Вестерос. Штормовые Земли. Замок Живописный. 272 год От З. Э.

— Артур, время пришло. — Во внутренний мир наследника внезапно ворвался голос сира Алрика.

— Да. — Затуманенные воспоминаниями глаза Артура открылись. Сир Алрик слегка вздрогнул, разглядев в них что-то странное — как будто не человек, а вечность приоткрыла свои веки. — Пора.

Возле ристалища уже собиралась толпа. Простолюдины обступили турнирное поле, смеялись и корчили рожи, ожидая зрелища. Пахло свежей травой, конским потом и жареным мясом с лотков. На трибунах разместились благородные люди. Слуги сновали между рядами, разнося своим господам еду и выпивку. На самом ристалище менестрель неумело пытался развлечь гостей до основных событий, выводя на лютне что-то жалостливое. Герольд, старый и уважаемый рыцарь, лихорадочно перебирал на столе списки участников — необходимо было объявлять участников перед выходом, обозначая все титулы. За его спиной стояли трубачи и начищали до блеска свои инструменты. В воздухе витало нетерпеливое ожидание — турниры были частью политической системы Вестероса и её главным зрелищем, они подчёркивали отличия благородных и обычных людей. Мощь рыцарей словно указывала прочим на их место и давала понять: даже не пытайся рыпаться.

Артур, ведущий под уздцы Черныша, сир Алрик и Кирк, которого он официально принял оруженосцем, проследовали в специально огороженное место, примыкавшее к ристалищу и находившееся ближе к трибуне. Там уже собрались большинство участников турнира. Столы ломились от кувшинов с вином и закусок, стулья, много людей. Кто-то сидел, кто-то стоял, некоторые разминались, разгоняя кровь перед боем. Мат вокруг стоял такой, что сводило уши даже привычному Кирку, сир Алрик же, напротив, злобно ухмылялся, видимо попав в родную стихию. Заметив знакомые лица, от группы во главе с сиром Микаэлем отделился их знакомый по пиру — сир Морис.

— Сир Артур Виль. — Улыбаясь, он громко поприветствовал новоприбывших. Некоторые рыцари отвлеклись, бросив внимательные и оценивающие взгляды на Артура. Вчерашним поединком наследник Вилей заявил о себе, но пока что только как тёмная лошадка. Конь же наследника вызывал у участников турнира куда более ясное и алчное выражение лица.

— Сир Морис Фелл. Рад видеть тебя в добром здравии. — Артур кивнул в ответ. — Тоже собрались участвовать и бороться за победу?

Морис в ответ искренне рассмеялся, дружелюбно хлопнув его по плечу.

— Мы тут как телята на скотобойне, мой друг. Посмотри вокруг.

Неподалёку огромный рыцарь с длинной бородой что-то гневно выговаривал своему оруженосцу, тыча пальцем в седло. Стремя слегка разболталось, едва заметно, но этого было достаточно, чтобы привести рыцаря в ярость. Его голос раскатывался по всему ограждению.

— Сир Винс Морриген, финалист последнего турнира Хайгардена, — заметив устремлённый на рыцаря взгляд Артура, прокомментировал сир Морис.

Артур кивнул. Рыцарь выглядел не только грозно, но и явно профессионально относился к снаряжению, исключая любые возможные случайности. Ещё раз внимательно изучив возможного соперника, он перевёл взгляд далее.

В самом первом углу ограждения, неподалёку от бочек с водой, застыл, скрестив руки, высокий молодой черноволосый рыцарь. Его короткие волосы уже тронула небольшая залысина, а холодный, ничего не выражающий взгляд был сфокусирован на определённом сопернике. Выглядел он худым, но по характерным желвакам на острых скулах было понятно, что впечатление обманчиво.

— Сир Томас Тарли, младший брат нынешнего лорда Рогового Холма, один из фаворитов турнира. Несмотря на молодость — опытный воин и, как говорят, великолепный командир.

— Я не видел его на пиру. — Артур сразу же оценил исходящую от рыцаря холодную угрозу — такого человека он бы запомнил.

— Сир Томас не любитель разгульного образа жизни, — пожал плечами Морис. — Кровь и пот солдат заменяют ему вино. Он прибыл специально под турнир.

Артур кивнул, вновь обратив внимание в сторону сира Томаса. Внезапно тот тоже перевёл свои холодные глаза на наследника. Ледяные взгляды скрестились — никто не отвёл взгляда. Через минуту младший брат лорда Рогового Холма ухмыльнулся, одарил небольшим кивком и повернул голову обратно к своей цели.

Артур проследил взгляд сира Томаса, разглядев объект его пристального внимания, и тут же вспомнил этого рыцаря — буквально поглощавшего на пиру вино и щупавшего служанок. Среднего роста, с большими плечами, широкими скулами и большим, вечно улыбающимся ртом. Даже сейчас он потягивал вино и мало интересовался окружением — или делал вид.

— А это кто? — Будто бы непринуждённо Артур качнул головой в сторону интересовавшего Томаса рыцаря.

— Сир Джофри Бэрри, межевой рыцарь, балагур и пьяница, но также участник и победитель множества турниров. На последнем празднике в столице, в честь дня рождения короля, он потерпел поражение только от Барристана Селми.

Джофри выглядел обычно. Артур, по безжалостно вбитой с детства привычке, на пиру постоянно изучал окружающее пространство на предмет любых возможных угроз и при этом едва обратил на этого парня внимание — и бывшему паладину это говорило о многом. Оставшиеся участники были взрослые, повидавшие жизнь рыцари, из которых выбивалась лишь небольшая группа молодняка во главе с наследником дома Грандисон.

— Серьёзные мужчины, — ещё раз внимательно осмотрев соперников, подвёл итог Артур.

— Как видишь, шансы невелики, — констатировал факт Морис. — Ярость помогла тебе одолеть сира Ормонда, но она не поможет тебе тут. Сшибка на пиках — это прежде всего мастерство, хотя твой конь, конечно, неплох. — Морис окинул завистливым взглядом злобно фыркающего по сторонам Черныша. Дэстрие рыцарей при этом опасливо косились и отводили глаза, не принимая вызов. — Но здесь собрались сильнейшие рыцари Штормового Предела, и даже сир Томас и сир Бэрри прибыли издалека. Призовой фонд слишком хорош, чтобы пропустить возможность заполучить его.

— Ярость? — Артур вопросительно приподнял бровь.

— Имя нам — Ярость! Девиз рыцарей Штормового Предела, пошёл от его первых королей. По преданию — к самым могучим рыцарям в бою приходит и помогает Ярость, их глаза становятся красными. Воин, объятый Яростью, способен сокрушить всё на своём пути.

— Ясно. — Артур дёрнул губой. Подобные воины в его прошлом мире жили в диких северных лесах и назывались берсерками. Этот вопрос стоило изучить подробнее. — Среди рыцарей Штормового Предела такие воины присутствуют?

— Нет, но народ верит, что в час нужды Ярость придёт к избранному. Кстати, — Морис опасливо понизил тон, — на испытании поединком твои глаза были чёрными.

Артур кивнул, отложив мысли о происходящей с ним чертовщине на другое время. Сейчас следовало сосредоточиться на турнире. Теперь ему стало кристально ясно: тут собрались сильнейшие турнирные профессиональные бойцы, и будет действительно очень непросто. Он кинул взгляд на сидевшего на трибуне сира Грандисона. Намеренно ли он кинул его под жернова, преследуя какую-то свою, личную цель?

Наконец через некоторое время трубы громко загудели. Турнир официально объявлялся открытым. В ограждение участников турнира забежал служка, громко выкрикивая имена:

— Сир Микаэль Грандисон! Сир Миран Ворк!

Микаэль, щёки которого вместо румяных стали пурпурно-красными, переглянулся со своим угрюмым, невысоким соперником и, подхватив шлем, отправился в сторону своей лошади. Сир Миран Ворк так же молча последовал к своей. У выхода находилось нагромождение турнирных копий. Одну из них сир Микаэль, картинно свесившись с коня, ловко подхватил. Сир Миран, напротив, взял себе копьё будничными, скупыми движениями. Честь открывать турнир справедливо доверили наследнику лорда-организатора турнира, отчего тот заметно нервничал. Жеребец под ним всхрапнул, почувствовав напряжение хозяина.

Первый названный участник занимал ближнее место, второй отправлялся в другой конец ристалища. Наконец герольд начал объявлять титулы участников и турнирные правила. Как только он закончил, рыцари опустили копья, плотно зажали их в подмышку и, пришпорив жеребцов, пошли на сближение друг с другом. Под копытами летела пыль вперемешку с землёй.

Оба всадника держали копья ровно, у обоих выучка была на высоте, но всё же сир Миран Ворк был куда более опытен, чем его молодой соперник. Через несколько секунд послышался треск копий. Наследника дома Грандисонов выбило из седла — он рухнул на землю, подняв облако пыли. Другой рыцарь, чуть покачнувшись, легко выровнялся и притормозил лошадь.

— Сир Миран Ворк, победа! — громко провозгласил герольд. Трибуны взорвались криками и овациями. Окружающие простолюдины улюлюкали, с их стороны слышались издевательские крики.

— Красиво полетел, к дождю…

— Да нет, шлёпнулся как мешок с дерьмом!

Установить в огромной толпе зевак, кто именно кричал, было невозможно, да никому это было и не нужно. К черни тут относились как к лающим издалека собакам. Приблизятся — получат доброго пинка.

У сидевшего на трибуне сира Грандисона на лице не дрогнул ни единый мускул, только глаза на короткий момент зажглись удовлетворением. Первые поражения — это тоже часть воспитания.

Подбежавшие слуги помогли наследнику подняться. Сняв шлем, тот проводил победителя долгим, многообещающим взглядом и, с помощью слуг оседлав лошадь, помчался галопом в сторону замка под продолжающееся улюлюканье толпы. Копыта выбили дробь по сухой земле.

В этот раз лорд Грандисон заметно поморщился, движением руки подозвал кастеляна и что-то жёстко начал ему говорить. Через минуту кастелян коротко кивнул и спешно покинул трибуну, видимо собираясь отправиться следом за наследником.

Через некоторое время в ограждение вновь забежал знакомый служка, громко крича два имени.

— Сир Винс Морриген! Сир Артур Виль!

Артур бросил внимательный взгляд в сторону рыцаря, который стал ему первым соперником. Тот на Артура даже не посмотрел — с помощью оруженосца взобрался на лошадь, стремя было к тому времени было приведено в порядок и двинул коня к ристалищу.

— А жеребьёвка не очень к тебе благосклонна, — хмыкнув, заметил очевидное сир Морис. Сир Алрик, напротив, нахмурился и долгим взглядом посмотрел на трибуну, в точку, где находился хозяин ристалища.

— У жеребьёвки видны пальцы хозяина, — наконец констатировал он. Это был достаточно толстый намёк на лорда Грандисона.

Артур безразлично пожал плечами, быстрым и чётким движением надел шлем, звякнув сталью. Легко, без чьей-либо поддержки, словно тяжёлые доспехи ничуть не отяжеляли, одним движением буквально взлетел на Черныша.

— Нет разницы, — холодно произнёс наследник Вилей. Сегодня ему нужна была только победа в турнире, соперники были не важны. Слова из-под шлема отчётливо отдавали металлом. Слегка хлопнув Черныша по шее, он двинулся следом за уже выезжавшим соперником. Турнирное копьё, как будто само оказалось в руках Артура — не многие разглядели его быстрого движения.

Прямо перед центральным ограждением ристалища, растолкав локтями и кулаками зевак-простолюдинов, стояли четверо сопровождающих его в дороге неофитов и пара гвардейцев — Рино и Арен. Брайс и Торен, по всей видимости, остались охранять припасы и лошадей.

Увидев выезжающего наследника, Орвин вытянул вверх кулак и что-то подбадривающе заорал. Винни, как обычно, смотрел зло и напряжённо. Гаррет молчаливо кивнул. Рино и Арен замахали двумя руками. И только Корвин не двигался, лишь дрожащий шрам выдавал его напряжение. Ведь он понимал истинную подоплёку происходящих событий. Молодого лорда сегодня на прочность проверят рыцари — точно такие же, с кем у горцев на данный момент идёт война.

— А это кто, неплохо держится в седле? — спросил один из простолюдинов, стоявший позади неофитов.

— А это… Да желторотый малец. Вместо баб рыцарям теперь, похоже, доставляют мальчиков. — Толпа взорвалась от незамысловатой шутки.

Винни нахмурился и повернулся, намереваясь хорошенько пересчитать зубы комментатору, но, увы, найти наглеца среди разношёрстной толпы не представлялось возможным.

— Не подведи, — наклонившись к уху жеребца, прошептал Артур, когда достиг дальнего конца. Черныш лишь возмущённо фыркнул в ответ.

Тем временем герольд уже начал представлять рыцарей:

— Сир Винс, дома Морриген, Несгибаемый Рыцарь, из замка Воронье Гнездо! Герб: чёрный ворон в полёте на светло-зелёном поле! Победитель турниров Фелвуда и Амберли, финалист турнира в Хайгардене!

Толпа взорвалась приветственными криками — рыцаря хорошо знали, и тот имел немало поклонников. Несколько человек на трибунах вскинули кубки, выкрикивая его имя.

— Сир Артур Виль из замка Виль! Герб: зелёная ядовитая змея, хм… кусающая ногу. Делает сегодня свои первые шаги как рыцарь и готов доказать свою доблесть!

Голос герольда стал немного издевательским, или же Артуру это просто показалось. Толпа тем временем заулюлюкала — неизвестный рыцарь, простолюдинам был совсем неинтересен, все ожидали более напряжённых поединков.

— Объявляю правила турнира! — Громкий бас герольда перекрыл шум толпы. — Рыцари облачены в полные доспехи. Пики для безопасности снабжены тупыми деревянными наконечниками, а не острыми стальными. Запрещено целенаправленно бить копьём по лошади. Также не разрешается наносить удары в незащищённые части тела, когда противник находится в уязвимом положении. Очки присуждаются за преломление копья о щит или шлем соперника, а также за явный удар, заставивший противника покачнуться. Всадник, потерявший равновесие и упавший на землю, выбывает из состязания. Если после трёх сшибок победитель не выявлен, слово за главным судьёй. — Герольд указал на сира Лари Грандисона, дядю лорда, самого заслуженного из присутствующих рыцарей.

— Начинайте!

Голос герольда прогремел над ристалищем. Всадники пошли на сближение. Копья опустились. Артур дышал легко — в своих воспоминаниях сегодня он ходил в бой, где ставка была весомее, чем деньги. Жизнь.

Соперники встретились посередине ристалища. Артур в последний перед ударом момент слегка отклонил угол щита, пустив пику сира Винса по касательной. Но и опытный рыцарь оказался не лыком шит, повторив приём Артура. Пики соперников бессильно проскользнули по щитам друг друга, не нанеся никакого ущерба. Лошади разошлись. Черныш перед этим успел слегка щёлкнуть зубами перед лицом дэстрие — конь испуганно отшатнулся, но рыцарь сумел удержать контроль.

Над ристалищем повисла тишина. Даже вечно оравшие простолюдины внезапно притихли. Редкий соперник оказывался в седле после встречи с сиром Винсом, ещё реже кто-то мог свести с ним раунды вничью.

— Виль! Виль! Виль! — внезапно отчаянно закричали неофиты, подбадривая своего командира.

Винни, слегка повернув голову, презрительно бросил:

— Какая крыса там шипела про желторотого мальчика?

Вопрос был, разумеется, риторическим — ответа Винни на него и не ждал, презрительно ухмыляясь толпе простолюдинов.

Люди между тем замерли в ожидании. Криков больше не было — сшибка оказалась гораздо более интересной, чем они предполагали вначале. Сир Алрик и Кирк так же напряжённо наблюдали за поединком, не выказывая никаких эмоций. Лишь побелевшие костяшки пальцев капитана, вцепившиеся в ограждение, выдавали его напряжение.

Между тем соперники вновь начали движение друг к другу. Корвин, не разжимая кулаков, едва слышно проговорил:

— Давай же!

Рыцари вновь встретились посередине, но в этот раз у наследника явно что-то пошло не так. Сир Винс, похоже, сделал выводы из предыдущего столкновения — всё-таки опыта турнирных сшибок у него было в разы больше, чем у Артура. Он так же сумел перевести копьё по касательной, но сам резко приподнял своё чуть выше, обрушив оглушительный удар на голову наследника. Оружие треснуло с сухим хрустом — то же чуть не случилось и с головой Артура. Гулкий звон разнёсся над полем.

Тишина над ристалищем усилилась. Все жадно смотрели на качающегося из стороны в сторону наследника. Но тот даже не выпустил из руки своё копьё. Внезапно резко выпрямился и поскакал к дальнему концу барьера. Сир Винс замер на несколько секунд, провожая взглядом соперника, затем коротко кивнул — как будто отдавая дань уважения.

У Артура тем временем гул в ушах не прекращался. Удар был чудовищной силы, и лишь в последний момент он перехватил ускользающее сознание. Изнутри вновь начала подниматься чёрная и холодная ярость. Он понимал, что проигрывает, — и кому? Обычному смертному, вонючему клопу, которого он раньше бы брезгливо раздавил и даже не заметил.

Тем временем сиру Винсу принесли взамен треснувшему новое копьё, и всадники вновь пошли на сближение. Но что-то было не так. При сближении рыцарь заметил исходящее от соперника чёрное марево — как будто дым выходил из доспехов Артура, струился по наплечникам, срывался с забрала. Внезапно дэстрие жалобно и испуганно заржал, пытаясь уйти в сторону от приближающегося всадника. Рыцарь попытался удержать коня и одновременно выставил щит. Чудовищной силы удар, пришедший на щит, даже не выбил — буквально вынес сира Винса из седла. Тяжёлое тело рухнуло наземь, лязгнув доспехами, и замерло.

— Вот теперь точно к дождю, — прокомментировал кто-то из толпы, но ответа не получил. Людей накрыл шок и страх. Доспехи Артура отчётливо окутывал тёмный дым, который начал немного рассеиваться и превращаться в марево.

— У-а-а! — Первыми взорвались неофиты. Орвин, не помня себя, обхватил Винни за шею и с силой притянул к себе — тот даже не сопротивлялся, его обычная мрачность треснула, как скорлупа, и наружу пробился оскал, отдалённо похожий на улыбку. Гаррет, всегда молчаливый и собранный, кричал так, что сорвал голос — его хриплый выкрик потонул в общем гуле. Рино и Арен колотили друг друга по спинам, смеясь и матерясь одновременно.

Сир Алрик едва успел перехватить Кирка за плечо — тот уже занёс ногу, чтобы перемахнуть через ограждение и броситься к Артуру. Капитан дёрнул его назад и рявкнул в ухо: «Стоять» Кирк замер, тяжело дыша, его глаза горели.

И только Корвин молчал. Но его кулаки наконец разжались, а побелевшие костяшки медленно наливались кровью. Шрам через бровь дёрнулся — парень сглотнул комок в горле. Его глаза фанатично блестели.

Буквально через секунду, подхватив ликование неофитов, толпа восторженно взревела. Крики неслись со всех сторон, смешиваясь в единый гул. Лишь спустя несколько минут герольд смог перекричать возбуждённых людей.

— Победитель — Артур Виль из рода Виль!

Внезапно поднялся сир Лари Грандисон и громко проревел, перекрывая шум:

— Сир Артур Виль — Рыцарь Дыма!

— Рыцарь Дыма! Рыцарь Дыма! — подхватила и начала скандировать толпа. Простолюдины выкрикивали это снова и снова, пробуя новое прозвище на вкус.

Артур посмотрел на сидевшего на трибуне лорда Грандисона. На каменном лице того невозможно было ничего прочесть, но когда взгляды пересеклись, у лорда на устах внезапно появилась неестественная, даже фальшивая улыбка. Увидев встречное оскаленное дружелюбие наследника, лорд нахмурился и сердито отвернулся.

Артур отвернул голову и под продолжающиеся ликующие крики пустил лошадь в сторону ограждения. Впереди предстояли не менее сложные бои.