Утром девушка купила в палатке живые цветы и отправилась на кладбище. Она присела на скамейку рядом с крестом. С фотографии на неё смотрела улыбающаяся мама.

— Ничего страшного, — проговорила Лера, — не встретились здесь, встретимся с той стороны. Ты и так со мной была очень долго! Брату тоже нужна мама, да Макс? — обратилась она к улыбчивому черноволосому парню на фотографии с памятника рядом. — Жаль, что папу не успела повидать. Надеюсь, ему там хорошо, и вы все вместе.

Земная жизнь не такая уж длинная, а для вас, наверное, и вообще один миг… Возможно, позже у меня тоже будут дети… Правда, жаль, что мне придётся передать им свой дар, ведь жить с ним непросто: не дар вовсе, а проклятие… Но меня ведь никто не спрашивал, хочу ли я… А может, возьму ребёнка из детдома, уж тогда точно мои гены ему не достанутся. Ведь выбор есть всегда!

Она говорила и говорила… Вспоминала все свои страхи и сомнения, перебирала счастливые воспоминания из детства и тревоги юности…

Наливала себе чай из термоса, выпивала его и снова говорила, говорила…

— Какая трогательная картина! — раздался ехидный голос за спиной.

Лера медленно обернулась, уже зная, кого увидит… Донка! Она пришла из глубины кладбища, чуть слышно шурша длинными разноцветными юбками. Красный платок, завязанный узлом на лбу, и огромные серьги… Её необъятная грудь колыхалась под прозрачной чёрной кофточкой.

— Ты настолько идиотка, что таскаешь повсюду моё зеркало! Не знала разве, что через него тебя можно найти? — зло ухмыльнулась цыганка.

— Смотрю, все в сборе! — кивнула она на могилки родных Леры. — Тебя только не хватает. Ну, ничего, местечко есть! Молодец, что оставила. Правда, умрёшь не сразу. Сначала я по одному убью всех, кого ты любишь: белобрысую девку, её долговязого верзилу, твоего обожаемого качка… А потом настанет твоя очередь! Думала, что я прощу тебе смерть моего брата? Решила, что будешь спокойно жить, пока его будут черви жрать?

— А ты можешь спокойно жить после того, как убила моих брата и мать? — разозлилась Лера. — Думаешь, управы на тебя не найду? Найду! И отправлю в ад, где тебе самое место!

— Мамку свою ты сама убила — вечно таскаешься всем аулом. Хоть в туалет-то одна ходишь или тоже в сопровождении? — цыганка нагло издевалась над девушкой.

— Слышь, пёстрая, свали с нашего погоста, — раздался сердитый голос бабы Стеши — она появилась рядом с Лерой, сжимая в руке свой веник.

— И что ты мне сделаешь, привидение? — насмехалась Донка, вызывающе приподняв одну бровь.

Баба Стеша застучала веником по оградке. По погосту прокатился гул, переходя в завывание, ветер поднял целый ворох сухих листьев и с силой обрушил на землю. Перепуганные птицы с криком взмыли в небо, деревья угрожающе заскрипели…

— Ты думала, я тут одна такая снежинка, а нас тут целая метель! — грозно сказала старушка. Повсюду с погоста поднимались фиолетовые фигуры и летели на зов. Скоро они плотной стеной встали за Стешей: старые, молодые, дети, женщины, мужчины… Лица нахмурены и суровы. Каждый понимал: если ведьма на кладбище, значит, скоро к кому-то постучится беда. Среди толпы было немало и тех, кто умер из-за её страшных деяний.

— Надо проводить гостью! — объявила баба Стеша, собрала ком фиолетовой Силы и бросила в Донку. Призраки вокруг оскалили зубы, ногти их удлинились, превращаясь в тяжёлые когти.

Лера застыла на месте — ей стало по-настоящему страшно! Она уже видела такое однажды с Любашей, но, чтобы встал весь погост — впервые!

Призраки отталкивались от земли и молнией бросались на цыганку, стараясь достать и растерзать.

Но та и бровью не повела! Она взмахнула рукой, и перед ней образовалась тонкая красная плёнка. Будто невесомая, шёлковая ткань колыхалась под порывами ветра. Но призраки ударялись об неё, как о бетонную стену, и падали к ногам Донки. Свечение их становилось бледнее, а ткань, наоборот, разгоралась красным.

— Ты серьёзно думала напугать меня вашими привидениями?! — издевательски рассмеялась цыганка.

— Всем отойти! — громко крикнула Стеша, — переходим к плану «Б». Вызываем подкрепление!

Покойники послушно откатились назад и отошли за спину старушки. Она протянула в сторону толпы веник… Кто стоял рядом, ухватился за него, а кто дальше — положил руку на плечо соседу. Струи фиолетовой Силы потекли к Стеше. Когда набралось достаточно, она подняла руку вверх и выпустила столб Силы, который быстро ринулся в черту города.

— Кого звать-то собралась? — хохотнула дерзкая цыганка. — Девку свою ряженую? М-да, измельчали старосты погостные: дети да старухи. С тех пор, как я извела Хозяйку, не осталось защитников, да? — Донка продолжала издеваться. Скрестив на груди руки, она презрительно оглядела всех.

— Так это ты?! — взвыла Стеша и вдруг стала меняться на глазах. Она почернела, сгорбилась ещё сильнее, глаза зажглись красным огнём! Теперь она больше напоминала животное, нежели человека.

— Можно уже её сожрать, да? — неожиданно раздался голос рядом.

«Мать Донки, она здесь!» — догадалась Лера и начала рыться в сумке в поиске зеркала, которое сняла с потолка подъезда. — «Макс говорил, что в него можно её увидеть! Потом надо открыть портал… Но как её заставить туда войти?!»

— Подожди, мама, успеешь! Можешь пока вот дожрать этих полудохлых, — она указала матери на бледных призраков у себя под ногами.

… Ближайший к цыганке дрогнул и вдруг пропал по пояс. Раздался сдавленный стон, и вторая половина его тоже исчезла…

Это окончательно разозлило Стешу, и она с утробным рыком бросилась на цыганку!

— Зам Хозяйки погоста на арене! — громко продекламировала Донка, развернула красную ткань и набросила на старушку в тот момент, когда та почти её коснулась.

Лера ринулась к Стеше, но руки прошли сквозь красное марево. Она ползала на коленях, силясь снять ткань, но та ускользала.

— Вот так ты скоро будешь ползать и просить о пощаде, — пообещала Донка, — но я же не монстр какой-то. У человека должен быть выбор! Я тебе его подарю… по доброте душевной!

Она скинула с плеча сумку и достала толстую верёвку, связанную петлёй:

— Мама, подсоби, — обратилась она в пустоту.

— Конечно, донечка, — донёсся противный ехидный голос. Удавка будто сама собой полетела по воздуху и повисла на низком суку берёзы. Если встать на ограду, то Лера как раз сможет дотянуться…

— Итак, у тебя есть выбор: твои любимые друзья умирают один за другим, а потом я убиваю тебя. Либо ты закрываешь этот вопрос самостоятельно, обрекая себя на вечный ад в липком ужасе. Конечно, второй вариант нравится больше. Знаешь, не очень-то мне по нутру мысль, что убийца моего брата будет прохлаждаться в посмертии. Но если ты не оставишь мне выбора, то я, так уж и быть, буду довольствоваться твоими муками, пока ты жива, — развязным тоном произнесла Донка.

Лера всё ещё сидела на земле рядом со Стешей. Почему-то план цыганки её не сильно удивил — она ожидала чего-то подобного. Но сейчас её заботило другое: как снять красную Силу со старушки!

«У Стеши глаза загорелись красным, когда она бросилась на Донку… Видимо, природа этой Силы — гнев», — лихорадочно размышляла девушка. Она оглянулась на застывших призраков — они тоже должны злиться! Пригляделась и увидела у них еле заметные проблески красноватого свечения. То что нужно! Лера потянулась к ним Силой, вбирая красные капельки и направляя в руки. Несколько мгновений, и девушка смогла нащупать ткань, покрывающую Стешу. Одним движением сбросила её и победно посмотрела на Донку!

— Ого, да ты освоила трюк для начинающих! — ехидно рассмеялась цыганка, — не обольщайся, этому фокусу можно даже попугая обучить!

Донка откровенно издевалась. Ей доставляло удовольствие наблюдать, как девушка изматывается.

— Стеша, уходи отсюда! — прикрикнула Лера на старушку, которая пришла в себя.

— Я ненадолго и скоро вернусь! — с достоинством ответила баба Стеша.

— Передай привет Але, если нам и не удастся свидеться! — попросила её Лера и многозначительно, даже с мольбой посмотрела ей в глаза.

Та открыла рот, чтобы что-то ответить, но внезапно о чём-то догадалась и с готовностью кивнула:

— Буду в тех краях, непременно передам!

— Итак, от тебя ушли даже самые верные твои союзники. Меня не перестаёт радовать то, как складываются события! Мамка твоя ушла, даже не попрощавшись. Старуха вон, и та решила без тебя прогуляться… Браво! — картинно зааплодировала Донка. — Ну, а пока нам никто не мешает, мы с тобой развлечёмся, в ожидании твоих друзей.

— Скажи сначала, зачем тебе всё это? — попросила Лера. — Зачем ты убила моего брата… Потом приставила Эда ко мне. Для чего?

— О, хочешь потянуть время и поболтать. Сериалов насмотрелась, что ли? Ну, тяни — не тяни, своих помощников в действии ты видела. Времени у меня вагон, так что, пожалуй, отвечу:

— Щенят надо давить в детстве, пока не успели отрастить зубы. Тем более у вас Сила не обычная, хотя сама ты об этом ещё не догадалась. Но уже и не успеешь. Может бы и оставила вас, раз вы такие недалёкие, но у вас родятся дети, а они могут быть не в пример вам.

Хотя своей малохольностью ты не мало мне крови попортила. Взять даже нашу с тобой короткую историю. Помнишь, я на девку Пузыря прилепила, чтобы сына клиентки спасти? Мы над этим планом много лет работали. Всё просчитали. Но тут являешься ты, и тебе очень надо кого-нибудь спасти. Зачем, спрашивается? Мать этой малявки вполне заслужила такую судьбу: к женатому прилипла. Зачем в чужую семью влезла? Вот ей и расплата! Всё честно. В следующий раз подумала бы, прежде чем лезть.

Но нет, тебе плевать, главное — спасти несчастных и убогих! Вот такая вся ваша порода. Сколько я на своём веку видела таких, как ты, на побегушках у погоста? Да целую вереницу! И все как один. И все вы лезете в мои дела. И договориться с вами никак. Остаётся одно — отправить вас к вашим любимым покойникам!

Донка неприязненно оглядела девушку, скривила в хищной улыбке рот и щёлкнула пальцами:

— Думаю, ты достаточно услышала. Перейдём к самому интересному. Может, управимся до прихода твоих друзей…

Она взмахнула рукой в сторону Леры, и девушка краем глаза вдруг заметила щупальце красной Силы, летящей в её сторону. Она пыталась уклониться, но не успела: петля затянулась на ноге. Боль пронзила всё тело, будто раскалённым железом прожгло до самых костей. Лера громко закричала и упала на колени.

— Мам, наш воробушек решил звонко почирикать! Сходи-ка проследи, чтобы незваных гостей не набежало, — велела цыганка.

— Силу ещё тратить на такую ерунду! Может, придушим, когда прибегут? — ворчливо ответил гнусавый голос.

— Ещё горы трупов мне тут не хватало, и так развернуться негде, — капризно ответила Донка.

— Как скажешь! — коротко бросила старуха.

— Итак, воробушек, ты сейчас почувствовала маленькую толику того, что я собираюсь с тобой делать много-много часов подряд! Поверь, я прослежу, чтобы не померла нечаянно, но то, что после нашей беседы не останешься инвалидом — гарантировать не могу. Поэтому давай сократим маршрут: ты в петлю, и всё быстренько кончится, — предложила Донка и, присаживаясь на край изгороди, отвратительно захихикала.

Лера помотала головой, что означало «нет!».

«Голубая Сила! В схватке против Надежды она помогла. Где же её взять? У меня самой её слишком мало. Дотянуться бы до церкви, но она далеко. Не получится», — обида захлестнула девушку. Она собрала сколько было у неё голубой Силы и направила на жгущую петлю. Боль ослабла.

— Ну, допустим, ты потратила всё, что было. Что будешь делать теперь? — спросила Донка и бросила новую петлю — в этот раз она обхватила запястье.

Лера застонала. Жгучая боль пронзила до плеча. Девушка встала и, хромая, двинулась на цыганку. Иного варианта, кроме как драться, она придумать не смогла.

— Наконец-то! А я уже решила, что так и подохнешь, даже не попытавшись побороться, — надменно бросила Донка своё одобрение, вставая с низкого заборчика оградки.

— А у нас гости, Лер! — послышался голос бабы Стеши. Лера обернулась.

Там стояла усопшая женщина. Полненькая, в платочке, из-под которого торчала ёжиком чёлка. Что-то в ней было не так. То ли то, что её под руки боязливо поддерживали двое покойных мужчин, а она безвольно висела на их руках, то ли застывший ужас в глазах женщины, то ли странно вспученный живот, в котором перекатывалось что-то чёрное:

— За Славку тебе, мразь! — едва слышно прошептала женщина и бросилась на цыганку. Та слишком поздно поняла, что именно задумали призраки. Уже погружаясь в облако липкого ужаса, её лицо исказилось сначала от недоумения, а затем от гнева. В последнюю секунду она успела дёрнуть за красную верёвку, держащую запястье Леры, и девушка вместе с ней полетела в липкую чёрную пустоту. Последнее, что она услышала, это визгливый голос старухи:

— А ну, отошли от Донечки, трупы ходячие! Сожру всех по одному!

«Успела старуха!» — с горечью и сожалением подумала Лера.