Наконец последняя часть оборудования погружена. Внимательный взгляд Ионн Харт пробежал по опустевшему помещению, придирчиво оценивая разбитое, давно выведенное из строя оборудование, оставшееся внутри бункера.

«Вроде бы ничего не забыли», – сделала она вывод.

Команда «носильщиков» Сэнкчуари-Хиллз окончательно выбралась на поверхность и очень надеялась, что в последний раз посещает сие проклятое место, за сегодняшний день ставшее, можно было сказать, сакральным. Измученным людям до смерти надоели бетонные казематы секретного когда-то военного объекта. Утешало только обилие плодов, доставшихся в результате адских трудов, тут сказать нечего – богатый улов.

Наружный воздух придал желанную толику бодрости Акве, не менее остальных набегавшейся по бетонным ступенькам уровней и металлическим лестницам стеллажей в кладовых. Ночь тихая, безветренная. Вдали, где-то пока еще далеко, в темноте начинала определяться линия горизонта. Скоро начнется рассвет.

Думается, мало кто из членов команды запомнил, как группа тронулась в обратный путь. Очень уставшие, голодные и полусонные люди с огромным трудом преодолевали очередной подъем…

– Все. Я сейчас сдохну, – заявила Николь.

Уселась на платформу тележки, мокрой спиной к корпусу генератора.

– Я тоже. Я больше не вынесу, – поддержала ее Марси Лонг.

Один за другим и мужчины добровольной артели пристраивались рядом, кто как сумел, с тяжелой одышкой вытирали вспотевшие лбы. Разговаривать не хотели или попросту не могли, окончательно лишившись остатков сил.

Поскольку Ионн не стояла в графе: «исключения», то есть вкалывала в равной степени с остальными, устала она, разумеется, ничуть не меньше. По этой причине хозяйка не возражала против короткой стоянки и тоже присела на камень возле обочины изуродованной дороги с твердым намерением передохнуть.

– Му-у!

Звук неясного мычания или чего-то очень похожего напрочь отогнал нависающий сон. Корова? Откуда ей взяться? Не может этого быть! То есть может, конечно, в том исключительном случае, когда в голове до крайности утомленных людей зародились галлюцинации. На деле вышло, что нет, и соратники оживились, будто корова, окажись их представления правдой, смогла бы им как-то помочь.

– Брамин. Бездомный? – первым откликнулся Томас. – Если так, то нужно забрать с собой. Они неприхотливые и на контакт с человеком идут запросто, совсем не боятся людей. Соорудим ему простенькое стойло да какую-никакую крышу над головой, чтобы в полную силу дождь не хлестал, а радиация мутантам не страшна. Зато у нас молоко, сыр и масло появятся. Ну, творог еще. Это же просто деликатес.

– Ты умеешь взбивать масло и варить творог? – живо поинтересовалась Марси Лонг. – Откуда? Где научился?

– У соседей был домашний брамин. Сара частенько к ним бегала за молоком, меняла на всякое барахло, которое я находил в походах по Пустоши. Соседка говорила, якобы ее научила мать, а маму ее мать, то есть бабушка, ну и так далее. Я сам научился, когда помогал Саре. Не трудно это. И вам запросто покажу. Куда сложнее приловчиться брамина доить. Не каждый сумеет, и абы кого брамин к себе не подпустит, стало быть, еще и не каждому дано.

Ионн поневоле вспомнила познавательный курс благодетеля. Конечно же, какая корова? Брамин. Мутант. Она уже видела несколько трупов этих единственных на сегодняшний день животных, которых люди могли бы с большим допущением назвать домашними, точнее сказать – способными к одомашниванию.

Издали видела груженого брамина торговки Карлы. Близко не подходила. Остерегалась. Снова вспомнила напутственные заветы Призрака.

Карла – странная престарелая женщина из Банкер-Хилла. Странная даже для тех, кто знает ее долгие годы. Про таких говорят – мутная.

Когда-то Призрак рассказывал об основании торгового поста в глубине правобережного Бостона, со временем ставшего настоящей крепостью. У них были свои законы. Своя охрана. Свои гостиницы и склады. Свои загоны для содержания грузовых браминов. Все свое. И каждый торговец имел отдельный маршрут, заранее оговоренный с остальной братией. Каждый имел определенный ассортимент и ценовой прейскурант. Каждый честно и без утайки делился с коллегами информацией о происшествиях, об опасностях и вообще обо всем, что встречалось ему на пути. Единственный пункт, каким официальный торговец из Банкер-Хилла никогда не делился ни с кем, заключался в источниках и происхождении его товаров.

А еще каждый караванщик платил налог за защиту и покровительство «Независимой Гильдии Наемников». Впрочем, называть охранников караванов заурядными наемниками было бы несправедливо. Эти ребята, суровые на вид, нелюдимые и малоприятные для многих, на деле безупречно выполняли свой долг. Защищали торговцев ценой собственных жизней и невероятно гордились, когда объявляли свою работу честным заработком.

Призрак рассказывал о правилах Пустоши в ранний послевоенный период. Торговые караваны в ту пору считались неприкосновенными, ибо не только снабжали выживших необходимым имуществом, но и несли на себе функции почтовой связи.

Позднее, когда Содружество захлестнули кровожадные банды из Ядер-Мира, даже они старались не трогать торговых людей. Но еще позднее, после развала «Адептов», «Операторов» и «Стаи», когда каждый новоявленный босс стремился превзойти остальных, все изменилось.

Никто не вспомнит, кто именно стал первым брезговать общими правилами, ныне уже не имеет значения, суть в том, что на караваны начались нападения, по этой причине понадобилась независимая охрана. Охрана, которая не подчинялась бы уставам ни одной существующей фракции, только Торговая Гильдия имела бы право ими распоряжаться. И ее создали.

Сейчас, в современном Содружестве, нападения на караваны не прекратились. Их совершали и совершают отъявленные отбросы. Наркоманы и озверевшие недоумки вроде той же Зенитки. Но организованные рейдеры, к примеру «Стрелки», «Братство Стали» или «Ржавые Дьяволы», на торговцев не нападали. Не нападали, потому что были умнее…

– А ведь это не просто брамин! – как-то даже с долей неприкрытого огорчения произнес Томас, вернувшись к тележке. – Это торговец. И брамина у него два. Я его знаю. Кажется, это Джейк. Единственный торгаш из Банкер-Хилла, кому Гильдия прощает вольности.

– Какие вольности? – нехотя поинтересовался Струдж.

– Как вам сказать. Понимаете, он не от мира сего. Сам себе на уме. Иногда бывает замкнутым, слова из него не вытянешь, а бывает, что не заткнешь. По настроению. Непредсказуемый, короче. Торгаши живут своими законами, и Джейк в основном им подчиняется, платит налог, делится информацией, все такое, но не признает монополии. Не признает над собой ничьей власти. Он никогда не придерживается конкретных маршрутов. Идет туда, куда сам решил. И охрану свою никогда не меняет. С ним всегда: Мартин, Иван и Одноглазая Джо, – Томас откупорил пластиковую бутылку с водой. Отпил пару глотков и протянул Цзюню. – Я знаю Джейка больше четырех лет. Мне он всегда нравился. Пару раз помогал. Давал сигареты в долг, еще кое-что. В общем, пусть он и выглядит странным немного, но в целом очень веселый доброжелательный парень. То есть мужик. Не скажу, сколько ему на данный момент лет, но ведет он себя лет на тридцать от силы. А еще ходили слухи, будто Джейк как-то связан с Призраком. Во всяком случае, старшины торговцев и лидеры рейдеров его не трогают. Может, даже побаиваются.

– Кто тут кого побаивается? – донесся сиплый голос из темноты.

Ионн открыла глаза. Четко разглядела метрах в сорока от спонтанного привала не слишком броскую фигуру торговца. Увидела и охранников, спокойным, уверенным шагом сопровождающих двухголовых браминов.

– Джейк, это ты? – вместо ответа, спросил Томас.

– Том? – раздался тот же сиплый, словно простуженный, голос. – Рад тебя слышать, дружище. Я проходил через ваши места. Видел пепелище твоей хижины. Если уж честно, я тебя мысленно похоронил. Значит, долго жить будешь. Есть такое поверье в народе.

Владелец каравана приблизился настолько, что в остаточном сумраке поздней ночи Ионн хорошо различала его выразительные черты. Он был повыше среднего роста, крепкий, но не сказать, что особо силач. Стройный мужчина с открытым лицом, внешне вполне дружелюбным. Короткая стрижка и без залысин. Цвет волос сложно определить, кажется, русый.

Иван и Мартин – полная противоположность хозяину. Два этаких здоровяка с мускулатурой тяжелоатлетов, будто всю жизнь таскали на плечах шпалы или нечто похожее.

Одноглазая Джо оказалась действительно одноглазой. Через левую сторону смуглого лица сорокалетней женщины протянулся глубокий шрам. Повязка-монокль прикрывала пустую глазницу. В целом же она выглядела весьма впечатляюще. Не уродливо, нет. С подтянутым крепким телом.

Торговец остановился. Приветливо протянул руку Томасу.

– Кто с тобой так неласково обошелся, приятель? – участливо спросил он. – Не только с тобой. Я видел сожженное жилище О’Нила. Жаль сообщать скорбные вести, но кто-то же должен. Я это к чему? Понимаешь, Робина, Джесси и их сыновей застрелили. Бросили рядом с пожарищем почти в неглиже. И другого соседа, Сани с семьей, их тоже за что-то казнили. За что? Кому они помешали? Они были безобидными фермерами. Старались землю возделывать, никуда не совались, не ходили по свалкам и всяким «злачным» местам, где еще попадаются приличные вещи. То есть брать у них было нечего. Ну, если продукты какие?

Новости о трагической участи добрых соседей не просто опечалили Томаса. Его лицо судорожно исказилось в нервном тике. Губы тряслись от нахлынувшей ярости.

– Зенитка. Тварь смрадная!

– Зенитка? – недоверчиво переспросил караванщик Джейк и обернулся к молчаливым приятелям. – Слышали, гаврики? Совсем с катушек слетела тетенька. С чего бы ей нарушать наркотическое затворничество? За истекшие два месяца третий вояж. На подвиги потянуло? Она же почти никогда не выбиралась из своего бункера.

– Раньше, может, и не вылезала, – злобно процедил Том. – А тут вылезла… В последний раз. Слава Богу, больше уже никуда не вылезет.

Эмоциональное замечание Томаса неизбежно приковало к нему внимание собеседника.

– То есть? Что значит: «никуда не вылезет»?

– А то и значит. Там, где пребывает ноне Зенитка, разумеется, вместе со всеми своими подонками, выходов в этот мир нет. Аква-девочка разнесла к чертям ее логово. Преподала достойный наглядный урок. Вдохни глубже, Джейк. Чувствуешь, даже воздух стал чище!

После поразительного сообщения Томаса ближе к торговцу подошла Одноглазая Джо.

– Аква-девочка, ты сказал? Та, что раздолбала банду Хряща и пришила Джареда? Значит, это не случайность и не вспышка адресного гнева. Все же она охотится. Новоявленная «баунти хантер».

Джо одарила хозяина выразительным взглядом здорового глаза, затем обернулась опять к Томасу.

– И откуда у тебя сведения?

– А откуда, по-вашему, мы тащим это добро? – неожиданно вмешался Струдж. – Оттуда и сведения. Бункер пуст и безопасен. Если, конечно, его не облюбует какая-нибудь новая банда… Кстати, вы нам не поможете? Выдохлись мы основательно. Пара ваших браминов нас бы спасла. Вижу, большой клади у вас нет. Мы заплатим. У нас есть около сотни крышек. И тащить не так далеко. Всего лишь до Сэнкчуари...

Стурджес умолк под пронзающим взглядом торговца. Казалось, Джейк что-то обдумывал, прорабатывал в голове. Пару раз взглянул на товарищей, словно бы мысленно совещался.

– Значит, говоришь, Зенитка и ее банда мертвы. Что же, ты прав, Том. Скорбеть по ней точно не станет никто, а некоторые очень обрадуются… Кстати, Томас! Может, представишь новых друзей?

Беспокойный взгляд Томаса автоматически сместился к Ионн, и мужчине мгновенно вспомнились ее четкие недвусмысленные указания: никогда не козырять именем Аквы. Никогда не давать информации посторонним.

Вместе с остывшим рассудком вернулась способность к здравому рассуждению. Сам Том, плюс еще и словоохотливый Стурджес, уже ляпнули лишнего. Что теперь делать? Как быть? Слово – не воробей.

– Ох и языки же у вас!!! – раздраженно воскликнула Аква. – Отрезать, что ли? Все разболтали, умники хреновы, спели дуэтом. Тьфу! Как базарные бабы на посиделках. Вот и доверься вам.

Осознав справедливость хозяйского гнева, Стурджес и Том виновато сжались в сторонке.

Ионн поднялась. Поправила рабочее облачение. С достоинством взглянула в глаза Джейка, но ничего не успела сказать, ибо произошло нечто непредвиденное.

– Стойте так, как стоите! Руки у всех на виду. Предупреждаю: вас держат на мушке. Кто дернется – получит пулю.

Внезапное объявление незваных гостей встревожило, но не напугало торговцев, чего точно нельзя сказать о поселенцах.

– И кто это говорит? – смело спросил Джейк.

– «Стрелки», – без колебаний ответил все тот же голос.

Из темноты приблизилась рослая девушка, наверное, годков двадцати пяти на вид, и выглядела она весьма представительной, будучи одетой в застиранный повседневный мундир младшего офицерского состава довоенной американской армии со сноской, конечно же, на условное восприятие ярких терминов.

– Ты кто? – строго спросила она караванщика.

Джейк вышел вперед и заговорил с откровенной улыбкой, мало уместной в сложившейся ситуации.

– Сразу видно, капрал, ты недавно примкнула к «Стрелкам», иначе бы ты обо мне знала. Я – Джейк. Торговец из Банкер-Хилла.

– А! – утвердительно кивнула капрал. – Да, слышала о тебе. А кто они?

И вот тут Джейк удивил не только компанию поселенцев. Его ответ отразился недоумением даже на лицах охранников.

– Это новые фермеры. Мой товар, так сказать. Веду их издалека. Они не из наших краев. Призрак просил проводить их в такое местечко, где они смогли бы осесть. Зачем ему это понадобилось, спросишь сама при личной встрече. Я как-то не рискую совать нос в его дела. Указания получил, оплату тоже, мне и достаточно. Зато жив и здоров, как видишь.

Имя легенды Пустоши несомненно произвело должное впечатление на «Стрелка». Однако она недоверчиво покосилась на перегруженную тележку. В сомнениях сложила трубочкой губы.

– Это все вы тянете издалека? Я вот думаю, это имущество вытащили из бункера спутниковой связи поблизости отсюда. Мы там только что были.

– А тебе никто и не говорил, что тележку тащили тоже издалека.

– А «овцу» никто и не спрашивал, – жестко ответила капрал.

При всем она даже не глянула в сторону Одноглазой Джо, которая стояла, как и до появления «Стрелков», в обществе поселенцев, только теперь держала в руке пластиковую бутылку с чистой водой, любезно протянутую ей Цзюнем.

– Ты что-то сказала, убогая!? – вскипела она.

– Спокойно, Джоанна!

Повелительный тон торговца заставил наемницу замолчать. Она подчинилась беспрекословно, но единственный здоровый глаз женщины метал настоящие молнии в младшего командира «ЧВК» местного формата.

– Я говорил, – вдумчиво начал Джейк. – Ты, капрал, в стане «Стрелков» недавно, сразу заметно. Еще я сказал, что эти люди – переселенцы. Они не знают здешних обычаев. Не знают, что в наших краях «овцами» называют тех, кого можно «постричь», то есть фермеров и поселенцев. Зато Джоанне об этом отлично известно, как известны и порядки «Стрелков». Джо состоит в «Гильдии Вольных Наемников». Эта гильдия не входит в число враждебных «Стрелкам». Значит, Джоанна запросто может прийти на любой ваш блокпост, связаться с командованием и потребовать сатисфакции за нанесенное личное оскорбление. Насколько я знаю, ваши старшие офицеры подобные поединки не воспринимают вызовом для всех вас. Они называют их «честными». А теперь сама посуди: каковы твои шансы в схватке один на один с той, у кого две сотни побед на арене «Боевой Зоны»? Соображаешь? Джоанна на протяжении семи лет не знала равных в рукопашных боях. И что она с тобой сделает?

Подробный расклад отрезвил задетого за живое капрала. Конечно, она поняла, какую досадную ошибку по случайности допустила. Осознала и то, чем для нее могла обернуться эта ошибка.

– Я, вообще-то, говорила не ей, – подняла голову девушка. – Мне показалось, кто-то из настоящих «овец» влез в разговор… Что ж. Не подумай, что я испугалась. Чисто по справедливости – извини.

При таких обстоятельствах Джо ничего не оставалось, как принять извинения. А капрал снова заговорила со «стадом овец».

– Слушать сюда. Раз уж вы под прикрытием каравана, мы вас не тронем. Идите, куда вы там собирались, но оружие и боеприпасы, у кого есть, сдать нам. Не все, разумеется. «Тридцать восьмой», так и быть, и гладкостволы оставьте себе. Дробовики тоже. Кроме помповых. Все нарезное, патроны «308» и «50», «5,56», «44» и «45» сдать.

– А, может, ты тоже просто пойдешь, куда ты там собиралась?

Огорошенная внезапным вмешательством, капрал медленно повернула голову. В метре стояла фигуристая, довольно высокая девушка. На голове густой ежик коротких волос. Нижняя часть лица прикрыта пылевой маской.

– Или, что? – с ухмылкой спросила капрал.

– Или придется тебе помочь.

Уверенность в волевом голосе какой-то «овцы» заставила капрала насторожиться. Она мельком взглянула на вытянутые лица охранников торгаша и поняла без подсказок: к происходящему никто из них непричастен.

– И как же ты это сделаешь? – вновь усмехнулась капрал.

Вот что она услышала!

– Сначала прикроюсь тобой от тех четверых, кто сидят позади тебя с двух сторон вдоль этой дороги. У них нет приборов «найт вижен», поэтому стрелять они смогут только по вспышкам, а если будут знать, что передо мной стоишь ты, то стрелять не станут вообще.

От таких откровенно-наглых слов незнакомки не только у капрала «Стрелков», у охранников каравана тоже повылазили на лоб глаза.

– Первым делом я шлепну ту парочку, – без запинки продолжала Ионн. – Что в данный момент целятся в меня из канавы в пяти метрах правее.

Для убедительности в руке Ионн Харт волшебно возник обрез охотничьего дробовика и звучно щелкнул предохранитель.

– Потом перережу глотку тебе, пользуясь замешательством, а напоследок прикончу всех остальных. Такой план, как считаешь, приемлемый к исполнению?

В светлеющем мраке назревавшей зари сложно заметить, побледнела капрал или нет. Рот ее произвольно открылся, но ни ползвука не вырвалось из этого рта даже тогда, когда воительница «Стрелков» почувствовала холодную сталь ножа, прислоненного к горлу.

– Ты не посмеешь, – в итоге прошептала она. – Когда командование узнает о нашей гибели, тебя и всех этих полудохлых «овец» не просто убьют. Ты будешь подыхать медленно…

– Может, поспорим? – перебила Ионн. – К тому же никто не узнает. Вас, всех семерых, я точно убью. Доносить будет некому. Джейк тоже не станет рассказывать о случившемся. Зачем ему отдуваться? Зачем объяснять вашим «старшим» элементарные истины? Зачем изобретать достойный ответ на закономерный вопрос: почему он вам не помог? Зачем портить с вашей фракцией отношения? Джейк – предприниматель. Коммерсант. Ему выгоднее промолчать, а в нашем лице получить новую точку стабильного заработка. Ты так не думаешь?

Что-то прояснилось в разболевшейся голове командира «Стрелков». Чувство искусственно подогреваемого психологического воздействия, связанного с «безупречной преданностью братству», с непоколебимой верой в высшие цели и в то, что любая обида, нанесенная «Стрелкам», обязательно будет отмщена, наконец стало ослабевать. Появилась растущая брешь, сквозь которую в сознание девушки начинал пробиваться здравый смысл.

– А ты уверена в своих выводах? Вдруг нас больше семи?

– Все брыкаешься? – рассмеялась Ионн. – Скажи своим бойцам, чтобы вылезли из укрытий и подошли к нам. Вас всего семеро, я это знаю, вижу. Да-да, без всяких приборов. Если и есть с вами кто-то еще, то он не здесь. Явно подальше. И не вздумай меня огорчить. Не делайте глупостей. Я не желаю вам смерти. Мне рассказывали о «Стрелках» не как о тупых наркоманах Зенитки. Кстати, что вы там делали?

Ионн убрала боевой нож. Сняла палец с курка и поставила обрез на предохранитель, потом шагнула к тележке, наклонилась и что-то прошептала притихшим спутникам.

Ее собеседница наконец расслабилась, позволила себе выдохнуть. Вытерла пот и громко позвала подчиненных.

– Кто она? – спросила капрал у предводителя каравана.

Караванщик стоял с невозмутимым выражением на лице, словно происходящее в двух шагах от него его самого не касалось.

– Она? А ты не догадываешься? – лицо торговца расплылось в красивой улыбке. – Тебе повезло, капрал. Ты только что лично познакомилась с новой легендой Пустоши.

Широко раскрытые глаза девушки вспыхнули.

- Аква? Аква-девочка? Это она? Твою мать! Вот бы я вляпалась.

– Это точно! – рассмеялся торгаш. – Ты ответь: что вы забыли в «покоях Зенитки»? Не знал о ваших дружеских узах.

Капрал встрепенулась. Казалось, все еще отходила от пережитого потрясения.

– А? Да какая там дружба? С кем? С кучей разлагающихся заживо наркоманов?

– Как же тогда знаменитых «Стрелков» занесло к подобным отбросам?

Джейк и капрал расступились. Ионн подошла ближе, не снимая маску с лица. По нервному напряжению, снова возникшему в собеседнице, она интуитивно почувствовала, поняла: причина связана вовсе не с личными отношениями.

– Мы на задании, – заговорила капрал. – На каком, не спрашивайте, я не скажу. Проходили вдоль железной дороги на север. На станции нарвались на целую орду диких гулей, еле отбились. Боекомплект на исходе, хоть бы немного пополнить. Идти до цели еще порядочно, все может случиться. И рация у нас пострадала. Должны были выйти на связь. Не смогли. До ближайшего блокпоста далеко. Вот Клайд и вспомнил о спутниковой антенне. Уж тут-то должны были оказаться запчасти. Сделали крюк. А когда пришли, очумели. Пусто! И тут вы. Мы вас увидели на подъеме. Дальномер старый, слабенький. Ночью больше мили не покрывает. Ушли бы подальше – все. Мы бы не встретились. Пришлось бы ковылять к блокпосту.

– С этого и нужно было начать, – спокойно ответила Аква. – Не тыкать стволами. Не угрожать. Не пытаться отнять. Взять и вежливо попросить… Струдж, Том, парни, взгляните, что там у них с рацией. Если возможно исправить – исправьте. Другие пока отдохнут. Кодсворт подсветит.

Отдав краткие распоряжения, Аква подошла к одному из нескольких деревянных коробов, ровной стопкой стоявших в голове, так сказать, кузова, возле самого крепления дышла тележки.

– Вот, – заговорила она и протянула вперед руку с полной горстью патронов. – Калибра «5,56» достаточно, так что берите с запасом. Остатки боекомплекта уничтоженной пулеметной турели. «308» и «50» у нас нет, не поможем. Есть три пачки «45». Есть полная лента 5 мм для минигана, но у вас, насколько я вижу, минигана нет. Можем подкинуть пачек шесть десятимиллиметровых. Штук тридцать патронов для дробовика. Сойдет?

Вставшие рядом «Стрелки» разбирали патроны без спешки, без суеты. Действовали организованно, четко, так, что Ионн опять подсознательно вспомнила Призрака. ОН ее строго предупреждал: «Стрелки» – самые сильные рейдеры Пустоши. Самые опасные, подготовленные и дисциплинированные.

– Даже не знаю, что и сказать, – вдохновенно произнесла капрал.

– Попробуй начать с простого «спасибо», – улыбнулась Ионн.

– Спасибо, – мгновенно подхватила «Стрелок». – Добра мы не забываем. Я доложу о вашей лояльности командиру.

Капрал прервалась. Подозрительно уставилась на сосредоточенное лицо Аква-девочки.

– Что-то не так?

– Нет, не доложишь, – опровергла естественный порыв Ионн Харт.

– Почему? – искренне удивилась капрал.

– Как твое имя? Это секрет?

– Ив. Ивона Рейли, – растерянно заморгала девушка.

– Еще одна Ив?! – как-то задумчиво протянула Ионн. – Скажи, Ивона: ты действительно хочешь нам только добра?

Рейдерша окончательно растерялась. В раздумьях пожала покатыми плечами.

– Если «да», – продолжала Ионн. – То докладывать ты никому не станешь. Кто знает, что взбредет в голову вашим начальникам, согласись. Вам нужна была помощь. Вы ее получили. А в остальном мы сами о себе позаботимся. Так будет спокойнее всем.

В стороне захрипели динамики, а следом послышался отчетливый плавающий звук настройки частотной волны.

– Заработала, – спохватилась капрал Рейли. – Как вам удалось?

Ответ прозвучал устами радиста. «Стрелок» подошел к командиру и коротко доложил:

– Ивона, ничего сложного. Были бы у меня детали, сами бы справились. Поломка плевая. От удара клешни чертова гуля вышел из строя регулятор настройки. Сейчас его заменили. Все в порядке. Связь с базой есть.

Капрал кивнула радисту и обратилась к Ионн.

– Нам пора выдвигаться. Много времени потеряли из-за внезапных проблем. Нужно наверстывать. Что ж, спасибо за помощь. Надеюсь, когда-нибудь еще встретимся. Я бы не возражала.

Она по-военному четко зашагала по центру дороги. Двигалась на восток. Затем повернула в сторону разбитого перекрестка. Подчиненные самостоятельно пристроились по бокам. Спустя пару минут, размытые силуэты «Стрелков» окончательно растворились в предрассветной темени.

– Лучше бы не надо, – невпопад заключила Ионн.

– Не надо, что? – спросил ее Джейк. Встал рядом с Ионн и тщетно всматривался вдаль.

– Не надо встречаться, – спохватилась девушка. – Не жду я ничего особо хорошего от таких встреч. Еще и имя, будто специально подобранное. С одной «Ив» я уже познакомилась. Пожалела. Не убила лишь потому, что она в меня не стреляла. Отпустила. А вчера, то есть уже позавчера, в подвале Зенитки нашла ее, представляешь, прикованной к раме солдатской кровати, замученную насмерть.

Джейк словно не слушал или просто не стал заострять внимание на неприятных моментах.

– Ты действительно видишь в ночи? Как далеко?

Ионн подозрительно покосилась на собеседника.

– Тебе зачем? Пытаешься выяснить слабости? Знай то, что знаешь, этого уже многовато, заметь.

Было похоже, будто торговец обиделся. Что творилось у него в голове, трудно сказать.

– Я спросил из чистого любопытства, – пояснил он. – Хотел бы вам навредить, не стал бы врать рейдерам.

Дешевый трюк. Ионн не поддалась на очевидную уловку, зато здорово усомнилась в правильности оценки торговца, данной ему Томасом. Не верится, чтобы Джейк был реально блаженным.

– И стал бы причиной их смерти. Ладно. Проехали. Вообще-то, спасибо. Не знаю, зачем тебе это нужно, но ты нам помог.

Торговец оттаял. Сменил «гнев на милость».

– Как: «зачем»? Ты же сама говорила – я коммерсант.

– Пургу не гони! – обрезала Аква. – С тележкой поможешь? Ста крышек мало? Дам тебе наводку на экзоскелет силовой брони. Интересно?

Даже в рассветной мгле глаза Джейка ярко вспыхнули.

– Почему сама не взяла?

– Потому что я – Аква! Мне броня не нужна. Сначала попробуй меня увидеть, а потом попробуй попасть. Одену броню – пробовать не придется, хлоп – и в дамки.

Джейк помолчал. Сосредоточенно обдумывал слова собеседницы. Вдруг рассмеялся, да так весело, заразительно.

– Ладно. Запрягайте вашу тележку. Поможем вам. Почему ж не помочь хорошим людям.

– Ага! Меценат, спору нет. За такую-то плату, чего ж не помочь!

Джейк снова смеялся. Придирчиво осмотрел, пощупал, подергал для убедительности ременные крепления упряжки. Махнул рукой, и подобие грузового обоза тронулось в долгожданный путь.

Теперь людям приходилось лишь придерживать тележку на спусках и подталкивать ее на подъем. Если бы не брамины, кто знает, когда бы и чем закончилось финальное путешествие.

– Ты давно с ним знаком?

– С кем? – словно не понял, изумился торговец.

– С тем, чьим именем прикрывал нас от любопытства рейдеров.

– А! С Призраком? Да. Давно. А ты?

Ионн улыбнулась. Мысленно восхитилась. Вот же хитрющий гусь. Нет! Он, в самом деле, себе на уме.

– Кто тебе сказал, что я с ним знакома?

На сей раз Джейк вспылил. Вспылил по-настоящему.

– Ясно. Держишь меня за дурака? Или тебе тоже нужно разжевывать по слогам, как той рейдерше? Я же сказал, точнее, ответил: да, я знаком с Призраком. И давно. Так неужели же мне неизвестно, сколько было желающих застолбить это место – Сэнкчуари? И где они? А ты тут. И живая. Все, не хочу с тобой разговаривать. Иди в жопу.

От того, насколько смешно, чисто по-детски, он это сказал, Ионн не сдержалась. Расхохоталась, что было сил.

– Надо же! Ты поплачь. Может быть, полегчает.

Она брезгливо сморщилась. Вдруг ухватила его за грудки и с силой тряхнула. Да так, что даже охранники переполошились.

– Или тебе полегчает, если я буду врать? Скажу – да, знаешь, Призрак мой лучший друг. Или еще лучше – брат! Во! А почему нет? Так будет хорошо?

Она продолжала смотреть в глаза притихшему Джейку. Без злобы. Без ненависти. Смотрела с укором, будто сетовала на непонятливость собеседника.

– Я видела Призрака всего раз, когда приходил сюда, в Сэнкчуари. Да, мы разговаривали. И все, больше я его тут не видела. Знаю, что занимается своими делами, я не лезу в них, у самой хватает забот. Не убедился?

Джейк освободился от цепких рук девушки. Впрочем, она и не собиралась препятствовать. Из-под сдвинутых к носу бровей пронзительно сверкали глаза.

– Хм. Призрак мне говорил, что ты резкая. Быстрая. И скользкая, как вода, – он вновь усмехнулся. – «Аква», да? Хм. Он сравнивал тебя с собой. А ты его видела в деле?

Пару секунд она колебалась. Рассказывать Джейку о тренировках не собиралась, пусть он и друг Призрака. И что? Сегодня друг, а завтра?

– Да, видела. Один раз, – кивнула Ионн. – Тогда, когда ОН приходил в Сэнкчуари и дал в морду Престону Гарви. Это случилось у меня на глазах, и случилось действительно очень быстро. Мне до такого пока далеко.

Несколько минут они двигались молча. Думали каждый о чем-то своем, пока рассвет не озарил кромку безоблачного неба, а вдали не проявились еще нечеткие очертания «Красной Ракеты». Две третьих пути позади.

– А ты знаешь, почему он никого не пускал в Сэнкчуари?

Джейк повернул голову. Ответил вдумчиво, не спеша:

– Из-за памятника. Это памятник генералу Касперу. Ему и его людям. Первым и последним настоящим минитменам Содружества. Здесь, в Сэнкчуари-Хиллз, был провозглашен знаменитый Манифест Минитменов. Для Призрака это место действительно – Святилище. И не по названию. Он никогда не позволит его осквернить. Никогда не допустит сюда рейдеров и мародеров.

Ионн выслушала подробный ответ с нескрываемым интересом. В процессе пересказа добавила к имевшимся сведениям новые, а заодно захотела уточнить то, о чем уже знала.

– Призрак был минитменом?

– Нет, – уверенно опроверг Джейк. – Бери выше. Он был их скаутом, то есть разведчиком Пустоши. Волк-одиночка. Всегда в бою, всегда в движении. Как и сейчас.

Вот теперь все встало на свои места окончательно. ОН не только знал первенцев минитменов. ОН сам стоял рядом с ними в одном строю. Был их глазами, ушами и, бог знает, чем еще. Отсюда вся его исключительная осведомленность. Навыки и умения, отточенные до автоматизма. Знания. Богатейшие. Разносторонние. Бесценные практически в буквальном смысле.

Вот и ответ на вопрос, заданный Ионн Харт самой себе множество раз. Почему ОН позволил жить тут именно ей? Почему сам ушел? Почему отдал ей обустроенное жилье?

Пока она лежала, прикованная к больничной постели, ОН спускался в убежище. Прочитал о ней все. Наверняка посетил развалины ее дома. ОН был уверен – Ионн никогда не станет осквернять места, связанные с самыми счастливыми днями собственной жизни. И Сэнкчуари – это же ее настоящий дом…

– Тут недалеко, – прервал затянувшееся молчание Джейк. – Если идти от «Красной Ракеты» не по дороге на Конкорд, а напрямки через поле, милях в пяти к юго-западу живут фермеры. Найти очень легко, придерживаясь ориентира – высокой довоенной мачты ЛЭП. Не ошибешься. Мачта, обшитая всяческой рухлядью, и есть сама ферма. Семья Эбернети. Блейк, Конни и их младшая дочь, Люси. Хорошие люди. Работяги. Вкалывают от зари до зари. Правда, сейчас у них траур. Пару месяцев назад погибла их старшая дочь – Мэри.

Задумчивый взгляд Ионн Харт автоматически устремился в указанном направлении. Запряженный браминами обоз как раз проходил мимо заправочной станции.

– К чему ты это сказал? – поинтересовалась Ионн.

Плечи торговца приподнялись и опустились.

– Так. Подумал, тебе будет интересно. Соседи все-таки. Они массово производят тошку, арбузы и бритвозлак, но у них не получается с морковью, свеклой, кукурузой и тыквой. Земля – суглинок. А у вас, Призрак рассказывал, чернозем. Могли бы запросто с ними обмениваться. А еще у них есть домашний брамин. Молоко, сыр. Сама понимаешь.

Да. Теперь Аква его до конца поняла. Налаживание не только коммерческих, вместе с тем и обычных, добрососедских связей с фермерами и поселенцами неотъемлемо входило в попутные планы Ионн. Но лишь в попутные. Как только будет в меру обустроена и надежно укреплена «домашняя», так сказать, база, Ионн плотно займется главной задачей, а для этого нужно собрать достоверные сведения об убийце Майкла. Попытаться отыскать следы Шона. Не будет возможности отвлекаться на вторичные обстоятельства, потому и нужна прочная тыловая основа. И время. Много времени.

– Ты не хочешь спросить, кто убил старшую девочку Эбернети?

Вновь Ионн вынужденно оторвалась от рассуждений. Остановилась и уставилась в глаза Джеку.

– Ну? Спросила.

– А сама не догадываешься? Неспроста же я с тобой об этом заговорил. Не с кем-то, а именно с тобой.

Искрометная мысль пронзила мозг Ионн Харт.

– Зенитка?

Торговец в согласии закивал головой. Сейчас, при дневном свете, его лицо стало другим. Волевым. Мужественным. Точно не лицом человека, обделенного умом или способностями к рассуждению. И обнаружился старый, почти незаметный, зарубцевавшийся шрам на виске, ближе к левому уху. Еще глаза! Его глаза казались девушке очень знакомыми, вот голос иной, впрочем, он же простуженный…

– Зенитка сама или кто-то из ее головорезов, я точно не знаю. Не имеет принципиального значения, согласись, – Джейк слегка усмехнулся. – Блейк и особенно Конни, (да и Люси, конечно), будут счастливы принять у себя ту, кто отомстила убийцам их дочери. Делай выводы.

Ионн подсознательно сунула руку в накладной карман на груди. Нащупала золотой медальон. Вынула его и открыла помятую крышечку.

– Я сорвала эту вещицу с шеи одного из бойцов Зенитки. Он постоянно жаловался друзьям на своих жертв. На то, что обреченные на смерть, беззащитные люди всегда просили пощады… Ну, в общем, он тоже меня попросил, а я тоже пожаловалась. Не понял. И черт с ним… Там внутри фотография. Глянь. Может, это их дочь?

Джейк остановился. Осторожно принял из руки девушки протянутый медальон. Как раз в этот момент подошли Иван и Джоанна.

– Это же Мэри! – ткнул пальцем Иван. – Дочка Блейка Эбернети. Только совсем зеленая.

– Да, – охотно подтвердил Джейк. – Это медальон дочери Блейка и Конни. Значит, ты лично прикончила убийцу девчонки. Если вернешь медальон, тебя на их ферме будут встречать с распростертыми объятиями всегда и в любом состоянии. Я уже говорил: они достойные люди.

Ионн с вызовом посмотрела торговцу в глаза. Улыбнулась так, словно жалела своего собеседника.

– Не нужны мне объятия или пышная слава. Мне вполне достаточно того, что «достойные», как ты сказал, люди обрели хоть какой-то покой, а злодей получил по заслугам. Мир стал лучше.

Соратники коммерсанта молчаливо переглянулись между собой. Вообще, они часто так делали, словно в самом деле обладали незримой способностью мысленного общения.

К случайной компании подошел Мартин. Ничего не спросил. Просто присоединился к товарищам. Складывалось впечатление, будто гиганта ничуть не интересовало происходящее. На деле обстояло не так. Задавать лишние вопросы Мартин не торопился, был абсолютно уверен: товарищи передадут ему суть всего важного, а не передадут – значит, ничего стоящего внимания в пропущенном разговоре и не было.

Одноглазая Джо неожиданно протянула правую руку.

– Джоанна. Можешь звать меня просто – Джо.

Ионн раскраснелась. Почему-то вдруг застеснялась. Руку пожала.

– Ионн, то есть «баунти хантер».

Сквозь громкий и дружный смех, звучавший со всех сторон, едва пробилась ответная реплика Джо:

– «Охотник за головами» – это профессия в жизни. Аква-девочка – образ и стиль. Ионн – имя. И звучит гораздо приятнее.

Упряжка браминов достигла пьедестального возвышения. Пришлось и людям ускорить шаг, чтобы не отставать. А навстречу хозяину и его новым друзьям с веселым, задорным лаем, на всех парах несся взъерошенный Пух.

Преданный пес встретил конвой на мосту через обмелевшую протоку, высоко подпрыгивал, ластился, в воздухе пытался непременно лизнуть Томаса в нос, радостно скулил и извивался, словно змея…