— Лера, очнись, Лера! — снова услышала она Зоин голос.

Девушка распахнула глаза. Перед ней была Зоя, с раскрасневшимися щеками, живая и здоровая! Лера резко села и увидела: они были с этой стороны ограды. Рядом стояла баба Стеша, довольно улыбаясь и помахивая веником:

— Ну, как миротворческая миссия? Успешно? — спросила она, уже зная ответ.

— Зоя! Ты жива! — закричала Лера и разрыдалась.

— Жива, конечно. Чуть пупок не развязался тебя через ограду тащить, но ничего, справилась! — Зоя была обескуражена слезами подруги.

Краем глаза Лера заметила, как за Зоей вырастает фигура с длинной шеей. Не успела она ничего сказать, как баба Стеша махнула перед ней веником и всё исчезло.

— Что это? — сквозь слёзы выдавила Лера.

— Липкий ужас, моя милосердная, и ты была там всего несколько секунд, — назидательно сказала старушка.

— Как несколько секунд? — от удивления захлопала глазами Лера и даже перестала плакать.

Зоя взялась объяснить:

— Ты ушла за куст, баба Стеша досчитала вслух до пяти и велела идти тебя нести. Пришла, а ты на поляне лежишь. Еле подтащила. Перекинула через забор. Ты, кстати, вроде головой ударилась, извини. И потом здесь лежала и что-то бормотала. Я ничего не поняла, кроме того, что ты «новенькая».

— Как такое может быть? — Лера посмотрела на бабу Стешу удивлённо.

— Ты добровольно пришла к самоубийце, вот она и затянула тебя в свой кошмар. Аля — крепкий орешек. Об неё даже Хозяйка, говорят, зубы сломала. Слишком давно она там. Силой своего липкого ужаса до трассы дотягивается, тем и кормится. Помнишь водителя, который вас сюда на грузовике вёз? Тоже её жертва. Так что, Аля тут особая. Остальные самоубийцы не так быстро затягивают, да и на порядок слабее они. Но ты вот нашла на всём погосте самую жуткую тварь и решила помочь именно ей — у тебя талант просто!

— То есть, я на самом деле могла умереть? — едва выговорила Лера.

— Конечно! Вполне могло сердечко остановиться. Или твоя голова, например, поверила бы, что тебя душат… Тогда бы и в реальности задохнулась, — пожала плечами баба Стеша.

— Она больше не явится мне? — дрожащим голосом, но с надеждой спросила Лера.

— Явится, конечно! Будет преследовать, пока не помрёшь, — баба Стеша казалось равнодушной… — Ладно, пойду — делов ещё много, — словно отмахнулась она.

— Стой, подожди! Неужели нельзя ничего сделать? — вступилась за подругу Зоя. — Ты же чего-то веником сделала, раз она кричать перестала!

— Достали вы меня, девки, — вздохнула старушка, — лезете куда не знаете, а потом: «а чего можно сделать?». Голову можно включить! И старших слушать можно! Тогда всё хорошо будет. А вы снова и снова на те же грабли. Мне уже скучно даже — ничего нового. Как заезженная пластинка… Всю дрянь загробного мира решили на себе испытать? Так туда вам и дорога!

Оставив расстроенных девушек в недоумении и неведении, старушка с веником неспешно удалялась от них по погосту.

В висках Леры застучало. Она поняла, что, если ещё раз увидит Алю, то сердце не выдержит и остановится от ужаса.

«Точно! Липкий ужас! Он во всём виноват! Его надо снять. Хозяйка отсекала его, значит, это возможно». Лера настроилась и стала осматривать своё тело: везде виднелись разводы, похожие на смолу. Девушка сконцентрировала Силу в руках и начала медленно проводить по чёрным кляксам кончиками пальцев. Получалось! Будто становясь жидкими, они стекали на землю… Погост отозвался — ухнул и с удовольствием впитал.

«Ого! А погосту понравилось!» — пронеслось в голове у девушки. Она начала энергичнее стряхивать липкую субстанцию, ощущая, как из сердца уходит страх. Образ Али уже не казался таким ужасающим.

Вокруг снова шумели деревья, пищали комары, и пронзительно голубое небо простиралось, покуда хватало глаза. Внутри проснулась благодарность погосту: будто огромный кот, он довольно и сыто урчал, впитывая кусочки тьмы и освобождая душу от липкого страха.

— Спасибо, — прошептала Лера, коснувшись ладонями земли. В кронах деревьев тотчас прошелестел ветер, осыпав её листьями.

— Кто твоя мать? — внезапно раздался рядом голос бабы Стеши.

Лера вздрогнула: за всем этим и не заметила, как старушка вернулась.

— Моя мать? Просто мама, обычная… На заводе работает, — пожала плечами Лера, не зная, что ещё сказать, — А что? Почему ты спросила?

— А то, что в тебе ещё при жизни Силы Хозяйки. Маленькие, неказистые, но есть. Меня вот вызвать умудрилась, а сейчас липкий ужас отлепила. Отец твой был Старостой, а Старосты так не умеют. А вот мать не знаю, — задумчиво ответила баба Стеша.

— Я бы, наверное, знала, если бы моя мама имела к этому хоть какое-то отношение! — удивлённо развела руками Лера, поняв, на что намекает старушка. — Но с ней никогда никаких чудес не случалось. Разве только в детстве… У неё была неизлечимая психическая болезнь. Все думали, что она до конца жизни будет инвалидом. Ни маму, ни папу не узнавала, даже говорить не могла. А в один прекрасный день вдруг сразу и полностью излечилась. С тех самых пор чудеса с ней больше не происходили. Бабушка, её мама, часто говорила, что она тогда всё, ей причитающееся, потратила.

— А как она излечилась? Что тогда было? Бабушка не рассказывала? Может, доктора какие-то помогли или что другое? — всё настойчивее спрашивала старушка.

— Да нет, доктора как раз и не помогли. А вот на поминках, после похорон родной маминой тёти, бабушкиной сестры, мама первый раз и заговорила. Эту историю бабушка может повторять бесконечно. Мол, это её сестра на небо улетела и попросила боженьку помочь, — Лера вздохнула и замолчала. Кажется, она начинала понимать, куда клонит баба Стеша.

— Какая фамилия у тётки? — допрашивала старушка.

— Колоконцева, а что? — спросила Лера, хотя уже знала ответ.

— Найду тёткину могилу и сравню с датой, когда Хозяйка пропала, — бросила через плечо баба Стеша и растворилась в воздухе — растаяла, как будто её и не было вовсе…

Лера с Зоей переглянулись: то, о чём говорили и что подумали, было настолько неправдоподобным и даже шокирующим, что не укладывалось в голове.

— Лер, пойдём, а то Миша уже заждался, — позвала Зоя, и обе направились к кладбищенским воротам.

Миша ждал девушек в сторожке:

— Что вы так долго? Я уж думал идти искать.

— Лера решила устроить себе приключение! — весело прощебетала Зоя.

«Хорошо ей сейчас говорить — она ведь Алю не видела», — подумала про себя Лера, но промолчала.

— Ну, ни на минуту нельзя одних вас оставить, — шутливо пожурил Миша.

— Ладно, поехали — прокатимся до твоей новой работы, — улыбнулась Зоя, — но сегодня, как и договаривались, останемся у меня. Между прочим, в холодильнике вино стынет… Не зря ведь я никого к себе не записала!

Глядя на ребят, Лера вспомнила, как мечтала растянуться на прохладной земле под тенью яблони в саду. После сегодняшних событий усталость, казалось, удвоилась. Девушка чувствовала себя неважно, ей явно был нужен отдых.

Зоя нажала на кнопку брелока: стоявшая на парковке перед кладбищенскими воротами красненькая машина приветливо мигнула фарами.

— А я говорила Мише, что не хочу на обочине авто бросать. Видишь, какая молодец! Благодаря моей интуиции работу ему нашли, — похвасталась Зоя.

— Ну, да! Просто кто-то слишком переживает за свою машину, — с иронией заметила Лера.

— Пусть так, но именно сегодня она как никогда пригодилась, — легко согласилась Зоя.

Ребята сели в машину. Лера рассказала о своих приключениях и об Але. Хотя всё уже осталось позади, мурашки бегали до сих пор.

— Приехали! — Зоя пыталась припарковаться возле пятиэтажки из красного кирпича.

— Жуткие вещи ты рассказываешь, Лера, — в голосе Миши проскользнуло сомнение, — неужели нельзя отличить реальность от того, что тебе навязали? Есть же критическое мышление…

— Может быть, оно у меня сломалось, — проворчала Лера, — но я на самом деле верила, что находилась там, среди серых стен монастыря. А когда на моих глазах умерла Зоя, то совсем потеряла чувство реальности. Честно говоря, все эти месяцы я вообще не пользовалась своей способностью видеть потустороннее, потому и была спокойна. И теперь ещё раз убедилась, что не зря. Сколько нас окружает такого, чего видеть не хочется… И потом, можно действительно сойти с ума.

— А я бы пользовалась, если бы у меня такая возможность была, — пожала плечами Зоя, заглушая мотор. — Это же как суперспособности — можно их как-то развивать и стать супергероем.

— Или супербыстро бесславно умереть в двадцать лет, — пробурчала Лера.

— К Але ты, однако же, полезла, — парировала Зоя.

— Не могу в беде людей бросать — совесть грызёт. Но делать это намеренно — это всё-таки не про меня, — объяснила Лера.

Миша вышел из машины и помахал девушкам рукой.

— Мы тебя здесь подождём, — высунулась из машины Зоя, — ты же недолго, наверное?

— Хорошо, я постараюсь недолго, — кивнул Миша и заковылял в сторону подъезда. Порезанная нога ещё болела и мешала ему идти быстро. Зоя поэтому остановилась поближе.

— Давай, подождём его на улице: здесь такая духота, — попросила Лера. Они вышли из машины.

Не успел юноша взяться за ручку двери, как та отворилась, и Лера ахнула от изумления! На пороге показалась та самая цыганка из видения про Макса: большая грудь, кричаще — алая блуза, мужиковатые черты лица и чёрные волосы. Только вместо цветастых юбок на ней теперь были штаны-шаровары.

«Донка»! — вспомнила девушка её имя. Цыганка вышла из подъезда, безразлично скользнув взглядом по Мише и Зое… Но вдруг она замерла, как только её взгляд остановился на Лере. В висках у девушки застучало, а ноги стали ватными: Донка уверенно направилась к ней:

— Твоё лицо мне знакомо, — с еле уловимым акцентом произнесла она.

— Мы не встречались раньше, — хрипло ответила Лера.

Цыганка задумалась и уже собиралась уходить, но снова остановилась:

— А я так не считаю, — протянула она, — чую твой запах. Ты пахнешь погостом. А ещё в тебе Сила, но она спит! Неужели ты… Лера? — догадалась она, и рука потянулась к сумке, висевшей на поясе.

— Не время, пока не время. Погоди! — откуда-то прокаркал противный старческий голос.

Лера уже слышала его в своём видении, но сейчас она никого рядом не увидела.

— Ага! Ты слышишь и рыщешь глазами, но не видишь! — победно произнесла Донка и скрестила руки под необъятной грудью. — Значит, я правильно поняла. Братец-то твой был посильнее и половчее. Вырождается род… Последняя ты осталась. Ничего, скоро и тебя не будет!

Лера сжала кулаки и хотела наброситься на неё, но Зоя крепко схватила за плечо.

Цыганка развернулась и ушла, оставив за собой тяжёлый запах духов и трав.

— Лер, не надо. Это очень опасно. Мы не знаем, на какие мерзости она способна, — тихо произнесла Зоя, глядя вслед удаляющейся женщине.

— Она же моего брата… — только и смогла процедить Лера сквозь сжатые зубы.

— Знаю, понимаю, — грустно произнесла Зоя. — Мы обязательно её накажем, только надо придумать как.

— Убью её, и дело с концом! — зло бросила Лера.

— Я в деле, можешь на меня рассчитывать! — поддержала подруга.

— Как она меня узнала? — Лера волновалась и не заметила замечания Зои.

— Видимо, для тех, кто умеет смотреть, всё заметно. Ты сама говорила, что Сила передалась от папы брату, а потом — тебе. Мне больше интересно, что значит «она спит»?

Внезапно окно на втором этаже распахнулось, в нём показался растерянный Миша:

— Девчонки, бегом сюда!

Девушки переглянулись и побежали в подъезд. Пахнуло хлоркой. Их встретили грязные зелёные стены, изрисованные творениями малолетних художников, холодный полумрак и висевшие вкривь и вкось почтовые ящики… Дверь в квартиру на втором этаже распахнута. С потолка в коридоре льётся вода.

Их недавняя знакомая — блондинка с короткой стрижкой — выбежала из дверей, на ходу кивнула и умчалась наверх. Девушки вошли в квартиру. На полу разлилось целое море! Старые обои, видимо, висевшие здесь ещё с советских времён, промокли насквозь, целыми дорожками отошли от стены и обмякли. Белёный потолок покрылся огромными серыми пятнами.

— Девчонки, помогайте! Я только зашёл, и как хлынет сверху. Тётя Лена, хозяйка, побежала наверх выяснять. А у меня нога саднит — не могу в воде стоять, — позвал Миша из комнаты — он искал, чем можно прикрыть телевизор. Схватив разбросанные по полу тряпки, девушки бросились собирать воду.

— Я найду ведро! — крикнула Зоя.

Квартира была крохотной. После узенького маленького закутка прихожей — поворот налево. Лера заглянула за угол и увидела кухню. Всюду была вода. Прямо от коридора — проход в зал. Широкая арка дверного проёма позволяла разглядеть комнату почти целиком: у окна — тумбочка с телевизором, дальше бельевой шкаф и кресло. На диване у дальней стены лежал рослый мужчина лет семидесяти. Он пытался приподняться и что-то говорил, но Лера не смогла разобрать ни слова.

— Вы чего здесь творите?! — грозно донеслось от входной двери.

Собирая воду и не оборачиваясь на голос, Лера огрызнулась:

— Не видно, что ли? Ликвидируем последствия потопа!

— Вы нас заливаете! — настаивал голос из подъезда.

Лера хотела нахамить, обернулась и… застыла. На пороге стоял до боли похожий на Эда молодой человек, только крупнее и шире в плечах. Чёрные волосы, завивающиеся на концах, собраны в короткий хвост. Длинноватый с горбинкой нос, широкие скулы и короткая щетина… Только глаза совсем другие: у Эда чёрные и колючие, будто пронзающие насквозь. Незнакомец же смотрел зеленовато-голубыми глазами в обрамлении длинных чёрных ресниц. У Леры пропала вся злость. Она только молча указала на потолок. Незнакомец поднял глаза и понял, что причина потопа выше. Развернувшись, он побежал вверх по лестнице.