Щелчок затвора прозвучал в уютной тишине автономной базы сухим, хищным аккордом.

Двадцать Восьмой сидел на краю кожаного дивана, небрежно закинув ногу на ногу, и с явным удовольствием крутил в руках матово-черный пистолет-пулемет HK MP5 с интегрированным глушителем и коллиматорным прицелом. На столе из кабельных катушек стройными рядами лежали еще три таких же красавца, а рядом громоздились приборы ночного видения последнего поколения. Очередной визит в родную вселенную на заброшенный склад конфиската оказался крайне плодотворным.

Рокко, стоявший напротив, бережно, почти благоговейно поглаживал вороненый ствол немецкого оружия. Его собственный чудовищный дробовик теперь казался жалкой, ржавой трубой на фоне этой высокотехнологичной смертоносной симфонии.

— Матерь божья… — в который раз за утро выдохнул гигант-проходчик. — Легкий, как перышко. А баланс? Фокусник, я даже не буду спрашивать, из какой преисподней ты это вытащил. Но с такими игрушками мы раскатаем доки за полчаса.

— Эстетика убивать тихо и со вкусом, командир, — обворожительно улыбнулся авантюрист, откладывая оружие и откидываясь на спинку дивана. — Барон и его «Ледяные Псы» поднимут шум на периметре южного порта. Они привлекут внимание основной массы каннибалов. Наша же задача — скользнуть сквозь тени, найти главарей «Ржавых» и устроить им внеплановую лоботомию.

Искра, облаченная в свой привычный огнеупорный комбинезон, подошла ближе, игриво присев на подлокотник. Рыжая бестия провела изящным пальчиком по оптике ночного видения.

— А мне ты такую пушку не дашь, красавчик? — надула губки девушка.

— Твой огнемет, огненная моя, — это искусство массового поражения. А для этой операции нам нужна ювелирная точность. Так что сегодня ты прикрываешь отход и жжешь только по моей команде, — скиталец плавно провел рукой по ее талии, вызвав у огнеметчицы довольную усмешку.

Гермодверь базы со скрежетом отъехала в сторону, впуская Шипа. Следопыт выглядел еще более дерганым, чем обычно. Его цепкий взгляд затравленно пробежался по освещенному диодными лампами помещению, прежде чем остановиться на лидере.

— Что стряслось, Шип? — прищурился брюнет, мгновенно улавливая смену настроения в своем отряде. — На тебе лица нет. Барон решил нарушить договор и ударить в спину?

— Нет, с поверхностью всё тихо, — следопыт подошел к столу, нервно теребя рукоять одного из своих метательных ножей. — Дело здесь, в Гранд-Сентрал. Что-то мутное творится на нижних ярусах. Я ходил на разведку к водоочистным сооружениям, прокладывал безопасный маршрут до портовых катакомб…

— Ближе к делу, — поторопил его Гвоздь, недовольно жуя незажженную сигару.

— Люди пропадают, — выпалил Шип. — И я не про обычных бродяг, которые дохнут от лучевой болезни каждый день. Пропадают крепкие парни. На прошлой неделе исчез Гас, десятник стражи из службы Кроу. Вчера — двое техников с гидропонных ферм. А сегодня утром я не нашел своего осведомителя на минус третьем уровне. Его лачуга пуста, но вещи на месте.

Рокко нахмурился, скрестив могучие руки на груди:

— Кроу наверняка списывает это на дезертирство. Многие бегут к «Псам», не выдерживая налогов Мэра.

— Дезертиры забирают пайки и оружие! А там даже фляги с водой остались нетронутыми! — огрызнулся следопыт. — Но это не самое странное. Запах… Вы не замечали?

Юноша в белом плаще медленно поднялся с дивана. Его феноменальная память, обостренная постоянными прыжками сквозь пространство, мгновенно вытащила нужный фрагмент.

В последние дни, когда он проходил мимо вентиляционных решеток технического яруса, в нос действительно бил странный аромат. Это был не привычный букет из дизеля, пота и оружейной смазки. Это был густой, сладковато-тошнотворный запах, напоминающий смесь гнилых фруктов, сырого подвала и старой крови. Запах плесени, но какой-то извращенной, живой.

— Я думал, у Мэра снова прорвало канализацию, — задумчиво произнес Двадцать Восьмой. — Сладковатая гниль.

— Точно! — Шип активно закивал. — И чем ниже спускаешься к южным дренажным трубам, тем этот смрад гуще. На минус четвертом уровне стены скользкие от какой-то дряни. Там всё покрыто… плесенью. И она светится в темноте, Фокусник. Бледно-фиолетовым.

Скиталец прошелся по комнате. Инстинкты хищника били тревогу. Идеальный план кампании против «Ржавых» начинал трещать по швам из-за неучтенной переменной. Если в катакомбах завелась новая форма мутировавшей флоры, поглощающая людей, или, что еще хуже, организованная группа, использующая эту флору…

— Интересный расклад, — бархатный баритон разорвал повисшую тишину. Парень остановился у вентиляционного короба в углу их собственной базы.

Он присел на корточки и провел пальцем в черной кожаной перчатке по краю ржавой решетки. На коже остался едва заметный, светящийся фиолетовым налет.

— Твою мать… — выругался Гвоздь, передергивая затвор своего пулемета. — Эта дрянь уже здесь?

— Она распространяется по системе вентиляции. Как споры, — констатировал пришелец, растирая субстанцию между пальцами. — Кто-то или что-то активно разводит эту гадость. И судя по исчезновениям людей, этот «кто-то» обладает отличным аппетитом.

— Значит, отменяем рейд на порт? — с надеждой спросил Шип. — Спустимся в дренаж и выжжем там всё к чертовой матери! Искра устроит им крематорий!

— Ни в коем случае, — жестко оборвал его лидер. На губах брюнета заиграла холодная, расчетливая полуулыбка. — Договоренности с Бароном остаются в силе. Мы не можем показать слабину перед поверхностью. Мы идем в порт и вырезаем «Ржавых». Но правила игры меняются.

Фокусник подошел к спортивным сумкам, в которых всё еще хранились запасы из прошлой вселенной, и извлек оттуда несколько компактных, современных респираторов с угольными фильтрами высшего класса защиты.

— Надевать перед спуском в катакомбы. Не снимать ни при каких обстоятельствах. Если эта плесень выделяет галлюциногенные споры, я не хочу, чтобы вы начали палить друг в друга из-за мультиков в голове.

Он раздал фильтры команде, разглядывая лица своих бойцов. В них читалась безоговорочная преданность и готовность идти за ним хоть в саму преисподнюю.

— И еще кое-что, — голос авантюриста стал тихим, но от этого прозвучал еще более угрожающе. — «Ржавые» сидят на юге. Запах идет с юга. Если окажется, что эти портовые людоеды решили разнообразить свой рацион выращиванием светящихся грибочков на трупах наших людей… мы не просто убьем их главарей. Мы зальем их вонючие доки напалмом до самого скального грунта.

— Вот это по-нашему! — хищно оскалилась Искра, похлопывая по баллонам за спиной. — Люблю, когда планирование переходит в стадию массовых поджогов.

— Готовьте снаряжение, парни. Выходим через час, — приказал Двадцать Восьмой, накидывая на плечи свой безупречно белый кожаный плащ.

Оставив команду собираться, скиталец шагнул в коридор. В воздухе действительно висела эта сладковатая, навязчивая нота гнили. Невидимый враг пытался просочиться в его владения. Но тот, кто сидел в темноте и дергал за ниточки грибного культа, совершил фатальную ошибку. Он решил поиграть на чужой территории. А Фокусник терпеть не мог, когда кто-то пытался украсть его шоу.

Влажный, пропитанный запахом ржавчины и застоявшейся воды воздух портовых катакомб с хриплым шипением проходил сквозь угольные фильтры современных респираторов.

Отряд двигался по затопленным тоннелям южного коллектора бесшумными, смертоносными тенями. Впереди, рассекая мутную воду тяжелыми ботинками, шел Шип. За ним скользил Двадцать Восьмой, чей безупречно белый плащ в этом царстве грязи казался издевкой над самой природой постапокалипсиса. Гвоздь и Искра замыкали строй, держа сектора обстрела.

Где-то далеко наверху, на поверхности, глухо ухали взрывы и стрекотали крупнокалиберные пулеметы. План работал как часы: Барон и его «Ледяные Псы» устроили грандиозный штурм внешнего периметра доков, стянув на себя всю многотысячную орду рядовых «Ржавых».

А здесь, глубоко под землей, элитный отряд Фокусника шел отсекать змее голову.

— Патруль, — едва слышно щелкнул по рации следопыт, поднимая сжатый кулак.

В тридцати метрах впереди, у ржавого шлюза, переминались трое людоедов. Грязные, обмотанные цепями и кусками автомобильных покрышек, они лениво глодали какие-то подозрительные кости, не подозревая о надвигающейся смерти.

Авантюрист плавно поднял руку, останавливая Шипа, и активировал ПНВ. Зеленоватый мир предстал в мельчайших деталях.

— Моя очередь тестировать игрушки, — бархатный шепот скитальца по рации прозвучал с пугающим спокойствием.

Вдох. Концентрация.

Хлопок.

Брюнет материализовался прямо за спиной центрального каннибала. Немецкий пистолет-пулемет в его руках сухо кашлянул трижды. Интегрированный глушитель поглотил звук, превратив выстрелы в тихое стрекотание. Трое часовых рухнули в мутную воду прежде, чем успели выпустить из рук свои обглоданные кости. Свинец прошил их черепа с хирургической точностью.

Хлопок.

Юноша снова стоял рядом с командой, лениво опуская дымящийся ствол.

— Девять миллиметров аргументов. Работает безотказно, — усмехнулся лидер под маской респиратора.

— Выпендрежник, — беззлобно фыркнула Искра, перешагивая через всплывшие тела. — Оставь нам хоть кого-нибудь для разминки.

— Обещаю, огненная моя. Впереди целый банкетный зал.

Они миновали шлюз и вышли к огромному подземному доку, где в довоенные времена ремонтировали баржи. Теперь здесь располагалось логово вожаков. На островках из спрессованного мусора и ржавого металла горели костры. Около десятка самых матерых каннибалов — элита «Ржавых», увешанная трофейным оружием и человеческими черепами — делили награбленный хабар, пока их пешки умирали наверху.

В центре восседал Тесак — трехметровый мутант-переросток с гипертрофированными мышцами и лицом, скрытым за сварочной маской. Рядом с ним лежал чудовищных размеров пожарный топор, приваренный к стальной трубе.

— Так, команда, работаем по классике, — пришелец окинул взглядом диспозицию, его синие глаза за линзами ПНВ хищно сузились. — Гвоздь, Шип, выбиваете свет и снимаете стрелков на мостиках. Искра, блокируешь выходы короткой прожаркой. Я займусь главным блюдом.

Двадцать Восьмой не просто отдавал приказы. Он дирижировал симфонией смерти.

Гвоздь вскинул свой MP5. Тихое стрекотание — и карбидные лампы над доком разлетелись вдребезги. Пещера погрузилась в абсолютную, кромешную тьму, в которой ориентировались только четверо незваных гостей с зеленой оптикой на глазах.

Каннибалы взорвались паническими криками, паля вслепую.

— Потанцуем, — дьявольски улыбнулся Фокусник.

Пространство начало рваться на куски. Белый плащ мелькал в кромешной тьме короткими, ослепительными вспышками. Авантюрист больше не ограничивался простыми перемещениями — он превратил свой дар в искусство абсолютного доминирования.

Один из людоедов вскинул дробовик, целясь на звук шагов.

Хлопок.

Скиталец оказался прямо перед ним, изящно перехватил ствол оружия и, не останавливая движения, совершил еще один микро-прыжок. Дробовик исчез из рук бандита и материализовался в полуметре позади него, уже развернутый в обратную сторону. Выстрел — и каннибал рухнул с развороченной спиной.

Сверху на парня прыгнул дикарь с ржавым мачете.

Шип, прикрывавший лидера с фланга, метнул нож. Но траектория была неидеальной — лезвие летело чуть правее. Брюнет даже не обернулся. Легкое усилие воли, пространство перед летящим клинком искривилось, и нож, изменив угол прямо в воздухе, с хрустом вошел прыгающему дикарю точно в глазницу. Идеальная, сверхъестественная командная работа.

— Выкурить их! — истошно зарычал Тесак, размахивая своим гигантским топором в темноте.

— С доставкой на дом! — радостно отозвалась Искра.

Короткий залп из огнемета озарил док адским пламенем, отсекая троих бандитов от укрытия. Огонь не задел их, но заставил выбежать на открытое пространство, прямо под перекрестный, бесшумный огонь Гвоздя.

Главарь «Ржавых», поняв, что его элиту истребляют как слепых котят, в слепой ярости бросился в сторону огненной вспышки. Огромный мутант занес свой топор, готовый разрубить Искру пополам вместе с баллонами.

Девушка не успевала поднять ствол.

Хлопок.

Фокусник материализовался прямо на траектории удара. Но вместо того, чтобы уклоняться, он сделал то, чего не ожидал бы никто. Юноша выставил вперед левую руку навстречу летящему многокилограммовому лезвию и резко сжал пространство.

Оглушительный звон металла. Топор, не встретив сопротивления плоти, намертво врезался в невидимую, сверхплотную кинетическую стену, созданную из сжатого вакуума. Ударная волна отдачи была такой силы, что Тесак взвыл, выпустив оружие из вывихнутых кистей.

В следующее мгновение правая рука авантюриста с зажатым в ней пистолетом-пулеметом уперлась прямо в сварочную маску мутанта. Два выстрела пробили стекло, раздробив каннибалу колени. Гигант с воплем рухнул на влажный бетон.

Бой был окончен. В доке стояла тишина, нарушаемая лишь стонами раненого вожака и шипением догорающего напалма. Команда сработала безупречно, не получив ни единой царапины.

Двадцать Восьмой неспешно подошел к поверженному Тесаку, сорвал с него пробитую маску и стянул свой респиратор. В этом секторе пахло только кровью и паленым мясом. Плесени здесь не было.

— Ты… демон… — прохрипел людоед, выплевывая кровавую пену.

— Предпочитаю термин «эффективный менеджер», — холодно ответил скиталец, приседая перед мутантом на корточки. — У меня к тебе пара вопросов, гурман. И от твоих ответов зависит, умрешь ты быстро, или Искра устроит тебе медленное, вдумчивое барбекю.

Тесак затравленно скосил глаза на рыжеволосую девушку, которая многозначительно щелкнула запальником огнемета.

— Спрашивай…

— В последние недели с верхних ярусов пропадают люди. Крепкие, здоровые. И вместе с ними по вентиляции ползет фиолетовая, светящаяся плесень. Вы решили сменить рацион и занялись фермерством, Тесак?

Глаза вожака каннибалов, вопреки ожиданиям, расширились не от злобы, а от неподдельного, животного ужаса.

— Плесень?! — засипел гигант, судорожно дергаясь на полу. — Нет! Мы жрем мясо! Свежее, теплое мясо! Мы не трогаем эту гниль!

Фокусник нахмурился, переглянувшись с Рокко.

— Хочешь сказать, вы не имеете отношения к пропажам?

— Клянусь радиоактивным пеплом! — взвыл Тесак, и в его голосе не было ни капли лжи. — Это Бледные! Те, что ползают снизу! Из старых очистных! Старик с костяной палкой пришел с самого дна месяц назад! Он отравлен! Он и его паства… они жрут гниль и приносят жертвы Матушке-Земле! Мы сами боимся туда спускаться! Они сумасшедшие, они не чувствуют боли!

Брюнет медленно поднялся. Пазл сложился, и картина оказалась куда мрачнее, чем он предполагал. «Ржавые» были просто дикими животными. Понятным, примитивным злом. А вот тайный культ фанатиков, выращивающий мутировавший мицелий прямо под носом у Мэра Сайласа, — это уже настоящая раковая опухоль. И эта опухоль уже пустила метастазы в его станцию.

— Что с ним делать, командир? — хмуро спросил Гвоздь, беря вожака на прицел.

— Он свое отработал, — равнодушно бросил Двадцать Восьмой, отворачиваясь.

Короткая, сухая очередь из MP5 пулеметчика оборвала жизнь предводителя южных катакомб.

Авантюрист достал из кармана плаща влажную салфетку — еще один бесценный артефакт из своего мира — и изящно вытер испачканную перчатку.

— Значит так, парни, — голос лидера стал жестким и ледяным. — Охота на волков закончена. Но оказалось, что в нашем доме завелись термиты. И они заразны. Надевайте респираторы обратно. Мы возвращаемся в Гранд-Сентрал. И мне срочно нужна карта старых водоочистных резервуаров. Пора устроить крестовый поход и выполоть эти грибные грядки с корнем.