Мы вышли из общежития ранним утром.

Можно сказать, что именно тогда я впервые по-настоящему увидел стаб. Раньше я его тоже видел — но мельком, на бегу, с одной мыслью: выжить и не попасть в неприятности. Теперь же можно было оглянуться.

Стаб производил странное, немного рваное впечатление. Капитальные здания соседствовали с постройками из чего попало: морские контейнеры, деревянные хибары, а то и просто навесы из ткани, под которыми громоздились коробки из-под телевизоров и бытовой техники. Народу было не так уж много, но из-за тесноты казалось, что людей больше, чем есть на самом деле.

По плану мы должны были идти к торговцу, но по дороге Яра собиралась встретиться со своей группой. Поговорить обо мне. И о крестинах. Было заметно, что этот разговор её нервирует — шла она чуть быстрее обычного и время от времени бросала быстрые взгляды по сторонам, будто прокручивала в голове будущий диалог.

Я предлагал другой вариант: чтобы не терять времени, она сначала разберётся с группой, а я тем временем схожу к торговцу. Яра отвергла эту идею сразу и довольно жёстко.

Как оказалось, облачение внешника — слишком большая ценность. Если я заявлюсь к торговцу с таким товаром в одиночку, меня в лучшем случае попытаются обмануть. В худшем… она не стала договаривать, да и не нужно было.

Я спорить не стал.

Странное дело, но я почему-то доверял Яре больше, чем кому бы то ни было за всё время в улье. Возможно, потому что она вытаскивала меня там, на острове. Выходила. Кормила. Не дала сдохнуть.

Полностью, конечно, я ей не доверял. Про найденный бункер внешников я даже не заикнулся. Сказал, что труп внешника лежал неподалёку от места боя с элитником, полузасыпанный. Поверила она мне или нет — не знаю. Переспрашивать и уточнять Яра не стала. Просто выслушала, поохала в особо драматичных местах и отправила спать.

Спал я на полу, завернувшись в тот самый спальник. Надо признать — крайне удачное приобретение.

С группой Яры мы столкнулись прямо перед лавкой торговца.

Она сразу остановилась, бросила на меня быстрый взгляд и, ничего не объясняя, жестом попросила подождать в стороне. Сама шагнула к своим и начала говорить — тихо, но напряжённо, с резкими движениями рук.

Группа состояла из троих мужчин. Старшего система определяла как Резак, иммунный четырнадцатого уровня. Он стоял чуть впереди остальных и слушал Яру с выражением плохо скрытого раздражения, поджимая губы. Двое других — Рыжий и Тихий, оба двенадцатого уровня, — энтузиазма тоже не проявляли. Рыжий время от времени косился в мою сторону, Тихий же, наоборот, делал вид, что меня вообще не существует.

Яра говорила всё более эмоционально, жесты становились резче. В какой-то момент Резак её прервал — коротко, жёстко. Она замолчала, обернулась ко мне и кивком подозвала.

Я подошёл. Мы формально познакомились.

Резак не стал пожимать руку — просто внимательно осмотрел меня с ног до головы, задержав взгляд на снаряжении, после чего снова повернулся к Яре.

— Яра, — сказал он спокойно, но в этом спокойствии чувствовалось недовольство. — Ты говоришь, что Корд распорядился крестить вот этого парня. Дело, может, и хорошее, спорить не буду. Только поручил он это тебе, а не нам. Разве нет?

Яра сжала губы, но промолчала.

— Ну так зачем ты впутываешь в это нас? — продолжил Резак. — Вы с Дедом накосячили, а нам теперь терять целый день, чтобы прокачивать новичка? Мне это не нравится.

— Да что такого страшного случится, если Орёл разок пойдёт с нами? — попыталась возразить Яра.

Резак криво усмехнулся.

— Случиться может что угодно. Это улей, ты сама прекрасно знаешь.

Он на секунду помолчал, будто взвешивая слова, потом добавил:

— Ладно. Давай сделаем так. Вы шли к торговцу — вот и идите. А мы подождём вас у выхода из стаба. Обсудим между собой и примем решение. Мы всё-таки группа, и такие вещи решаются коллективно.

По тону было понятно: решение он уже принял. Просто не хотел, чтобы отказ выглядел его личным.

Яра понуро кивнула.

Больше говорить было не о чем.

Торговец встретил нас добродушной улыбкой.

— А вот и молодой человек, который решил заявиться в наш стаб, переодевшись во внешника, — сказал он с явным удовольствием. — Знаете, новички часто устраивают что-нибудь эдакое, но вы, похоже, всех переплюнули. Впрочем, неважно. Я давно вас жду. Не каждый день мне в руки попадает такая редкая и ценная вещь, как полный комплект полевой униформы внешников. Показывайте быстрее.

Он говорил почти по-родственному, как добрый дядюшка, наконец-то встретивший любимого племянника. Из этого образа выбивались только глаза — внимательные, цепкие, слишком уж цепкие для «доброго дядюшки».

Звали торговца Клин.

Это имя неприятно кольнуло память. Клин — точно так же звали того странного парня, что участвовал в моём допросе и каким-то непонятным образом определил, что я «чист по базам». Воспоминание оказалось настолько ярким, что я на секунду выпал из реальности.

— Яра, — тихо спросил я, — а Клин… он из службы безопасности? В смысле, чем он вообще занимается? Он тогда что-то со мной делал, но я так и не понял — что именно.

— Клин — это наш ментат, — неожиданно ответил сам торговец, не дав Яре и слова вставить.

Я удивлённо посмотрел на него.

— Ментаты обладают специальными умениями, — продолжил он спокойно, — благодаря которым могут видеть некий уникальный слепок личности. Что-то вроде отпечатка пальца, только… в другом диапазоне. Будем считать, что они умеют считывать ауру иммунного. Кроме того, ментаты выполняют функцию детекторов лжи.

— А я думал, детектором лжи была Лада, — не удержался я.

— Лада тоже ментат, — кивнул Клин. — Просто у нее с Клином немного разные специализации.

Он чуть наклонил голову и мягко улыбнулся:

— Молодой человек, если я удовлетворил ваше любопытство, давайте всё-таки перейдём к делу.

— Конечно, уважаемый, — поспешно ответил я. — Просто увидел ваше имя, и… ассоциации всплыли.

Говоря это, я начал вытаскивать из рюкзака полевую униформу внешников.

— Понимаю, — кивнул Клин, внимательно наблюдая за процессом. — А где ботинки?

Я замер.

Честно говоря, ботинки внешника я с самого начала планировал оставить себе. Слишком уж удобной оказалась эта вещь. Что я и озвучил, стараясь говорить уверенно.

Клин посмотрел на меня так, будто я только что предложил ему обменять слиток золота на коробку гвоздей.

— Молодой человек, вы не понимаете, что говорите, — мягко, но с нажимом произнёс он. — Ботинки внешника — чуть ли не самая ценная часть всего комплекта. Я не буду перечислять все их достоинства, просто приведу аналогию из нашего прошлого.

Он сделал паузу, давая словам лечь.

— Если сравнивать ботинки внешника с нашими обычными берцами — это как кроссовки Nike из лимитированной серии против китайского ширпотреба. Вроде тех, что сейчас надеты на вас.

Он развёл руками:

— Ботинки внешника можно обменять на сотню пар обычных берцев. Если не на тысячу. Вот скажите мне, зачем вам, иммунному третьего уровня, настолько ценная вещь?

Я молчал.

— Настоятельно советую, — продолжил Клин тем же доброжелательным тоном, — обуться в обычные берцы, как это делает большинство в улье. А ботинки обменять на то, что действительно имеет для вас ценность. Например, на оружие и боеприпасы.

Его круглое лицо буквально излучало заботу.

Я нерешительно оглянулся на Яру. Та выглядела не менее растерянной, чем я. Помедлив, она всё же кивнула — коротко и решительно.

Вздохнув, я снова полез в рюкзак и вытащил ботинки. Положил их рядом со шлемом.

— Жаль, что нет бронежилета, — словно между прочим заметил Клин. — Бронежилет внешников — это просто сказка.

Он прищурился, задержав на мне взгляд:

— Или всё-таки есть, но вы решили оставить его себе?

И в этот момент мне показалось, что он действительно видит меня насквозь.

— Нет, бронежилета у меня нет, — я поднял руки, показывая, что сдаюсь.

— Ну ладно… — с наигранной грустью вздохнул торговец. — А жаль.

Я начал было выкладывать на стол остальное барахло из рюкзака, но Клин, брезгливо поморщившись, отмахнулся:

— Молодой человек, этим я не занимаюсь. Такого добра полно на любом кластере. Оно ничего не стоит.

Я молча убрал вещи обратно.

Клин некоторое время внимательно осматривал разложенное на столе снаряжение, что-то прикидывая в уме. Затем неожиданно пододвинул ко мне клевец в кобуре.

— А вот эту штуку я бы вам продавать не советовал. Вещь, конечно, хорошая, технологичная, — он кивнул в сторону стойки, где ровными рядами лежали местные поделки, — но клевец он и есть клевец. Немногие готовы переплачивать за технологичность такой простой железки.

Он откинулся на спинку стула и сложил руки на животе.

— Итак, молодой человек, скажите: вы хотите получить оплату споранами, или будем что-то подбирать взамен?

— А что вы можете предложить? — вмешалась Яра.

Клин внимательно посмотрел сначала на неё, потом на меня.

— Давайте начнём с оружия. Клевец у вас есть, нож тоже. Значит, огнестрел. Предлагаю два варианта.

Он загнул палец:

— Первый — АКСУ, так называемый полицейский укорот. Калибр пять сорок пять. Самый распространённый автомат в Улье. Полицейские участки сюда прилетают регулярно, так что и автоматов, и патронов полно. Патроны дешёвые — два за один споран. Это плюсы.

Загнул второй:

— Минусы — небольшая прицельная дальность и умеренная убойная мощность. Хотя, для вашего уровня — самое то. Вы ведь не собираетесь охотиться на лотерейщиков?

Я промолчал.

— Второй вариант интереснее, — продолжил он. — АКМС. Калибр семь шестьдесят два. Дальность хорошая, убойность приличная. Против рубера, конечно, не играет, но всё, что попроще, можно работать. Минусы — патроны есть, но не везде и не навалом. И стоят дороже — споран за штуку.

Он сделал паузу:

— Что выбираете?

Я оглянулся на Яру. Та выглядела слегка ошарашенной — явно не ожидала, что за костюм внешника можно выторговать столько. Я решил, что просить надо больше.

— Это всё? — спросил я. — Там же ещё пистолет был. Он ведь тоже чего-то стоит. Может, и патроны к нему есть?

Клин недовольно покачал головой:

— Какой вы, однако, хваткий. Патроны для пистолета внешников — большая редкость. Два, а иногда и три спорана за штуку. И это за пистолетный патрон. Не советую оставлять его себе. Лучше я дам вам обычный ПМ с полной обоймой.

Я задумался.

С пистолетом всё было ясно — дефицитные патроны мне ни к чему. ПМ — нормально. А вот автомат…

Я вспомнил, как стрелял из АКСУ с прострелянной ногой. Потом вспомнил лотерейщика в кукурузном поле. Нет, лучше иметь что-то, что гарантированно остановит такую тварь.

— Если я возьму АКМС, сколько к нему будет патронов?

— Четыре полных магазина, — без колебаний ответил Клин.

И тут мне в голову пришла идея.

— Скажите, уважаемый Клин, а глушитель у вас, случайно, найдётся?

Торговец усмехнулся:

— А я всё ждал, когда вы зададите этот вопрос. Найдётся. Но глушители у нас кустарные. Делают здесь, в стабе.

— И что с ними не так?

— Живут недолго. Сорок, максимум пятьдесят выстрелов — и всё. Вы же понимаете, наши мастерские — это не оружейный завод развитого государства.

— И сколько?

— Тридцать споранов, — он чуть наклонил голову, — или минус один магазин.

Глушитель брать стоило однозначно. Даже если он выдержит всего сорок выстрелов — это сорок тихих выстрелов. В улье такая роскошь дорогого стоит.

Я на секунду задумался. Раз уж разговор зашёл, нужно было выжать из него максимум.

— Скажите, уважаемый Клин, — начал я, — вы случайно не знаете, как мне попасть в стаб «31 завод»?

— Почему же не знаю, — спокойно ответил торговец. — Знаю.

Он на мгновение замолчал. Его взгляд расфокусировался, словно он смотрел не на нас, а куда-то сквозь стены лавки.

Читает карту? — мелькнула мысль. — Я тоже так хочу.

— Наш стаб находится на юго-западе региона Западные леса, — продолжил он. — А «31 завод» — на северо-западе этого же региона.

Он сделал небольшую паузу.

— Если по прямой, вам предстоит пройти около восьмисот километров. Теоретически — возможно. Практически… — Клин окинул меня быстрым взглядом. — Учитывая ваш уровень, я бы рекомендовал караван.

— Караван? — уточнил я.

— Именно. Между стабами ходят торговые караваны. Маршрут получится длиннее: стабы редко стоят на одной линии. Зато шансы дойти живым возрастают кратно.

Через две недели из нашего стаба выходит торговый караван в стаб «Смелый». Это около трёхсот километров в нужном вам направлении. Оттуда обычно ходят караваны дальше — в стаб «Единство», — а уже оттуда до «31 завода» действительно рукой подать.

Он посмотрел на меня внимательно, почти с сочувствием.

— Правда, путешествия с караванами — удовольствие не бесплатное. Думаю, вы и сами это понимаете.

— Понимаю, — кивнул я. — Где покупают билет на этот поезд?

Уголок рта Клина чуть дрогнул.

— У меня, — спокойно ответил Клин. — Всё-таки караван торговый. Я, в некотором роде, совладелец предприятия.

— Двадцать пять споранов.

Я хмыкнул:

— То есть, если по-простому, двадцать пять патронов?

— Именно.

— А новый камуфляж и берцы?

Клин не стал отвечать сразу — откинулся на спинку стула, сцепил пальцы и несколько секунд молча разглядывал разложенные на столе вещи, будто видел их впервые.

— Уложимся в оставшиеся пять споранов, — наконец сказал он. — И один магазин к автомату — минус.

Я медленно кивнул, делая вид, что условия меня устраивают, но тут же добавил:

— Подождите. Мне показалось, или у вас в интерфейсе есть карта?

Клин улыбнулся уголком рта — ровно настолько, чтобы было понятно: вопрос он ожидал.

— Вам не показалось. Хотите карту?

— Хочу, — без лишних слов ответил я. — Стаб «Солнышко», «Смелый», «Единство» и «31 завод». Моё текущее положение и торговый маршрут.

— Интерактивную не потянете, — отрезал он сразу. — Такая стоит больше ста споранов.

— Тогда обычную.

— Карта западной части региона, с отмеченными стабами, без детализации, — десять споранов.

— Отлично, — кивнул я. — Тогда считаем.

Я подался вперёд, уперев ладони в край стола, давая понять, что разговор из вежливого обмена предложениями переходит в настоящую торговлю.

— За костюм внешника и пистолет я беру:

АКМС, два магазина к нему,

ПМ с полной обоймой,

глушитель,

билет на караван до «Смелого»,

карту региона,

камуфляж с берцами

и ещё десять споранов. Мне до каравана как-то жить.

Клин даже рассмеялся — негромко, но искренне.

— Воу-воу, молодой человек. Вы сейчас перечислили товара больше, чем стоит весь ваш комплект.

Он покачал головой.

— По моим подсчётам, за всё это вы мне должны ещё тридцать споранов.

Я взгляда не отвёл.

— Вы забываете одну деталь, — спокойно сказал я. — Этот комплект полный. Не обрезки, не трофеи с полей. Целый. С таким к нам стабы не каждый месяц прилетают.

Клин прищурился. Несколько секунд он молчал, явно что-то пересчитывая уже по другим коэффициентам, потом медленно кивнул:

— Давите правильно… Ладно. Скину. С вас двадцать споранов.

Я почесал затылок. Двадцати у меня не было, а отказываться от чего-то уже не хотелось.

— У нас есть только десять, — неожиданно вмешалась Яра и высыпала на стол небольшую горку споранов.

Клин посмотрел на них, потом на нас, снова задумался.

— Хорошо. Тогда пятнадцать.

— Одиннадцать, — сказал я и добавил к споранам Яры ещё один свой.

Клин секунду смотрел на меня, потом рассмеялся уже в голос:

— Ну хорошо. Пусть будет одиннадцать. Уговорили. По рукам.

— По рукам, — ответил я и потянулся к покупкам.

— Не так быстро, молодой человек, — остановил меня Клин. — По правилам стаба с автоматом внутри не ходят. Максимум — пистолет. Автомат хранится в оружейке у входа. Мой парень отнесёт его туда, заберёте при выходе.

Я удивлённо посмотрел на Яру. Та уверенно кивнула — мол, всё так и есть.

Ну что ж. Правила есть правила. Не в моём положении их оспаривать.

Спустя четверть часа, переодевшись в новенький камуфляж и затянув непривычно удобные берцы, я вышел из лавки вместе с Ярой. Старый, потрёпанный мир вокруг никуда не делся — но ощущение было такое, будто я наконец-то стал в нём своим.