— Надёжных людей днём с огнём не сыщешь, особенно в нынешние времена, — говорил командир дозора, что отвечал за оборону острова с теплицами.

Он сидел за железным столом, на железном стуле, в окружении крыш и стен, созданных также без дерева, а из глины, дерьма и веры в лучшее будущее, которое Безродный сможет построить вопреки всем тем бедам. Дерева не хватало, но порой и его привозили с берегов Западного Улья, или же даже из Святой Нации, а железо везли из Королевства Шеков — в целом многие прямо или косвенно помогали Безродному, даже зная, что там беглецы из их государств.

Потому что Безродный был между ними всеми, не будь тут тумана и туманников, то это место бы стало важнейшим транспортным узлом всей экономики. Или же, наоборот, причиной новых войн? Кто его знает, всё зависит от слишком большого числа факторов.

Так или иначе, Шрайк получила щедрое жалование, так как её вклад в помощь весьма хорошо оценили. Ей позволили даже оставить себе некоторое снаряжение. В том числе, позволили выкупить себе кольчугу из сверхлёгкого пластика. Она весила буквально пару килограмм, но защищала даже получше стали или примерно также. Но главное, что она лёгкая, а также не ржавеет. С поддоспешником это снаряжение может и не подойдёт для войны, так как не остановит сильный рубящий удар шеков, да и паладина Святой Нации, но от туманников защищает отлично.

Да и стоит такая кольчуга минимум десятку, но с учётом того, что везти её будут из Катуна, где она производится из найденного сырья на далёком востоке Пепельных Земель, где всё ещё ходят армии скелетов и бьёт с небес боевой спутник… ну, да, в Безродном ценник умножался.

Так что сама возможность выкупить подобное снаряжение была очень ценным.

— Оставайся в Дозоре, Шрайк, мы своих людей ценим. У тебя будет еда, снаряжение у нас, сама видишь, качественное. Мы для своих ничего не жалеем.

— Заманчивое предложение, я подумаю, но… сам же знаешь, не люблю я работу в дозоре, как и субординацию.

— Да какая субординация? Сама же знаешь, что у нас авторитет личный важнее.

Шрайк знала, но всё равно служба есть служба. Вступив в Дозор, она станет очень сильно зависимой от Безродного: тот, кто тебя кормит, кто тебе платит, кто заботится о твоём снаряжении, кто решает, где ты будешь рисковать своей жизнью, — тот твой хозяин. Это просто факт, а всё остальное лишь отговорки.

— Честью имею, — подумав лишь для виду, ответила Шрайк, которой уже довелось служить в Союзных Городах и ей этого хватило.

Ей было проще самой по себе. Только она всё решала. Да, она была готова быть наёмником и помогала городу, но момент был слишком принципиальный. Она сама по себе, она решает, где будет драться и когда. Вставать на Дозор… она тоже не против, но только на её условиях, на которые Безродный не пойдёт, потому что для них очень важна эта лояльность. Потому что Разведка и Дозор служат интересам Безродного, а если ты скажешь что-то вроде «на это задание не хочу идти, просто потому что», да и даже если объяснишь причины, то дезертирство и трибунал, потом казнь.

Наёмники могли отказаться, могли согласиться. Так-то далеко не все из Безродного пошли защищать теплицы, пусть и многие, ведь велика нужда в деньгах и платили хорошо. Но всё ещё вот этот момент… это право решать самой было очень важным для Шрайк.

И это командир дозора понял, поэтому просто кивнул, не став настаивать.

Шрайк же вышла на улицу. Теплицы были довольно маленькими, основные посадки находились внутри зданий, но вместе с тем местные пытались что-то выращивать и на местной почве. Если откапать слои песка, который очень часто ещё фонил, то можно было найти и ещё больше радиации, так и вполне неплохую почву. Также её пробовали привозить сюда, но тяжело это всё было, потому посадки были очень скромными, пусть и росли от года к году, благодаря тяжёлым попыткам решить вечную продовольственную проблему.

Это было важное место. Возможно, даже более важное, чем кажется. Ведь если удастся наладить полноценное и самодостаточное производство здесь, то это будет означать, что всё можно исправить. Хотя для этого придётся сначала расплавить гигантское металлическое озеро, что прячет первые грехи Первой Империи, которая ещё не понимала, как низко падёт спустя века и тысячи лет.

— Привет, Шрайк! — сразу же раздался голос Лианны, которая была на удивление прилипчивой. — Пойдём в бар?

Шрайк опустила взгляд на эту полторашку с шрамами и ошейником, после чего кивнула.

— Пошли, а ты откуда бежишь?

— В госпитале помогала. Командир разведки Хень выжал из своих людей максимум. Они не просто устали, они зашли за пределы, которые накладывает эволюция. Кровотечения из носа и артериальная гипертония — это лишь малое, что в таком случае бывает. Многие даже есть толком не могут, столь сильно было их истощение, а у некоторых немного сломалась нервная система. Я точно не знаю, как такое лечится, но научилась ставить иглы для расслабления мышц и правильно подбирать снотворное.

— Снотворное?

— В некоторых случаях те, кто не спал по двое-трое суток, приходят в состояние некой эйфории и не могут уснуть самостоятельно. В тяжёлых случаях просто стакан рисовой водки уже не помогает. Да и просто раненых тоже хватает. Хотя и… — Лианна замялась. — Раненых куда меньше, чем погибших.

— С туманниками всегда так. Они монстры и пленные им не нужны.

— Да, мне так и сказали. И ещё сказали, что у меня хорошо получается и что мои умения оказания первой помощи и не только им бы пригодились.

— Оставайся. Это очень хорошее предложение. К тому же с твоими навыками и образованием у тебя будет очень большое будущее. Очереди будут выстраиваться. Лекарей везде ценят. И куда больше, чем умельцев махать палками или стрелять из палок с тетивой, — сразу же Шрайк дала честный и искренний совет, хотя и сама такому бы никогда не последовала.

Но Лианна ничего не ответила, только пожала плечами и промолчала. Причины этого понять было не так сложно, уж куда проще, чем ту же Шрайк. Хотя для большинства людей преданность как своим личным принципам, так и другим людям понять, наверное, тяжело или даже невозможно.

Так или иначе, скоро Шрайк с Лианной подошли к бару, который был меньше и больше похож на столовую, но тут также часто бывали и разведчики с дозорными, и наёмники, кто ходил в этом направлении охотиться в туманных землях или расхищать тайны, что ещё скрывались на дне гигантских котлованов.

И там уже сидел и я, и наш Отморозок, ну и, конечно же, Бип.

— Смотрю, ты уже выписался, Лекс, — первым делом сказала Шрайк и села рядом. — И как, к тебе тоже разведка с крайне выгодным предложением приходила?

— Ага, сам Хень, — сказал я и сразу понял, что после понесённых потерь Безродный развернул массовую вербовку из числа наёмников. — Обещал протезы нормальные достать, а не это…

Я поднял свою руку, где все пальцы ощущались как одна крайне неудобная конечность, что ломается по три раза на месяц и вызывает постоянную боль из-за кустарных нейроузлов, к которым этот протез крепился.

— И что ты ответил?

— Что с такой работой, как у их разведки, я дольше проживу обычным скитальцем.

И это было недалеко от правды. Хотя, может, и стоило это предложение принять. Как-никак, будущее станет предельно предопределённым. Да и помру я в таком случае, конечно же, не на работе, до сорока не доживу, но зато и жизнь будет насыщенной, и при деле буду, и немощным попрошайкой не стану уже никогда, ведь просто не доживу до пенсии.

Однако такой вариант меня не устраивал. Скучно это как-то, да и… не из тех я, кто, как Хень, готов в кайф рубить туманников. Да и жертвовать собой ради кого? Ради всех этих в Безродном, имён которых я не знаю и кто меня не знает? Они для меня никто, и я для них никто. Погибну — и про меня забудут так же, как и забыли про других.

А у меня тут даже имущества никакого нет, хотя Хень и этот вопрос предлагал решить. Квартирка будет, причём весьма просторная и полностью своя, даже с водопроводом и электричеством, пусть и по талонам.

— Меня, кстати, тоже переманивали, — заявил Отморозок, хотя его никто не спрашивал.

— Ага, конечно, — сразу же закатила глаза Шрайк.

— Серьёзно.

— Да-да, лично Хень пришёл, руку пожал, потом ещё отсосать предлагал, лишь бы ты с ним в отряде ходил.

— Да он тут при чём?! Меня другой отряд наёмников приглашал. Сказал, им нужны такие же, как я.

— Отбитые наглухо и готовые сдохнуть в первых рядах?

— Э-э-э… ну… наверное, — кажется, только сейчас до Отморозка этот момент всё же дошёл. — Чёрт.

— Не переживай, друг, в нашем отряде ценят тебя как воина, а не как отбивную из гарру, — приободряюще заметил Бип, который постепенно перенимал от каждого из нас по чуть-чуть. — Я всегда прикрою тебя. В любом бою.

— Хоть кто-то меня ценит. Спасибо тебе, Бип, ты тоже мой друг, — сказал Отморозок и утёр скупую слезу, обняв своего друга жука.

— М-да… — закатила глаза, глядя на всё это, Шрайк, после чего посмотрела на меня. — Так что теперь будем делать?

— Не знаю. Если никто не расходится, то с учётом заработанного… можно вложить его в снаряжение и пойти за Двадцатый Километр, искать лаборатории и заработать ещё катов. Деньги хоть в жизни и не главное, но они всё упрощают и так или иначе являются инструментом по достижению почти всех других целей.

— Можно пойти прямо юго-запад, туда, куда туманники сбежали и утащили многих наших. Живыми мы их не вернём, да и останки тоже, но снаряжение забрать можно. Или даже поохотиться на принцев, — тут же начал накидывать варианты Отморозок, который своё приглашение всерьёз даже не рассматривал. — Сейчас момент наилучший, беглых принцев много, в свои гиблые дворы их не пустят. Возможно даже удастся встретить принца-одиночку, голодного и слабого, но цена за его голову менее сладкой от этого быть не перестанет.

И вариантов было много, ведь никто из нас по тем или иным причинам не захотел покидать отряд, где всё было крайне просто и без каких-либо обязательств. Кто-то ценил свободу, кто-то личные связи, а кто-то не хотел становиться говночистом и, несмотря на трудности, предпочёл дальше идти по пути великого воина.

Да и сам я всё больше думал о том, как бы пойти дальше на север, куда уходили некоторые караваны. Говорят, там туманников нет вообще, как и туманов, только каннибалы и холмы с глазами, где удерживают свои посты ниндзя, внушающие ужас как Святой Нации, так и хозяевам Союзных Городов. И там, вроде как, даже поспокойнее, чем здесь.

Ну или, как обычно, так только кажется, ведь за забором трава всегда зеленее. Это я уже понимал, на своём личном опыте, ведь скитался давно и жизненного опыта уже хватало. Везде свои проблемы, везде свои плюсы и минусы, но пока сам не поживёшь там, этого ты не поймёшь, ведь только и слушаешь всяких алкашей в барах, которые рассказывают про шоколадные реки в Святой Нации и отсутствие налогов в Безродном.

А про обратную сторону… ну, про неё тоже говорят, как правило, беглые рабы, которые в душе не представляют, как жить обычному свободному гражданину, и у которых призма восприятия тоже искажена максимально люто по понятным причинам. Так что как-то так и получается, что пока сам не проверишь, то так и будешь сидеть с открытым ртом и слушать, как же там вот хорошо.

И неважно, где именно ты сидишь, ведь это было в абсолютно всех барах всех городов. То самое, что объединяет всех людей вне зависимости от религии, нации, расы и всего прочего — наша дорогая глупость, предвзятость, недальновидность и просто интеллектуальная отсталость, которая и порождает одни и те же проблемы повсюду, где бы мы ни жили.

А если что я и понял за свою не такую уж и долгую жизнь, то это то, что в этом и вся суть. И именно это я больше всего и начинал ценить, глядя на того же Бипа, который менялся очень быстро и у которого из трудностей были… ну, буквально все сразу. Но он решал их, решал и становился лучше, что доказывало одну простую истину: даже не имея, казалось бы, никаких шансов, мы всё равно способны побеждать, если будем делать хоть что-то.

И потому лично у меня руки не опускались уже вовсе, ведь я точно знал, что если буду продолжать идти, то куда-нибудь дойду. В том числе до места, что станет для меня тихим и спокойным домом в этом сошедшем с ума мире. Ведь даже если он не здесь, в Туманных Землях, то он точно есть где-то там и ждёт того, кто не перестанет идти.