Вестерос. Королевская Гавань. 272 год от З.Э.

Когда стихли копыта враждебных рыцарей, неофиты споро принялись за разгрузку. Гвардейцы на всякий случай остались на страже, хмуро поглядывая в ту сторону, куда уехали враги. Трофеи сгружали прямо у выхода из кузницы — через некоторое время горка оружия значительно выросла, отбрасывая неровную тень на булыжники. Возле неё уже вовсю копошился мастер Вагго, поминутно брезгливо морщась и цокая языком. Он выуживал из груды стальные изделия, внимательно и придирчиво рассматривал, а затем раскладывал по разным кучам. Железо звякало, древки стучали.

Всего с разбойников было взято: полтора десятка потрёпанных кольчуг, пара дюжин дрянных шлемов, десяток длинных луков и столько же арбалетов, пяток длинных мечей, снятых со всадников. Множество кинжалов, стрел и болтов, после битвы их просто отламывали от древка и бросали в общий мешок. Основную ценность представляли полные латные доспехи лже-рыцаря.

Артур не стал жарко торговаться — большинство оружия было откровенным хламом, да и время поджимало. Выручив за всё чуть более полутора тысяч оленей, а затем доплатив ещё три золотых дракона за отобранные короткие мечи и кольчугу, он любезно распрощался с хозяином и покинул кузницу. С рыцарским доспехом он расстался легко — в будущих планах было наладить собственное, более технологичное производство качественной стали.

Артур отправил большую часть отряда с купленным оружием в таверну, а сам, привязав к поясу один из приобретенных клинков и натянув поверх рубахи кольчугу, отправился в сторону Речных ворот. Кольчуга приятно оттягивала плечи, она легла на тело как влитая, небольшой вес и пластичность почти не сковывали движение. С собой он взял сира Алрика, Кирка и Орвина, а также трофейных лошадей для продажи. Миновав ворота, они через некоторое время добрались до рыбного рынка. Солнце уже давно минуло зенит, но торговля только начинала разгораться. Повсюду стоял шум, слышались громкие крики. Где-то надрывался осёл, ему вторил женский визг.

Сотни торговых рядов растянулись по всей длине западной внешней стены. Несмотря на название, на Рыбном рынке можно было найти практически всё. Сюда стекались как иноземные богатые купцы, так и обычные крестьяне, торгующие зерном и овощами. На удивление воняло меньше, чем в городе, — более открытое пространство проветривалось гораздо лучше. Внезапно со стороны раздался крик:

— Пирожки! Горячие пирожки, с пылу, с жару! — кричал бойкий рыжеволосый малец, тащивший противень, прикреплённый к шее. От противня поднимался пар. Кирк посмотрел на Артура и жалобно округлил глаза.

— Когда будешь жидко срать и маяться животом, вспомни, что я тебя предупреждал, — Артур протянул оруженосцу несколько медных монет. Кирк ловко выхватил их у него из рук и тут же припустил в сторону мальчонки, крикнув напоследок:

— Да я железо переварю!

— Ну-ну, — хмыкнул Артур, примерно представляя уровень грязи, при котором осуществляется рыночная выпечка.

— Балуешь ты его, — сир Алрик нахмурился. Оруженосцам монеты не полагались, а молодой лорд явно выдал сверху положенного.

На что Артур пожал плечами и обратился к Орвину:

— Где тут продают лошадей?

— У дальнего конца стены, недалеко от скотобойни. — Орвин махнул на запад.

Дождавшись, пока Кирк вернётся с едой, они двинулись дальше. Оруженосец запихивал в себя пирожки прямо в седле, не отвлекаясь на разговоры. Крошки летели на гриву лошади. Несмотря на многолюдность, до места они добрались довольно быстро — горожане, опасаясь оказаться под копытами, привычно уступали дорогу грозным всадникам.

За трофейных лошадей Артур выручил ещё три с небольшим дракона, после чего решил прогуляться по торговым рядам. Его интересовали прежде всего заморские купцы и их товары, в частности сукно. Оставив Кирка охранять лошадей, он активно ходил по рядам, гладил шерстяные ткани и морщился. Пальцы скользили по грубой материи, губы кривились. Сопровождавшие его сир Алрик и Орвин с удивлением смотрели на молодого лорда, но тот продолжал что-то упорно искать. Наконец, через некоторое время, он вернулся к лошадям, подозвал Кирка и погладил его кафтан, после чего почесал подбородок, цыкнул языком и заявил:

— Удивительно, но такой шерсти, как у нас, тут попросту нет!

— Ничего удивительного, — буркнул Кирк, — у нас лучшие земли и овцы в мире. Это и лошади понятно…

Не успел Кирк договорить, как получил от молодого лорда щелбан по носу. Звучно щелкнуло.

— Ай! — вскрикнул оруженосец, потирая нос, но тут же в догонку прилетел подзатыльник от отца. Ладонь Алрика легла точно, привычно и без замаха.

— Не говори, пока тебя об этом не попросят, салага, — сир Алрик перевёл взгляд на Артура. — Действительно странно.

— Да нет, не особо, — произнёс Артур скорее своим мыслям, нежели ответил старому рыцарю.

Климат в Красных горах способствовал появлению именно такой породы овец. Жаркие годы сменялись холодными зимами, особенно ощутимыми на вершинах гор. Чтобы выжить, овцам приходилось адаптироваться. Если те же Айронвуды веками вели активную торговлю морем, в том числе шерстью, и способствовали селекции и разведению именно шерстяных пород, то горцы Вилей были фактически заперты в горах — ближайшие обитаемые земли находились в нескольких днях пути. Торговли морем, до появления откупщиков, и вовсе не было. В овцах ценились прежде всего выносливость, качество шерсти и высокая выживаемость особей. Шерсти у них было меньше, зато она была мягче и обладала естественной терморегуляцией.

— Я бы сказал, что это очень интересно, — под недоуменные взгляды спутников проговорил Артур. В его прошлом мире, в южных горах империи, разводили похожую породу. Шерсть считалась элитной и стоила дорого. Здесь же, при практической монополии, можно было организовать производство соответствующего сукна. А если найти в горах алунит, это открывало бы огромные перспективы.

— Возвращаемся, — отдал приказ Артур. Всё, что нужно, он уже сделал: продал ненужных лошадей, осмотрел продаваемые товары, подтвердил свою догадку. Кроме того, он купил у иноземных купцов пару десятков тёмных широких плащей с глубокими капюшонами. Ткань пахла краской и далёкими странами.

Через некоторое время, возвращаясь через торговые ряды, он заприметил небольшую палатку, набитую оберегами и талисманами. Сделав знак рукой остановиться, он слез с лошади и последовал к ней. Сапоги глухо застучали о землю.

— Молодой господин, — голос невысокого торговца звучал слащаво и тягуче, — интересуетесь магией? У меня огромный выбор: талисманы против злых духов, любовные зелья — выпьете, и любая красотка пойдёт за вами хоть на край света. Есть ещё…

— Меня интересует магия, а не жалкие фокусы и обман наивных простаков, — отрезал Артур, оглядывая представленный ассортимент, в котором, увы, он не чувствовал ни капли силы. Шарлатан просто наживался на дураках. Молодой лорд уже собирался уходить, как его внимание привлёк талисман, висевший на шее у торговца.

— Это… — Глаза Артура сузились. Талисман выглядел как пылающее сердце, и Артуру показалось, что от него исходит жар. Воздух вокруг талисмана едва заметно дрожал.

— Это символ моего владыки — Сердце Огня, единственного истинного бога этого мира, — голос торговца внезапно стал торжественным. Он снял талисман и протянул Артуру, глаза его загорелись странным огнём. — Кажется, знак отзывается, когда находится рядом с вами. Вы тоже последователь Единого Господина?

Артур повертел нагретый талисман в руках. Металл был тёплым, почти горячим. Через несколько секунд он спросил:

— Я читал о вашей вере. Говорят, вам свойственно приносить жертвы, и лучшая из них — любимый человек. Это правда?

— Это так, — ответил торговец, и в его голосе послышалась странная гордость. — Величайшая жертва, какую можно принести, — отдать то, что дороже всего. Только тогда Владыка Света вознаграждает истинно верующих.

Артур задумчиво посмотрел на талисман в своей руке. Перед глазами на мгновение мелькнули лица: отца и Киары. Он положил талисман на стол — металл глухо стукнул о дерево, после чего брезгливо вытер ладонь об одежду. В груди начал подниматься гнев. Холодный, знакомый.

— Молодой господин…

— Настоятельно не рекомендую пересекаться со мной — ни вам, ни вашей религии, — сказал Артур ледяным тоном и посмотрел прямо в глаза торговцу. Холодная ярость встретилась с фанатичным огнём. Побуравив несколько секунд торговца взглядом, молодой лорд резко развернулся, плащ при этом взметнулся за спиной и направился к Чернышу. Конь, заметив настроение хозяина, мотнул головой и издал низкий звук.

— Чего ты взъелся? — удивлённо спросил сир Алрик, следовавший рядом с наследником. Обычно Артур сохранял спокойствие, не выказывая эмоций.

— Жертвовать можно только собой, — отрезал молодой лорд тоном, дающим понять, что разговор окончен.

Торговец проводил взглядом уезжающий отряд, в руках он держал остывший талисман, который теперь уже, скорее, напоминал кровавое сердце. Ветер с реки трепал полог палатки, его глаза всё ещё горели фанатичным огнём.

В таверну Артур со спутниками прибыл уже после захода солнца. Умывшись и перекусив на скорую руку, он собрал весь отряд наверху. В коридоре пахло деревом и оружейным маслом.

— Завтра будем обучаться тактике ведения боя в городских условиях. Разберите плащи по размеру и мечи по руке.

Кирк, после слов молодого лорда, поднял руку и спросил:

— А зачем нам менять мечи? Коротыши уступают длинным клинкам.

— Завтра дам наглядные объяснения. Если вкратце, наше основное оружие на данный момент — это скрытность и внезапность. Я буду учить вас действовать так. База у вас уже есть, осталось перенести её на условия плотных застроек и замкнутых помещений. Приступайте. Потом отдыхайте, завтра вас ждёт тяжёлый день.

— Я чувствую запах войны, — произнёс чуть задержавшийся сир Алрик и неоднозначно хмыкнул.

— Нет. Ты ошибаешься, — спокойным тоном ответил Артур. — Просто готовлю крупную охоту на не в меру расплодившихся крыс. У меня просто нет времени ставить крысоловки.

Отпустив неофитов, Артур направился вниз — он хотел выпить вина и наконец немного расслабиться. Первые дни пребывания в Королевской Гавани превратились в череду важных встреч, событий и бесконечный круговорот дел. Хотелось просто посидеть и отдохнуть, желательно в соответствующей компании.

Артур придирчиво осмотрел наполовину заполненный зал таверны. В помещении стоял невысокий, но плотный гул, были слышны звуки стукающихся кружек и лёгкий смех. Где-то в углу кто-то рассказывал историю, и слушатели время от времени взрывались хохотом. Гарри, за барной стойкой, о чём-то тихо переговаривался с некоей тёмной личностью. Сира Джофри, как назло, нигде не было видно. Остальные столы были заняты уставшими после трудового дня горожанами, в компании которых молодому лорду нечего было делать.

Наконец он заметил чернокожего одинокого посетителя с широкими плечами и властным взглядом, сидевшего в самом дальнем углу таверны. Мужчина был одет в дорогую короткую шёлковую рубашку, на ушах висели золотые украшения. Его тёмные глаза лениво, но изучающе скользили по залу. Крупное круглое лицо с широкими ноздрями было расслабленно. Всем своим видом он напоминал крупного хищного кота, отдыхающего после охоты. Артур без колебания двинулся в его сторону, подойдя к столу, он негромко спросил:

— Не возражаете, если я составлю вам компанию?

— Разумеется, нет, — скромно улыбнулся чернокожий мужчина, прищурив глаза, его слова звучали с небольшим акцентом. — Квохуру Дхору, капитан вольного торгового корабля.

— Артур, молодой лорд Виль, — присаживаясь, кивнул он капитану. Стул скрипнул. — Странно видеть иноземного посетителя в этой таверне, обычно тут находятся только свои.

— Это место мне порекомендовал мой старый партнёр, тут тихо и можно ненадолго убежать от корабельной суеты. Мне здесь нравится и я прихожу сюда всегда, когда посещаю Королевскую Гавань.

Он отхлебнул немного вина, после чего продолжил:

— Боюсь только, молодому лорду будет скучно в компании старого моряка, который знает только ветер и воду. — Квохуру слегка улыбнулся. Одна его бровь приподнялась: знатные господа Семи Королевств, а тем более лорды, редко садились за один стол с неизвестными иноземцами.

— Ветер и вода такие же изменчивые, как женщины, и о них можно говорить бесконечно, — Артур ответил более открытой улыбкой.

— А вам, как я погляжу, не чуждо понимание морской романтики. — Квохуру рассмеялся и расслабился.

— Меня всегда манили бескрайние воды. Гарри! — крикнул Артур. Разговор обещал быть интересным — и, возможно, полезным. — Принеси мне и моему новому другу кувшин красного вина!

Артур и капитан пили вино, обменивались любезностями и тостами, вели диалог о море, людях и путешествиях. Квохуру рассказывал о многочисленных местах, где он успел побывать, об их обычаях и быте. Молодой лорд поведал о своих землях, посетовал на мошенников-купцов и раскрыл некоторые будущие планы. Постепенно диалог начал переходить в деловое русло:

— Значит, у вас во владении скоро окажутся семь кораблей? — Квохуру хитро прищурился. — Планируете продолжить дело или, возможно, расширить морские горизонты?

— Не скрою, такой вариант событий меня бы устроил, но лоханки этих негодяев, увы, не созданы для открытого моря, тем более что трудности пути состоят не только в этом.

— Вы правы, — поморщился капитан. — На Ступенях полно пиратов. Наши корабли быстры и хорошо охраняются, но другим ходить через те воды слишком опасно.

— Я слышал о ваших удивительных кораблях из златосерда, — кивнул Артур, — и о таких же удивительных лучниках. Любопытно было бы взглянуть.

— В любое время, мой дорогой друг. Мой корабль находится в южной части пристани. Распродавать груз я буду ещё долго, так что приглашаю вас в гости. — Летниец широко улыбнулся.

— С благодарностью принимаю ваше приглашение, уважаемый Квохуру Дхору, — с радостью ответил Артур: он читал о магических летнийских кораблях и действительно хотел увидеть их воочию. — И если позволите, задам вопрос, касающийся торговли: у вас настолько специфический товар, что он продаётся так долго?

— Да, мой друг, — осторожно ответил летниец. — Специи, драгоценности, жемчуг, плащи из перьев, сахар. Также на заказ привозим животных и некоторые породы дерева, кроме златосерда, разумеется, — его вывоз запрещён. Тут нет никакого секрета: всё это можно найти в нашей лавке, находящейся недалеко от корабля.

— Ясно. Всё это вряд ли занимает много места?

— Вы правы. Трюм обычно полупустой. Товары редкие и дорогие. Торговлю с Бравосом и Вольными городами держат проклятые купцы из Лисса. Они захватили и основали факторию на острове Демонов, а также активно сотрудничают с пиратами Ступеней и Островов Василиска, которые захватывают людей и продают их в рабство.

— Почему вы не выбьете этих негодяев?

— Наш народ не слишком воинственен и разделён. Против иноземцев мы обычно выступали, объединившись, но не сейчас, на данный момент всё сложно, — грустно отметил Квохуру. — Тем не менее я верю, что чаша терпения рано или поздно переполнится.

— Ясно, — Артур с сомнением покачал головой. Он считал, что любых хищников нужно давить сразу, не давая им пустить корни. — А как вы относитесь к мысли сделать небольшой крюк в Дорнийское море и посетить мои земли?

Квохуру задумался на минуту, постучал пальцами по столу. Ноготь выбивал ровный ритм. После чего ответил:

— Если этому будет способствовать выгода, то почему бы и нет. Дорнийское море — спокойное место, но учтите: свои товары я не собираюсь продавать дёшево, это навредит моей торговле.

— Меня не интересуют ваши обычные товары, меня интересует нечто другое… — Он объяснил летнийскому капитану, как выглядит интересующее его дерево и белый вязкий сок, которое оно даёт.

— Я знаю такое дерево, — кивнул Квохуру. — Жители наших островов делают из него сандалии, не понимаю только, чем вас оно заинтересовало…

— И не нужно, мой друг, главное — понимать, какую прибыль это вам принесёт…

Через полчаса они расстались, довольные друг другом, договорившись о поставках в следующем году. Артур, улыбаясь своим мыслям, отправился спать. Лестница под ногами привычно скрипела. Перед самым входом в свою комнату, соседняя дверь внезапно открылась, из двери, выскочил выпучивший глаза Кирк и не говоря не слова побежал вниз. Улыбка Артура стала ещё шире.