Филипп посмотрел на своё фото на карте пассажира и с облегчением приложил его к панели выхода в зону посадки в последний раз.

— Ты доставила мне неимоверные страдания, но порадовала мою любимую, — пафосно попрощался он с кусочком пластика, прежде чем сунуть его в приёмник отработанных карт. — Твой путь завершён.

С особым удовольствием он наблюдал, как исчезало нанесённое изображение.

— Торжественные похороны завершены?

— Да. Можем идти и занимать свои места.

На входе в космический корабль больше никаких проверок предусмотрено не было. Стояла лишь пара сотрудников транспортной фирмы, помогавших пассажирам сориентироваться в коридорах и уровнях судна.

— Не такой уж большой и лайнер для круизного, — рассуждал по пути к каюте Филипп. — Всего пять уровней, лишь два из которых жилые.

— В любом случае должно быть комфортнее, чем если бы мы добирались обычными транспортниками с пересадками на каждой планете.

«Уида» на самом деле мало отличалась убранством от обычных пассажирских рейсовых транспортников. Каюта тоже не впечталила: простые стены без всякой туристической и рекламной атрибутики с разных планет, которой обычно старались подчеркнуть экзотичность путешествия другие компании, две обычные койки с индивидуальными светильниками над каждой, на одной стене панель управления пищевым синтезатором со стандартным сбалансированным меню для разных рас и окошко выдачи. Вот и весь интерьер.

— Смотри, тут и зона отдыха с баром есть. — Юлия постучала пальчиком по схеме корабля на стене тесной каюты. — Может, хоть что-то интересное и экзотичное будет?

— На туристических кораблях таких зон обычно несколько. Даже если весь корабль рассчитан на один тип существ. Да и каюты могли бы сделать поуютнее.

— Зато ничего лишнего, — вздохнула Кимова и тут же улыбнулась: — И прекращай ворчать. Мы вообще бесплатно летим. Развлекаться будем на других планетах по пути.

— Ладно-ладно. Но когда-нибудь мы сможем позволить себе отдых не эконом-класса.

— А мы и не отдыхаем. Мы просто переезжаем.

— Уговорила.

Чем больше супруги Кимовы находились на корабле, тем сильнее разочаровывались. Оказалось, что общего обеденного зала на борту нет. Питаться предполагалось в своих каютах из того самого пищевого синтезатора общего образца. То есть без изысков, самой стандартной пищей, пригодной только для утоления голода.

— Это становится грустным, — капризничала Юлия. — До Акиды лететь семь стандартных дней. Я озверею за это время на безвкусном протеиновом суфле и снеках, а как выйдем на воздух, заработаю несварение, на радостях дорвавшись до нормальной еды.

— Да и скучно. Я рассчитывал пообщаться с кем-нибудь интересным. А когда заводить знакомства, как не за едой?

— То есть я для тебя недостаточно интересна?

— Я этого не говорил.

— Но подумал.

— Может, прогуляемся в рекреационную зону?

— С удовольствием!

Супруга с готовностью вскочила со своей койки — доставшиеся им билеты не были рассчитаны на супружескую пару, потому каюта Кимовым досталась не семейная, а просто на двоих, — накинула кардиган и попыталась открыть дверь. Но та не сдвинулась с места.

— Не поняла…

Филипп уже нажимал на кнопки вызова обслуживающего персонала корабля, но добился лишь автоматического сообщения на экране:

«Уважаемые пассажиры! Добро пожаловать на борт корабля «Уида», транспортное судно среднего класса. На данный момент часть палуб проходит техническую проверку, потому перемещение по коридорам и уровням ограничено. Приносим извинения за временные неудобства и желаем приятного путешествия».

— Да уж, средний класс. Ага… Еда, как в тюрьме. Каюта, как камера. Ещё и дверь заперли. Тюрьма и есть, — Юля всё больше распалялась, а Филипп помалкивал, чтобы не расстраивать супругу ещё больше. — Вот тебе и бесплатные билеты! Понятно, почему их никто не хочет покупать. С таким-то сервисом! Или эти маленькие скарфы решили над нами пошутить? Мы в шоу попали что ли? Тогда режиссёр у вас хреновый. Вы слышите? Автора сценария тоже поменяйте! Тут явно скрытые камеры есть…

Кимова вдруг осеклась, пригладила волосы и более спокойно спросила, глядя в угол, в котором, как ей показалось, расположить камеру было бы наиболее удобно:

— Эй, ты, там за экраном, надеюсь, тебе хоть нравится это смотреть. Ну или читать. А нам перепадёт гонорар за участие? Жанр передачи хотя бы комедия, а не триллер?

— Главное, чтобы не хоррор, — мрачно буркнул под нос задумчивый Филипп.

Супруги Кимовы потеряли бы счёт времени, пока корабль летел в сторону Акиды, если бы не электронные календари в мультифункциональных браслетах. Всё это время их не выпускали из каюты. Из развлечений были только трансляции развлекательных каналов, кое-как адаптированные для разных рас. Правда, сценаристы и менеджеры каналов и передач всё же плохо представляли, что то, что кажется забавным сталланцу или феррандцу, вряд ли будет приятно видеть людям или скарфам, хотя все они и входят в общую группу теплокровных кислорододышащих.

За несколько часов до прибытия Юлия уже сидела как на иголках. Она успела несколько раз перепроверить сумочку с документами и рюкзак Филиппа с самыми важными вещами, которые могли пригодиться им снаружи, чтобы ничего не забыть. Разумеется, вещи самого Филиппа в его рюкзаке занимали места не больше четверти, но спорить с озверевшей от скуки супругой было вредно для здоровья, потому муж на всё соглашался.

Если бы в каютах были иллюминаторы, то Кимовы смогли бы полюбоваться столь долгожданной панорамой поверхности, покрытой в основном водой, прерывающейся зелёными массивами материков, Акиды. Но вместо этого весть о приближении к свободе и массе туристических развлечений им принёс служащий корабля, внезапно возникший на пороге их импровизированной тюрьмы с подносом в лапках. Им оказался трилоб — невысокое существо с множеством членистых ножек, покрытое пластинчатым серым панцирем.

— Надеюсь, вам было комфортно? — сотрудник задал дежурный вопрос и, не давая возможности пассажирам ответить и всласть повозмущаться, тут же продолжил: — Мы заботимся о своих клиентах, потому вы должны принять специальный витаминный комплекс. Он поможет вам легко и быстро акклиматизироваться на данной планете. И ничто не омрачит ваш отдых.

Обезоруженные вежливостью и заботой, супруги послушно приняли цветные капсулы и запили каким-то фруктовым напитком.

— А нельзя было внести витамины в качестве пищевых добавок сразу в меню синтезатора? — поинтересовался Филипп.

— Бортовая система синтезаторов не пригодна для этого. Тем более для каждой расы нужны разные добавки. Сложно рассчитать заранее, какие именно витамины следует загрузить в систему.

Юлия вдруг зевнула.

— Да уж, чем больше спишь, тем больше хочется. Хотя столько дней только и делали, что спали. Заняться ведь было нечем. Зато вот-вот проветримся, наконец!

— Разрешите поинтересоваться, — вдруг решил полюбопытствовать Филипп. — Ведь трилобы водные существа? Насколько твёрдый и тяжёлый ваш панцирь? Можно я потрогаю? Если это не бестактно, на ваш взгляд, конечно. Мне с технической точки зрения интересно.

— Ч-что? Ах да… — вопрос человека застал сотрудника корабля врасплох. — Да. Водные. Отличная маскировка снимает все вопросы.

Кимов расценил ответ, как разрешение, быстро наклонился, даже не вставая с койки, и постучал по выступающим чешуям на боку существа. Стука не получилось. Трилоб вдруг резко вздрогнул, обмяк и изменил цвет и форму.

— Я ещё не встречал таких любопытных и неугомонных существ, — недовольно просвистел сотрудник, который теперь выглядел, как мешок со слизью, с чёрными выпуклыми глазами на макушке и пучком ложноножек в нижней части тела. — Кажется, Фиби не рассчитала дозу. Вы уже должны были спать!

— Ух ты! Так вы амморит с Варго… — реакция Юлии была для неё нехарактерной. — Читала про вас, но никогда вживую не видела.

— Ты просто меньше путешествовала, дорогая, — сонно пояснил Филипп. — А зачем вы нам дали снотворное?

— Чтобы смирно лежали, пока вас не выгрузят.

— Но мы должны сойти на Акиде, чтобы попасть на экскурсии и на пляж, — вяло продолжал Кимов. — Мы зарегистрировались на рейс в межпланетной транспортной системе. Нами заинтересуется миграционная служба, если мы не отметимся по прибытии.

— Не волнуйтесь. Мы позаботимся, чтобы не доставить заинтересованным службам лишних хлопот. — Амморит вздрогнул, резко увеличился в размере и стал точной копией Филиппа. — А компанию мне составит Фиби.

— Точно, маскировка снимает все вопросы. Мимикрия… Но мы прилетели, чтобы отдохнуть на курорте. Мелито ведь подарил нам путёвки…

— Мелито отличный парень, — амморит снова вздрогнул, скукожился и принял облик скарфа, которого спасли от метели супруги Кимовы. — Правда, он вызывает доверие?

С этими словами амморит-скарф подмигнул Филиппу и скрылся за дверью.

— Так нас похитили? — сквозь сон пробормотала Юлия.

— Кажется, да…

— Ва-а-у-у-у… Значит, мы важные шишки… Понять бы только, чем мы так важны?..

И разговор прервался. Оба супруга крепко уснули.

Проснулись Кимовы уже не в койках, а на полу, и не в своей каюте, а в помещении без мебели. Зато здесь было полно других пленников. В основном теплокровные кислорододышащие некрупные обитатели планет Конфедерации: беспокойные свиглы и похожие на них пушистые кориниканцы, квиллиацы, несколько трилобов и головастых виргианцев. Вперемешку с кислорододышащими среди пленников затесалось трое ошианцев. Они могли дышать и воздухом, но основной средой обитания всё же была вода. Им-то и приходилось сложнее всего. На троих у них был одна неполная ёмкость воды. Бедолаги периодически окунали в неё кусок тряпки и смачивали друг другу органы дыхания.

Пленники сбились в кучки по расовой принадлежности по большей части спали. Супруги оказались здесь единственными людьми. Знакомиться с кем-либо желания пока не возникло. Юлия и Филипп ошарашенно осматривались и пытались понять, что именно с ними произошло.

Из-за двери донеслись неразборчивые голоса. Кимова бросилась к выходу и стала прислушиваться, но сквозь двухслойную металлическую створку разобрать можно было только отдельные фразы чуть хрипловатых голосов трансляторов-переводчиков.

— В этот раз мало…

— … зато дорогие. Мелкие и проворные со своими пятью пальцами.

— Кормить замучаешься, капризные и хилые… дохнут…

Юлия в шоке повернулась спиной к двери, прислонилась к ней и тихо осела на пол.

— Да это же работорговцы! Они нас, как товар, обсуждают…

Филипп в задумчивости молчал, сидя у боковой стены, то и дело сжимая и разжимая кулак. Пару раз он поднимал голову, собираясь сказать что-то утешительное жене, но раздумывал и обречённо снова опускал глаза.

— Ты был прав. Всегда прав, мой дорогой Филечка. Всё с самого начала выглядело плохо и подозрительно. Ты был прав, а я дура. Дура истеричная. Дура эгоистичная! Устала работать, устала отказывать себе во всём. Решила развлечься, повелась на бесплатное, решила для себя пожить. А подумать не решилась, дура, ослеплённая жадностью и жаждой развлечений!

Юлия распалялась всё больше. Интонации её менялись с каждой фразой вместе с тоном и громкостью. Кимова раскачивалась, сидя у двери, и на самых яростных выкриках ударялась затылком о металл. Филипп не мог спокойно на это смотреть. Он пересел поближе и крепко прижал к себе супругу.

Другие пленники, казалось, привыкли уже к подобным сценам. Свигглы что-то грызли, кориниканцы продолжили спать, трилобы сочувственно скрипели о чём-то, но вмешиваться не стали. Ближайший к Юлии ошианец протянул Филиппу свой коврик, чтобы тот мог подложить его супруге под голову. Сам уроженец Ошиана в постели не нуждался. В твёрдом панцире ему было всё равно, на чём спать.

— Успокойся, солнышко. Ты не виновата. Мы и правда слишком долго засиделись на этой холодной, безрадостной планете. Я должен был беречь тебя и лучше о тебе заботиться. Ты думаешь, это капризы? Нет. Я просто недостаточно о тебе заботился. У тебя проблемы со здоровьем из-за этого. И гормоны не в порядке, и нервы расшатаны. Ты не истеричка. Ты моё самое терпеливое и родное солнышко.

Но Юлия продолжала гнуть свою линию:

— Говорили мне родители, что ничего не даётся просто так. Бесплатный сыр только в мышеловке, а праздность до добра не доведёт. Лень и праздность. Сэкономила, не захотела с пересадками лететь…

— Тш-ш-ш… — Филипп вдруг приложил палец к её губам.

Юлия всхлипнула ещё раз и притихла. Мимо их клетки прогрохотали тяжёлые шаги. Теперь слова работорговцев были хорошо слышны:

— Кцлех передал, что обработал здорового феррандца.

— Отлично. Нужно будет заскочить в каменоломни на Виргии. Там за такого хорошо заплатят.

— Только клетку надо освободить. Как бы он нам остальной товар не попортил, когда очухается и разъярится.

— Вытащим из семнадцатой того грызуна и бросим к прочей мелочи. Потеснятся. Может, погрызутся немного, но удавить друг друга не должны.

Отдалённый звук механизмов гидропривода гермодвери, шаги, сопровождаемые тихими стонами и снова звук автоматически отодвигаемой массивной створки. На сей раз на двери, запирающей тюрьму Кимовых и их менее крупных товарищей по несчастью. Филипп отодвинул Юлию в сторону, а сам приготовился к прыжку, но весь его пыл пропал, когда в открывшемся проёме появились фигуры двух здоровенных арболитов. Этих жителей суровой и каменистой Венды IV во всей Галактике знали как отменных бойцов. Несмотря на плотный слой жёсткой шерсти, которая сама по себе хорошо защищала от повреждений, они предпочитали носить дополнительную броню, а из оружия, с которым не расставались, предпочитали что-нибудь потяжелее и помощнее.

В клетку небрежно бросили ещё одну подстилку и потрёпанного скарфа.

— Не испортите нам эту мелочь, — ухмыльнулся один из бандитов и захлопнул дверь.

— Похож на Мелито, — Юлия уже переключилась на заботу о скарфе, который был в куда более плачевном состоянии, чем она с мужем.

— Представители других рас всегда кажутся на одно лицо, — беззлобно подначил её Филипп.

— Я… Мелито… Пръезе… не берите бесплатные путёвки… подделка… обман…

Скарф на время потерял сознание.

— Всё-таки это был он! — Юлия была готова придушить несчастного Мелито, но Филипп успел остановить её, поймав в объятия.

— Ты ведь видела, как менял внешность тот амморит в нашей каюте?

— Да, ещё и восхищалась им, дура набитая.

— Так вот, нас он опоил снотворным и сошёл на Акиде. Не удивлюсь, если сейчас где-то в ресторане поддельная Юля Кимова рассказывает каким-нибудь местным молодожёнам о замечательном трансгалактическом круизе и горящих путёвках.

— Ты думаешь он?..

— Уверен, что к нам приходил тот же амморит-мимикрист, или другой — наверняка их в этой баде полно, чтобы и эервт обманывать, и миграционные службы за нос водить — в то время как мистер Пръезе уже был заперт в клетке.

— Но нам путёвки всучили на Геридоне, а он не входит в маршрут круиза. За нами специально что ли прилетали? Мы чем-то для них особенно важны! — Юлия торжественно сложила руки на груди, пытаясь вспомнить, чем же так важны и ценны они с мужем могут быть для похитителей.

— Я слышал, что им заказали побольше людей, — Мелито пришёл в себя и попытался сесть. — А на Геридоне холодно. Люди — один из самых хорошо приспосабливаемых видов, потому там их полно. Но мало кто из них доволен условиями. Лёгкая добыча.

— Так это точно не ты нам то письмо подбросил с билетами? — Юлия внимательно всматривалась в скарфа.

— У них уже отработанная схема. Крутятся в транспортных терминалах и возле туристических агентств и выбирают жертв, которые обрадуются бесплатному круизу. — Мелито быстро приходил в себя и уже начал инстинктивно приводить в порядок шёрстку. — Во всяком случае, я тоже получил письмо после того, как посетил космопорт, чтобы узнать цену на билет до Гиды, и выручил одного трилоба.

— «Спасибо за помощь, дорогой друг…» и всё такое, да?

— Точно! Что-то такое и было в письме. Я ещё удивился, что Рлио не назвал меня по имени и не подписался в конце письма, а ведь мы неплохо посидели в баре и вроде подружились даже. Просто проснулся и увидел перед носом конверт с билетом.

— Письмо без подписи? — Филипп звонко хлопнул себя по лбу. — Ещё и название нашей расы на конверте было будто дописано после.

— Так они всем одинаковые письма оставляют? — обиделась Юлия. — Никакой фантазии.

— Это просто бизнес. А мы — просто товар, — скарф развёл лапками в стороны.

— Покидают туристический корабль они под видом зарегистрировавшихся на рейс туристов и отмечаются о прибытии, потому никто не ищет пропавших. Мало ли чем они на планете по прибытии занимаются? Главное, что в космосе не потерялись. С этим понятно, — принялся рассуждать Филипп. — На борт «Уиды» поднимаются новые «туристы». А как возвращаются сами аммориты?

— Разве для мимикристов это проблема? — Мелито приподнял верхнюю губу, что у скарфов означало улыбку.

— Действительно. Притворился чемоданом, сумкой пилота или другим неживым предметом и все дела. Они же все в одной команде. А усыплённых пассажиров…

— …выгружают посреди пути на пристыковавшийся пиратский челнок, — помог завершить логическую цепочку Мелито.

— Понятно. Никакие мы не важные шишки, — Юлия даже разочаровалась. — Просто под руку подвернулись. Ну хотя бы ходовой товар. Может, хоть шкурку нашу постараются не попортить. И куда нас теперь отправят? Какая часть Галактики ещё не вошла в Конфедерацию независимых миров и где не отменено рабство?

— Да вся окраина с Седьмого по Одиннадцатый сектор, — мрачно озвучил Филипп, который уже успел поразмыслить над этим вопросом.

— То есть почти половина Галактики…

Снова потянулись унылые дни. Периодически работорговцы приводили партии новых жертв. Каждый раз Юля пыталась прикинуть прошедшее количество дней и определить, с какой из планет маршрута «круиза» очередное пополнение. Но на популярных планетах население было очень пёстрым, потому каждый раз новобранцы были самыми разномастными, потому проверить свои предположения Кимова не могла.

Один из перелётов оказался особенно длительным.

— Наверное, пересекаем не особо заселённые сектора. Значит, скоро доберёмся до Гиды, а за ней и Земля, — с тоской протянула Юлия.

— Это если мы не в противоположную сторону летим. Отсюда же не видно.

— Ну, Филя!

— Они куда-то спешат, — задумчиво протянул Мелито. — Я хорошо знаю этот звук, когда двигатели работают на пределе. Хотя я и не смог точно определить тип и класс корабля. Снаружи я его не видел, а из того, что успел рассмотреть внутри, понял, что эту посудину собирали по частям из кучи всего. Собрали, кстати, не плохо, но до скарфского качества далеко, далеко…

Пръезе был как раз механиком, что не удивительно, учитывая его проворную расу. Несмотря на свои небольшие размеры и то, что скарфы так и не стали доминирующими хищниками на своей планете, их интеллект и тяга к технике позволили им выйти в космос и успеть освоить пару ближайших планет до того, как они повстречали первых соседей по Галактике.

Совершенству скарфских кораблей завидовали почти все расы, но покупать их смысла не было. Ведь миниатюрные технари строили их под свои габариты. Зато их техническая подкованность и умения стали ходовым товаром.

— По левому борту подача топлива неравномерная. Я чувствую характерную вибрацию. Скоро двигатель выйдет из строя, — спокойно вынес вердикт Мелито.

— Это хорошо для нас или плохо? — осторожно спросила Юлия.

— В зависимости от того, есть ли у этих бандитов механик и ресурсы для ремонта и как далеко мы застрянем от обитаемых планет.

Через пару дней прогноз Мелито сбылся и корабль замер, а подходящий для ремонта топливной системы мастер у пиратов всё же нашёлся.

— Выходи, грызун. Тебя Кэп требует к себе. Пора отрабатывать свою еду, — пробасил арболит и ухватил не особо сопротивлявшегося Мелито за загривок. — Движок барахлит что-то.

— Ты станешь ремонтировать корабль гнусных работорговцев? — Юлия скривилась, глядя на покорно болтающегося в руке бандита скарфа, и отвернулась.

— Спасибо вам за добро и компанию, — выдохнул Мелито.

— Ты будто прощаешься. Починишь эту развалюху и вернёшься, — уверенно начал Филипп, но на конце фразы голос его потерял уверенность. — Так ведь?

— Как знать…

Больше добродушного скарфа-механика супруги Кимовы не видели. По ощущениям через пару дней корабль ожил и снова начал движение. Соскучившиеся пленники обрадовались, что скоро их маленький друг снова будет с ними. С остальными пленниками общение у них так и не сложилось, а к Мелито он успели привязаться, несмотря на то, что именно его облик принял работорговец, чтобы заманить их на «Уиду». А может именно общее начало событий на Геридоне и сблизило их.

Вместо возвращения скарфа буквально через несколько минут корабль сильно тряхнуло и по нему прокатился грозный рокот. Работорговцы засуетились. Кто-то из них выкрикнул на бегу:

— Эта мелкая тварь нас взорвала!

На очередной ремонт понадобилось гораздо больше времени. Капитан явно был в ярости из-за задержки и срывался на подчинённых, а те отыгрывались на пленниках. Ожидание хоть чего-либо становилось невыносимо однообразным и бесконечным.

А ждать оставалось только кормёжки, которую резко урезали. Сказывалось длительное нахождение вдали от планет и космических баз без дозаправки и пополнения припасов. Будущих рабов содержали в помещениях корабля, предусмотренных как жилые, но пищевые синтезаторы там были отключены, что понятно и логично с точки зрения работорговцев. Им было важно лишь сохранить товар живым и не слишком измождённым.

Теперь же пленники получали половину порции питательного концентрата в сутки. Сильнее других страдали относительно некрупные свиглы. У них, приспособленных к резким перепадам температур на близкой к своей звезде Свигилии, был очень быстрый метаболизм и желудок, способный переварить и усвоить практически любую органику. За такую всеядность, а в придачу ещё и невосприимчивость к ядам, прочную шкуру и гибкие суставы, что всё в месте создавало впечатление неуязвимости и бессмертности, свиглам приходилось платить. Этим существам постоянно хотелось есть. Полные карманы еды и постоянно что-то в зубах — это было визитной карточкой свиглов, по которой их можно было отличить от похожих внешне, но изнеженных стабильным климатом своей планеты кориниканцев.

Гимо и Фрим заняли место у самой двери, чтобы первыми получать столь долгожданную порцию еды. Кимовы же были единственными людьми в этом помещении и практически самыми крупными существами. Несмотря на недостаток пищи, аппетит у Юлии был плохим. Филипп каждый раз долго шёпотом уговаривал её съесть свою порцию и не позволял отдать пищу другим.

— Тебе нужно беречь силы. Когда-нибудь ведь нас освободят, мы доберёмся до Земли и осуществим свою мечту, ради которой и отправились в путь.

Поначалу Юля резко реагировала на попытки супруга успокоить её и подбодрить, дважды срывалась на истерику, чем перепугала половину обитателей камеры, мало знакомых с проявлением эмоций у людей, а затем стала совсем тихой. Пугающе тихой и безразличной ко всему.

— Еда! — Гимо прильнул мохнатым ухом к двери.

Чуть ниже пристроился второй свигл:

— Не слышно шелеста колёс тележки, — в голосе Фрима сквозило болезненное разочарование. — Не еда.

— Их много.

Остальные пленники поёжились и отодвинулись подальше от двери. Если работорговцы идут большой компанией, добра ждать не стоит. Либо ведут новых пленников, либо собираются кого-то забрать, как увели Мелито. Корабль всё ещё болтался где-то в космическом пространстве с повреждённой энергосистемой, и новым пленникам взяться было попросту неоткуда. Значит…

— Освободите пространство возле входа. Замки заблокированы, мы будем использовать спецаппаратуру. Металл сильно нагреется.

Трансляторы переводили глухо доносящиеся из-за створки голоса без сохранения эмоций, но всё равно пленники сразу поняли, что на этот раз за дверью не бандиты. Слишком уж спокойно и вежливо их попросили убраться вглубь помещения. Работорговцы на своём корабле, наверняка, нашли бы другой способ вскрыть камеру, а не вырезать замок вместе с куском двери и стены.

Шипение резака, удар. Кусок горячего металла ввалился внутрь помещения. Следом створка двери силами гостей отодвинулась, и ещё несколько мгновений клубы вонючего дыма мешали рассмотреть пришедших. Наконец, серебристо блеснула эмблема в форме двенадцатилучевой звезды, символизирующей сектора Галактики, с силуэтом спирали Млечного Пути на тёмно-синем фоне и звёздочками, отмечающими каждую из двенадцати столичных планет.

— Объединённая Служба Охраны Галактики, Управление Девятого сектора, — представил команду из троих спасателей феррандец в тёмно-зелёной форме. — Раненые есть?

— Нет. Только голодные, — вдруг выпалила Юлия.

Она внезапно очнулась от забытья и удивлённо осматривалась по сторонам.

— А вы настоящие полицейские? — продолжила Кимова.

— А есть сомнения? — вопросом на вопрос ответил человек из Службы Охраны.

— Их можно понять, Райан, — феррандец был старшим по званию в этой тройке.

— Да уж. Фальшивой туристической компании нам хватило, — едко отозвался из угла всклокоченный квиллианец.

— В каком смысле?

— А вы сюда не по фальшивой путёвке прибыли? — продолжил язвить Д’Крако.

— На Квиллиане, что ли, без хамства не выжить и это у вас в крови? — огрызнулся Райан.

Третий солдат, ошианец, которого природа снабдила прочным панцирем восемью крепкими ногами и парой мощных клешней, без лишних разговоров отбросил обратно в коридор остывающий кусок вырезанного металла, чтобы не мешался под ногами, и стал помогать вставать наиболее ослабшим пленникам.

Филипп поспешил присоединиться к разговору, чтобы не позволить сцепиться квиллианцу, который вместе со всей своей расой на самом деле по природе своей тяготел к хамству и эпатажу, с человеком.

— Это корабль работорговцев.

— Мы уже поняли, — старший по званию обрадовался, что среди пленников нашёлся кто-то относительно спокойный и способный к осмысленному разговору, а не эмоциональным выкрикам. — Но при чём здесь туристические путёвки?

Филипп быстро изложил схему обмана, с помощью которой его с супругой остальных пленников заманивали на «Уиду». Остальные потерпевшие поддакивали и добавляли свои детали в рассказ.

— Из обрывков разговоров бандитов я понял, что схема давно отработанная. Так как же вам удалось понять, что борт на самом деле не круизный и спасти нас?

— Кажется, вам крупно повезло, — феррандец почесал затылок. — Сработал автоматический аварийный маяк. По всем признакам судно попало в серьёзную аварию. От экипажа никаких сообщений не поступало. Только сигнал маяка. Да ещё и в незаселённом квадрате, удалённом от всех путей. Ни один рейс сюда не был зарегистрирован. Что мы должны были подумать?

Пленники непонимающе смотрели на солдат.

— Мы бригада первого контакта, — спокойно пояснил недогадливым страдальцам ошианец. — Авария вдали от обитаемых частей сектора. Мы летели спасать представителей новой разумной расы и налаживать мирные дипломатические отношения. А на месте выяснили, что всего лишь случилась поломка на корабле работорговцев. Вам повезло, что случайно сработал аварийный маяк.

— Мелито… — со слезами на глазах прошептала Юлия. — Нам не повезло. Это малыш Мелито устроил. Он знал, что на сигнал маяка кто-нибудь примчится нас спасти…

— Та-ак… Понятно. Теперь мы эту хитроумную лавочку прикроем. Райан, подготовь раппорт для передачи Департамент по борьбе с преступностью. Это их охотничьи угодья. Пусть встряхнутся.

ОСОГ выполняла в Конфедерации все военные, полицейские и дипломатические функции, включая в себя ряд специализированных департаментов. Отлично налаженная система позволяла представителям разных рас общими усилиями уже долгое время поддерживать мир в разведанной и обжитой части Галактики. Но всё равно ещё оставалась масса неисследованных областей. В удалении от крупных планет, скрываясь за туманностями и в пылевых облаках, устраивали свои логова и убежища разномастные преступники, чаще всего выходцы с бедных окраинных планет, этаких трущоб галактического масштаба.

Там же оставался шанс встретить новые разумные расы, вышедшие в большой Космос, но ещё не встретившиеся с жителями Конфедерации.

Именно в случаях вероятности таких встреч к местам аварий в незаселённых окраинных районах выдвигалась команда первого контакта. В группу входили не только военные, но и команда высококлассных ксеномедиков. Для них, правда, на этот раз работы было немного. Они с нетерпением ждали редких вызовов в неизведанный космос в надежде на встречу с чем-то новым, но в этот раз все виды, нуждающиеся в минимальной медицинской помощи, оказались знакомыми и уже хорошо изученными.

Юлия с Филиппом обошлись без травм. Лёгкое обезвоживание и дефицит микроэлементов решались полноценным питанием и соблюдением питьевого режима. После нескольких дней бесед с полицией, рассказав все детали их попадания в ловушку работорговцев, они были свободны. Всех бывших пленников довезли до заправочной и пересадочной космической станции «Энигма-3», восстановили электронные носители документов и пожелали счастливого пути.

Кимовым снова нужно было искать транспорт до Земли.