В глубоких раздумьях Ионн вернулась за стол, молчала и что-то прикидывала в уме. Постоянно вертевшийся поблизости Стурджес таки решился присесть рядом с хозяйкой. Подлетел вездесущий Кодсворт и, конечно же, подошла Николь, особа предвзятая, когда речь заходила о нуждах своей покровительницы.

Люди тоже молчали, словно бы ждали от босса каких-то решений.

– Почему ты не убила его? – прозвучал заискивающий голос Гарви. – Он же был безоружен. Ты бы избавила Пустошь от огромного Зла. У тебя была такая возможность…

Суженные глаза Ионн Харт блеснули негодованием так, будто разряд в тысячу вольт готов был из них вылететь. Это был взгляд настоящей фурии из древних сказаний, напугавший не только Гарви, но и всех остальных.

Всего на секунду забудем о личном и предположим, будто в автомате девушки оставались патроны, она все равно никогда не поступила бы так, как ей предлагали, потому слова ее прозвучали с еще большим презрением, чем могли от нее ожидать:

– Возможность избавить Пустошь, сказал? Нет! Возможность избавить тебя от разоблачения! – она помедлила и добавила. – А знаешь, теперь я все окончательно поняла. Поняла, почему Призрак такой, какой есть. И помог мне в этом именно ты, Гарви. Не беру в расчет низость и подлость со мной. Это все-таки личное, хоть и могло отразиться на жизни окружающих тебя людей самым плачевным образом.

Ионн снова сверкнула глазами в сторону униженного Престона. В третий раз раздраженно сплюнула под ноги.

– Не думал о таком варианте? А ты подумай, признайся хотя бы сейчас: если бы я погибла в «Корвеге», что бы ты делал? Я же могла погибнуть, ведь запросто! Ты сознательно послал меня на верную смерть, ублюдок. И что бы потом случилось со всеми вами? С тобой? Ты же трус. Ничего не умеешь. Всегда прячешься за чьей-то спиной. Кому бы ты жаловался? У кого просил помощи? Страх перед головорезами Джареда настолько затмил твой разум, что ты уже не мог думать о чем-то другом и подставил меня. И кто же ты после этого, разве не пес?

Гарви насупился. Опустил взгляд и умолк. Но Ионн не закончила.

– Ты предлагаешь мне убить человека в моем доме? Убить того, кого я сама пригласила за стол? Кого угощала? Ты предлагаешь мне убить гостя? Вот как поступают современные минитмены? Тогда действительно вы недостойны права на жизнь. С этой минуты никогда больше не заикайся о минитменах. Слышать о них не хочу.

– Это же Призрак. Может быть, стоит иногда делать некоторые исключения.

Ионн обернулась. Надо же! Плакса-Лонг подал голос в кои-то веки.

– Исключения? – вскипела Ионн. – Это в отношении тебя я сделала исключение! Цзюнь, ты давно смотрелся в зеркало? Думаю, да. Иначе бы ты понимал: от тебя нам пока нет никакого прока! Ты сейчас не мужик. Ты хуже бабы. Вместо опоры для Марси, ты стал ей обузой. Ноешь. Скулишь. Ходишь, как наложивший в штаны. И ты говоришь об исключениях? Знаешь, глядя на тебя, я начинаю плохо думать о собственном муже. Обо всех его сослуживцах. Ты ведь китаец? Если все мужчины в Китае такие же тряпки, то с кем же тогда воевали наши солдаты в Анкоридже? И не надо мне причитать о горе из-за смерти вашего сына. Или забыл? У меня на глазах застрелили моего мужа и похитили моего сына!

Гневный взгляд Ионн прошелся по головам поселенцев. Она развернулась. Поставила ногу на скамейку и оперлась о колено рукой.

– Цзюнь! Схватил мешок. Через час эта турель должна быть собрана. И установишь ее на крыше так, чтобы боевой частью прикрывала крыльцо. Обложи основание шлакоблоками. Ник и Струдж, вы пойдете со мной, нужно кое-что принести.

Спорить, переспрашивать, пока хозяйка находилась во взвинченном состоянии, никто не решился. Часа через полтора, когда основной путь к железнодорожной станции был позади, Николас осторожно вполголоса поинтересовался:

– Что тебя так разозлило, Ионн? Прости, если тебе неприятен вопрос. Я тебя не узнаю. Ты никогда не была такой… бешеной. Это все из-за Призрака? Он тебе что-то сказал?

Ионн нехотя повернула голову. И… улыбнулась.

– Это не из-за него. Из-за меня. Из-за предательства Гарви. Призрак тут ни при чем. Впрочем, ему нужно сказать искреннее «спасибо» за помощь в прояснении ряда туманных вопросов.

– И ты ему веришь, благородная? Он же убийца. Наемник.

Теперь взгляд Ионн Харт стал жестким. Николас даже успел испугаться.

– А ты не подумал: зачем ему врать? Зачем наговаривать на Престона Гарви напраслину, если он мог его просто убить? Нет, об этом ты, разумеется, не подумал. Призрак не собирался причинять никому вред. Он пришел за матушкой Мэрфи. И вернет ее. Я уверена. Видишь ли, для таких, как ОН, слово – не пустой звук. И для меня, кстати, тоже! Призрак – человек чести. Запомни это. И он не простой убийца. Я бы сказала – каратель.

Не знаю, обратил ли внимание Николас на уверенную интонацию в голосе «благородной» или пропустил ее мимо ушей. Зацикливаться на болезненной теме он больше не собирался.

Вагон с армейскими ящиками, в которых лежали составляющие части новейших пулеметных турелей, отыскали почти без проблем… Ну, почти! На подходе к служебному зданию станционной администрации пришлось прикончить больше десятка диких гулей. Воистину опасные, безобразные твари, стрелять которых лучше всего в голову, максимальный эффект, как уяснила для себя Ионн Харт.

Кстати, пока обыскивали пути, напоролись на свежий труп какого-то человека. Возможно, искателя приключений, авантюриста и контрабандиста к тому же. Такой вывод сделала Ионн, прочитав записи, найденные в кармане погрызенного бедолаги, а потом еще отыскалась напарница пострадавшего, тоже изрядно покусанная дикими гулями. Так что, возможно, если бы не совет Призрака и не стечение обстоятельств, предпринятое коллективное путешествие могло оказаться напрасным. Забирать из вагона было бы уже нечего.

За три ходки, туда и обратно, Ионн и ее команда перетащили в поселок комплектующие всех шести пулеметных турелей. Вопреки словам Призрака, вынесли все батареи, а также боезапас… весьма объемный боезапас.

Теперь, когда была уверена в раскрытии тайны упавшего на бок вагона, Ионн не желала оставлять проходимцам его содержимое. Никогда не знаешь, в какие руки оно попадет. К тому же автоматические бессменные охранники весьма кстати заняли достойные места на самых опасных подходах к возрожденному сектору Сэнкчуари-Хиллз. Как сказал Стурджес: спать стало спокойнее.

В поздних сумерках Ионн, уставшая и измученная, переоделась в подаренный когда-то халат. Привычно спустилась по протоптанной тропинке к миниатюрному пляжу с остатками чьей-то бездонной лодки, удачно заменявшей скамью для принесенных вещей.

С легкой подачи благодетеля она находила в этом месте не только «Голубую Лагуну». Красиво. Удобно. Пологое песчаное дно. Все это так, но не главное. Главное заключалось в душевном спокойствии, во внутреннем равновесии, обретаемом девушкой именно здесь. Ионн истинно дорожила этим крошечным кусочком огромного мира, где никто не нарушал ее гармонию с медленно оживавшей природой…

Утром она проснулась под непонятный шум, исходивший не бог весть откуда, словно кто-то незримый стоял наверху и сыпал сухой горох на металлическую крышку люка. Ионн поднялась на пару ступенек по лестнице. Освободила засов и приоткрыла люк.

Дождь! Не горох, а крупные и тяжелые капли дождя барабанили по железу. Что же, дождь тоже нужен. Если бы еще чистый… И все равно, пересохшим под знойным солнцем растениям нужна внешняя влага, пусть даже такая, они к ней привыкли. А в засуху, между прочим, и чрезмерная радиация воспринимается значительно жестче.

Ионн едва успела спуститься. Сильный, похожий на взрыв, раскат далекого грома мощным хлопком пробудил все вокруг. Такое явление Ионн наблюдала впервые. И вспомнила! Мгновенно подскочила к настенному ящичку с заготовленными препаратами. Выдавила капсулу Рад-Х. Следом еще одну, но уже Антирадина. Проглотила их и начала одеваться. Не забыла и противогаз.

Да! Она хорошо помнила все наставления Призрака. Его долгие и подробные рассказы о ядовитых пылевых вихрях. О химических заражениях, и, конечно, о радиационных атмосферных бурях и выбросах, периодически случавшихся в разных местах.

Чаще всего они гремели на юго-западе. Там, где до сих пор, несмотря на прошедшие двести лет, бесшумно плескались радиационные волны «Светящегося Моря».

Через полтора часа непогода утихла. Убийственные выбросы не затягиваются слишком надолго. Словно сама Природа какое-то время накапливает вредоносный заряд в мистический громадный сосуд, а потом, когда чаша переполняется, переворачивает емкость, выплескивая содержимое.

Девушка появилась возле резиденции поселенцев готовой к дальнему выходу. Увиденная картинка весьма удивила ее.

Марси уже ковырялась в земле, трогательно, с материнской любовью заботилась о посадках. Она молодец, работяга, в отличие от… ого!

Цзюнь стоял на коленях с закатанными по локоть рукавами и под строгим руководством жены старательно полол сорняки. С другой стороны грядки им помогал Николас.

Стурджес под надзором «местного домоуправителя» Кодсворта заканчивал ремонт вытяжного наружного вентилятора.

Николь, определенная всеми другими шеф-поваром, занималась приготовлением пищи.

И даже Гарви не торопился покидать пост. Двигался по охраняемому периметру и осматривал подходы к жилью.

Хозяйка Ионн невольно остановилась. Пару минут полюбовалась долгожданным зрелищем. Вот оно, то, о чем говорил Призрак. Желание людей ЖИТЬ. Не прозябать. Жить, несмотря ни на что… Хорошо-то как!

Настроение поднялось до небес. Ионн поздоровалась. Напилась прохладной воды. От завтрака вежливо отказалась, чем слегка расстроила Нику, но кушать действительно не хотелось. Хотелось пить. Антирадин. Его побочный эффект. Сродни похмелью после хорошей попойки. Сушняк.

– Эх! – прокряхтел Струдж. – Генератор бы помощнее. За неделю можно все тут восстановить. Кодсворт – отличный малый. Он времени не терял. Изучил всю округу. Знает, где и что нужно искать.

– Тогда почему же он тебе не подскажет, где найти другой генератор?

Ионн отшутилась. Не заметила, как обидела Кодсворта. Домашний мистер-помощник весьма ободрился, одаренный похвалой Стурджеса. А хозяйка взяла, да и выплеснула столовую ложку дегтя в такой сладкий мед.

– Ну, ладно. Извини, Кодсворт. Я пошутила.

Робот моментально воспрянул духом. Подлетел и затараторил своим механическим языком, то есть языком «помощника Слима» из популярного до войны комикса про Грогнака-Варвара.

При покупке Майкл и Ионн выбрали Кодсворту именно этот тембр. Совещались недолго, потому что оба счастливых родителя думали наперед. Подрастающему Шону гораздо приятнее будет общаться с дворецким, обладающим мягким голосом покладистого слуги. «Слимовским» голосом, разумеется, робот говорил по сей день.

– Я и не думал обижаться на хозяйку Ионн. Конечно, за что на меня можно сердиться? Я знал и привык к шуткам моей госпожи.

– Да-да, – хохотнула Ионн. – Конечно же, знал.

Сарказма в голосе Ионн робот не уловил, принял ее слова чистой монетой.

– Как дворецкий семьи Харт, мисс, я должен спросить вас: будет ли мне позволено показать другу-Стурджесу наши сушилку и стиральную машину? Внешнее я бы оценил их состояние как удовлетворительное. А если друг-Стурджес сможет их запустить, то вредине-Нике будет ощутимая помощь в домашних делах.

– Ага! – рассмеялась Ионн. – И куча новых забот! Ха-ха-ха!

– Ну, знаете, мисс! Я лишь выполняю…

– Обязанности, дорогой Кодсворт! Я знаю! Не обижайся, милый ты мой! Конечно, пусть Струдж посмотрит. Нам все пригодится. Но, ответь! Ты называешь Стурджеса…

– Другом-Стурджесом, – с гордостью объявил Кодсворт. – Потому что он сам попросил называть его именно так. Мы же друзья.

То, с каким неподдельным чувством достоинства Кодсворт это сказал, отбило желание у Ионн подшучивать над дворецким в дальнейшем…

Через четверть часа Аква-девочка в походном боевом облачении поднялась по восточному склону скалистой гряды и зашагала к старой довоенной свалке роботов, отработавших свой срок. Туда же свозили ненужный электрический хлам и даже остовы старых машин.

Уже на подходе к решетчатому ограждению, со стороны бункера ведомственной охраны и администрации бывшей свалки до чутких ушей Ионн Харт донеслись одиночные выстрелы и собачий лай. Ионн вскинула автомат. Поспешила к воротам, но не выскочила сломя голову, а подошла крадучись, как учили, по всем правилам маскировки.

Какой-то человек непонятного происхождения ожесточенно отстреливался от знакомых Ионн кротокрысов. Черный взъерошенный пес защищал его, насколько мог.

Фу-фу-фу! Раздалась короткая очередь автомата «Калашникова». За ней еще и еще. И так до тех пор, пока весь выводок гадских зверюг, во главе с Матерью Выводка, не оказался поверженным. Больше дюжины, между прочим. Да-а!

– Благодарю тебя, незнакомка! – искренне произнес человек.

Мужчина. Возрастом лет около сорока, думается. Конечно, небритый и грязный, с нестрижеными, но не длинными, кусками обрезанными волосами. С лицом мужественным, но не брутальным, покрытым «веснушками» ядовитых вкраплений.

Пес походил на помесь ротвейлера и немецкой овчарки. Вообще-то, красивый. Черный-пречерный, прямо как смоль. Довольно ухоженный. Явно домашний. Поняв, что хозяину ничего не угрожает, сел возле ног и опустил длинные уши.

– Всегда рада помочь тем, кто в этом нуждается, – ответила Аква.

Широкие брови мужчины изогнулись в дуге. Карие глаза округлились от изумления.

– Нечасто доводится это слышать, благородная. Нам нечем тебе заплатить, но, может быть, тебе нужен пес? Он хороший. Преданный. Станет тебе верным другом. Возьми его. Я вижу, ты сможешь о нем позаботиться.

Видимо, лицо Ионн здорово изменилось. Собеседник заметил замешательство избавительницы и поспешил объяснить:

– Я бы не отдавал, да мне нечем его кормить. Правда, благодаря тебе, разделаю кротокрысов и на какое-то время мяса достаточно, ненадолго, потому что портится быстро… Вот патронов совсем не осталось. Опять-таки, если бы не ты… И идти нам некуда. Третий день бредем наугад. Вчера доели последнюю банку «Собачьих Консервов».

– А дом? – спросила Ионн.

– Нет у нас больше дома, – с горечью ответил мужчина. – Проклятая Зенитка. Чтоб она сдохла, тварь. Приперлась со своими мародерами. Все унесли. Все, что нашли. И нас бы убили. Не видели. Мы спрятались в валежнике на холме. Сидели, пока рейдеры не ушли. Мало того, что гады выгребли все подчистую, так и лачугу сожгли.

Новость нерадостная, это понятно. Ионн на минуту задумалась. Сбросила разгрузочный жилет. Вытащила из клапанного кармана на спине, предназначенного для радиостанции, заботливо заготовленный Никой ланч-бокс.

Она осмотрелась. Махнула мужчине рукой. Уверенно шагнула внутрь бункера, сдула пыль с пошарпанного стола и положила на него открытый ланч-бокс. Рядом поставила литровую пластиковую банку с артезианской водой.

– Поешьте. Все чистое, незаразное. А пока обедаете, расскажи мне: кто такая Зенитка?

У поселенца от неслыханной щедрости повылазили из орбит глаза. От голода он сглотнул. Поднял крышку ланч-бокса. Вытер об себя грязные руки. Осторожно достал одну отбивную и протянул ее псу.

Разумеется, четвероногий приятель мужчины попросту проглотил вкусный деликатес. Будет он еще жевать! Ага! С голодухи-то? А вот хозяин истинно смаковал.

– Зенитка кто, благородная? Это сволочь одна здешняя. Злющая и кровожадная. Почище любого гнуса будет. И не берет же таких никакая зараза. Живут гады, хоть бы хны.

Он откусил кусок мяса. Отправил в рот дольку морковки и лист дикого щавеля. Куснул галету. Запил и продолжил рассказ. Ионн его не торопила. Просто слушала.

– Она и ее отморозки обосновались неподалеку. Глянь-ка в дверной проем, благородная. Видишь, спутниковая антенна торчит? Это и есть хоромы Зенитки. Там у нее и штаб, и жилье, и склад собственный. Все есть. Пища, вода, медикаменты. Что ей неймется, не понимаю? С жиру бесится, что ли? Ну куда? Зачем ей наше добро? Его добром-то не назовешь, так, ерунда всякая. Ей-то забава, а нам с Пухом – смерть.

Пес жалобно заскулил, как только услышал свою странную кличку. Ионн с улыбкой взглянула в грустные собачьи глаза.

– Зачем же ты идешь сюда, если знаешь, с кем можешь встретиться?

Мужчина не стушевался.

– А нам уже все едино. Если суждено сгинуть, то сгинем. А нет, так до Диаманта доберемся.

– Куда? – удивилась Ионн.

– В Даймонд-Сити, благородная. Самый большой город в Содружестве. Тысяч пять людей в нем живет. Правда, сколько сейчас, я не знаю. Давно ушел, как школу закончил. Влюбился до одури и с подругой ушел. Да вот, не повезло в жизни. Сара моя умерла. Я один остался. Уже лет пять.

Новая информация очень заинтересовала Ионн.

– В Даймонд-Сити есть школа? Кто же там преподает?

Мужчина прекратил жевать. Проглотил и ответил:

– Рассказывали, первым был человек из благородных… короче, как ты, госпожа. И робот один. То есть – одна! – он улыбнулся. – Она хочет, чтобы ее считали женщиной. Имя женское носит. Настояла на том, чтобы перекрасили в белый цвет. Только основатель школы умер давно, но у него был ученик. Он и принял от основателя эстафету. И тоже ученика взял. Человек преподает гуманитарные предметы, а робот точные науки. Алгебру. Физику. Химию. Геометрию. Она еще с довоенных времен. Говорят, в Кембридже преподавала. Так что школа работает. И радио есть. И электричество. Церковь опять же. Многое есть. Там жизнь полегче. И главное – защита надежная от всяких Зениток. Рейдеры Диамант за три мили обходят. Охрана мигом перестреляет. Мэр за этим следит. Строгий. И Законы свои есть. Торговцев не трогают. Наоборот. Торговому люду рады. Но упаси боже, что-нибудь запрещенное найдут. Ну, там «Винт» или «Психо». Все. Конец тебе.

Ионн в раздумье покачивала головой. Дождалась, пока новый знакомый закончит обед. Собрала опустевший ланч-бокс и спрятала его в том же кармане.

– И что ты умеешь? – спросила она. – На кого выучился?

Поселенец ответил без промедления, что говорило об искренности.

– Так, там же как? Есть те, кто военному делу обучены. Есть те, кто торговому. Есть даже газета своя, одна отчаянная бабенка работает. Есть механики и всякий люд. Без дела никто не сидит, кроме аристократов.

– Кого? – вылупилась Ионн.

– Тех, кто живет на верхних трибунах, благородная. Тебе не доводилось бывать в Даймонд-Сити? – мужчина от удивления поперхнулся. Почесал грязный нос и продолжил. – Рассказывать долго. За один раз не получится. Вкратце скажу. Понимаешь, город построен внутри самого крупного в мире бейсбольного стадиона, так мне говорили. Пострадал, конечно, когда-то. Все же сохранился неплохо. На бывшем игровом поле устроили рынок и общественные места. Парикмахерская. Больница. Радиостанция. Редакция газеты. Магазины разные. Большинство граждан живут в домах на первом уровне и в служебных коридорах. Мэр и его окружение занимают секцию «ВИП». А аристократы обосновались на верхнем ярусе. У них все отдельное, по высшему разряду. Богатые, значит. Крышек полно. Откуда берут, непонятно.

Снова Ионн сделала выводы. О том, что в послевоенном Содружестве выжившие люди вместо денег использовали крышки от «Ядер-Колы», Ионн уже знала от Призрака. Повторила предыдущий вопрос:

– Ты не ответил. Как твое имя? И что ты умеешь?

– Томас, благородная. Фамилии нет. Не помню я. Была, наверное, когда-то. У всех же есть. А умею что? Так с электричеством, с приборами всякими, что где поменять, подкрутить или настроить. Ну и как все. Посадить что. Тошку там, окопать. Посеять семена, саженцы на грунт высадить. Подлатать конуру. Как все, в общем.

– Ясно, – ответила Ионн. – А дом новый не хочешь найти, Томас? Если я правильно поняла, в Даймонд-Сити тебя не ждут. Собаку твою – тем более.

Прищуренный взгляд мужчины сосредоточился на его кобеле, словно слова Аквы прозвучали не для него, а в большей степени для собаки. В таком духе он и ответил.

– Новый дом, благородная? Где и с кем? Хватит нам с Пухом дармоедов кормить.

– Почему обязательно дармоедов? – спросила Ионн уже с некоторым нажимом. – Себя прокорми, другие сами о себе позаботятся. И тебе на первых порах помогут. Вот когда на ноги встанешь, отдачи потребуют. Знаешь правило: кто не работает, тот не ест?

Теперь он поднял взгляд. Недоверчиво уставился на серьезное выражение лица собеседницы. Нет, не похоже, чтобы она подшучивала над ним.

– И… где же он, новый дом?

– Да тут, не так далеко. В Сэнкчуари-Хиллз.

Мутные зрачки поселенца вмиг прояснились.

– К Призраку в лапы? Я не идиот.

Тут он осекся. Взглянул еще разок на спасительницу. Убедился в том, что неосторожная реплика не произвела на «благородную» никаких впечатлений и не вызвала недовольств. Не вызвала ничего, кроме снисходительной простодушной усмешки.

–Так это правда? Не выдумка? Ты – Аква-девочка! Вот это да!

– Долго же ты соображал, – отозвалась Ионн. – Да, это я. И если тебе нужен дом, то я приму тебя в Сэнкчуари, потому что нам тоже нужны честные, достойные люди. Те, кто умеют работать и хотят жить. Ты – такой? Если да, то вперед. Работы у нас полно. И никакая «Зенитка» тебя там не достанет…