Тринадцать дней спустя Нора была уже уверена, что леди Вудбайн быстро поправляется, хотя по-прежнему навещала пациентку каждый день. Сегодня леди Вудбайн встретила ее, сидя в постели, с предписанным холодным компрессом на животе и листая книгу об экзотических птицах, которую ей дал Хорас.

– Как бы мне хотелось увидеть райскую птицу, – вздохнула Афина и закрыла книгу.

– Обязательно увидите, – отозвалась Нора. – Разве доктор Крофт не обещал показать вам свою коллекцию? Если будете так же аккуратно выполнять все врачебные предписания, то через несколько месяцев сможете снова разъезжать с визитами. Пусть эта мысль вдохновляет вас, когда начнете уставать от этих стен.

Нет, леди Вудбайн и не собиралась жаловаться: все шло неплохо. Хотя Нора была довольна, пациентка понимала, что надо проявлять осторожность. Афина взглянула на колыбель рядом с кроватью. Муж сидел тут же, положив руку на спящего в колыбели ребенка.

– Не бойтесь, доктор, – улыбнулся лорд Вудбайн. – Думаю, больше всех поддержка сейчас нужна вот ему.

– Как ребенок, кстати? – спросила Нора, разрушая очарование момента.

– Чарльз чувствует себя замечательно, – доложила леди Вудбайн. – Но мы его еще не окрестили. Слава богу, спешить нам незачем, да и еще одного имени не хватает. – Женщина обменялась робким взглядом с мужем, и только потом ее глаза, живые и ясные, несмотря на исхудавшее лицо, твердо остановились на лице Норы. – Мы с лордом Вудбайном посоветовались и хотим, чтобы в числе имен нашего малыша было одно из ваших.

Нора с трудом скрыла удивление, наклонившись над ребенком. Он был розовый, пухленький и легко дышал, уютно устроившись в складках безупречно чистого – во всяком случае, пока – белья.

– Очень красивый малыш. Но советую вам передумать, – сказала Нора, не поднимая глаз. – Ни один мужской вариант Элеоноры в голову не приходит, а второго имени у меня нет.

– Но у вас есть фамилия, – настаивала леди Вудбайн.

Девушка улыбнулась, уверенная, что уж теперь‐то ей удастся их отговорить.

– Биди. Но…

– Наш сын будет носить это имя с гордостью. – Лорд Вудбайн говорил так твердо, что Нора не решилась ему возразить.

– Чарльз Бенедикт Биди Ролстон, – проговорила леди Вудбайн, кивнув. – Звучит очень мило. Если вы позволите.

– Даже не знаю, что и сказать, – пробормотала Нора. – Слишком большая честь.

– Вовсе нет, – возразил лорд Вудбайн, наклонился и вдохнул запах ребенка, и дыхание отца взъерошило ореол мягких волосиков. – Я… – Он замолчал, собираясь с мыслями, и с усилием перевел взгляд на девушку. – Я никогда не был так счастлив и никогда прежде так глубоко не ошибался, как в вас. Примите мои извинения. – Он сглотнул. – И мою вечную благодарность за жизни жены и сына.

Инстинкт подсказывал скромно промолчать, однако Нора помнила, что за ней стоят Хорас и Дэниел. Они оба, да и Магдалина, если уж на то пошло, посоветовали бы принять заслуженную награду. Собравшись с духом, девушка посмотрела лорду Вудбайну в глаза и улыбнулась, когда у расчувствовавшегося аристократа перестали дрожать губы.

– Я рада, что помогла.

Лорд Вудбайн торжественно кивнул.

– Биди – имя, которым наш сын сможет гордиться.