Год обещал быть интересным. Эта мысль стала моим лейтмотивом. Дни превратились в напряженную, но невероятно продуктивную рутину. Днем я был Дадли Дурслем, примерным студентом Когтеврана, который с блеском отвечал на уроках, активно участвовал в Дуэльном клубе и вежливо кивал преподавателям в коридорах. Ночью же я становился собой, который в уединении гостиной препарировал магию этого мира, ставил рискованные эксперименты.

Мои отношения с Гарри, Роном и Гермионой тоже вышли на новый уровень. После инцидента в Дуэльном клубе они стали моим главным источником информации о настроениях в Гриффиндоре и, как следствие, во всей школе. Мы часто собирались в библиотеке, якобы для выполнения домашних заданий, и они, не замечая этого, выкладывали мне все: кто косо посмотрел на Гарри, какой факультет теперь бойкотирует матчи Гриффиндора, какие слухи ходят о Наследнике Слизерина. Я же, в свою очередь, делился с ними частью своих «открытий», направляя их мысли в нужное мне русло и укрепляя нашу маленькую коалицию.

Зачем мне это было нужно? Захотелось. Хотя… учитывая недавние догадки, не мог реально думать, что это именно мое желание.

К слову, если опускать все моменты с конкретной занятостью, то… было стойкое ощущение, что в первые полгода работы моей Системы что-то в ней было сломано. Очки Знаний начислялись до смешного редко и в мизерных количествах. Сейчас же все в корне изменилось. Я размышлял об этом, пытаясь найти причину. Это из-за моего более глубокого понимания местной магии, из-за того, что я начал видеть не просто заклинания, а их концептуальные основы? Или потому, что я оказался в эпицентре глобальных событий, и Система вознаграждала меня за участие в основном квесте этого мира? А может, все вместе. Но факт оставался фактом: сейчас начисление ОЗ шло семимильными шагами. Даже в самые спокойные дни, просто за счет внимательного прослушивания лекций, анализа заклинаний однокурсников и пары-тройки мысленных экспериментов, я стабильно получал по 100–150 Очков.

И вот, спустя всего несколько дней после моей вербовки, когда до встречи со Скримджером оставалась пару дней, мой баланс снова достиг критической отметки. После очередного успешного эксперимента с временным руническим зачарованием на одежде, уведомление Системы оповестило меня о том, что на моем счету 463 ОЗ.

Следующая крутка в Звездопаде Знаний стоила 400 очков. В свете предстоящей встречи с мастером-легилиментом, грядущей охоты на василиска и общей нестабильной ситуации, новая способность была необходимостью.

В ту же ночь, дождавшись, когда мои соседи по комнате уснут, я сел в кресло у окна и погрузился в интерфейс Гримуара.

«Приступаем».

Вихрь сияющих комет. Привычная картина, от которой все еще захватывало дух. Я ждал, надеясь на чудо. На еще одну оранжевую вспышку. Но интуиция подсказывала, что дважды подряд снаряд в одну воронку не падает.

Одна из комет отделилась от общего потока и устремилась ко мне. Ее цвет был… белым.

Обычная.

Я вздохнул. Разочарование было почти физическим. Но я тут же взял себя в руки. Даже самая простая способность в правильных руках могла стать смертоносным оружием. К тому же, стоимость разблокировки, скорее всего, будет минимальной.

Я мысленно активировал выпавшую иконку.

[Наименование: Flamin' 'Ot!]

[Вселенная: Warhammer Fantasy: Dogs of War]

[Сфера чар: Разрушение]

[Редкость: Обычная]

[Стоимость разблокировки: 50 ОЗ]

[Описание: Вы искусно управляете внутренней изжогой — крошечной искрой огня, которая, как верят последователи культа Огненного Уста, существует внутри каждого и позволяет им поглощать немыслимое. Ваша магия, возможно, покажется странной, но она, несомненно, эффективна. Несколько глотков ядовитого, тайного зелья вашего жречества — и вы можете изрыгать огненные потоки, способные превратить целые формирования в уголь и расплавленный металл, или же обрушивать шквал огненных шаров, которые взорвутся на другом конце поля боя. По мере роста вашего мастерства, вы сможете управлять этим пламенем, превращая его в самые причудливые пожары.]

[Дополнительно: Доступен рецепт тайного зелья, благодаря которому на время будут открыты способности усиленного взаимодействия со стихией жреческого огня. Рецепт адаптирован под реалии местных ингредиентов.]

[Внимание! Обнаружен синергетический эффект с ранее активированной способностью «Пирокинез». Для активации усиления зелье не требуется!]

[Синергия: Ваше сродство с огнем позволяет напрямую взаимодействовать с концепцией «жреческого пламени». Ваша способность к пирокинезу и все огненные заклинания получают атрибут «Жреческий Огонь». Данный тип пламени обладает повышенной проникающей способностью против магических и немагических защит. Урон от огненной магии увеличен в 2 раза.]

Опа…

Я перечитал описание еще раз. И еще раз. Обычное заклятие? Это?! Это была просто тотальная перестройка всей моей огненной магии. Синергия с пирокинезом, удвоение урона, повышенная проникающая способность… и все это — без необходимости пить какое-то «ядовитое, тайное зелье». Гримуар сам нашел лазейку, соединив две способности из разных вселенных в нечто новое и чудовищно мощное.

Вот это я понимаю, профит. Неожиданно, но тем более приятно. Я, не раздумывая, нажал «Разблокировать».

[С вашего баланса списано 50 ОЗ. Остаток: 13 ОЗ.]

[Новая способность «Flamin' 'Ot!» и рецепт «Зелья Огненного Уста» разблокированы и доступны в меню Системы.]

[Способность «Пирокинез» улучшена до «Пирокинез (Жреческий Огонь)».]

Я почувствовал, как что-то изменилось. Внутри, в самой глубине моего магического ядра, та самая «искра огня», о которой говорилось в описании, вспыхнула ярче, превратившись в ровно горящее пламя. Я ощущал его, как новую, теплую и послушную конечность.

Я тут же открыл рецепт зелья. Гримуар действительно адаптировал его под местные реалии.

[Зелье Огненного Уста (адаптированный рецепт):]

[Ингредиенты: ]

[1. Кровь саламандры (50 мл) — источник элементарного огня.]

[2. Порошок из рога Огненного Краба (10 г) — катализатор жара.]

[3. Сок жгучего перца (100 мл) — стимулятор, носитель «изжоги».]

[4. Толченые иглы ежа (5 шт.) — стабилизатор, придает взрывной эффект.]

[5. Спирт (200 мл) — основа.]

[Приготовление: разогреть спирт в медном котле, не доводя до кипения. Медленно всыпать порошок из рога, постоянно помешивая против часовой стрелки до полного растворения. Добавить сок перца и кровь саламандры. Варить на медленном огне 13 минут. Снять с огня, добавить толченые иглы, перемешать три раза по часовой стрелке. Дать настояться до полного остывания. Готовое зелье имеет ярко-оранжевый цвет и острый, пряный запах.]

[Эффект: при употреблении временно усиливает способности, связанные с «Жреческим Огнем», на 50 %. Длительность — 15 минут.]

[Предупреждение: зелье является легковоспламеняющимся. Чрезмерное употребление может привести к внутренним ожогам и неконтролируемым магическим выбросам.]

Рецепт был на удивление простым. Все ингредиенты, кроме, пожалуй, рога Огненного Краба, можно было достать в кладовой Снейпа или заказать по совиной почте. Надо будет срочно наварить пару флаконов. Усиление на 50 % — это вообще не шутки. А с учетом наличия у меня почти бесконечного запаса зелий восстановления, то и ожоги мне не страшны.

Я сидел в кресле, пытаясь осознать масштаб своего нового приобретения. Обычная белая звезда… Хах. Гримуар был полон сюрпризов.

Конечно, в предстоящем разговоре со Скримджером это мне вряд ли поможет. Там будет битва умов, а не огненных шаров. Но сама мысль о том, что теперь, с моей усиленной двумя зачарованиями палочкой, с врожденным пирокинезом и этой чудовищной абилкой, я, вероятно, могу за пару минут превратить в пепел половину Запретного леса… эта мысль приносила невероятное, пьянящее чувство уверенности. И спокойствия.

Это… было круто.

Обретенная мощь пьянила. Я чувствовал себя арсеналом, ходячей осадной машиной. Но быстро вернул себя с небес на землю. Похвала авроров, страх в глазах Дурслей, легкие победы над школьными монстрами — все это было приятно, но не имело значения. Это было все равно что радоваться похвале второклассника за то, что я блестяще знаю материал его курса, в то время как вокруг существуют монстры уровня деканов, Дамблдора, и, как теперь выяснилось, мастеров-легилиментов вроде Скримджера. Я все еще был в песочнице, пусть и самой навороченной. Чтобы выбраться из нее, мне требовалось нечто помощнее грубой силы. Мне нужна была защита разума.

Моя врожденная окклюменция, усиленная Системой, была хороша. Она позволяла мне противостоять поверхностному сканированию Долиша и даже манипулировать им. Но Скримджер… по словам, он был другого уровня.

В вечер следующего дня отправился в библиотеку. В общем отделе искал все, что было связано с ментальной магией, защитой сознания и теорией окклюменции. Большинство книг были бесполезны — сборники банальностей о «чистоте мыслей» и «внутренней гармонии». Но после нескольких часов поисков я нашел три фолианта, которые привлекли мое внимание.

Первым был «Лабиринты Разума: Архитектура ментальной защиты» за авторством Катарины Трэверс. Это был, скорее, философский трактат. Трэверс утверждала, что стандартная окклюменция, основанная на очищении разума или создании одной-единственной «стены», — это тупиковый путь. Рано или поздно любой, даже самый сильный легилимент, найдет в этой стене трещину. Вместо этого она предлагала строить в своем сознании не стену, а лабиринт. Сложную, многоуровневую структуру с ложными воспоминаниями, тупиками, ментальными ловушками и «зеркальными коридорами», которые бы отражали атаку легилимента, заставляя его блуждать в бесконечном цикле его собственных мыслей. Идея была интересной.

Второй книгой был «Щит Мысли: Практикум по наложению пассивных ментальных чар» авторства Януса Тики. В отличие от Трэверс, Тики был практиком. Он описывал не внутренние техники, а внешние. Заклинания и ритуалы, позволяющие создать вокруг себя постоянную, пассивную ауру «ментального шума», которая бы искажала попытки сканирования. Большинство из них требовали редких ингредиентов или сложных ритуалов, но одна глава привлекла мое внимание: «Глава 5: Руническая гармонизация. Создание ментальных щитов с помощью артефакторики». Это было именно то, что мне нужно.

И третьей, самой странной книгой, был тонкий сборник эссе под названием «Разбитое Зеркало: Парадоксы самосознания и магия личности», написанный неким Лисандром де Во. Автор выдвигал еретическую теорию о том, что сознание — это не единое целое, а совокупность множества «субличностей». И что истинный мастер окклюменции не блокирует свой разум, а… создает ложную личность, «фантома», которого и подсовывает легилименту для изучения. Пока враг копается в фальшивых воспоминаниях и эмоциях этого фантома, истинное «я» остается в тени, незамеченным. Это было опасно, на грани с раздвоением личности, но невероятно изящно.

Я просидел в библиотеке до самого отбоя, копируя целые главы и делая пометки. План начал вырисовываться. Мне не нужна была одна защита. Мне нужна была эшелонированная оборона.

Значит, какой вырисовывается трехуровневый план?

Первый уровень: артефакт. Пассивный щит, который будет работать постоянно, без моего участия.

Второй уровень: ментальный лабиринт. Активная защита, которую я буду возводить при прямой угрозе.

Третий уровень (на всякий случай): создание «фантома». Высший пилотаж, который я освою позже.

Сейчас нужно было сосредоточиться на первом уровне. Встреча со Скримджером была на носу.

Я снова засел за расчеты. В книге Януса Тики был описан базовый рунескрипт для амулета ментальной защиты, но он показался мне слишком… примитивным. Я решил создать свой собственный, более сложный, основанный на числовых вибрациях.

Носителем я выбрал свой когтевранский галстук. Идеальное место — всегда со мной, близко к телу, и никто не станет его осматривать. Нитью снова послужил волос демимаски, пропитанный зельем, но на этот раз с добавлением порошка из лунного камня и капли моей собственной крови для привязки артефакта к моей ауре.

Сам скрипт вибрировал на частоте числа девять — числа завершенности, мудрости и защиты высшего порядка. Он состоял из пяти рун. ПЯТЬ РУН! Чем дальше — тем изящнее и сложнее вязи.

В центре — Ансуз. Руна божественного слова, мысли, сознания. Это было ядро, сам мой разум, который я собирался защищать.

Вокруг нее, образуя квадрат, я расположил четыре защитные руны.

Сверху — Иса. Лед, стазис. Ее задача — «замораживать» любое враждебное ментальное воздействие на самой границе моей ауры, замедляя его, делая его вязким и неуклюжим.

Снизу — Турисаз. Шип, молот Тора. Активная защита. Если Иса замедляла атаку, то Турисаз должен был нанести ответный, пусть и слабый, удар по сознанию легилимента, вызвав у него ментальный «шок» и заставив отступить.

Слева — Перт. Контейнер, тайна. Эта руна должна была создавать иллюзию, «ложный фасад». Если легилимент все же прорвется через первые два рубежа, он наткнется не на мой настоящий разум, а на пустую, бессодержательную оболочку.

И справа — Альгиз. Божественная защита, связь с высшим. Это был мой «сигнальный огонь». При любой попытке вторжения эта руна должна была вызвать у меня легкое ощущение тревоги, предупреждая об атаке еще до того, как я ее осознаю.

Пять рун. Пять уровней защиты. Заморозка, контратака, иллюзия, предупреждение, и все это — вокруг ядра моего сознания. Я вышил эту сложнейшую вязь на обратной стороне своего галстука. Когда я закончил и активировал ее, то ничего не почувствовал. Артефакт был полностью пассивным, он не излучал магию, он просто был.

[Создан постоянный артефакт (уровень: средний): «Галстук Скрытого Разума». Обеспечивает многоуровневую пассивную защиту от ментальных атак и попыток сканирования. Оснащен системой раннего оповещения.]

[Получен опыт в создании комплексных ментальных артефактов: +100 ОЗ.]

Теперь я был готов к встрече со Скримджером. По крайней мере, я так думал, ведь новая волна паники захлестнула Хогвартс в четверг.

Я возвращался с урока Травологии, когда увидел это. Очередная толпа, очередные испуганные лица, очередные преподаватели, пытающиеся навести порядок. Но на этот раз местом преступления была главная лестница, ведущая из вестибюля.

На одной из широких ступеней, в луже солнечного света, падавшего из высокого окна, лежал еще один окаменевший ученик. Это был первокурсник из Гриффиндора, мальчик по имени Колин Криви, кажется. Тот самый, что постоянно бегал за Гарри с фотоаппаратом.

Он застыл в тот самый момент, когда поднимал свою маггловскую камеру, чтобы сделать снимок. Его лицо было искажено… удивлением.

— Еще один… — прошептала рядом со мной какая-то девушка. — Мерлинова борода, он нападает уже среди бела дня!

Профессор Макгонагалл, бледная как смерть, левитировала окаменевшее тело, отправляя его в больничное крыло. Авроры оцепили лестницу.

Это нападение рушило официальную версию Министерства о «школьных конфликтах». Какой конфликт? Мальчик был один. И это произошло на одной из самых оживленных лестниц в замке. Но никто ничего не видел и не слышал. И снова — окаменение.

Я стоял в толпе, и мой разум лихорадочно работал. Окаменение. Не смерть. Значит, он снова смотрел не напрямую. Я посмотрел на камеру, которую один из авроров осторожно поднимал с пола. Объектив. Он смотрел через объектив. Еще один фильтр, преломивший смертоносный взгляд!

Но как? Как василиск мог напасть здесь? Здесь не было труб. Или были?

Я закрыл глаза, пытаясь вспомнить свое видение. Тоннели… они были повсюду. Целая сеть, пронизывающая замок. Но как он мог посмотреть оттуда? Через стену? Может ли его взгляд проходить сквозь камень? Вряд ли, это нарушило бы все законы магии. Значит, были… отверстия? Крошечные щели, глазки в стенах, через которые он мог наблюдать за коридорами? Это было бы слишком сложно и рискованно.

Или… он мог как-то переносить свой взгляд? Использовать какую-то отражающую поверхность? Воду в трубах? Но тогда жертвой стал бы тот, кто заглянул в унитаз, а не тот, кто шел по лестнице. Странно. Очень странно.

Новость об очередном нападении, да еще и на первокурсника-гриффиндорца, подлила масла в огонь ненависти к Гарри. Теперь его не просто избегали. Ему в открытую шипели вслед, бросали в него проклятия. Ситуация накалялась.