Контрабандист хрипел. Зрачки лихорадочно метались под веками, пока кончик палочки сверлил его висок. Считывание обрывков памяти напоминало ковыряние в мокром картоне, насквозь пропитанном животным страхом, паникой и запахом дешевого курева — этот парень явно плевал на здоровый образ жизни. Рик мялся за спиной. Откровенно мешал своим тяжелым, неровным дыханием. Бандит никак не мог переварить мое недавнее преображение и ту черную тень, что вырвалась из груди на скалистом острове в океане.

Теперь мы торчали здесь, в промерзлой пещере. Реальность Сибири медленно просачивалась внутрь через щели в магическом куполе Святилища.

Пленник наконец затих. Его сознание превратилось в открытую книгу с корявым почерком, откуда информация тянулась по нитке: местные порядки, патрули, границы.

— Босс, он все? — голос Рика дрожал. Лицо бледное, зубы выбивают дробь.

— Да, сказал все, что мог.

Убрал палочку от лба мужика. В моих глазах он уже перестал быть опасным контрабандистом, превратившись в обычного местного лесника. Заблудился в метели. Искал у моего зеленого костра простого человеческого спасения. Он обмяк, голова безвольно упала на грудь — в памяти теперь зияла дыра размером с неделю. Взгляд зацепился за его обмороженные руки, и где-то под ребрами кольнул странный, почти физический дискомфорт. Душная мысль о том, что бросать его здесь после ментального потрошения — как-то неправильно. Было даже интересно препарировать это чувство: Жетон Пустоты дал сбой при контакте с чужой жаждой жизни, или это фантомные боли старой совести, которую планировал похоронить в руинах Сиднея навсегда?

— Нам здесь больше делать нечего. Оставлять свидетелей в этой дыре не намерен.

Короткий жест — портал в Домен свернул пространство. Внутри открылся вид на темные равнины и замерших обсидиановых големов. Рик вздрогнул. Спорить не стал — от меня слишком явно фонило силой Крестража и специфическим холодом Пустоты. Подхватил сумку, бросил тоскливый взгляд на наше временное убежище и шагнул в астрал. Следом полетел бесчувственный лесник. База внутри обустроена, големы присмотрят за этим балластом, пока буду прощупывать почву снаружи.

Портал закрылся.

Остался один. Пульсация Жетона Пустоты в кармане казалась единственным по-настоящему живым ритмом в этом лесу. Ощущалось странно. Из памяти парня, помимо бытового мусора, выцепилась структура местного забора — «Кордона».

Собственно, пульсация этого Кордона забилась в висках задолго до того, как его багровые очертания проявились в серой пелене. Живая магическая сущность монотонно гудела, отсекая Сибирь от остального мира тяжелым занавесом. Удачно вышло — оказался прямо на границе. Барьер не имел ничего общего с академическими щитами Хогвартса. Скорее… вязкая субстанция из уплотненного эфира. Глобальный био-фильтр для любого объема магической энергии. Вот почему прорывы Нави в свое время не выплеснулись за пределы региона — зараза просто уперлась в мембрану. Кордон работал как огромный орган чувств, фиксирующий малейшие колебания и передающий сигнал тревоги прямо в единственный гарнизон в округе. В Колдовстворец.

Зафиксировал координаты из башки бедолаги. Активировал Кристалл Героя. Эффект привычный: мышечные волокна уплотнились, скелет обрел стальную жесткость, зрение сфокусировалось на малейших пятнах эфира. В этой серой каше без усиленной оптики делать нечего.

Короткий расчет вектора. Аппарация вслепую.

ХЛОП.

Пространство выплюнуло тело в сугроб. Звук удара напомнил хлесткую пощечину по воде, ледяная пыль мгновенно забила горло. Попытка вдохнуть принесла в легкие колючую взвесь, мороз сковал внутренности спазмом. Пришлось просто замереть в снегу, пережидая, пока ошалевшие от боли рецепторы на коже окончательно онемеют. Пальцы вылезли из сугроба мертвенно-белыми, суставы превратились в куски мрамора, но волевой импульс к теплу внутри груди исправил ситуацию за секунду.

Жреческий огонь сорвался с ладоней без всяких палочек. Пирокинез сожрал ледяную корку вместе с эпидермисом. В воздухе повис отчетливый запах паленого мяса. Резкая вспышка боли тут же погасла — Восстановление Ран сработало как часы, оставив свежую розовую ткань. Тело прошло процедуру мгновенной оптимизации, став устойчивее к агрессивной термодинамике.

Поднялся на ноги. Стряхнул мантию. Буран продолжал стирать реальность, оставляя от мира пару метров мутной взвеси. Единственный ориентир — гул ветра.

Стоял в этой пустоте и думал об Анастасии, которая прямо сейчас пытается сожрать Сердце Линии в Домене. И о той мелкой дряни из Колдовстворца, Марии Романовой, что так удачно скинула меня в Бездну в качестве платы за проход. Теперь разгребаю этот завал. Сибирь встретила предсказуемо жестко, но Жетон в кармане приятно давил весом. Содеянное в Сиднее того стоило? Однозначно. Да.

В подошвах возникла вибрация. Глухой стук в висках — будто под землей работали кузнечные меха. Привычных лей-линий тут не оказалось, магия двигалась толчками. Навык Геологии переводил данные: эфир пульсировал подобно густой крови. Местная элита явно решила, что классическая физика пространства — слишком скучно. Амулет на груди внезапно нагрелся. Металл стал припекать кожу. Тень Легиона не ошибалась — кто-то прощупывал квадрат сканирующим импульсом. Магия прошла насквозь, пытаясь зацепиться за след, но артефакт просто сожрал энергию, растворив сигнатуру в шуме метели. Пригнулся. Гостей тут не ждали.

Нацепил Очки Преломления. Линзы щелкнули, белая пелена стала прозрачной, открыв мир в серых и синих тонах. В пятидесяти метрах в небо уходила стена — дрожала багровым цветом, накрывая горизонт. Огромный купол, дышащий в такт подземной пульсации. Поверхность казалась маслянистой, воздух пах медью и старым потом.

Коснулся преграды палочкой. Убийца Королей задрожала, отторгая чужеродную гниль, а сам барьер попытался всосать ману. Отток удалось заблокировать.

Гадство.

Механика щита стала понятна сразу. Никаких классических формул. Купол требовал биологической платы, питаясь живой кровью любого входящего. Создатели плевали на этику, так что играем по их правилам. Взгляд на левую руку — кожа после регенерации тонкая. Идеально для надреза.

Нож коротко провел по плоти. Выступили густые капли. Приложил ладонь к барьеру, втирая жидкость в дрожащую поверхность. Местная Сангимантия сработала мгновенно: щит зашипел, багровая муть сменилась тусклым серым пятном. Система приняла подношение. Идентифицировала как своего.

Теперь самое интересное — протиснуться целиком. Давление на преграду плечом. Купол подался, обхватывая тело как густой кисель. С каждым сантиметром становилось тяжелее, кости начали издавать сухой треск под нагрузкой.

Пришлось подключать Подменыша. Размягчил хребет и суставы, превращая кальций в подобие гибких хрящей. Только так можно было буквально ввинтиться в пространство между слоями эфира.

Внутри купола оглушила тишина. Буран остался за маслянистой гранью немым кино. Выпрямился. Вернул телу прежнюю жесткость. Одежда, пропитанная багровой дрянью, медленно высыхала. Вытер лицо рукавом. Пахло кровью и… старой школой.

Тишину вспорол мерзкий, затяжной вой.

Звук прокатился по лесу, заставляя стволы вибрировать. Кордон зафиксировал проникновение. Маскировка кровью обманула фильтр на входе, да. Но физику не надуришь — изменение объема и массы внутри системы скрыть не удалось. Этого не учел.

Перехватил палочку. Внутри закипало раздражение. Опять холод, опять драка и полное отсутствие конкретики, к которой привык в Сиднее.

Воздух впереди начал сгущаться. Кто-то шел прямо к месту прорыва, ломая ветки. Местные патрульные привыкли, что их боятся. Усмехнулся. Пульсация под ногами стала чаще — магия региона реагировала на инородное тело, запуская иммунный ответ. Быть вирусом в этой закрытой банке — роль привычная и даже приятная. Главное не сдохнуть раньше, чем найдутся ответы. А они всегда находятся, когда начинаешь ломать чужие кости.

Хруст снега. Медленно поднял Убийцу Королей. Ожидание длилось недолго. Из метели вывалились тени — неестественно широкие, тяжелые.

Секундный взгляд сквозь линзы, и в голове щелкнуло. Химеры. Те самые, которых крошил в архивах Колдовстворца пару недель назад! Только тогда они были дикими порождениями Нави, рвущими студентов на куски. Сейчас эти твари носили элементы тяжелой сбруи и подчинялись командам седоков.

Стоп. За пару недель школа успела не просто закрыть Разлом, но и одомашнить, заковать в броню и встроить в систему ПВО абсолютных чудовищ пустоты? Либо Навь не была такой уж «дикой», либо у Орлова в загашнике технологии ускоренного контроля разума, опережающие время на столетие. Мда, менеджмент тут работает пугающе оперативно.

Твари замерли на границе видимости. Разговор явно не обещал быть долгим. Любопытство перевесило осторожность. Тени стали ближе. Уродливые медвежьи черты, грубо скрещенные с человеческой анатомией. Если они приручили Навь, значит, тут есть чему поучиться или что украсть.

Шаг вперед. Снег провалился. Первая тварь пригнулась для прыжка, напарник начал заходить с фланга по классической схеме загона.

Химера зависла в воздухе на долю секунды. Желтые клыки, вязкая слюна на шерсти, абсолютное отсутствие страха. Из пасти вырвался поток серого пара. Очки Преломления мгновенно подсветили выброс кислотным желтым цветом — химическая угроза. Сместил центр тяжести влево. Мастер Ближнего Боя сработал на чистых рефлексах, перенаправляя кинетику тела в короткий уворот. Пар пронесся мимо, с шипением вгрызаясь в кору дерева позади.

Рука уже вскидывала палочку.

— Редукто!

Сконцентрированный сгусток кинетической энергии сорвался с кончика, вбирая ману. Снаряд врезался прямо в грудь химеры. Взрыв! Плоть, кости и куски тулупа седока разорвало изнутри, превращая в кровавую шрапнель. Дымящиеся ошметки рухнули в снег, вонь требухи и горелого жира ударила по обонянию. Вампиризм Убийцы Королей отозвался приятным теплом в ладони, жадно всасывая остатки чужой жизни для подпитки щитов.

Второй охотник попытался резко развернуть своего мутанта, но Телепортация сработала беззвучно. Пространство свернулось и выплюнуло меня ровно за спину всаднику.

Схватил мага за воротник. Грубая кожа, едкий запах табака. Палочка уперлась ему в затылок. Пояс-регенератор загудел, готовясь жрать любой магический откат от его потенциального щита. Собирался просто свернуть ему шею мышечной массой Подменыша, чтобы сэкономить энергию на лишних заклинаниях, но снег под лапами медведя взорвался.

Из земли вырвались багровые ледяные колья — настоящие клыки, насквозь прошившие охотника вместе с животным! Кровь брызнула на ботинки, моментально кристаллизуясь в красную ледяную корку.

Пришлось отскочить назад. Очки просканировали периметр в поисках источника. Патрули своих так не убивают, это была дикая, бесконтрольная магия. Под вывороченными корнями кедра началось шевеление…

Планировал просто свернуть ему шею. Подменыш позволял напитать мышцы достаточной дурью, чтобы сэкономить ману на лишних проклятиях. Но снег под лапами медведя-мутанта вдруг взорвался сухим треском. Из промерзлой земли вырвались багровые ледяные колья. Настоящие зазубренные клыки, которые играючи прошили толстую шкуру химеры и тулуп охотника насквозь. Густая кровь брызнула на ботинки, моментально схватываясь красной коркой на морозе.

Рывок назад. Линзы Очков Преломления тут же начали сканировать периметр в поисках источника. Патрульные своих так грязно не кончают. Это был дикий, животный каст, замешанный на чистой боли.

Под вывороченными корнями ближайшего кедра зафиксировалось шевеление. Из узкой норы вывалилась фигура в грязном рванье. Девчонка-подросток. Руки покрыты черными корками обморожения и свежими порезами, из которых едва сочилась сукровица. Каждый выдох выталкивал из ее легких ледяную пыль вперемешку с хрипом.

Навык Крови Королей где-то внутри отозвался густым резонансом. Потенциально крайне ценная находка. Идеальный ключ к этой запертой изнутри территории. Жалости, разумеется, не было — Сидней выжег эту опцию вместе с корнем, — но голый прагматизм требовал девчонку не убивать. Она была местной до мозга костей, её магия крови резонировала с Кордоном так плотно, что барьер вокруг неё словно слеп и глох.

Зрачки девчонки лихорадочно метались по чужаку. Друг? Враг? Да ей было плевать. Вместо слов приветствия в лицо полетел длинный ледяной шип. Пришлось перехватывать снаряд левой рукой прямо в полете.

Острая грань с хрустом вспорола ладонь, но Подменыш уже экстренно укреплял ткани, а кровь коагулировала быстрее, чем успевала капнуть в сугроб. Боль дошла тупой и далекой — Жетон Пустоты отлично срезал пиковые значения физических страданий, работая как лучший в мире анальгетик.

Короткий шаг вперед и плотный удар телекинезом по касательной. Просто чтобы сбить адреналиновую спесь. Девчонка смачно впечаталась лопатками в ствол кедра, воздух со свистом вышел из сдавленных легких, и она кулем сползла на снег. Сапог тут же придавил тощее плечо к земле, а кончик Убийцы Королей уперся прямо в острый подбородок.

— Не надо тыкать в меня сосульками, — прозвучало ровно, прямо в расширенные зрачки.

Она что-то прохрипела в ответ, но за воем ветра слов было не разобрать. В её башке сейчас болтались тонны свежей информации про текущее состояние Колдовстворца. Новые порядки, алгоритмы Кордона и… как они вообще умудрились загнать Навь в упряжь за такое смешное время? Меня ведь не было в Сибири от силы пару недель! Слишком быстрый прогресс для закрытой школы, пережившей катастрофу.

Пускать её в расход сейчас — грубейший тактический просчет. Тем более Кордон за спиной не затыкался ни на секунду, стягивая к месту прорыва новые патрули, а багровый лед под ногами пульсировал все агрессивнее.

— Слушай внимательно, малявка. Я не из местных. Ваши охотники бесят меня еще больше, чем тебя. Но если снова дернешься — просто превращу твою голову в пепел. Усвоила?

Медленный кивок. В глазах плескалась чистая, дикая ненависть. Хороший знак. Ненависть стимулирует мозг куда эффективнее, чем парализующий животный страх. Магия Жреческого Огня на кончиках пальцев требовала выжечь этот квадрат к чертовой матери, но позыв пришлось задавить. Пора валить, пока снег на поляне не стал окончательно красным от прибывающих подкреплений.

Порез на ладони окончательно затянулся. Сапог исчез с её плеча, а свободная рука рывком поставила девчонку на ноги. Отличный, хоть и грязный билет внутрь системы.

В чаще снова раздался вой — на этот раз в разы ближе. Лимит времени на светские беседы исчерпан. Нужно укрытие, где можно будет без спешки вскрыть её память и разложить по полочкам новые переменные, не ловя спиной заклинания из кустов.

— Шевели ногами и не отставай. Выковыривать тебя из сугробов не стану.

Она пошатнулась, прижимая ладонь к отбитому о дерево боку. Взгляд девчонки на долю секунды задержался на Убийце Королей. Узнавание? Странно, учитывая, что светить ею в Сибири особо не приходилось, но вопросов она не задала. Мы двинулись в чащу, оставляя позади изуродованные туши химер и дымящиеся куски мяса патрульных.

Этот переход от промерзлой пещеры к бойне под Кордоном вышел резким. Но, учитывая обстоятельства… в целом, правильным…