Мы шли с Роширом рядышком, и он держал мою ладонь в своей большой и сильной руке. С двух сторон шли его братья, они, хитро и довольно поглядывали на Рошира. Но самым довольным был тот, кто сейчас нежно проводил большим пальцем по тыльной стороне моей руки. А в ответ у меня по венам бежали искорки, и я краснела и вспыхивала смущением.

Рошир зашёл за мной с самого раннего утра. Пришлось умыться холодной водой, чтобы почувствовать себя проснувшейся. Часов в комнате не было. Время чувствовала лишь примерно, и это была ещё одна задача, которую надо было решить. В библиотеке собиралась дополнительно разузнать ещё и об этом, а также захотела выяснить про оборотней и их заморочки с парами. Если Рошир, как и драконы, может заводить гарем, то я не буду даже думать о нём. Так же как пыталась не вспоминать об Армете.

Правда, перед сном, засыпая, закрыла глаза и увидела перед собой его тёмный, пронизывающий взгляд. Утром наваждение прошло, и холодная вода прогнала вообще все мысли о парнях. А вот осторожное прикосновение Рошира к моей руке, его бережное отношение побудили меня узнать информацию о его виде.

В столовой он спросил, чего я хочу, и какое-то время мы стояли, как парочка, под взглядами других учащихся. Особо не пытаясь разглядывать тех, кто находился в помещении, но брошенный мельком взгляд помог понять, что из девушек была одна. Снова удивилась, и на этот раз ещё сильней, чем в предыдущий раз.

Здесь также были учителя и тоже смотрели на нас. Тут, конечно, смутилась, но не стала истерить. Девушка я свободная, а значит, могу заводить отношения, с кем захочу.

Рошир выяснил, что из еды мне принести, и его братья проводили меня за столик, а потом вернулись к нему. Рассматривая смотрела на тройку волков, видя, как они отличаются от остальных. Более грубоватые и простые и в то же время хищные. Животная опасность исходила от них даже издалека. Хотя практически такими же здесь были все, кроме людей, ну и всех остальных, у кого не было второй животной ипостаси.

Этим утром Рошир подтвердил, что они с братьями волки, и рассказал немного о народах, учащихся здесь. Кроме оборотней, драконов, дриад и нагов, в школе были гномы, эльфы, феи, люди-маги и люди — ведьмы и ведьмаки. Также были антимаги, которые рождались только среди людей, но побеждали любой магический вид.

Антимаги как, и я носят чёрную форму, и Рошир сказал, что многие думают, будто я тоже антимаг. Потому что антимагами, как и ведьмами и магами, могут быть и мужчины, и женщины.

— Ты слишком нежная для антимага, но по красоте вполне соответствуешь. Сегодня выглядишь ещё красивей, чем вчера, — заметил мой новый друг, а я не стала говорить, что ему не показалось. Утром я обнаружила, что ресницы и брови стали ещё ярче, хотя мне и предыдущего хватало, а кроме того, у меня изменилась кожа. Она стала очень гладкой и нежной. А ещё я обнаружила, что волосы с тела полностью исчезли. Под душем я смыла их с себя и, если честно, очень занервничала. Но обнаружила, что на голове волосы, наоборот, стали гуще, крепче и даже, кажется, длиннее.

Вспомнила слова брата Армета — Асилана. Он сказал, что я впитаю магию и стану красивее. Значит, это не болезнь, а закономерность. Может, здесь я не единственная попаданка, раз эта особенность ему известна. Мне бы расспросить об этом Армета, но разве он расскажет? На такую удачу даже не надеялась. Значит, остаётся всё та же библиотека. Поэтому в столовой ждала Рошира и размышляла, известно ли библиотекарю слово «попаданцы».

— Ты понимаешь, что делаешь? — неожиданно прошипел рядом голос Димита.

— И тебе доброго утра, — сказала я со вздохом и посмотрела на огненного дракона. Парень полыхал гневом, но я не воспринимала его ярость, зная, что он вспыхивает по любому поводу. Слишком горячий.

— Армет выяснит, что ты себе позволяла. И представляешь, что будет? Принц оторвёт ту руку, которой, волк держал тебя, — наклонившись ко мне, шипел Димит.

— Армет сам меня отпустил. К тому же, я не собираюсь пополнять чей-то гарем. У волков ведь такого нет — выдала полувопрос с хитринкой и внутренне стала внимательно ждать ответа стараясь не показать на сколько мне важно его узнать. Хотя информацию по любому проверю, но хотелось поскорее узнать о парах оборотней.

— Нет, у оборотней одна пара навсегда. Из какого бы вида ни была женщина, он верен всю жизнь одной избраннице и не может предать ее или изменить ей. Аромат и прикосновения всех остальных становятся для него невыносимы, — задумчиво сказал Димит и вдруг резко прошипел: — Голову мне морочишь? Ты слышала, что я тебе говорил? Ты принадлежишь Армету. Пусть позже, но он всё равно возьмёт своё. Даже если оборотень решится сделать тебя парой, Армет убьёт волка, и ты снова станешь свободной и по-любому будешь принадлежать ему!

Быстрее задумалась. Защита Рошира стала для меня ещё одной задачей. Сегодня я взяла с собой не только кристаллы, но и дощечку со стиком. Уроки ещё не начались, но вчера назначила себе программу-минимум на день и не ставила много планов. Сегодня, кроме всего намеченного, решила записать желание, связанное с таким насущным для меня вопросом. С деньгами.

Потому что, оказалось, Димит не купил мне для мытья ничего. Обнаружились выданные школой принадлежности, но в таком количестве, что вопрос о пополнении запасов встал в тот же момент. И сейчас я была с тем, что можно использовать для письма, и это могло пригодиться для защиты моего волка. Пока, он сам не отказался от меня, с уверенностью думала о нём: «Мой».

Подошли братья-оборотни. Рошир поставил передо мной поднос и сел рядом со своим. Он, не здороваясь, вопросительно посмотрел на Димита и грубо спросил:

— Тебе что надо?

Дракон, сложив руки на груди, посмотрел на него свысока:

— Эжелья — истинная второго принца Армета. Ты не знал об этом, и тебе простительны твои ухаживания, но теперь встал и отошёл от чужой избранницы.

Рошир, что интересно, даже не шелохнулся.

— Вчера, когда девушке нужна была помощь, я не заметил рядом с ней ни одного дракона, — ответил он. — Ни твоего второго принца, ни тебя. Будь она действительно его парой, то разве училась бы здесь? Ещё ни одну избранную принцы не выпускали из дворца. К тому же, всем известно, что Армет закончил все годы обучения и вполне может сам преподавать. Хоть своей избраннице, хоть целой группе избранных. Если бы принц действительно оценил Эжелью, то всё было по-другому.

Димит пыхтел эмоциями в своей огненности, слыша всё это и видя непробиваемость Рошира.

— Когда Армет вызовет тебя, ты заговоришь по-другому, — выдавил дракон, вспыхнув, и умчался из столовой. А я наполнилась ещё большей решимостью защищать оборотня. Хотя, когда услышала имя Армета, сердце у меня защемило. Но слова Рошира совпадали с моими мыслями. Значит, он знает, что такое любить, и не поведёт себя как холодный и расчётливый второй принц.

Меня Рошир ни о чём не спрашивал. Ни одним словом не затронул разговор с драконом. Не переспросил, правда ли то, что тот сказал, и действительно ему ждать нападения. Внимательно смотрела на него и стала беспокоиться ещё больше. Он и в правду, что ли, решил ухаживать за мной? Даже несмотря на угрозы? На явную опасность? Он вёл меня из столовой и крепко держал мою руку, а я поняла, что таю. Неужели тот, кто может связать себя единственный раз за всю жизнь, выбрал меня? А почему? Вот это надо бы узнать. В книге про оборотней, надеюсь, найдутся записи о предпочтениях этого народа.

У библиотеки Рошир прогнал братьев и сам со мной тоже не пошёл. Сказал, у него другие дела. Спросил, внимательно глядя, где меня искать, чтобы проводить в столовую, и я тепло улыбнулась его заботе.

— Поверь, меня до обеда будет отсюда не вытащить, — сказала, издав волнительный смешок, потому что Рошир постоянно смотрел на мои губы. Но я помнила, что мы договаривались не торопиться с этим.

— Ты хочешь, что бы я зашёл за тобой и мы вместе покушали? — спросил он, и волнуясь поняла, что это уже звучит не так, как про завтрак. По телу разлилось тепло. Приятная слабость от его внимания и бережности. Не ожидала, что грубые и простоватые оборотни — такие романтики.

— Да, я хотела бы этого, — сказала тихо и, встретившись с его довольным взглядом, опустила трепещущие ресницы. Он придвинулся. Нежно обнял ладонью моё лицо. Погладил большим пальцем по щеке и, наклонившись, прошептал: «До встречи». И, вдохнув аромат моих волос, ушёл. Замершая, судорожно выдохнула, глядя ему вслед. Провожала глазами его фигуру, двигающуюся плавной походкой опасного хищника. Он не обернулся, и отмерев зашла в помещение библиотеки.

Оборотни выбирают пару по запаху девушки. Для них не важны внешность, статус и положение в обществе. Даже если она глупа, как пробка, или злобная, как гюрза, оборотень всё равно выберет её. Когда аромат девушки начинает затмевать для него запахи других женщин он понимает что она его избранница.

Так, значит, вот из-за чего Рошир выбрал меня. Но как же оборотни живут с такими женщинами, которые злющие, как черти? В книге этого не было. Но зато упоминалось, что все без исключения невесты оборотней, вступив с ними в связь, меняются и становятся хорошими парами этим суровым полуживотным-полулюдям.

Книгу оборотней всё же оставила напоследок. Алфавиты и письменность важнее. И карты, конечно, тоже. После парочки алфавитов, которые читала прямо с книг и записывала на кристалл, чувствовала себя загруженной. Но карты взяла и поработала над картой школы и города. Теперь не заблужусь, даже если захочу.

И вот начала читать про оборотней и записывать информацию о них. Мне подсказали, что потом мы будем изучать этот вид, тоже живущий на Скарите. У библиотекаря узнала, что занятия начнутся в ближайшие дни. Сейчас идёт последний набор, и как раз в эти дни прибывает самое большое число поступающих.

Календарь и временные отрезки суток, недель и месяцев я уже посмотрела и записала. Ещё между алфавитами и картами. И узнала, что часы тут носят. Магические, конечно, и потому дорогие. Вопрос о деньгах снова встал передо мной. В перерыве решила пообедать с Роширом и пойти обратно в библиотеку. Так же обложусь книгами и незаметно под видом переписывания из них запишу желание.

Последние несколько моих желаний в этом мире выполнялись в точности и незамедлительно. Наверное, повлиял уровень магии. Поэтому была уверенность, что и это моё желание осуществится. Но потом надо будет попросить Рошира сходить со мной в магазин. Для подстраховки.

Отнесла книги, ожидая Рошира, и разговорилась с дежурным. Спросила, не знает ли он, как мужчины-оборотни делают так, что их женщины меняются и становятся самыми примерными жёнами? Тот наклонился к моему уху и с усмешкой прошептал.

— Это не записано в книгах, но говорят оборотни обладают звериным темпераментом и неутомимостью. Чуть что не по его, и он тащит женщину в постель. Сбрасывать отрицательное напряжение, заменяя его на приятное впечатление. Ну и женщине своей удовольствие доставляют. Вот и выходит, что их пары до того удовлетворены, что не могут ни на что жаловаться.

Опустив глаза, слушала это пошловатое объяснение и думала о Рошире. Хочу ли быть с ним? И ответом было тёплое волнение от мыслей о его неистовости.

— Моя девочка, ты можешь спросить меня о наших особенностях, и я тебе расскажу о них более подробно и могу даже продемонстрировать, — раздалось рядом. Подняла взгляд, а это Рошир, стоит и неодобрительно смотрит на композицию — библиотекарь и я склонились голова к голове и шепчемся. И ведь услышал, что парень мне говорит. А тот шарахнулся от меня. Отошёл подальше.

Делая вид, что оборотень ничего не слышал, и не говорил, бодро сказала:

— Готова идти кушать!

Подошла к нему вплотную и запрокинула голову, вглядываясь в глаза. Он не был сердит, но ему не понравилось то, услышанное. Рошир не двигался с места и молчал. Тогда я повинилась:

— Хорошо, буду спрашивать только у тебя. Но ты должен рассказывать всё без утайки, даже самые неприятные вещи, — поставила ему условие, и он резко подхватил меня на руки. Понёс и, прижимая к себе, спросил, уткнувшись в мои волосы.

— Что ещё ты о нас узнала?

И, краснея, рассказала про выбор пары по её запаху и не удержалась от любопытства:

— А я для тебя вкусно пахну? Ты сразу почувствовал мой аромат? Поэтому предложил помочь?

Я обнимала его за широкие плечи и наслаждалась плавным шагом. Он уже прошел в основное здание и нёс меня через широкий вестибюль на выход из него. И тут вижу, как несколько драконов идут нам наперерез. Точнее, их было четверо, и все надменны и прекрасны. И среди них Армет. Он очень выделялся своей холодной, величественной и опасной красотой. Присутствующие здесь ученики разбегались, пропуская такое впечатляющее шествие, и смотрели на яркую четвёрку во все глаза.

— Отпусти её! — раздался неожиданный и резкий приказ. Армет сказал это, увидев нас, и замер, пожирая меня глазами. Я вцепилась в Рошира, но он осторожно поставил меня на ноги, хотя при этом и не отталкивал.

— Малышка, сейчас твоему волку будут бить морду, а значит, тебе лучше меня отпустить, — стал он мягко убеждать меня.

Рядом неожиданно оказались его братья, но он сказал им не вмешиваться.

— Пойдём на полигон, второй принц, — предложил он Армету. — Там поговорим о том, что тебе твоя избранная не нужна, но и позволить ей обрести счастье ты не в силах. Ввиду своего отмороженного сердца или, может, мозгов?

У меня глаза распахнулись от таких слов оборотня. Он же нарывается! И ведь все слышали, что сказал оборотень, и по сути, Рошиор прав. Не прав Армет. Но принцу было наплевать и на правду, и на суть.

— Выйдем. Я объясню тебе, собака, что истинная дракона, по крайней мере, достойна большего, а не какого-то пса, — заявил он.

Вот тут уже я сжала губы от обиды. Рошира выбрала я сама, и плевать, каким его считает Армет. Мне оборотень нравится. А потом высказался один из сопровождающих дракона:

— Принц, он не достоин драться с тобой. Я вместо тебя задам ему трёпку.

И Армет согласился. Рошир не стал возражать и, отцепив меня от себя, куда-то пошёл с вызвавшим его драконом. Оттеснённая любопытствующими, вслед за толпой зевак, поспешила за Роширом. Он вошёл в неприметную дверь в задней стене дворца. Это оказался выход к какому-то строению, напоминающему большой ангар. Там было очень просторно, и, как все остальные, ахнула, увидев, что противник Рошира с недоброй ухмылкой обернулся драконом и без предупреждения выпустил струю пламени в оборотня.

Я вскрикнула от испуга. Увидела, как Рошир отпрыгнул с траектории огня и в прыжке обернулся большущим волком. Ростом почти мне по плечо, и это стоя на четырёх лапах. Я обалдела, но дракон всё равно был крупнее, и у него имелись крылья, а также огонь, а у моего волка только зубы и когти.

Но ведь Рошир попал в эту школу, значит, какой-то дар у него есть. Только пока не было видно его возможностей. Дракон плевался в него огнём, а волк благополучно бегал от него по периметру. И тогда мощный дракон, издав громкий, утробный устрашающий рык, пошёл на моего волка.

Теперь я испугалась по-настоящему. Втихаря отошла за спины наблюдающих и быстро написала: «Пусть Рошир победит, каким угодно способом, но пусть дракону не удастся побить его». Сделав это, выдохнула. Ломанулась вперёд, услышав слаженное «Ох!» от зрителей, и увидела, что волк повис на драконе и вцепился сбоку в нежную нижнюю часть шеи рептилии. Дракон ревёт и дёргается. Из его раны течёт кровь, но волк не отпускает.

И тут их обоих охватывает серебряное мерцание. Видно, что силы дракона слабеют, но происходит что-то ещё. Я не понимала, но остальные зрители продолжали охать. Армет и двое других сопровождавших его драконов пытались приблизиться к сцепившейся парочке, но серебряное свечение не подпустило никого. Они выстреливали в моего волка огненными файерболами, но и огонь не пробивался сквозь странную сверкающую дымку серебра. Армет даже использовал ледяное пламя, только и это не помогло.

Случилось то, чего никто не ожидал. Дракон обернулся парнем, и, еле дышащий, рухнул у лап хищника. Теперь волк не трогал его, а защитная дымка охватила оборотня и впиталась в него. Армет единственный рискнул приблизиться и сесть рядом с тем, кто пострадал вместо него. А я услышала, как наблюдающие зашептались.

— Волк выкачал его дар! Парень больше не будет драконом. Он теперь пустышка. Но смотри, как полыхает огнём аура волка! Оборотень просто вобрал всё в себя. Это хуже смерти. Лучше бы волк его растерзал! Теперь бывший дракон — лишенец и будет медленно умирать, доживая век обычного человека, — говорил кто-то рядом.

Кто-то другой поддакивал ему, а потом добавил:

— Если разум останется при нём. После такого он вполне может помешаться. Был величественный лорд, возвышенный и благородный, а стал никем. Сложно ему будет это пережить. У них, у драконов, с лишенцами вообще не считаются. Изгонят к людям, и будет жить среди тех, кого ещё сегодня воспринимал грязью под ногами.