— Что-то в этом есть, Гермиона, — задумчиво протянул я, глядя сквозь мерцающий барьер на разворачивающуюся снаружи сцену. — Твоя кровожадность меня порой пугает, но в этом есть рациональное зерно. Однако быть третьей стороной в заварушке сейчас — самый глупый вариант. Давайте для начала осмотримся здесь. Они вышли на поляну с другой стороны, где не было реки. Каппу, чтобы пройти сквозь барьер, им так просто не найти, да и навряд ли они нас видели. Мы в укрытии, у нас есть время.

Я обернулся к пещере, в которой мы находились.

— Нужно понять, что здесь. Но для начала давайте прикроемся. Гермиона, Эрни.

Поняв мой намек без лишних слов, ребята тут же принялись за дело. Их палочки синхронно задвигались, вычерчивая в воздухе узоры, накладывая комплексный маскирующий барьер на вход в грот, сплетая несколько заклинаний в одно.

— Протего Тоталум… — начала Гермиона.

— …Репело магнитум … — подхватил Эрни.

— …Оглохни… — закончили они почти в унисон.

Невидимая стена отрезала нас от внешнего мира, заглушая звуки и скрывая наше присутствие от посторонних глаз. Теперь мы были в относительной безопасности.

— Люмос Максима, — произнес я.

Яркий шар света сорвался с моей палочки и взмыл под своды пещеры, озаряя каждый ее уголок. Мы увидели то, что до этого скрывалось в полумраке. Грот был огромен. Влажные стены, покрытые светящимся мхом, уходили вверх метров на двадцать. В центре пещеры, на небольшом островке посреди подземного озера, стоял еще один каменный постамент. И он был защищен. Вокруг него медленно вращался полупрозрачный синеватый барьер, похожий на мыльный пузырь диаметром в несколько метров. А в самом центре этого пузыря, на алтаре, покоился артефакт. Он выглядел как гладкий шар из черного обсидиана, внутри которого медленно переливалась субстанция, похожая на жидкий лунный свет. Без сомнения, это было «Око Глубин».

Я подошел к краю островка. Прямо перед барьером, на каменном полу, я заметил небольшое возвышение с двумя выемками, по форме и размеру идеально подходившими под Осколки Хранителя. Ну, очевидно, это и есть замок, который нужно открыть.

— Значит, все-таки придется отбирать, — констатировал Эрни, глядя на выемки.

— Если мы добудем Осколок другой команды, а после и этот артефакт, то, если я правильно понял правила, нас должно телепортировать обратно, — размышлял я вслух. — А второй артефакт заберет другая команда победителей.

— А просто попробовать пройти через барьер мы не попытаемся? — вставил свои пять кнатов Малфой, с интересом разглядывая сияющую сферу. — Любая задача предполагает как минимум три пути решения. Может, он не такой уж и неприступный.

— Ну, попробуй, — я пожал плечами. — Смертельного, думаю, ничего не будет. Может, просто станешь сусликом. Или тем же каппой. Симпатичные же были, правда?

— Вот и лезь проверять сам, — огрызнулся он. — Так что делать будем?

Я окинул взглядом нашу команду, затем — барьер, а потом мысленно представил себе картину снаружи.

— Есть идея. Слушайте.

* * *

Команда Колдовстворца не стала терять времени, блуждая по лесу. Их подход был иным — прямым и прагматичным.

— Вверх, — коротко скомандовал Ярослав Гусь, едва правила были озвучены. — Чтобы понять поле боя, нужно увидеть его целиком.

Никто не спорил. Обычные морозы их не пугали — их школьная форма, пропитанная рунами и зачарованная поколениями сибирских магов, давно перешла на уровень пассивных магических щитов, оберегающих от любой непогоды. Они начали подъем на заснеженный холм, который, видимо, остальные команды предпочли обойти.

— Ты уверен, что это правильно? — спросил Иван Волков, коренастый парень, чьи движения были по-звериному плавными. — Мы станем отличной мишенью на этом белом снегу.

— Мишенью становятся те, кто боится, — отрезал Ярослав. — Мы же станем наблюдать.

После каждого своего решения он, однако, бросал короткий незаметный взгляд на Марию Романову, которая шла молча, погруженная в свои мысли. Лишь после ее едва заметного кивка он отдавал окончательный приказ. Формально лидером был он, но истинный центр силы в их группе ощущался почти физически.

Они поднялись на вершину холма, откуда открывался вид на весь остров. Река, лес, поляна… и группы крошечных фигурок, движущихся в одном направлении.

— Хогвартс пошел вдоль реки. — прокомментировал Ярослав. — Дурмстранг гонит Шармбатон в ту же сторону. Скоро встретятся. Нам это на руку…

Он не успел договорить. Снег под ногами зашевелился. Из-под белого покрова вырвались три существа. Они были похожи на крупных ящериц, но их тела были высечены будто из льда. Глаза горели холодным синим огнем, а из пастей вырывались клубы ледяного пара.

— Ледяные саламандры, — спокойно констатировал Ярослав. — Иван, Ольга, ваш выход.

В следующую секунду двое студентов преобразились. Тело Ивана пошло волной, кости затрещали, и на месте парня уже стоял огромный серый волк. Ольга же, наоборот, съежилась, и через мгновение по снегу метнулась быстрая рысь.

Координация их действий была похоже на профессиональную. Волк и рысь ринулись в атаку, используя свою природную скорость и ловкость, чтобы уворачиваться от ледяных плевков саламандр. Они заходили с флангов, отвлекая внимание. В это время Ярослав и Мария действовали магией. Их кольца вспыхивали, и они били, как ни странно, не огнем, что было бы очевидно, а звуковыми волнами и заклятиями, вызывающими вибрацию. Ледяные тела саламандр, хрупкие по своей природе, не выдерживали такого воздействия. Одна за другой, они с треском разлетались на осколки.

Когда последняя тварь была повержена, они двинулись дальше и на самой вершине холма увидели то, что искали — небольшое строение, похожее на снежную избу, сложенную из огромных ледяных глыб. Входа не было. Это был монолит.

Они пытались пробиться. Ярослав бил по стенам кинетическими ударами — безрезультатно. Иван в форме волка пытался прогрызть лед — его клыки лишь бессильно скользили. Ольга в форме рыси искала щели, но их не было.

— Магия не берет, физическая сила тоже, — заключил Ярослав, вновь вопросительно посмотрев на Марию.

До этого молчавшая девушка наконец заговорила. Ее голос был тихим, но в нем звучала абсолютная уверенность.

— Мы чужие здесь. Лед не пропустит чужих. Нужно стать своим.

Она подошла к крупному осколку поверженной саламандры, где еще угадывались очертания головы. Опустилась на колено и положила на ледяную морду руку с кольцом. Камень на ее пальце вспыхнул.

Осколок саламандры начал таять, но не превращался в воду. Становился потоком энергии, которая втягивалась в кольцо Марии. Ее тело замерцало, черты лица начали искажаться, кожа покрылась инеем, а затем и ледяной коркой. Через пару секунд на месте девушки стояла точная копия ледяной саламандры.

Она, не колеблясь, шагнула к стене избы и… просто прошла сквозь нее, словно лед был туманом. Оказавшись внутри, тут же трансформировалась обратно в человека, обернулась и посмотрела на свою ошеломленную команду.

Они снова попытались войти, но стена оставалась твердой. Тогда Мария протянула руку. Ее ладонь на глазах снова покрылась льдом, превратившись в когтистую лапу саламандры. Она прикоснулась к стене изнутри, и лед в этом месте стал податливым, как ткань. Она просто отодвинула его в сторону, создавая проход.

Остальные вошли внутрь. Их взору предстала картина: постамент в центре, защищенный барьером, и две выемки для Осколков. На алтаре лежал артефакт — «Сердце Севера», кристалл в форме сердца, внутри которого бушевала метель.

— Ну вот, — с удовлетворением произнес Ярослав. — Теперь нам нужны Осколки. Кого первого найдем, того и…

— Не надо искать, — прервала его Мария. Ее молочно-белый глаз, казалось, видел что-то за пределами ледяных стен. — Они уже все в одном месте.

Она подняла руку и указала пальцем точно вниз, в основание горы, где находился вход в подводную пещеру.

* * *

— Понятно? — спросил я, закончив излагать свой план.

— Да, — одновременно кивнули Гермиона и Эрни. Малфой лишь скривился, но промолчал, что я счел за согласие.

— Тогда действуем.

На обсуждение ушло не больше пяти минут. Сквозь маскировочный барьер мы видели, что схватка снаружи уже началась. И, к моему удивлению, студентки Шармбатона не были легкой добычей. Они заняли тактически выгодную позицию рядом со входом в наш грот, спиной к скале. Рельеф играл им на руку. Они быстро возвели перед собой барьер из трансфигурированных камней и лиан, создав небольшую крепость. Дурмстранговцы, привыкшие к атакам в лоб, были вынуждены штурмовать их укрепления, теряя преимущество. Лишь один из них не участвовал в атаке, а осматривался по сторонам, выискивая возможную засаду. Но он то и стоял спиной к нашему гроту!

Его можно было понять. Кто в здравом уме будет ждать нападения из пещеры с водой? Они наверняка еще не встречались с каппами и ждали нас со стороны леса. Хорошая возможность, чтобы выбить одного из них. И замаскировать бы это под нападение той фауны, о которой они не знали. То есть под нападение водяных демонов.

Сняв на секунду наш маскирующий барьер, я тихо подошел к выходу. Гермиона, наложив Силенцио на нашего пленника (заклинание безмолвия), левитирующими чарами вынесла водяную сферу наружу, подкравшись максимально близко к спине дозорного. Эрни тем временем поддерживал над каппой небольшой воздушный щит, который дополнительно поглощал звуки. Так, в полной тишине, мы завели живую бомбу парню за спину.

Заняв позицию, я посмотрел на Малфоя. Он кивнул. Мы нанесли параллельный удар.

— Конфрактус!

— Депульсо!

В тот же миг Гермиона развеяла водяную сферу.

Пробивающее заклятие Малфоя было чудовищно мощным. Оно ударило парня в спину, разом пробив его личный щит и подбросив в воздух. Мое же толчковое заклятие ударило в освобожденного каппу, заставив того молча взвыть от боли и наброситься на ближайшее к нему живое существо. А им как раз и был падающий на землю дурмстранговец.

Тварь была глупа, но инстинкты работали, какие-то причинно-следственные связи выявил, решив, что источником боля является лежачий парень. Каппа набросился на тело поверженного врага.

Тот закричал от боли и неожиданности. Двое его товарищей, штурмовавших крепость Шармбатона, резко обернулись. Их взору предстала сюрреалистичная картина: их дозорный лежит на земле, а на нем сидит уродливая зеленая тварь, которая молча, но яростно бьет его когтистыми лапами.

Минус один. И еще двое отвлеклись от своей основной цели. Мы замерли в тени грота, ожидая реакции Шармбатона. Наш удар был лишь началом, эдаким катализатором будущих событий. Теперь все зависело от того, смогут ли француженки воспользоваться созданным нами хаосом.

И они не упустили свой шанс.

В тот самый момент, когда двое дурмстранговцев, ошеломленные внезапным нападением твари, повернулись к своему раненому товарищу, каменная стена перед ними взорвалась.

— Импелло Тринитас! — услышали мы три девичьих голоса, слившихся в один.

Три заклинания, выпущенные одновременно и сплетенные в единый, мощный импульс, ударили в спину оставшемуся у крепости дурмстранговцу. Тот, кто до этого казался самым сильным, не отвлекаясь на раненого товарища и продолжая бомбардировку их укрытия, не ожидал удара такой силы. Его щит, рассчитанный на одиночные атаки, просто испарился, и парня швырнуло назад.

Но это было только начало. В следующую секунду весь их импровизированный форт пришел в движение. Студентки Шармбатона, до этого казавшиеся загнанной в угол добычей, продемонстрировали пугающую координацию и жестокую эффективность.

Катрина Розье, которая, как помнил, мастерица иллюзий, сделала резкий взмах палочкой.

— Хербиа Лакьюрис!

Толстые лианы, которые они использовали для укрепления стены, ожили. Они, словно голодные змеи, метнулись к двум дурмстранговцам, которые только-только пришли в себя после нападения каппы. Прежде чем те успели среагировать, лианы обвились вокруг их ног, повалив на землю. Другие змеистые отростки захлестнули их руки с палочками, оттягивая их в стороны, и туго обмотали рты, не давая произнести ни слова.

Одновременно с этим Изабель Вирион подняла в воздух все обломки их каменной стены.

— Карцер Саксум!

Камни, вращаясь, окружили беспомощных, связанных лианами дурмстранговцев и, сжимаясь, сформировали вокруг каждого из них плотный кокон. Через пару секунд на поляне от двух активных парней остались лишь две неподвижных каменных глыбы, из которых не доносилось ни звука. Быстро, чисто, безжалостно.

Логично было предположить, что нужный нам Осколок дурмстранговцы держали у самого сильного — их лидера, который не отвлекался на раненого товарища. Вот он, бедолага, сейчас лежал без сознания в десятке метров от нас, рядом с развалинами форта Шармбатона. Настало время действовать.

— Так, слушайте, — прошептал я, не сводя глаз с поляны. Шармбатонки как раз осматривались, пытаясь понять, что произошло и откуда пришла помощь. — Нужно забрать Осколок и вернуться в грот, пока они не сообразили, что здесь есть кто-то еще. План такой. Малфой, Эрни, выходим первыми. Я за вами. Ваша задача — держать широкий защитный барьер между нами и француженками, пока я буду обыскивать того парня.

Я указал на лидера дурмстранговцев.

— Как только я найду Осколок, Малфой, ты опускаешь щит со своей стороны и притягиваешь к нам… каппу, чтобы могли зайти под его аурой обратно. Эрни, твоя задача — быстро создать нам удобную дорогу из камня обратно в пещеру. Гермиона, ты остаешься здесь и держишь наш первый Осколок. Понятно?

Все трое молча кивнули.

Мы начали. Малфой и Эрни вышли из-под нашего маскировочного барьера и тут же синхронно возвели широкий щит, отгораживая нас от любопытных взглядов. Я выскользнул следом. Перед тем как броситься к цели, активировал биоусиление, максимально уплотнив мышечные волокна в ногах. Мир вокруг на долю секунды замедлился, я почувствовал, как чудовищная сила наполнила конечности.

Один толчок — и я преодолел десять метров за мгновение, почти не коснувшись земли! Подбежав к телу дурмстранговца, не теряя ни секунды, принялся его обыскивать. Карманы мантии, пояс, амулеты на шее… где он мог его спрятать?

Тем временем, снаружи не все шло гладко. Одна из студенток Шармбатона заметила мерцание щита, который выставили мои ребята.

— Там кто-то есть! — услышал я ее крик.

— Ревилио! — выкрикнула Изабель, направляя палочку на наш щит.

Заклинание ударило в барьер, и он на мгновение вспыхнул ярким светом, полностью выдав наше местоположение.

— Черт! — прошипел Малфой, с трудом удерживая защиту.

В ту же секунду с их стороны полетело несколько пробных проклятий. Они безвредно разбились о щит, но ситуация накалялась.

— Дадли, быстрее! — крикнул Эрни.

Я нашел его. Осколок был не в кармане, а в небольшом кожаном мешочке, привязанном к внутренней стороне сапога. Схватил его.

— Есть! Действуем.

В тот же миг случайное взрывное заклинание от одной из шармбатонок ударило в землю рядом с тем местом, где лежал и догрызал соперника каппа. Взрывной волной бедную тварь подбросило в воздух и с силой ударило о скалу. Раздался громкий треск. Панцирь на его спине раскололся, и несколько крупных осколков разлетелись в стороны. Сам каппа, издав жалобный писк, из последних сил уковылял в сторону реки и скрылся под водой.

— Задница! — выругался я. — Нам хватит его ауры от куска панциря?!

— Будем надеяться. — крикнул Малфой.

Он, как и договаривались, опустил щит со своей стороны и быстрым Акцио притянул к нам самый большой осколок защиты каппы. Эрни, одновременно с этим, ударил палочкой по земле.

— Виа лапидис!

От его ног к входу в пещеру мгновенно выросла ровная каменная дорожка.

Я уже был готов рвануть назад, сжимая в руке драгоценный Осколок. Малфой поймал кусок панциря. Эрни держал путь открытым. Казалось, мы справились.

И тут сверху раздался вой.

Я инстинктивно поднял голову на бегу. И увидел, как с заснеженной вершины холма прямо на нас летит что-то огромное и серое. Оно рухнуло на поляну прямо передо мной с такой силой, что земля содрогнулась.

Это был волк. Огромный, с серой, вздыбленной шерстью и горящими желтыми глазами. Он тяжело дышал, с его клыков капала слюна, а на боку виднелась глубокая кровоточащая рана. А следом за ним, спрыгивая со скалы с нечеловеческой ловкостью, на поляну вышла команда Колдовстворца.