От вынужденного безделья Ионн сходила с ума. Третий день на улице поливал дождь, и не просто дождь – жуткий ливень. В довоенные времена Аква не помнила подобных природных излишеств в этих местах.

Климат в Бостоне всегда был в меру влажным и, как следствие, мягче, чем где-нибудь в середине материка. Море неминуемо давало о себе знать, но зима все-таки была зимой с морозцем и снегом, временами даже с метелями, а лето оставалось действительно летом.

Все б ничего, но дождевая водичка ныне слишком уж отличалась от дождя прошлого. Хуже то, что в точности невозможно определить состав падающей с неба воды. Осадки, берущие начало от одной тучи, запросто могут разниться с осадками из соседней. Легко. И что получается? А вот что – как когда-то в детстве, личико под грибной дождичек уже не подставишь, как это ни печально, если, конечно, желаешь его сохранить.

– Сколько времени небеса собрались поливать наши головы? – глядя на улицу, безадресно спросила Ионн. – Грустно мне. Тоску навевает. Раньше в июле затяжные дожди в Бостоне были редкостью.

Из мужчин в доме находился один Престон Гарви. Спал после ночного дежурства. Все остальные, даже маленький Рон, несмотря на нескончаемые водяные потоки, приводили в порядок жилище Ионн. Худая крыша, конечно, текла повсеместно, но работать внутри все-таки можно.

В ванной комнате усердно шла стирка. За неимением другого занятия мама Мэрфи помогала Николь. Марси и Фрай занимались собранным урожаем в кладовке. Худо ли, бедно ли, но ранняя кукуруза, морковь и свекла уже сделали первые взносы в общинные закрома. Короче говоря, забот хватает для всех.

Сама Ника привычно суетилась на кухне, заканчивала с коллективным обедом, а двенадцатилетняя Вивьен воодушевленно ей помогала и, очень довольная статусом взрослого равноправия, ловила буквально каждое слово наставницы.

Реплика Аква-девочки долетела до ушей кашеваров, они же, раз так, должны были и ответить. Только что отвечать? И та, и другая родились в эпоху повсеместной разрухи и полного хаоса. Откуда бы им знать, что и как происходило в землях Содружества до Великой Войны?

Пока обе раздумывали, в комнате появилась Ивона. Вежливо поздоровалась и пристроилась рядом с Ионн на старом, но не затертом, очень даже приличном диване.

– Как себя чувствуешь? – машинально поинтересовалась хозяйка.

Девушка улыбнулась, показав ровные, пока еще целые зубы. Кстати сказать, бывший офицер грозных «Стрелков» начала привыкать к использованию зубной пасты, выделенной из внушительных коллективных запасов, поднятых когда-то Ионн из хранилищ «Убежища 111».

– Вполне сносно, если резко не наклоняться и не дергать плечом. Я устала лежать. Придумай и мне какое-нибудь занятие, я ж не беспомощная.

В ответ Ионн Харт сомнительно усмехнулась.

– Сейчас я сама совершенно бесполезная и беспомощная. Может, ты не заметила, третий день ливень, как из ведра. Хотела пройтись до соседей, познакомиться и поговорить. Ага, как же!

Тут Ионн заметила остаточную желтизну на зубах Рейли. Раньше старалась не заострять внимание на этом скользком моменте, потому что у всех, кто родились и выросли после Армагеддона, зубы страдали не только кариесом, неглупая девушка это хорошо понимала. И все-таки!

Для таких, как Ионн, одного случайного взгляда достаточно, чтобы испытать отвращение к человеку с нечищеными зубами, немытыми ушами или грязью на шее, как бы усердно разум не выступал в роли заправского адвоката, подсказывая объективные составляющие.

– Вот и занятие, – Ионн спохватилась и даже обрадовалась. – Пошли-ка в подвал. Сможешь? Подберем тебе кое-что для гигиены и подходящие шмотки взамен твоей рвани. Рабочий ствол подберем, лучше два. При нашей незабываемой встрече я видела у тебя на ремне кобуру, надо полагать, не пустую. Очевидно, забрали? Только очень уж сомневаюсь, что внутри находилось «родное» оружие. Думается, эту кобуру прихватили из уцелевших экспонатов какого-нибудь музея, иначе бы она не сохранилась в достаточно неплохом состоянии за триста с хвостиком лет с того дня, как появилась на свет, – Аква вновь усмехнулась. – Не смотри на меня такими сияющими глазами. Эта кобура использовалась для револьверов времен покорения Запада. В лучшем случае конца девятнадцатого столетия. В начале двадцатого века длинные стволы отошли, а револьверы стали повсеместно вытеснять многозарядные пистолеты.

У собеседницы произвольно вытянулось лицо. Взгляд Ивоны Рейли наполнился восхищением.

– Откуда ты столько знаешь? – искренне поинтересовалась она. – Пусть ты и родилась в давние времена, но ты же не робот с заложенной в память программой. Ты не можешь быть знатоком буквально во всем.

– Не могу, – рассмеялась Ионн. – Я и не дока. Я была скаутом в свое время. Так называли людей, любивших не только историю. Они собирались в сплоченные группы. Ходили в краеведческие походы, особенно по местам памяти. Скауты изучали достопримечательности своей родины, ее флору и фауну. Помогали сохранять исчезающие виды растений и животного мира. Бороться с загрязнением природы и воздуха. Вообще, у них было множество интересов. Вот откуда все мои знания. Об оружии я много читала, когда занялась многоборьем. Чисто для себя, для общего развития, потому что в одном из видов многоборья есть пулевая стрельба. Пошли.

Они осторожно спустились в подвал. Задержались при входе, чтобы не напороться на какое-нибудь препятствие, ибо сюда поместили многое из того, что привезли из «Оливии». Сюда же складировали самое ценное, что находили в домах. Короче, коробок, ящиков, баллонов и другого имущества в помещении предостаточно.

Рука Ионн Харт щелкнула выключателем. Свет. Девушки поначалу прищурились, но лишь на мгновение. Проведенное заново освещение помогло без проблем добраться до стоек и глубокого ящика, где хранилась вся собранная одежда. Разумеется, более-менее сносная и постиранная, без радиационного фона и всякой гадости.

Придирчиво и старательно Ионн подбирала подходящие вещи для Ив. Морщилась, когда примеренная вещица ей не нравилась и, наоборот, азартно кивала, если что-то приходилось по вкусу.

– Ну, вот! Совершенно другое дело, – в итоге сказала она, оценивая спутницу с головы до пят. – Щеточку для зубов и тюбик пасты, я знаю, Ника тебе уже передала, это прекрасно. Пользуйся. А вечером я принесу пару трусиков. Приятель подкинул с запасом. Белье новенькое, ни разу никем не надеванное.

– Трусиков? – внезапно переспросила подруга. – Это что и зачем?

На вытянутом лице Аквы застыла мимолетная растерянность, но сразу исчезла, потому что разум мгновенно напомнил хозяйке о реальности существования.

Кто его знает, сколько времени нынешние представительницы женского пола не носят нижнее белье. И откуда им его взять? Что было когда-то, оставалось на складах супермаркетов или в подсобках дамских салонов и бутиков, того сто лет уже нет. Максимум, в чем успела не раз убедиться Ионн, это мужские кальсоны, лосины, спортивные шорты и шерстяные колготы под драными джинсами, ну, или тому подобное. И, разумеется, не с магазинных прилавков.

Ионн расстегнула пару пуговок и «липучку» камуфляжных штанов, отогнула пояс и приспустила штаны, показав собеседнице трусики.

– В нашем мире трусы носили все женщины. Не для красоты, разумеется. Для гигиены и для тепла. Ладно, проехали. Я только что подумала… вот же! А остальные как? Фу! Ну и тема для разговора. При следующей встрече я попрошу приятеля… Хотя, может быть, и не надо? Вы привыкли давно. Это я чувствую себя некомфортно, если грубая ткань униформы напрямую трет мою задницу… короче, замяли.

Тут Аква снова уставилась на Ивону непонимающим взглядом.

– Ив, ты меня извини, а как же в критические дни? Как вы…

Она не договорила. Ивона вынула из кармана кусочек застиранной светлой материи.

– У меня прямо сейчас такие дни. Всегда с собой. Одну постирала, вторая на сменку. Все просто… Ты прости меня. Я тайком оторвала от простыни. Мои пропали с сожженной одеждой…

Продолжать не слишком удобную тему желания у Ионн не было. Она шагнула в другую сторону и остановилась возле открытого ящика, в котором лежал дробовик-вертикалка, два 10-мм пистолета, найденных Аквой в сейфе центра разведки, и короткоствольный револьвер 38-ого калибра с эмблемой Национальной Гвардии США на пластиковой рукоятке.

– Выбор не бог весть какой. Бери, что тебе больше по вкусу.

Ив долго не думала. Взяла дробовик и револьвер, чем, признаться, слегка удивила Ионн.

– «38»? Почему? Дробовик я понимаю, пусть стволы не обрезаны, не слишком удобно в ближнем бою, но все-таки. А «38»? Шестизарядный всего, устанешь перезаряжать.

В ответ Ивона согласно кивнула, только ответила вовсе не так, как рассчитывала напарница.

– Дробовик под картечь, в принципе под любой тип зарядов. Длинные стволы увеличат дальность стрельбы и кучность. Не нужно слишком его укорачивать. Насчет «38» … патроны есть, я покажу?

Аква шагнула к другому проходу, к стеллажу, где хранился боезапас общины (кроме патронов 7,62).

– Бери столько, сколько понадобится. «38-ого» калибра у нас предостаточно. Кстати, возьми этот пояс, он специальный охотничий, по всей длине клапаны для ружейных патронов. Теперь он будет твоим. И вот это возьми, пригодится.

Ив охотно нацепила армейский разгрузочный жилет и наполнила клапаны пачками пистолетных патронов, следом заполнила патронташ на ремне и развернулась к Ионн. Получилось весьма неожиданно.

И тут бывший капрал Рейли вторично убедилась в незаурядных способностях той, кто продолжала невозмутимо стоять рядом с ней, но рука Аква-девочки плотно сжимала руку Ивоны, державшую револьвер.

– Реакция кошки, ей богу! – восторженно закивала Ив. – Ты, извини, мне нужно было предупредить. Хотела тебя удивить. Ты же высказала опасения по поводу медленной перезарядки «38»? – девушка замедлила речь и сконфузилась. – Я раньше знала, что такое «предательство» понаслышке, а сейчас испытала его на себе. Я… я никогда тебя не предам. Думаешь, если я была со «Стрелками», то у меня нет понятия чести? Зачем тогда вы меня выходили?

– Что ты собиралась мне показать? – повеселев, ответила Аква. Ответила так, словно и не было душещипательных слов бывшего рейдера.

Ив улыбнулась. Все поняла.

– Смотри, – сказала она и очень сноровисто, практически машинально, снарядила барабан револьвера.

– Впечатляет! – кивнула хозяйка. – Я бы так не сумела. Если только с использованием спидлоадера… И долго ты тренировалась?

– С детства. Я рассказывала о наемнике. Он поблажек не делал. Всегда говорил, что от доли секунды часто зависит жизнь.

– Правильно говорил, – подтвердила Ионн.

Когда они выбрались из подвала, с большим удовлетворением обнаружили, что затянувшийся дождь прекратился. Пока еще в редких просветах между облаками, но уже проглядывает солнышко, и само небо понемногу светлеет. Тем не менее бесчисленное количество луж затруднило бы нормальное передвижение путника, а потому Ионн потянула Ив за рукав.

– Пошли постреляем. Покажешь, чему тебя научил твой наемник.

Предложение Аквы Ивона встретила с радостью. Они удалились подальше от жилого сектора поселения. Поставили на часть уцелевшего ограждения променада несколько ржавых жестяных банок из-под консервов и краски. Отошли на некоторое расстояние, метров на двадцать, и начали упражняться.

После первой же серии Ионн Харт убедилась в очень неплохих стрелковых навыках обретенной напарницы. Ивона Рейли, как нечаянно подумала Аква, в дальнейшем могла запросто стать для нее настоящим боевым спутником. Что-что, а упрекнуть девушку в трусости не смог бы никто, уже проверено самой Аквой, и с оружием обращается Ив тоже неплохо.

– Экзамен сдан? – с улыбкой спросила капрал.

– Все относительно, – игриво ответила Аква.

Взяла из рук Рейли заряженный револьвер и, практически без остановки, выпустила барабан в одну и ту же мятую банку, заставляя ее подпрыгивать и вертеться в воздухе до той поры, пока не закончились выстрелы.

– Как-то так, – улыбнулась Ионн, глядя на изумленное лицо Рейли. – Ты не огорчайся, я тоже училась когда-то. Еще до войны. Спорт – одно слово.

Вдруг зрение Аквы заметило что-то неясное на другом берегу озерной протоки, ярдах в полутораста от того места, где они были сейчас. Какое-то шевеление, притом весьма энергичное, потому как двигался внушительный куст.

– Видела? Что там такое?

– Скорее, кто? – подхватила Ивона. – Не рейдеры, точно. Об этом местечке, благодаря Призраку и новой хозяйке, хорошо знают в округе. Если бы кто-то решился за тобой проследить, действовал бы куда осторожнее.

Замечание капрала «Стрелков» совпадало с мыслями Аквы. Не раз она видела тайных соглядатаев, и не обязательно разведчиков рейдеров. Видела простых мусорщиков, любопытных фермеров и поселенцев, наблюдавших за ней с другого берега озера. Люди приходили специально взглянуть, как купается Аква-девочка. Что ж, пусть себе смотрят, Аква не возражала.

Вместо ответа Ивоне она выдернула обрез, с чем не расставалась вообще никогда, проверила оба ствола и, ни слова не говоря, спешным шагом направилась через мост. На другой его стороне обернулась.

Несмотря на неудобства, связанные с остаточными признаками ранения, Рейли старалась не отставать от напарницы.

– Ты-то зачем здесь? – полушепотом насела хозяйка. – Тебе еще рано…

Договорить ей не удалось. В метре от них из размякшей земли выскочил кротокрыс, а рядом, всего в полушаге, еще один.

Два одновременных выстрела разнеслись по округе. Оба противных мутанта задергались в предсмертных конвульсиях.

– Всего два? – недоверчиво спросила Ивона, пока Аква перезаряжала стволы. – Маловато для выводка.

Мыслями Ионн опять соглашалась с Ивоной, с опаской осматривалась вокруг, прислушивалась к каждому постороннему шороху.

Приобретенная практика приводила в пример прошлые нападения. Их было немало. Грызуны плодились, что называется, как кролики. Нападали всегда стаями и не появлялись лишь там, где не могли прогрызть для себя туннель. Еще там, где работали мощные электроприборы, где в землю вкапывали низкочастотные пульсирующие датчики вроде тех, что стояли в грунтовых стенах тайного убежища Харт.

Внезапно обе девушки одновременно застыли. Слух уловил новые звуки. Впрочем, особо прислушиваться и не приходилось. Хриплое сопение, треск сырого валежника и периодическое отрывистое рычание говорили о приближении крупного зверя.

– Яо-гай! – испуганно вскрикнула Ив.

Девушка вскинула дробовик, но внезапный жест Аквы остановил ее, не дал выстрелить. Два человека сместились к большому плоскому валуну и осторожно влезли на камень. Застыли не двигаясь.

Через десяток секунд из кустов показалась косматая морда матерого хищника. Зверь был действительно крупным. Не просто крупным, он был огромным, весом явно под тонну, килограмм восемьсот, не меньше.

– Это самка. Медведица, – шепотом пояснила Ивона. – Самки у яо-гаев крупнее самцов. В ваше время было наоборот. Я видела старую книжку.

– Она ранена, – оборвала Ионн. – Смотри, весь бок в крови. Видишь, ближе к правой передней лапе.

– А еще она не одна. Видишь сиську. У нее маленький.

И точно, стоило Ивоне озвучить плоды наблюдения, из тех же кустов на открытое место придорожной полянки выбрался совсем небольшой медвежонок. Можно было смело предположить – малыш появился на свет недавно, так как мехом оброс не везде и был привязан к материнской груди.

Что вдруг нашло на Ионн, трудно сказать. Раненый зверь, да еще и с потомством, представлял собой не просто смертельную угрозу для того, кто встретится у него на пути. Любой зверь в таком состоянии опасен втройне.

На пару секунд Ионн замерла в мимолетных сомнениях. Самка яо-гая тоже остановилась, заметив людей. Остановилась и посмотрела на малыша.

В этот момент Ионн будто почувствовала материнский плач, просьбу о помощи. В юности она не однажды читала, как самые лютые хищники обращались за той самой помощью к людям, а потом возвращали долг человеку невероятными, несвойственными им поступками. Так и сейчас. В поведении крупной медведицы было что-то такое, чего объяснить Ионн не могла. Что-то нехарактерное, странное.

Ив не смогла удержать Акву, хоть и схватила ее за рукав в тот момент, когда Аква-девочка осторожно спускалась на землю. Она отложила ружье. Пригнулась немного, словно приготовилась прыгнуть, так, чисто на всякий случай. Мало ли что?

На самом деле Ионн нападения не ждала, потому что ко времени вспомнила деталь из прошлого скаута – медведица не встала на задние лапы, не предупредила врага, как всегда они делали. Еще вспомнила, что медведи всеядны, питаются не только мясом, обожают есть рыбу и ягоды, некоторые корнеплоды, грибы и… мед, разумеется. Нападает медведь только тогда, когда его вынуждают к бою за территорию или потомство. Самцы дерутся за первенство, но у нас была самка.

«Главное, не смотреть ей в глаза», – старательно повторяла Ионн. – «Продолжительный взгляд в глаза не только медведица, любой дикий зверь сочтет вызовом, даже привычные нам кошка или собака».

События внезапно форсировались, так как малыш, не чувствуя никакой опасности, подбежал прямо к Ионн и, мало того, сунул нос ей в живот, принялся нюхать и даже лизнул. Все ему интересно. Мать стояла не двигаясь, что позволило Ионн осмелеть.

Аква сделала пару шагов к тому месту, где валялись подстреленные кротокрысы. Наклонилась и подняла ближнего, а потом протянула его малышу. Медвежонок сразу же схватил тушу, присел тут же, в двух шагах от раненой матери, и принялся увлеченно жевать, явно был голоден.

Медведица так и не шелохнулась. Тяжело дышала и пристально наблюдала за каждым движением человека. А Ионн подхватила тушку второго убитого кротокрыса, осмелела и шагнула ближе к медведице. Осторожно протянула ей угощение.

У Ивоны перехватило дыхание, когда безжалостный хищник, в бою с которым не всегда выходил победителем даже Коготь Смерти, принял из рук человека еду. Практически не жевал, проглотил как есть, целиком, а потом устало повалился на правый бок, показав открытую рану.

– Кажется, это болотник, – подсказала Ивона. – Видишь, рана как резанная. Если бы Коготь, была бы рваная от зубов, а у болотника клешни с острыми перепонками, словно ножами.

– Неделю назад, в день твоего появления в Сэнкчуари, я сама чуть не стала их ужином. До того никогда не встречала. Можешь представить, Призрак болотников с другого берега озера подстрелил.

– Призрак? – настороженно переспросила Ивона. – Мне говорили, это он меня к вам принес. И записку я помню, хотя в тот момент плохо соображала. Потом мама Мэрфи рассказывала о вашем знакомстве, рассказывала мне о своем путешествии в Лесингтон… Ты чего?

Продолжать тему, не бывшую для собеседников тайной, не было времени.

– Ив, дуй в лагерь. Принеси шило, рыболовную леску и обувной крючок. У Фрай попроси. Она обувью занимается, у нее есть…

Когда Ивона вернулась назад, вернулась она не одна. Остановившись на сходнях моста, жители Сэнкчуари с отпавшими ртами следили за тем, как медвежонок кувыркался с их предводительницей, бодро пихая ее и игриво покусывая. Он будто бы знал о чувствительности своей «детской ласки», особо не увлекался борьбой.

Мать его так и лежала, не спуская глаз с малыша, однако выглядела уже успокоенной. Когда Ионн присела с ней рядом, у людей на мосту сжалось сердце, особенно после того, как их покровительница вколола медведице стимулятор.

Зверь посмотрела на девушку, но позволила к себе прикоснуться и, когда Ионн Харт сделала первый прокол, продела к него рыболовную леску, достала крючком и закрепила узлом, глаза хищника наполнили слезы. Ей было больно, но медведица больше не двинулась. Так и лежала, пока Ионн накладывала ей швы.

– Принесите сюда молока. Малышу и матери тоже. Мы сегодня можем и обойтись. Она потеряла много крови, а ей еще сына кормить. И несите, не спорьте, всю рыбу, что у нас есть! Я так сказала.

Спорить никто и не собирался. Когда пожелания Аквы исполнили; когда жители поселка, то есть те из них, кто слегка осмелели, приблизились, чтобы передать молоко и припасы; когда смотрели, как Аква кормила поочередно малыша и его пострадавшую мать; сама Аква им говорила:

– Это ее земля, ее территория. Она тут живет и нам это очень выгодно. Она не подпустит сюда чужака, не даст поселиться болотникам. Коготь Смерти тоже не забредет, не столкнувшись вначале именно с ней. Ведь он тоже хищник. Хищники чувствуют запах друг друга. Нам ее бояться не стоит. Пусть она и опасна, но медведи никогда не забывают добра и к людям привыкают спокойно. Это было известно с незапамятных времен. В России, например, медведи жили с древности при дворе каждого боярского рода. Со скоморохами, всякими бродягами-гуслярами ходили из города в город, представления устраивали. И она пусть живет. Пусть будет здорова. Она нам не враг, но помните про нее и не расслабляетесь. Нужно уважительно относиться друг к другу, все же она – хищник, привыкший к вольной жизни в суровой среде. Кстати, гулям мимо нее не пройти, это уж точно…

Часом спустя, сидя на знакомой скамеечке за заветным столом, Ивона возбужденно потрясала руками, выговаривала и громко делилась испытанными потрясениями.

– С ума сойти! – трепетно звучали слова бывшего рейдера. – Я едва чувств не лишилась, когда ты спрыгнула с валуна. Мне говорили, что Аква безбашенная, но я не думала, что до такой степени. Это же яо-гай! Убьет человека запросто взмахом одной своей лапы…

К «агоре» подбежала возбужденная Вивьен, выкрикнула весьма радостным голоском:

– Ионн, мама, тетя Ивона, к нам гости. Дядя Призрак идет!

С кухни выглянула Николь, загадочно улыбнулась и скрылась обратно.

– Что-то он зачастил, – тревожно высказалась Марси Лонг, отошла от умывальника и вытирала лицо. – С чего это?

Переглянувшись со Стурджесом, который стоял у подвала с какими-то электрическими деталями в грязных руках, Ионн весело подмигнула девчонке и внешне почти безразлично ответила Марси:

– Как, с чего? Причина особо ему не нужна, как ты знаешь. Это, вообще-то, его вотчина. Раньше он сюда никого близко не подпускал, спроси Нику или Николаса. Но, я думаю, основной повод не тот. Что, если его попросту пригласили, не думала?

– Пригласили? – недоверчиво повторила удивленная Марси.

Удивление женщины разрослось куда больше, когда в разговор встрял, казалось бы, беспристрастный Струдж.

– Его Ника на трапезу позвала, когда болотника разделывала. Я слышал, как он согласился.

Говорить больше нечего. Хозяйка Ионн встала под крылечный навес, прислонилась к опорной колонне и молча ждала приближения Призрака. Ее опередили дети Долтона и Фрай.

– Привет! – радостно голосил мальчишка, подбежавший первым, вместе со своим новым четвероногим другом.

Гость присел у обочины, потрепал по холке собаку и пожал пареньку руку, словно здоровался с хорошим приятелем.

– Дядя Призрак, я так рада видеть тебя.

В отличие от пацана, к Вивьен Призрак отнесся как к женщине. Руку принял, конечно, но встал, склонился немного и в щеку поцеловал.

Следом гость попал в крепкие объятия Долтона. В руках великана немаленький Призрак стал малышом. Что касается Фрай, ее он тоже поцеловал, после чего очередь перешла к Акве.

Как же она растерялась, когда именитый наемник, наводивший жуткий ужас на всю территорию Пустоши, взял ее за руку и поцеловал в щеку так же, как только что делал с членами семьи Оуэнов.

В груди Ионн Харт что-то екнуло. Сжалось. Кровь неминуемо прилила к лицу, и девушка буквально почувствовала, как краснеет… и, черт, уже забыла, как такое бывает.

«Что вдруг произошло»? – задавалась она актуальным вопросом. – «С чего ОН перестал скрывать их знакомство»?

На крыльце показалась Николь. Широко улыбнулась и шагнула к Призраку, словно к приятелю.

– Приглашение в силе, – сказала она. – Останешься?

– За тем и пришел, – преспокойно ответил гость. – Только сначала о деле. Там, позади, идут двое мусорщиков. Мне лениво тащить ваш подарок на собственной спине, тяжеловатый он, понимаешь, Аква... Надо бы встретить и покормить. За стол сажать нет нужды, но я обещал им десяток крышек и продуктов за помощь в доставке. Вообще, они живут не так далеко, в старом разваленном домике лесника за "Красной Ракетой".

Ионн и другие внимательно слушали. Диво и только! Тот самый «кошмар Содружества» спокойнехонько беседует с ними и ведет себя так, словно он дома в узком семейном кругу.

Интересно, хоть кто-то из них в то время подумал, что именно так Призрак их с некоторых пор и воспринимал, иначе… нет, не нужно «иначе».

На дороге показались двое мужчин. Не стоит говорить об их внешности. Чем она могла отличаться от им подобных? Ничем. Те же рваные, вшивые обноски и только.

Внутри внушительного мешка оказалась турель, но не механическая. И Кодсворт, и Томас, и Струдж это поняли сразу, лишь заметили блок питания, оптический сенсор и электропривод поворотного механизма. Эта была турель «умная», наделенная матрицей искусственного интеллекта, как и лазерным дальномером. И оружие – лазер. Короче, серьезный подарок.

– Где же ты раздобыл такую дорогущую игрушку?

В восторге от крайне необходимого подарка, Ионн прыгала вокруг, а глаза девушки сверкали так, словно ей подарили нечто, о чем мечтала всю прежнюю жизнь.

– Где взял, там есть еще. И не одна. Раньше у вас не было мощности для ее подключения, а теперь электричество есть. И не бойтесь оставлять ее под дождем. Она воды не боится. Впрочем, береженого Бог бережет… или бережливого. Лучше, конечно, навес сделать. Без меня справитесь.

Призрак снял походный рюкзак, расстегнул и взлез в один из наружных карманов, следом сыпанул в ладонь мусорщика горсть пошарпанных крышек. Снова сунул руку в рюкзак. Достал две пачки знакомых галет и две банки армейской тушенки, тоже передал их мусорщикам, добавил еще что-то.

– Как договаривались, – прозвучали его слова.

Благодарные люди закивали в ответ. Собрались уходить, и тут их неожиданно задержала Ионн.

– Стойте. Знаете, кто я такая?

Оба носильщика развернулись, но взгляды не поднимали.

– Лучше бы мы не знали. Нет, не видели мы ничего и не знаем…

– Хахаха! – расхохотался Призрак. – Вот видишь, Ионн, тебя стали бояться больше, чем боялись меня!!!

– Это правильно, – тоже улыбалась Ионн. Повернулась к мусорщикам и заговорила так, как когда-то говорила с двумя близнецами. – Вам знакома заправка, мимо которой сейчас проходили? Не боитесь трудной работы, переселяйтесь туда. Жить будете рядом с нами. Рация там имеется. Я не стала ее демонтировать, потому что у нас есть своя. Как работает, мы покажем. Сможем разговаривать друг с другом и о беде сообщить, если понадобится. Мы поможем вам избавиться от заражения. Научим мыться и ухаживать за собой, на первое время дадим одежду и мыло. Потом сами добывать будете или у торговцев выменивать. С электричеством и рассадой тоже поможем, и с кроватями, с чистой водой. Выращивать пищу будете сами, подачек не ждите. Парни наши помогут отремонтировать крышу и двери. Стены там неплохие, бетонные. Окна заделать, чтобы сквозняк не гулял, очень надежное будет жилище. Была я там. Место удобное, если рученьки приложить. Не хочу, чтобы его облюбовали какие-нибудь проходимцы. Мне соседи нужны стоящие. Как, согласны?

Нужно ли говорить, какими глазами смотрели на нее ошарашенные мусорщики? Не просто смотрели, они не поверили девушке, хотя и знали уже, с кем говорят. Когда же поверили, поняли, что с ними не шутят, оба посмотрели на Призрака, словно бы сомневались, позволит ли он.

– Что на меня вылупились? Не я, это она вам позволила, только поэтому я вас не трону. Ей скажите «спасибо».

Один из мусорщиков, тот, что был явно постарше, осмелился заговорить.

– А тут еще, тут недалеко, всего через поле, там, где каменная труба из земли торчит, там две женщины и старик живут. Мы с ними общаемся. Находками делимся. Если бы их тоже бы…

– Еще лучше, – без раздумий кивнула Ионн. – Ведите и их. Можете не скрывать мое имя. Так и скажите: Аква позвала…

– А это действительно вкусно, – похвалил Призрак еду и отставил в сторону опустошенную миску.

Николь зарделась румянцем. После событий на берегу женщина совершенно перестала бояться грозного гостя. Так бывает. Вот и теперь она улыбнулась и по-хозяйски спросила:

– Хочешь еще? Похлебка наваристая, густая. Может быть, хочешь рыбки жареной, правда, вчерашней, осталась от ужина. Сырую медведице отнесли, но Долтон позднее наловит, как он сказал… А, да, и нож забери, спасибо. Все наши ножи теперь наточили. Точильный камень нашли.

Принимая назад одолженный Николь нож, лицо Призрака скривилось в улыбке, легко различимой под приподнятой маской.

– О! – неожиданно сказал гость. – Вы и с Мордой уже познакомились!

– С кем? – удивленно переспросила Ионн.

Призрак вышел из-за стола и вольготно… ну точно дома… развалился в разложенном уличном кресле.

– С Мордой, ты не ослышалась. Я нашел ее совсем маленькой. Мать дралась с Когтем Смерти. Его задушила, но погибла сама. Подрал ее Коготь.

– Вот оно что! – усмехнулась Ионн. – Я-то думала: почему яо-гай пошел к людям? Почему медведица меня так легко подпустила? Почему дикая самка позволила оказать себе помощь и даже поиграть с малышом? А она не совсем дикая, она знакома с людьми! Знала их и понапрасну не принимала врагами…

– Ошибочка, Аква, – перебил Призрак. – Да, верно, я ее выкормил поначалу, поэтому она меня знает и помнит добро. Но я ее не приручал, пойми. Взять с собой не смог бы никак. Она должна жить на воле, а воля для зверя – это борьба. Людей она терпит, но далеко не всегда и не всех. Знала бы ты, скольких рейдеров и поселенцев Морда порвала. Но я с тобой соглашусь в другом. К вам она подошла, потому что ей нужна была помощь. Подпустила, значит – поверила. Медведи никогда не выходят за пределы своей территории, но и никого постороннего к себе не пускают. Думаю, она тебя видела раньше, скажем, на озере. Если ты ее не замечала, это не значит, что тебя не замечала она.

Аква и остальные выслушали дополнение гостя с должным вниманием. Информация важная, как не выслушать?

– Я подумала где-то так же. А почему: Морда? Неужели нельзя было дать имя покрасивее?

Призрак смеялся.

– Когда мне было думать, какое имя дать молодой медведице, весом под сто килограммов, которая хочет жрать и тычет в тебя очень немаленькой пастью? Милый ребенок. Кстати она и сейчас молодая. Мы знакомы чуть больше пяти лет, ну и было ей, когда повстречались, месяца три. Выходит, ей нет и шести. Молодая.

Спустя четверть часа, Призрак пожелал остаться с Аквой наедине. Как бы не выглядели слова гостя невежливыми, ну, применимо к довоенной цивилизации, точнее к культуре и воспитанию, сейчас никому нет дела до какой-то там этики.

– Ты, надеюсь, не настолько наивная, чтобы отнести мой визит к званому ужину?

Ионн пристроилась рядом, чтобы слова негромкой беседы не попали в ненужные уши.

– А разве не так? – нарочно прикинулась девушка. – По мне, наверное, соскучился? Я соскучилась, признаюсь. Подумала: неплохо бы встретиться, а тут… о, фантастика… ты и являешься, еще и с подарочком.

Сквозь неширокие ровные прорези лыжной маски, скрывавшей лицо собеседника, на Ионн смотрели усталые выразительные глаза. Призрак не зло усмехнулся. Вдруг протянул руку и ухватил шею Аквы.

– Говорил тебе раньше, скажу еще раз. Пустошь – не то место, где заводят кучу друзей, а избыточная ненужная популярность очень часто становится причиной гибели того, кто пренебрег разумом. Рассказывал я тебе, волонтерке сердобольной, сколько времени, кто и как за мною охотились. И, уверяю, помыслов гнусных они не оставили, просто возможности нет, я постоянно опережаю. А почему? Потому что я умный и дисциплинированный. Эмоциями не руководствуюсь.

Он вытащил портсигар и закурил, чего раньше Ионн за спасителем не замечала. Спросила бы сразу, но тема беседы не позволяла перебивать.

– Я промолчал, но твой сегодняшний жест «вселенского покровителя» мне не понравился. Я же предупреждал: ты – не солнышко, всех не согреешь. Снова нюх потеряла? Что ты знаешь о тех, кого пригласила соседствовать? Ни черта! Одно слово – баба и есть баба!

– Прекрати, – насупилась Аква и сбросила руку. Голос ее стал очень обиженным, но, вместе с тем настороженным. – Что я не так сделала? Мне руки нужны. Рабочие руки. Звать в Сэнкчуари любого, которого придется потом выгонять, я не хотела. Наоборот, подумала, раз эти двое с тобой, могу не очень-то опасаться.

– Остынь, – резко оборвал ее Призрак. – Неправильно думала. Мозги включи. Призрак использует любые возможности и дернет любого, кто окажется под рукой, поняла? Призрак, он беспощадный наемник! Гроза Пустоши, мать его, разве тебе не сказали? Ищи другие пути. Томаса же нашла! Про близнецов я молчу. Короче, если ты будешь доброй простушкой, сдохнешь ни за грош очень быстро. Двое грязных тупиц вовсе не те, кто должен быть с тобой рядом. Отец и сын, жившие раньше в коммуне «Солнечные Приливы». Нет больше этой коммуны? Мне подсказать, или сама догадалась? Мутанты и гули теперь проживают в том месте, где жили до этого больше полусотни людей. Неплохо жили, скажу тебе. Могли в скором будущем окончательно на ноги встать. Там грунтовые воды очень близко к поверхности. Там строение почти в целости сохранилось. Там земля плодородная и мастерская фермерская осталась. Не пригодилось им ничего, понимаешь? Почему? Потому что те двое, кого ты к себе позвала, продали их рейдерам Джареда. Знакомое имечко? Надеялись, суки, на лавры и почести плюсом к обещанному гонорару. И получили, естественно, по заслугам. Джаред их пощадил, потому что под наркотой оказался. Добреньким стал после разгрома коммуны. Я не убил, потому что не вмешиваюсь, знаешь уже. И тебя они продадут при первой возможности. Чуть кто прижмет, они и обделаются.

На широком правильном лбу Ионн Харт показались морщины. Слова покровителя сразили девушку наповал. Опять она облажалась. В который раз! Обидно до слез. Ионн старательно боролась с переживаниями. Ничего лучшего не придумала, как продолжить не самый приятный для нее разговор.

– Девушки и старик, о ком они говорили, такие же сволочи?

Призрак вторично прихватил ее шею.

– Не нужно рубить напропалую, тебе говорю, пигалица! Тебе же не пять лет! Ионн, с чего вдруг неряшество и неразборчивость? Ты, случаем… ты мужика что ли хочешь? Прости, если что, но у меня впечатление, будто у тебя бабья течка или долбаный ПМС. Так если возникла нужда, нет проблем! Пошли, спустимся в наш подвал и решим все вопросы! И не смотри на меня взглядом гарпии. Ты для меня не чужая, чтобы я просто смолчал. Я не хочу видеть твой труп… если останется труп.

Сначала Ионн попросту онемела. Нет, грубые слова Призрака ее не удивили. О способностях покровителя она помнила из прежнего опыта. Вот тема оказалась ошеломляющей. И… как он ее преподнес?!

– Две сестры погодки, и старику не родня, – будто бы ничего не произошло, заговорил ОН. – Точно не скажу, жили обе где-то на севере, в районе форпоста под названием «Зимородок». Знаю только, что за свою жизнь расплачивались натурой при каждом визите рейдеров. Но их-то я могу понять, девки есть девки. Не все могут быть такими же стойкими, как Мэри, дочь Эбернети. Рейдеры всех мужчин в «Зимородке» убили, так что жили там только бабы. Эти сбежали. Как не погибли, не знаю. Старик тоже не сладость. Сам бывший рейдер. Клач – слышала это имя? – Аква согласно кивнула и Призрак продолжил. – У нее в банде числился, пока не попал под химический ливень. Он, ведь, не старик вовсе. Ему примерно в районе пятидесяти, а может и сорок, но выглядит действительно стариком. Из банды ушел, осел неподалеку от Эбернети, в домике рейнджера на Ветряном Склоне. С беглянками случайно встретился и оставил их у себя. Поговаривали, защищать начал. Думается, от безвыходности девки на его страшную рожу глубоко наплевали. Как там и что, я в подробности не вникал. Не нужно мне этого. А насчет Эбернети, ты к ним еще не ходила?

– Вчера собиралась. Сначала дождь, потом встретилась с Мордой, они и не дали. Завтра пойду. Думаю, Рейли с собой прихватить. Она тоже не та, кто мне нужен?

ОН неожиданно обнял Ионн, обхватил за талию и притянул к себе, как обнимают любовницу во время важного разговора, давая понять, что слишком ей дорожит, чтобы позволить стать жертвой плачевной ошибки.

– Ты не перегибай, – с грустью выдохнул Призрак. – Джейк неплохо отзывался о Рейли. Он не такой простак, поверь, каким его люди считают…

Черт! Удивительно, но Ионн оставила «за кормой» феминистические замашки, так мешавшие порой правильно воспринимать информацию. Наука Призрака, очередная наука, нашла нужное место в мозгу умной девушки, и выводы Ионн Харт сделала правильные… а еще, еще… бог весть, почему, но его близкий контакт был ей приятен. В какой-то момент Ионн вспомнила о «полюбовницах» Призрака, хотела сказать, но не стала. Зачем и кому? Верно, бродяге перекати-поле, каким он являлся, разумеется, нужны были женщины, ведь он живой человек и полноценный мужчина. Головой Ионн хорошо понимала и то, что обязательств он никому не давал, как не дал когда-то и ей, но кое-кого из особ женского пола имел, так сказать, для утоления неких плотских потребностей и, может быть, не только на товарной станции, о которой говорил Томас. На секунду она призналась себе, что попросту ревновала, но сразу отогнала тревожную мысль.

– О, да! – засмеялась Ионн, позволив себе расслабиться. – Джейка можно назвать как угодно, только не слабоумным. Сам себе на уме, это так, но далеко не дурак… Так что там с Рейли? Пойми, мне это важно.

– Знаю, потому я так удивлен. У тебя, Аква, точно не ПМС? С чего ты так поглупела? Значит, два доходяги, если верить тебе, пришедшие со мной в качестве гужевых мулов, дают повод для какого-то там доверия, а Рейли, которую я принес, считай, на себе прямиком к тебе в дом, такого доверия не заслуживает?

– Ты! Хватит уже! – вспыхнула Аква. В заведенном произвольном поползновении шлепнула Призрака по плечу. – Заладил!

И тут она осеклась. Глаза Призрака стали веселыми и озорными по-детски. Губы вновь расползлись в красивой улыбке. Он ничего не ответил, привычно перевел разговор в новое русло, а объятия так и не ослаблял.

– Дай девке ствол. Тот, другой. Патронов хватает?

Аква насупилась. Девичья гордость явно задета, но она предпочла опустить скользкий момент и почему-то даже не дернулась, когда за угол собранной душевой, рядом с которой они разговаривали, неизвестно зачем неожиданно завернула Николь и сразу шарахнулась в сторону.

– Извините… я не хотела мешать.

Ионн и Призрак переглянулись, и улыбка растянула его рот больше прежнего. Собственно, как улыбалась и Аква, слегка покраснев от неловкости. Набрала воздуха и ответила Призраку, безразлично махнув Николь:

– Хватает патронов пока. Почти шесть цинков еще. Я для охоты и по мелочам использую это.

Сказав, она шлепнула себя по бедру с притороченной самодельной кобурой для обреза. Необычный гость пристально оценил ту часть оружия, которую мог видеть, не вынимая его.

– Вблизи хорошо, соглашусь. Малозарядный, это плохо, не считая невозможности полной гарантии выстрела. Запросто может случиться осечка, если еще не случалась… Брови у тебя красивые, Ионн, но мне опять непонятна твоя реакция? Почему они так изогнулись, будто ты меня не понимаешь? У тебя точно…

– Нет! – почти выкрикнула Ионн. – Не ПМС!

Сказала она очень громко. Настолько громко, что возмущенные слова ее непременно услышали где-то за пределами закутка. Ионн раскраснелась и старалась не смотреть в стороны. Глубоко задышала, будто запасалась воздухом для полета.

– Вообще-то, – с неприкрытым сарказмом заговорил Призрак. – Я хотел спросить: у тебя точно не возникала мысль, что патроны 12-16 калибров, предназначенные для охотничьих дробовиков, находят по всей Пустоши, где угодно и, кстати, помимо специализированных хранилищ? В кладовке, в ящике письменного стола или в прикроватной тумбочке. Понимаешь, где угодно! У них бумажные гильзы… у большинства. Порох отсыревает. Сама гильза деформируется и даже гниет. В таких условиях осечка – дело почти регулярное. А если осечка случится тогда, когда ее быть не должно?

Ионн потупилась, старалась подавить очередную неловкость, ставшую причиной замешательства девушки. Тем временем Призрак отпустил ее талию, но слегка тронул за руку.

– Раз ты вдруг увлеклась банальной охотой, принесу я тебе хороших патронов к дробовику с гильзами из металла. Только придется их собирать после выстрелов, иначе не напасешься. Еще принесу запас пороха, дроби-картечи, пыжей, капсюлей и машинку для снаряжения новых зарядов. Будешь сама боезапас восстанавливать. Могу подарить восьмизарядный итальянский «бенелли». Могу «моссберг», но у него длинный приклад. Вблизи очень непрактично, до крайности неудобно… Кстати, чехол для ношения тоже подкину… любовница.

С полминуты Призрак смотрел в глаза девушки не отрываясь. В итоге она попросту рассмеялась в ответ. Глупо-неглупо все получилось, вышло смешно.

От былой мимолетной обиды Ионн не осталось следов, исчезла так же легко, как объявилась на свет. Призрак полностью отпустил Ионн, давая понять, что визит к званому ужину завершен и пора заняться делами. Как не грустно, всему приходит конец. На прощание ОН дернул ее за нос.

– Помнишь, я когда-то тебе говорил: думай всегда, прежде чем что-либо сделать, и думай головой, никаким другим местом? Постарайся меня не разочаровать. Не хочется осознать, будто тратил время впустую. Еще больше не хочется собирать в кучку твои останки.

Провожать опасного гостя Ионн не пошла, зато, неожиданно для себя, наградила его дружеским поцелуем… в щеку… при всех!!!

– Надо полагать, – не замедлил исправить эмоции воспитанницы «некто наставник». – Это твоя благодарность за очередной урок. Или за подарок? Или еще за что-то?

– Вот же, гость дорогой! – рассмеялась Ионн. – Больно ты скор на суждения, любое благое намерение превратишь в тлен, в пшик! Но за подарок, действительно, огромное от всех нас спасибо! Эту турель мы поставим на прямой к общему дому. Она круговая, станет недремлющим стражем и днем, и ночью. Выключать не требуется, система распознавания совершенная, работает по трем признакам, включая визуальное. Подарок очень ценный и своевременный. А к Эбернети мы завтра сходим. Заодно и посмотрим на приглашенных соседей… Дальше – как обернется. Сама вляпалась, сама и отмоюсь… Счастливой дороги.

Казалось, прощальные слова Аквы удовлетворили и успокоили Призрака, но тут он неожиданно развернулся.

– Не стану спрашивать про… ну, ты знаешь… спрошу прямым текстом: частоту твоей радиоволны дать не хочешь? Или что-то помешало-таки додуматься? Может быть, чисто на всякий случай, и мою возьмешь? Или забыла? У меня всегда при себе включенный радио сканер. Как иначе я бы слушал переговоры… ты поняла, я так думаю.

– Черт меня побери!!! – вспыхнула Аква. – Не говори мне про… это правильно, а в остальном… конечно! Струдж, Томас, кто ближе, подготовьте для меня все, что нужно для фиксирования частот, канал я сама закодирую шифром, никому не следует знать лишнего.

Взгляд Аква-девочки сместился к довольному покровителю, и они зашагали следом за Томасом…