрывают черный ход. Договорились.

Белл отключил мобильный и повернулся к напарнику, тот как раз надевал бронежилет с нашивками FBI.

— Полиция и заместитель шерифа будут через пять минут.

— Отлично. Дуй к Джефферсону и не забудь подключиться к сети.

— Поучи еще, кто в прошлый раз всю операцию глухим провел?

— Это был сбой оборудования, ты же знаешь. Ладно, ни пуха, ни хера.

— К черту, старый ты обормот!

Виктор перешел на легкую трусцу и скрылся за углом, Голландец же тем временем надел очки. Мама-Наседка, она же координатор операции Дженис, не теряла времени даром: небольшие картинки на самом краю зрения очков показывали вид из камер мультикоптеров (два таких висели у парадного входа, один — у заднего). Джей-раз и Джей-три, сиречь Джексон и Джунипер, уже ждали Холлорана за своим серым фургоном, оба в черных штурмовых комбинезонах, высоких ботинках на шнуровке и с автоматическими винтовками; разгрузки топорщатся от всяческой амуниции, а оружие увешано коллиматорами, интегрированными глушителями и какими-то еще штуками, названий которых Холлоран не знал, но выглядели они внушительно.

— Ну что, парни, готовы? — Из-под бронежилета Голландца на свет появился ордер на обыск.

— Так точно, патрон.

— У нас минута, максимум две. Ждем парней в синем и заходим.

Холлоран проверил, как достается из чехла смешной оранжевый тазер, после чего извлек из кобуры свой новый пистолет, к которому он еще не смог привыкнуть: настолько странно выглядело утолщение глушителя на стволе.

Но этой минуты им не дали: парадные двери «Сычуань Экспресса» распахнулись, и к припаркованному на обочине фургону выбежали трое китайцев, держащие наготове прямые мечи-цзянь и что-то голосящие.

— Мать твою, работаем, парни!

Штурмовые винтовки полевых оперативников длинными очередями выплюнули свой смертоносный груз, негромким кашлем к ним присоединился «Шепот» Голландца.

— Три «танго» минус, мы заходим!

Парни «Йот» надвинули забрала тактических шлемов, став окончательно похожими на героев какого-то фантастического сериала, и побежали внутрь, Холлоран за ними.

В дальнем конце улицы показались полицейские «касатки», сверкая красно-синими маячками и взвывая сиренами, но трио агентов уже вошло, их опередили лишь два мультикоптера, влетевших в раскрытые двери заведения мгновением раньше.

— ЭТО ФБР И УПРАВЛЕНИЕ ШЕРИФА, У НАС ОРДЕР НА ОБЫСК! — усиленный системой шлема голос Джексона разнесся по помещению клуба, проникая в самые отдаленные уголки. — ВСЕМ БРОСИТЬ ОРУЖИЕ И НЕ ДВИГАТЬСЯ!

Ответом ему послужил заряд дроби, вылетевший откуда-то из-за гардеробной стойки. Оперативники бросились в разные стороны, Холлоран спрятался за постаментом статуи, что-то там этакое олицетворяющей, — то ли Сунь-Укуна, разрывающего пасть Ким Ир Сену, то ли вообще победу сил добра над силами разума. Над головами взвыл винтами мультикоптер, меняя позицию, и в визирах агентов четко показался пожилой китаец с помповым «Ремингтоном». Показался только для того, чтобы получить в грудь короткую очередь из винтовки Джунипера и осесть на покрытый недорогим линолеумом пол.

— «Танго» минус!

Джексон вдоль стены продвинулся к широком двустворчатым дверям в следующее помещение, — судя по всему, главный зал клуба, и приоткрыл одну створку, туда тут же влетел второй мультикоптер, держась над самым потолком. Дверь содрогнулась от влетевших в нее нескольких зарядов свинца, а схема заведения на визирах агентов дополнилась еще пятью красными метками, обозначающими противников.

Снаружи послышался крик:

— Управление шерифа!

— ФБР, агенты Холлоран, Джексон и Джунипер! Мы внутри, холл чист, но болваны кидаются свинцом!

В дверях заведения показалось двое полицейских с оружием наготове. Холлоран жестами показал, что за дверью еще пятеро, и велел полицейским держаться за агентами. Джексон снова приоткрыл дверь в зал, Джунипер метнул внутрь цилиндрик шоковой гранаты, после чего оба прижались к стене. В щель под дверью проник яркий свет вспышки, а в уши ударил гром разрыва, после чего оба агента рывком словно растворились в полумраке холла, чтобы вновь появиться уже в зале. Стрекот винтовок, команда «Чисто» — и Холлоран входит внутрь.

Оперативники по очереди сменили магазины, а Голландец обвел зал взглядом: да, если пытаешься начать играть не в своей лиге, все выглядит именно так. Импровизированные баррикады из перевернутых столов, за ними — окровавленные тела, судя по всему, учеников школы единоборств, трое цепляются за никчемные тут мечи, у двоих охотничьи помповые ружья. Вошедшие за Холлораном полицейские с изумлением озирают это побоище, а оперативники уже продвигаются к следующей двери, судя по всему, на кухню.

— Офицеры, проконтролируйте этих неудачников, мы идем дальше, — отдал команду Голландец и присоединился к своим людям у двери.

Еще несколько помещений они прошли так же: открыть дверь, запустить внутрь дрона, если понадобится, закатить шоковую гранату и зачистить противника; только с кабинетом владельца возникла заминка.

Все началось с того, что в коммуникаторе агентов взревел Джефферсон:

— Джей-три, вижу «танго»!

— Огонь по готовности! — тут же отозвался Холлоран. — Повторяю: огонь по готовности!

Звук выстрела мак-миллановской снайперской винтовки пятидесятого калибра от черного входа был слышен даже в помещении клуба. Такие винтовки не зря называют anti-material, «предназначенные для поражения средств материального обеспечения противника», в отличие от anti-personnel, предназначенных для поражения живой силы, используются они в основном для вывода из строя легкобронированных целей. Судя по радостному восклицанию Джефферсона: «„Танго“ минус!», небронированный пикап «Шевроле-Сильверадо», на котором пытался сбежать кто-то из заговорщиков, не смог ничего противопоставить тяжелой пуле со спецсердечником.

Затем подключился Белл:

— Голландец, я возьму его, работайте дальше.

— Принято. Работаем, парни!

Но «работать» так же просто, как раньше, у них не получилось. Джексон приоткрыл дверь кабинета хозяина клуба, Дженис завела туда мультикоптер, и тот сразу же вышел из строя, успев передать лишь смазанную картинку: силуэт человека с мечом (очки заботливо выделили его и подписали: «Игорь Олешко, тридцать четыре года, мастер единоборств, криминальной истории нет, ДЕВИАНТ»).

— Стоять! Всем стоять!

Оперативники чуть отодвинулись от двери, продолжая держать ее на прицеле. В коридоре сзади появилась еще пара патрульных офицеров, но и они не стали лезть на рожон.

Из-за двери послышалось:

— Вам не взять меня, я распущу в лапшу каждого, кто попробует сюда зайти!

— Джексон, контролируй здесь дверь. Джунипер, возьми пару офицеров, проверь дальше. Тут, наверное, пойду я.

— Патрон, стоит ли?

— Это приказ. Парни, я знаю, что делаю, тут реально не ваша лига.

Холлоран отстегнул кобуру с «Шепотом», выпростался из бронежилета и сунул их Джексону.

— Игорь, тут агент Холлоран, ФБР. Я хочу только поговорить. Я войду один и без оружия.

— Вы рискуете, агент Холлоран!

— Ты можешь нашинковать меня в любой момент, но сначала давай поговорим. Я вхожу. Я один и без оружия!

Холлоран поднял руки над головой, толкнул дверь кабинета и сделал шаг внутрь.

— О чем вы хотите говорить? И медленно опустите руки вперед.

Вошедший в кабинет Холлоран почувствовал кончик лезвия меча на своей шее сзади — Олешко стоял сбоку от двери, и сейчас ему хватило бы одного движения, чтобы обезглавить агента.

— О том, как тебя подставили и как нам с тобой вытащить тебя из этой ситуации.

Холлоран сделал шаг вперед и медленно опустил руки.

— Присядем?

— Ты садись, я постою.

Стараясь не попадать ни в створ двери, ни в створ окна, Олешко плавным, взвешенным движением переместился к внешней стене и попытался выглянуть наружу. Точно перед окном на улице висел мультикоптер, при виде девианта сделавший бочку сначала в одну, затем в другую сторону. Русский помрачнел.

— Для начала я представлюсь.

Холлоран поерзал, поудобнее устраиваясь в кресле, стоявшем перед большим столом хозяина заведения.

— Меня действительно зовут Холлоран, Майлз Холлоран, и я действительно агент. Только не ФБР, впрочем, ты уже, наверное, об этом догадался.

— Точно, — словно выплюнул русский, — ты работаешь на тех ублюдков-вивисекторов и пришел сюда за моей головой.

— Да, мы с ними работаем в одной организации. Почти. И нет, твоя голова мне не нужна, разве что в комплекте с остальными частями тела. Я хочу предложить тебе работать на нас.

— В смысле? — взглядом Игоря, казалось, можно было прожигать бетон по методу Ауэрса. — Это какие-то твои странные приколы?

— Никаких приколов. Но давай я начну чуть издалека. Как я уже раньше говорил, тебя подставили.

— Как это «подставили»?

— Ну сам подумай. Откуда-то появляется информация о логове, как ты сказал, ублюдков-вивисекторов. Вы приходите туда, тебе приходится убить бедного охранника — всё, ты повязан кровью, просто так тебе уже не соскочить. Вы забираете оттуда саркофаги и тащите их к себе на склад, пытаетесь их вскрыть… и тут внезапно один из членов команды исчезает, и появляемся мы. В окно можешь не выглядывать, господину Бао уйти не удалось, его задержал мой коллега. А тебя бросили сначала Эшли, затем Энтони, и всё, что тебе осталось — это подороже продать свою жизнь. Ты умрешь — и никто ничего не узнает.

— О чем это?

— О том, что та лаборатория занималась исследованием инфекционных заболеваний. В саркофагах хранились зараженные клеточные материалы, а вы пытались их вскрыть и выпустить целый букет инфекций на волю в центре крупного города.

— С чего бы мне вдруг тебе верить?

Олешко еще одним плавным движением вдруг «перетек» на другую сторону хозяйского стола и занял место в кресле, положив меч на стол, кончик меча продолжал указывать на Майлза.

— С того, что я разговариваю с тобой сейчас один и без оружия. Если бы я хотел что-то с тобой сделать, я бы просто пустил сюда своих оперативников. Снайпер напротив, дверь простреливается — ты тут в ловушке. Залили бы тут все газом, или что-нибудь бы еще придумали, я в этом не разбираюсь, и взяли бы тебя теплым. Но, видишь ли, мы не убийцы, хотя моим людям и пришлось сегодня пострелять. И не законники, которым лишь бы разобраться как следует, наказать, кого попало, а непричастных наградить.

— А кто вы?

— Мы называем себя «Агентство», и наша цель — поддержание, скажем так, текущего порядка вещей и защита людей, человечества, как бы это пафосно ни звучало, от того, что может ему навредить. Я приведу пример. Ты — очень сильный боец. Один из лучших среди тех, что я когда-либо встречал. Тебе никогда не казалось это несколько… сверхъестественным?

— Немного. К чему ты клонишь?

— Я продолжу. Эшли очень хороша в компьютерах. В чем хорош Бао?

— Он прекрасно умеет убеждать.

— И тоже почти сверхъестественно, да? — Холлоран развел руками. — Вот видишь… и это правда, ваши умения действительно сверхъестественные. Вы можете то, чего не могут другие. Знаешь, весь мир вокруг нас — он как полотно, тонкий гобелен, отделяющий человечество от… много от чего. Странного. Восхитительного. Страшного. И цел он только потому, что люди верят в то, что он цел, понимаешь? Грубо говоря, самолеты, эти штуковины из стали и алюминия, летают только потому, что люди верят, что самолеты должны летать.

Русский мрачно наблюдал за собеседником, пальцы его правой руки барабанили по столешнице в опасной близости от рукояти меча.

— Но есть люди, которые могут с этим гобеленом… работать. Раздвигать нити, делать на гобелене складку… Люди, которые могут делать сверхъестественные вещи. Ты, Эшли… я. Мой напарник. Есть в этом две опасности: от излишнего напряжения гобелен может порваться, и через дырку в гобелене в наш мир может проникнуть… нечто. И вторая: люди, видя, что гобеленом можно манипулировать, теряют Консенсус — веру в текущий порядок вещей. И чем больше их эту веру теряет, тем тоньше гобелен и тем проще тому, что за ним, прийти в наш мир.

— Ну ты прям поэт. Что мне с того?

— Как я уже говорил, тебя подставили, повязали кровью и почти заставили вскрыть источник неизвестной инфекции в центре города. И сейчас у тебя только два выхода: либо пойти со мной и узнать, как устроен мир на самом деле, потом найти того, кто тебя подставил, и наказать. Либо сдаться, остаться тут и дожидаться штурмовой команды. Попытаться забрать с собой на тот свет как можно больше простых хороших парней и под конец все-таки отправиться на шесть футов в глубину, так и не узнав, кто тебя подставил.

Холлоран медленно встал, продолжая размеренно говорить, его правая рука ритмичными жестами поддерживала его слова.

— Думай, Игорь. Или ты найдешь того, кто играл тобой, как пешкой, и заставишь его заплатить — или пешкой и останешься. Пешкой, которую непонятно кто двигает с белого поля на черное. Выбор за тобой, и сделать его надо, пока я здесь. Сейчас я медленно достану сигареты и зажигалку, закурю, а ты думай, воин ты или пешка.

Майлз извлек из кармана брюк смятую пачку сигарет, подошел к окну, открыл его и закурил, повернувшись спиной к собеседнику. Пальцы его правой руки продолжали играть с зажигалкой, ее вращение завораживало и притягивало взгляд русского: тот даже барабанить по столу начал в ритм движений зажигалки.

В повисшей тяжелой тишине Холлоран докурил, открыл окно, щелчком направил окурок наружу и повернулся к столу:

— Время истекло. Ты со мной?

Игорь перестал барабанить и уставился на агента.

— И что теперь, наручники?

— Ну зачем наручники, мы же теперь почти коллеги.

Холлоран направился к выходу.

— Меч можешь взять, если хочешь, можешь оставить, у нас найдутся для тебя игрушки покруче. Как известно, самурай без меча подобен самураю с мечом — только без меча. Особенно, если у него есть пистолет. Главное, обнаженным в руках его не держи, а то парни у меня резкие. На пояс прицепи, что ли…

Русский понуро направился к выходу, но Холлоран остановил его перед самой дверью:

— Подожди. ЭТО АГЕНТ ХОЛЛОРАН, УБРАТЬ ОРУЖИЕ, МЫ ВЫХОДИМ. ПОВТОРЯЮ: СИТУАЦИЯ ДВАДЦАТЬ, КОД ЗЕЛЕНЫЙ, УБРАТЬ ОРУЖИЕ, НЕ СТРЕЛЯТЬ, ВЫХОДЯТ ДВОЕ БЕЗ ОРУЖИЯ. Вот теперь пойдем… коллега.