Нора в спешке схватила серую шерстяную юбку, но потом заменила ее черной бумазейной. Кровь может попасть на одежду даже через плотный широкий фартук. А тафтяную юбку надо взять с собой и надеть потом, когда придет время ухаживать за пациенткой после операции. Дрожащими пальцами она провела по легкой ткани. После операции… Девушка молча помолилась на итальянском о том, чтобы пациентов, за которыми ей придется ухаживать, было двое. Саквояж, который она собиралась взять с собой к Вудбайнам, был заполнен одеждой лишь наполовину. Остальное место занимали книги Магдалины, журналы с полезными статьями и тетрадь для записи результатов предстоящего предприятия.

Как только Дэниел вернулся с невероятной новостью, что ему удалось убедить лорда Вудбайна, Нора попросила спрятать подальше договор о неразглашении. Она опасалась, как бы Гибсон в суете подготовки не потерял важный документ. До конца дня оставалось всего несколько часов, и нужно было не запутаться в ворохе дел и при этом не поддаться страху перед утренней встречей.

– Нора…

Тихий голос заставил девушку вздрогнуть. Она обернулась и увидела виноватое лицо Джулии.

– Я не хотела тебя отрывать. Но подумала, что могу помочь собраться. – Миссис Тримбл замялась, как всегда делала при обсуждении медицинских вопросов. – Не знаю, как следует одеваться женщине-хирургу, но лорд Вудбайн, скорее всего, пригласит вас на ужин, если ваше пребывание затянется.

Нора побледнела.

– Скорее всего, нам просто дадут поднос с едой.

– Возможно, так и получится. – Джулия подошла и окинула взглядом одежду, разложенную на кровати. – Но если хозяин дома вдруг захочет, чтобы вы с Дэниелом и Хорасом сидели за столом рядом с ним, думаю, следует выглядеть хорошо. Тогда он увидит в вас героев, а не слуг.

«Если…» Нора задвинула сомнения подальше.

– Тафтяная юбка подойдет? – спросила она, указывая на сверток, уложенный в саквояж.

Джулия прикусила нижнюю губу и покачала головой.

– Понадобится что‐то поярче. И платье. А еще халат, чтобы ухаживать за леди Вудбайн. Он должен быть свободным и не сковывать движений, но при этом выглядеть красиво. Только не забудь потом переодеться к ужину. – Джулия смолкла, увидев выражение лица подруги. – Я могу одолжить тебе свой серо-голубой шелковый халат. Он отлично подойдет к твоему цвету лица.

Нора сморщила нос. Какого врача вообще волнует цвет одежды? Но затем ей вспомнились великолепные платья Магдалины из восточных тканей. Нахмурившись, она распахнула шкаф.

– Укладывай все, что сочтешь нужным. Правда, сомневаюсь, что найдется подходящая одежда.

Джулия осмотрела содержимое шкафа и потянулась к единственному парадному платью Норы из темно-зеленого шелка. Когда она его вытаскивала, свободный рукав блузки задрался, и Нора увидела, что кожа на запястье подруги не гладкая и нежная, как на лице, а покрыта извилистыми, похожими на веревки шрамами, красными и воспаленными. Девушка, не сдержавшись, тихо охнула, а Джулия потупилась и торопливо поправила рукав. Бывали моменты, когда Нора порывалась расспросить подругу о прошлом, но всякий раз удерживалась, не зная, как начать разговор о тех жестоких испытаниях.

– Можно? – тихо и опасливо просила Нора, но ситуация уже застала обеих врасплох.

Джулия поняла, что подруга заметила шрамы, и сжала кулаки, переплетя пальцы.

– Обычно я не…

– Знаю. Ты всегда застегиваешь манжеты на запястье, – спокойно кивнула Нора.

– Они напоминают мне… – пробормотала Джулия.

Нора покачала головой, отметая горькие слова.

– Ты перенесла кризис. Не всем это удается. Может, тебе, наоборот, стоит гордиться своей силой, и пусть шрамы напоминают именно об этом? – В обычных обстоятельствах она бы сформулировала свою мысль как утверждение, а не как предположение, но она не знала Джулию так хорошо, как Магдалину или миссис Фиппс, хотя прекрасно представляла, что две эти мудрые женщины могли сказать юной супруге Тримбла.

– Гарри всегда и говорит, что гордится мной. – Джулия покачала головой. – Конечно, а что же еще говорить…

– Он тебя не обманывает. – Полагая, что разрешения не стоит спрашивать, чтобы не встретить отказ, Нора потянулась к руке подруги. Джулия вздрогнула от прикосновения и слегка сжалась, но руку все же не отдернула. Нора перевернула запястье, рассматривая воспаленные рубцы, пересекающие бледно-голубые вены. – Как хорошо, что он успел вовремя, – пробормотала она.

Гарри, должно быть, отчаянно трудился, пока жизнь постепенно вытекала из этой несчастной исполосованной руки, однако Нора не могла не подумать, что у нее швы получились бы куда менее грубыми. Мужчин не заботят такие вещи.

– У меня есть мазь, которая поможет. Я покажу, как втирать. Потребуется время, но шрамы можно немного разгладить, сделать мягче. Со временем они поблекнут. – Нора улыбнулась: – И незачем их прятать.

– Я согласна на мазь, – быстро сказала Джулия, – а об остальном подумаю. Но мы так и не решили проблему с твоей одеждой.

Похоже, супруга Тримбла находила утешение в том, чтобы наводить вокруг красоту. Нора улыбнулась, глядя на цветы, которыми подруга украсила ее тумбочку.

– Я доверяю тебе безоговорочно, но сама об этом даже думать больше не могу. – Неловко повернувшись, она схватила еще одну книгу. – Может, ты сама сложишь вещи? Тебе виднее, какая одежда мне нужна. А я пойду еще раз проверю медицинские принадлежности.

– С удовольствием. – Глаза Джулии загорелись неподдельным энтузиазмом. Она напомнила Норе ее саму: девочка, похоже, тоже нуждалась в работе.

– Grazie, – искренне поблагодарила Нора. – Возможно, ты избавишь меня от позора у Вудбайнов.

– Ты никогда и нигде не была позором, Нора. Но эти люди… – Она помедлила. – Против тебя и так накопилось много предубеждений. Поэтому не стоит добавлять такой банальный повод для осуждения, как неудачный наряд.

Снова вспомнился образ Магдалины в зеленом прогулочном платье, которое мерцало на солнце, когда она шла через площадь к церкви Санта-Мария-делла-Вита. У доктора Маренко одежда была изысканной, на грани вычурности.

– Ты права, – тихо согласилась Нора, понимая доводы подруги, – не будем лить воду на их мельницу. А что касается позора… – Она замялась, а потом неуклюже произнесла: – Я надену любой выбранный тобой наряд, если ты не будешь стыдиться шрамов. Для начала хотя бы при мне. – Она похлопала по травмированному запястью, с тревогой ожидая реакции, но Джулия ответила быстрой робкой улыбкой, а потом, сжав руку Норы, улыбнулась уже смелее.

Больше ни об одежде, ни о чем‐либо другом, кроме предстоящей операции, раздумывать было некогда. Нора предоставила Джулии укладывать сундук, а сама отправилась в операционную, чувствуя, как от волнения у нее сводит живот. Запасы скальпелей, шелковых ниток и бинтов аккуратным рядком лежали там, где она их разложила вчера вечером. Девушка расправила юбку и тяжело вздохнула. Если она не справится, то к завтрашнему ужину вернется домой опозоренная, и беспокоиться о гардеробе будет незачем. Возможно, на всякий случай стоит подождать и, если сменная одежда потребуется, просто послать за ней вечером.