Когда гул в зале стих после поражения Эрни, а судьи, шурша перьями по пергаменту, внесли последние пометки, наша четверка осталась в углу зрительских трибун. Мы не спешили уходить. Наблюдать за гениями и талантами других школ, особенно за делегацией Колдовстворца, было куда познавательнее любой лекции, или какие еще активности они придумали для участников? В любом случае, лучше посмотреть на студентов вторых и третьих курсов.

К тому же, победа Маши, столь быстрая и до жути прямолинейная прочно засела в голове. Однако сосредоточиться на словах директора не выходило — атмосфера в группе была напряженной донельзя. С одной стороны, триумф — три победы из четырех. С другой поражение Эрни, которое, казалось, выбило из него весь боевой дух.

Это были бы только его проблемы, если бы от его эмоциональной стабильности не зависела наша общая эффективность в командных состязаниях. Придется заняться тем, что я не особо люблю — поддерживать.

Первой, разумеется, не выдержала Гермиона. Раненое плечо, кажется, ничуть ее не беспокоило. Но начала она не с поддержки.

— Вы видели?! Эта рудиментарная геомантия у Волкова! — начала она, даже не пытаясь успокоить дрожь в голосе. — Он не трансфигурировал камень, он воздействовал на него напрямую, почти как на живую материю. А его щиты… я уверена, они были основаны на уплотнении самого воздуха перед ним! Представляете, какая концентрация для этого нужна?

Она говорила быстро, взахлеб, и я ее прекрасно понимал. Для теоретика до мозга костей, столкнуться с абсолютно чуждой магией было… интересно.

— Ничего особенного, — с ленцой протянул Малфой, прислонившись к стене и картинно поправляя свою прическу. — Просто мужлан, не способный думать дальше, чем на один ход вперед. Если бы он вместо бездумного швыряния камней использовал хотя бы пару связующих проклятий, ты бы и свой мусорный щит собрать не успела, Грейнджер.

Гермиона тут же нахмурилась, готовая ринуться в словесную перепалку.

— Он прав, — спокойно сказал я, и оба тут же уставились на меня. — Его тактика была примитивной, но эффективной против стандартной защиты. Ты победила, Гермиона, потому что мыслила нестандартно. Ты оказалась креативнее и навязала свои правила.

— Я знала, что делаю! — вспыхнула она. — Даже на рассчитанный риск пошла.

— Любой риск, которого можно избежать, — плохой риск, — отрезал я, но тут же смягчил тон. — Но ты молодец. Я, честно, не ожидал.

Это была почти правда. Я не ожидал, что она так быстро и эффективно переймет мою идею с «Молтус Циркум».

Эрни все это время сидел молча, понурив голову. Его поражение было самым обидным — не в открытом бою, а из-за обмана.

— Эти иллюзии… — наконец пробормотал он, сжимая кулаки. — Я просто… я не знал, куда бить. Они были повсюду.

— В следующий раз бей по площади, — посоветовал Малфой с видом знатока. — Пара-тройка взрывных заклятий, и от ее фокусов не осталось бы и следа.

— Легко сказать, когда у тебя в арсенале «Бомбарда», — огрызнулся Эрни.

— Ее можно выучить, Макмиллан, если не тратить все время на зубрежку гербологии, — ядовито парировал Драко.

— Хватит, — прервал я их. — Эрни, ты хорошо дрался. Просто тебе попался неудобный соперник. Иллюзии — это всегда грязно. Но Малфой прав в одном: против таких тактик нужна работа по площади. Или, — я на мгновение задумался, — заклинания, выявляющие истинную сущность. Что-то вроде «Гоменум Ревелио», но боевого назначения. Уверен, такие существуют.

Мы еще немного посидели в неловком молчании, пока на арене суетились помощники, готовя ее к следующему блоку поединков. Наконец, усиленный магией голос Каркарова снова загремел под сводами зала.

— Отборочный тур для первого курса завершен! — провозгласил он. — Поздравляю тех, кто проявил себя и прошел в четвертьфинал! Для тех же, кому сегодня удача не улыбнулась, турнир, как я и обещал, не заканчивается. Сейчас судейская комиссия огласит ваши результаты по очкам, на основе которых будут сформированы пары для турнира «Лучший из выбывших».

В воздухе над судейским столом вспыхнул пергамент.

— Алексей Драгомиров, Дурмстранг. — 24 очка.

— Грегор Власов, Дурмстранг. — 31 очко.

— Эмилия Кларк, Шармбатон. — 19 очков.

— Оливия Мапс, Шармбатон. — 15 очков.

— Иван Волков, Колдовстворец. — 35 очков.

— Эрни Макмиллан, Хогвартс. — 22 очка.

И еще двое участников, чьи имена я не запомнил.

— Итак, пары сформированы по принципу «сильнейший с сильнейшим, равный с равным», — продолжил Каркаров. — Завтра, первыми на арену выйдут: Иван Волков против Грегора Власова. Алексей Драгомиров против Эрни Макмиллана и так далее. У вас будет шанс доказать, что ваше поражение было лишь досадной случайностью. А сейчас… Второкурсники! Первыми на арену выйдут представители Хогвартса и Дурмстранга: Чжоу Чанг и Борис Щербаков.

— Ну вот, Эрни. Есть все шансы победить завтра. Вспомни, как действовал Драгомиров и будь к этому готов. — сказала Гермиона, и мы после всмотрелись в выход второкурсников.

Их дуэли были на порядок динамичнее. Уже чувствовался иной уровень контроля и более широкий арсенал заклинаний. Противником Чжоу оказался типичный представитель своей школы — крепко сбитый, угрюмый парень, который, кажется, считал улыбку проявлением слабости. Хотя, для двенадцатилетнего ребенка он выглядел слишком уж неестественно огромным и взрослым… тучным.

Я ожидал от Чжоу элегантного, но стандартного когтевранского боя с упором на теорию и точность. Но… ошибся. Едва прозвучал сигнал, она сорвалась с места. Дурмстранговец тут же послал ей в спину тяжелое, пробивное проклятие, но оно лишь с гулом врезалось в пол там, где она была секунду назад. Чжоу двигалась по непредсказуемой траектории, не ставила щитов, а просто уворачивалась.

В целом, идея ясна — благодаря скорость и комплекции ей будет проще вывести его из себя и начать совершать ошибки. К тому же, сработает на магическом истощении соперника (не путать с физическим, вот как раз физически будет ослаблена сама Джоу). Кстати, чувствуется стратегия нашего декана — как-то он сам предлагал такое ведение боя одним из вариантов против крупных соперников (для него каждый первый был крупным).

Борис злился. Он начал швырять заклинания чаще, но менее прицельно. Чжоу же, продолжая свой танец уклонения, начала контратаковать. Наконец-то!

Однако, этот были не прямые атаки. Она посылала рикошетящие заклинания, целясь в пол и стены арены так, чтобы лучи меняли траекторию и летели в дурмстранговца с самых неожиданных сторон. Тот был вынужден постоянно вертеться, отбиваясь от атак, прилетавших то слева, то справа, то со спины.

Затем Чжоу сменила тактику. Вместо атак напрямую, она начала воздействовать на окружение. Легким движением палочки поднимала в воздух каменную крошку, создавая слепящие облака пыли. Другим заклинанием вырывала из швов на полу прочные каменные нити, пытаясь опутать ноги Бориса. Тот отчаянно отбивался, разрушая ее творения, но он уже полностью потерял инициативу. Оставалось лишь реагировать.

Уже после такой демонстрации боя точно убедился, что ее тактика — измотать, выбить из равновесия, дождаться ошибки и нанести удар. И вот этот момент настал. Борис, окончательно разъяренный ее неуловимостью, решил пойти ва-банк. С его палочки сорвался широкий, багровый луч, который с ревом понесся на Чжоу. И в тот момент, когда он был максимально открыт, Чжоу, сделав резкий уворот, послала ему навстречу простое «Экспеллиармус».

Два заклинания встретились на полпути. Но обезоруживающее заклятие, нацеленное не на дурмстранговца, а на его палочку, просто обогнуло его мощный луч и ударило точно в цель. Палочка взмыла в воздух. Багровое проклятие, лишившись источника, тут же рассеялось. Победа.

[Проанализирована тактика боя, основанная на высокой мобильности и контроле окружения. Выявлена эффективность точечных контрзаклятий против мощных, но медленных атак.]

[+11 ОЗ.]

Через пару дуэлей, в которых студенты Шармбатона и Колдовстворца продемонстрировали свои стили, настал черед Ли Джордана. Я всегда воспринимал его как школьного шута, но никак не дуэлянта. Оказалось, зря. Его соперником вновь был студент Дурмстранга, и, судя по его разъяренному лицу, он был намерен отомстить за соотечественника.

Но у Ли были другие планы… заставить нас сидеть на трибунах с рукой, прикрывающей лицо. Он начал с заклинания «Таранталлегра», заставив ноги противника пуститься в неконтролируемый пляс. Дурмстранговец, матерясь сквозь зубы (а мне это было слышно), с трудом снял с себя чары, но Ли уже наколдовал на палочку соперника чары, заставлявшие ее громко и противно квакать при каждом взмахе (и такие бывают?).

Зал покатывался со смеху. Дурмстранговец побагровел и начал швырять в Ли одно проклятие за другим, совершенно забыв о тактике. А Ли только этого и ждал. Он легко уворачивался, трансфигурируя пол под ногами противника во что-то замедляющее, типа грязи или гололеда. В какой-то момент дурмстранговец все же попал в него оглушающим заклинанием. Ли отлетел к стене и, казалось, потерял сознание. Соперник, с триумфальным ревом, ринулся его добивать, но… когда он подбежал, «тело» Ли Джордана с хлопком превратилось в стаю летучих мышей. Настоящий же Ли стоял у противоположной стены и, пока его противник отплевывался и пытался оттереть лицо от мышей, спокойно обезоружил его.

Вновь победа за Хогвартсом.

Следующей на арену вышла Миллисента Булстроуд. Ее противником был студент из Колдовстворца, худощавый парень с бледным лицом и темными кругами под глазами, по имени Дмитрий. Он, очевидно, решил повторить трюк Маши с быстрым окончанием боя. Едва прозвучал сигнал, он направил кольцо на Миллисенту.

Но наша слизеринка была готова, тут же выставила двойной щит — один общий, а второй окутал, непосредственно, ее голову. Одновременно с этим она мощным «Депульсо» отбросила саму себя назад, мгновенно увеличивая дистанцию.

Дмитрий перешел к более традиционным атакам. С кольца срывались сгустки тьмы, которые при столкновении со щитом Миллисенты рассыпались на мелких, шипящих теневых змей. Те тут же пытались обойти барьер с флангов.

Миллисента отвечала жестко и прямолинейно, не стала тратить время на контрзаклятия, а просто обрушивала на него мощные взрывные чары, заставляя его постоянно перемещаться и тратить силы на защиту. Дуэль двух силовых стилей.

В какой-то момент Дмитрий, увернувшись от очередного «Конфринго», взмахнул рукой в сложной траектории. «Крукс Инвисибилиа!» — выкрикнул он.

Но эффекта никто из нас не увидел. Миллисента, кажется, тоже. Она продолжала атаку, но вдруг… ее тело застыло. Она замерла на месте, руки раскинулись в стороны, словно ее распяли на невидимом кресте. На попытку вырваться ее мышцы отказали. В тот же миг второй жест Дмитрия — и сильный порыв ветра вытолкнул девчонку в стену, прижав руку с палочкой к ней. Она провисела впечатанной в стену в воздухе секунд двадцать, беспомощная и обездвиженная, пока Каркаров не объявил победу Колдовстворца.

Проигрыш Хогвартса.

Последним из наших второкурсников выступал Захария Смит. Пуффендуец выглядел нервным. Его соперница из Шармбатона, напротив, была спокойна и собрана, не стала давить на него с самого начала. Позволила ему атаковать, легко отражая его заклинания и внимательно изучая его стиль. Захария, воодушевленный тем, что его атаки не встречают жесткого отпора, начал колдовать все быстрее, выкрикивая заклинания одно за другим.

И девушка дождалась своего момента. Когда пуффендуец, набрав воздуха для очередного проклятия, открыл рот, она сделала два взмаха палочкой.

— Силенцио! Силенцио Темпус!

Первый луч, обычное заклинание безмолвия, ударил в щит Захарии и рассеялся. Тот, не обратив на это внимания, уже начал произносить свое заклинание, но слова не сорвались с его губ. В этот миг до него долетел второй луч — заклятие с задержкой. Он пробил ослабевший после первой атаки щит. Захария захлопал ртом и не смог произнести ни звука. Девушка же спокойно подошла и обезоружила его.

Итог для второкурсников — две победы, два поражения. В четвертьфинал прошли Чжоу и Ли.

— Отборочный тур для второго курса подошел к концу. — снова раздался голос Каркарова. — В четвертьфинал проходят: Чжоу Чанг, Ли Джордан, Дмитрий Власов, Колетт Дюбуа, Виктор Крис, Иван Соколов, Амели Лоран и Алексей Волков!

Затем он огласил результаты выбывших и сформировал пары:

— Миллисента Булстроуд из Хогвартса — 38 очков.

— Светлана Петрова из Колдовстворца — 36 очков.

— Михаил Морозов из Колдовстворца — 30 очков.

— Борис Щербаков из Дурмстранга — 29 очков.

— Женевьева Мартен из Шармбатона — 25 очков.

— Павел Орлов из Дурмстранга — 21 очко.

— Люка Моро из Шармбатона — 20 очков.

— Захария Смит из Хогвартса — 18 очков.

— Пары на завтра: Миллисента Булстроуд против Светланы Петровой. Михаил Морозов против Бориса Щербакова. Женевьева Мартен против Павла Орлова. Люка Моро против Захарии Смита… А сейчас, после короткого перерыва, мы переходим к состязаниям третьего курса!

* * *

Третий курс показал совершенно иной уровень магии. Здесь уже не было детских игр.

Первым на арену вышел Седрик Диггори. Каменный пол дуэльной площадки едва заметно дрожал от притихшего возбуждения зрителей. Напротив него — высокий ученик Колдовстворца в темно-синей мантии.

Судья дал сигнал.

— Террапульсо! — выкрикнул соперник.

Пол под ногами Седрика вздулся и из трещин вырвались каменные волны.

Кстати, любопытно, что уже на втором курсе студенты Сибирской школы начали использовать общемировые заклинания на латинице. С чего бы?

Тем временем Диггори мгновенно отскочил, вскидывая палочку.

— Аэрис Репульсо!

Сгусток воздуха с силой ударил в землю, разметав летящие обломки. Поток ветра прошёлся по арене, поднимая пыль и крошево. Противник уже поднимал новые стены — тяжёлые пласты породы вырастали из-под земли, заслоняя его фигуру.

— Вентус Ланиато!

Воздух вокруг Седрика закрутился спиралью. Из вихря вырвались тонкие потоки ветра, словно лезвия. Они рассекли каменную преграду, превращая её в крошево. Соперник, не теряя времени, ударил в ответ:

— Арена Деворо!

Камень под ногами Диггори превратился в зыбучий песок. Он начал стремительно погружаться, но мгновенно выкрикнул контрзаклятие:

— Левиосо!

Тело оторвалось от поверхности, зависнув на высоте человеческого роста. Песок под ним сомкнулся, промахнувшись. Седрик не стал давать противнику времени и прямо сверху, описывая палочкой круг, направил вниз мощный порыв воздуха:

— Аэро Прессура!

Сжатый поток ударил в землю, сбивая противника с ног. Но тот, перекатившись, вонзил ладонь в пол:

— Петрам Орири!

Из земли взметнулись острые каменные шипы, рвущие воздух, но Седрик уже закружился в вихре, защищаясь потоком воздуха. Камни отлетали в стороны, ломались, не достигая цели.

Н-да… все куда как лучше, чем те демонстрации Седрика и Флитвика в начале зарождения клуба в Хогвартсе. Все на уровень выше.

Арена гремела от магических взрывов. Песок, ветер, камень — всё смешалось в бурлящем хаосе стихий. Диггори маневрировал, постоянно оставаясь в движении, то и дело усиливая вектро своего рывка с помощью толчковых чар или левитации, создавал воздушные струи, которые подхватывали его, переносили в сторону.

Соперник вновь вызвал стену (почему одна работа с камнем, вы что, действительно стихийники?), пытаясь укрыться, но Седрик, едва коснувшись пола, ударил палочкой:

— Циклоенус!

Воздух завыл. Из центра арены взметнулся торнадо, схватив пыль, обломки и самого противника. Вихрь поднял его в воздух, кружа, ломая равновесие. Каменные осколки, что ещё висели в воздухе, ударяли по его щиту, но тот трещал под давлением.

— Экспелиармус! — крикнул Седрик в это торнадо.

Заклятие попало в кольцо, но не сработало так, как обычно бывает с палочками, то есть — не вырвало его из рук. Но импульса проклятия хватило, чтобы просто отбросить руку соперника за спину.

Директор ознаменовал победу Диггори.