Делаю широкий шаг за пределы мерцающего портала Домена и… — Опа! Рик уже здесь! — фиксирую внимание на нем. Теперешний подчиненный переминается с ноги на ногу возле стены склада минус шестого уровня, да стискивает снятую с головы кепку в руках…

Ну раз он здесь один, то все окей?

— Докладывай ситуацию с жандармами Губернатора, — произношу вслух и осматриваю коридор.

— Я занес десять тысяч австралийских долларов в кабинет главного следователя района, босс, — отвечает Рик. — Инквизиторы посмотрели на деньги и закрыли дело. Проверяющие органы списали ночной выброс маны на прорыв старой паровой магистрали. Никто с Инквизиции не спустится на наш заброшенный ярус для проверок… Пока.

Пока… Да и десять тысяч? Причем, судя по всему, магловских денег! Приемлемая сумма за молчание властей. Взятки и старые связи Синдиката сработали с нужным эффектом, а мы избежали вопросов.

Цепляюсь взглядом за запястье бандита в процессе разговора. Там болтается медный браслет с интегрированным под стекло циферблатом. Внутри колбы перекатывается синяя жидкость с внутренним свечением.

Интересно…

— Что на руке? — спрашиваю я.

— Манометр давления маны, — бормочет Рик. Мужчина пытается спрятать руку за спину. — Выдается бригадирам для отслеживания утечек на Линиях Песен. Мы считываем фон так… вот.

Протягиваю руку, а потом и вовсе срываю манометр с запястья бандита — изучу прибор в спокойной обстановке. Игнорирую немой вопрос в глазах подчиненного и убираю вещь в карман куртки. Не настолько Рик хороший парень, чтобы относиться к нему с должным уважением.

— Охраняй периметр склада и никого не впускай внутрь до моего возвращения, — командую я напоследок.

Оставляю бандита позади и выхожу на улицы подземного яруса Сиднея ради самостоятельной оценки местной инфраструктуры.

Интересно же все!

Иду по металлическим настилам и внимательно осматриваю окружающий пейзаж, где напрочь отсутствуют привычные британские защитные руны на стенах зданий… Свободное пространство занимает бесконечная паутина покрытых ледяным инеем латунных труб разного диаметра. Эти магистрали, что? Непрерывно пульсируют под колоссальным давлением проходящей внутри сырой маны Линий Песен?

— ПШШШ! — с резким шипением бьет тугой поток пара из ближайшей вентиляционной решетки.

Вырвавшийся газ испускает тусклое голубое свечение в полумраке подземного города и сразу оседает на моей куртке в виде влаги. Отработанная магия оставляет на ткани мощный статический заряд, заставляя волоски на руках мгновенно вставать дыбом. Местный мегаполис функционирует в агрессивном индустриальном ритме и полностью игнорирует классические стандарты скрытности Старого Света. Как обычные люди вообще выживают в таком безумном фоне? Почему их энергетические каналы выдерживают подобное давление без риска разорваться на куски?

Я… намереваюсь получить ответы на эти вопросы сегодня.

Покидаю мертвую зону минус шестого яруса таким же образом, каким и попал в нее. Тут ловить откровенно нечего, вокруг только ржавчина, гниль и последствия моего недавнего взрыва на складе. Нахожу в конце длинного технического туннеля скрипучую клеть грузового подъемника и с силой дергаю пусковой рычаг.

— ВЖЖЖ-КРРР! — механизм с натугой тащит меня наверх.

Поднимаюсь на несколько уровней выше, подальше от заброшенных секторов. Выхожу в обитаемую часть подземного Сиднея, где вовсю кипит настоящая индустриальная жизнь мегаполиса! И, видимо, вошел я в ином месте.

Останавливаюсь возле огромного распределительного узла. Целая батарея массивных вентилей и стравливающих клапанов преграждает проход к центральным улицам яруса. Намечаю первую цель для вербовки среди обслуживающего персонала этой гудящей насосной станции — взгляд быстро цепляется за сутулого инженера в засаленном кожаном фартуке. Работяга с видимым усилием крутит металлические колеса на горячих трубах и старательно записывает меняющиеся показания приборов в блокнот.

Мужчина отрывает исписанный лист бумаги и сворачивает его в тугую трубочку, а потом помещает латунную капсулу с отчетом в приемник магистрали и уверенно дергает боковой рычаг.

— ФУХ! — колоссальное давление эфирного пара мгновенно уносит деталь куда-то на верхние уровни города.

Фиксирую этот исключительно механический метод передачи данных внутри местной инфраструктуры. Обязательно применю разветвленную сеть пневмопочты в своих интересах для надежного обхода любых магических систем слежения.

Прячусь за железным вентилем и наблюдаю за окончанием обхода станции. Инженер захлопывает блокнот и шагает в проход между трубами, а я иду следом по металлическим решеткам пола. Обгоняю мужика в глухом тупике и преграждаю ему путь к отступлению.

Слева и справа вибрируют магистрали с паром.

Работяга, что естественно, чуть ли не с криками дергается назад от испуга и открывает рот. Быстро хватаю его за воротник кожаного фартука и впечатываю спиной в кирпичную кладку стены. Заставляю человека смотреть мне прямо в глаза для установления визуального контакта.

Формирую конструкт Осколка Разума и бью навыком прямо в сознание жертвы. Естественные ментальные щиты неподготовленного инженера трескаются от удара и осыпаются — путь расчищен. И тут же…

— Империус — вливаю в образовавшуюся брешь заклятие и провожу настройку лояльности. Вшиваю директиву абсолютного подчинения в подкорку.

Тело инженера обмякает в моих руках. Взгляд человека стекленеет на секунду и обретает осмысленность, а я получаю первого Спящего агента в свою формирующуюся агентурную сеть. Разум специалиста принимает новые установки за свои собственные мысли без признаков паники или отторжения. И только после этого я оттпускаю воротник подчиненного.

Достаю манометр из кармана куртки и показываю прибор инженеру.

— Расскажи механизм защиты города от детонации при таком перенасыщении дикой энергией, — приказываю я. — В чем суть системы?

Инженер опускает руки по швам и начинает выдавать суть технического процесса заученными фразами из инструкции по эксплуатации станций.

— Городские службы Синдиката бурят скважины к подземным Линиям Песен. Мы закачиваем туда воду из резервуаров под давлением. Вода впитывает энергию континента на глубине и закипает от контакта с маной. Она превращается в заряженный эфирный пар. Полученный газ поднимается наверх по трубам и крутит лопасти турбин на станциях.

— Вы гасите агрессию магии термодинамикой? — спрашиваю я.

— Законы механики гасят агрессию дикой магии, — кивает головой Спящий. — Рунические цепи сдерживания перегорают в нашем климате. Мы переводим хаос Линий в контролируемую кинетическую энергию.

— Что вообще представляют собой Линии Песен в базе своей структуры? — задаю я следующий вопрос.

— Линии Песен пронизывают земную кору материка потоками маны. Многие маги называют данное явление аномалией природного эфира, но не мы. Энергия течет под землей и отвергает направленный контроль через формулы, и…

— Местная магия сопротивляется заклинаниям европейских школ?

— Руны создают рамки для удержания энергии в границах конструкта. Мана ломает рамки из-за своей плотности и перенасыщает каналы заклинателя. Избыток давления вызывает детонацию эфира с разрушением объектов вокруг мага.

Слушаю инженера и сопоставляю факты в голове. Мой взрыв на складе произошел по озвученному сценарию из-за попытки подчинить несоизмеримый объем энергии классическим силовым каркасом.

— Как маги Губернатора колдуют без риска взрыва собственных каналов? — продолжаю я допрос агента.

— Инквизиторы применяют заклинания с палочками внутри экранированных зон. Власти покрывают стены зданий пластинами свинца для блокировки фона Линий Песен. Жандармы используют магию иллюзий и контроля разума в пределах безопасного периметра Архива или особняков.

— Как преступники используют магию вне безопасных зон?

— Наемники Синдиката применяют аугментации вместо волшебных палочек. Механики создают протезы с фильтрами эфирного пара. Человек заменяет конечность на латунный механизм для перекачивания пара из переносных баллонов на поясе. Боевик использует заряд для выстрела плазмой или физического усиления удара…

— Механизмы фильтруют ману перед контактом с телом?

— Фильтры предотвращают попадание дикой маны в кровеносную систему носителя протеза. Ядро мага остается в безопасности при таком подходе. Инквизиция контролирует город через распределение очищенного эфирного пара для баллонов. Жандармы перекрывают подачу энергии в кварталы при бунтах и оставляют преступников без зарядов для оружия.

Технологии заменяют классическое волшебство в этом городе. Инженеры решают проблемы магов через механику и законы физики. Власти держат Синдикат на поводке через контроль над ресурсами. Нда…

Снимаю с шеи нового подчиненного перфорированный жетон.

— Вернись на свой рабочий пост, — приказываю мужчине. — Жди указаний.

Инженер разворачивается. Мужчина уходит по коридору к насосной станции.

Работяга остается винтиком в системе Губернатора с обновленным программным кодом в голове. Прячу полученный ключ во внутренний карман и направляюсь к подъемникам для перехода на следующий этап интеграции в структуру Сиднея. Выстроенная логика техномагии открывает пути к получению контроля над энергосистемой, в целом.

Захожу в тесную кабину подъемника для перехода на верхние ярусы города. — КЛАЦ! — С силой закрываю массивную решетчатую дверь механизма и нажимаю латунный рычаг управления на приборной панели. Подъемник издает протяжный металлический скрежет, а затем кабина начинает дерганое движение вверх по глубокой шахте.

Интересно, Губернатор вообще спит спокойно на своей верхотуре? Снизу ведь настоящая пороховая бочка из дикой магии, готовая рвануть от одной искры!

Проезжаю технические уровни Сиднея и внимательно наблюдаю переплетение магистралей сквозь прутья решетки. Активирую пассивную силу Подменыша прямо внутри движущейся кабины. Сдвигаю костную структуру черепа, расширяю скулы, меняю пигментацию кожи и уменьшаю собственный рост на десяток сантиметров. Создаю внешность совершенно непримечательного местного рабочего. Все для слияния с городской толпой.

Кабина останавливается на заданном ярусе.

— ПШШШ! — раздается громкое шипение стравливаемого пара.

Открываю решетку и выхожу на мощеную брусчаткой улицу. Иду по тротуару расслабленной походкой обычного человека. Да. Как самый обычный и ничем не примечательный человек. Нормальный! Иду тихо, не спеша, даже с некой долей иронии.

Воздух здесь очищен системами фильтрации, хотя запах угля и машинного масла преследует на каждом шагу. Вокруг снуют клерки в сюртуках, мамочки выгуливают детей в колясках с паровым подогревом… Боже, забавно наблюдать такую бытовую идиллию прямо над резервуарами с концентрированной маной.

Но мне хотелось бы найти здание Архива Инквизиции для продолжения работы. Подхожу к проходящему мимо мужчине с портфелем в руках.

— Извините, подскажи дорогу к центральному Архиву, — обращаюсь я к прохожему с вопросом.

Клерк вздрагивает от звука моего голоса. Мужчина шарахается в сторону, прижимает портфель к груди и резко ускоряет шаг в сторону перекрестка.

Мда…

Пробую остановить проходящую мимо женщину. Она отворачивает лицо и обходит меня по широкой дуге.

И че это?

Местные жители боятся любых вопросов? Или по мне видно, что я типа не такой? Социальное разделение работает безотказно на улицах Сиднея…

Придется брать информацию силой из чужих голов.

Выбираю новую цель среди потока людей. Намечаю хорошо одетого господина с тростью. Догоняю мужчину и прижимаю его плечом к кирпичной стене в тени между домами. Активирую способность Кровь Королей из Ветки Тьмы. Применяю системный навык Сбор и Использование для вытягивания нужных данных.

— ВЖУХ! — чужая мана перетекает в мои каналы через жесткий физический контакт.

Вытягиваю частицу энергии вместе с куском человеческой памяти. Тут же копирую воспоминания о расположении городских улиц и административных зданий Сиднея. Впитываю чужое знание вместе с обрывками мыслей о недавнем завтраке этого человека, и быстро кастуя:

— Обливейт!

Отпускаю перепуганного господина. Мужчина оседает на брусчатку в полуобморочном состоянии. Но нужный маршрут проложен в моей голове до мельчайших подробностей.

И вот так я направляюсь прямо к зданию Архива Инквизиции по изученным улицам. Прохожу городской квартал уверенным шагом. Фасад нужного здания выложен из серого камня и щетинится латунными трубами связи.

Захожу в холл.

Вдыхаю запах озона с примесью бумажной пыли в воздухе. Останавливаюсь у пропускного пункта… ведь на входе стоит охранник в форме жандарма. Человек делает широкий шаг наперерез моему маршруту и преграждает дорогу к внутренним помещениям.

Мужчина поднимает сканирующий артефакт со стеклом прямо в мою сторону — чужая память подсказывает, что такой прибор служит для проверки ауры посетителей и выявления скрытых иллюзий.

Жандарм намерен просканировать мою измененную оболочку Подменыша.

— Стоять, — рявкает жандарм и выставляет вперед свободную руку. — Уровень допуска? Архив Инквизиции закрыт для персонала без специального предписания свыше. Оооо. Так ты еще и притащил слишком много радиоактивной пыли на ботинках с нижних ярусов, приятель.

Вот как…

— Ошибаешься, у меня полное право находиться здесь по прямому приказу руководства, — спокойно отвечаю я и делаю плавный шаг навстречу.

— Документы на стол, живо, — охранник хмурится и инстинктивно тянется к кобуре на поясе. — И артефакт сейчас проверит твой фон на предмет контрабанды.

Игнорирую стандартный протокол досмотра Инквизиции. Протягиваю руку вперед и просто касаюсь плеча охранника пальцами. Формирую конструкт заклинания Империус прямо в своем сознании, а потом и вовсе вливаю концентрированную магию в разум человека через точку физического контакта, ломаю восприятие реальности упрямого жандарма за долю секунды.

А затем… не бесчинствую, конечно, нет! Просто заставляю охранника увидеть перед собой непосредственного начальника отдела Инквизиции в парадном мундире.

Мужчина мгновенно меняет позу — вытягивается по стойке смирно и опускает руку со сканирующим артефактом. Жандарм поспешно убирает прибор обратно в глубокий карман формы.

— Виноват, господин инспектор, — рапортует он с придыханием и смотрит преданными глазами. — Не признал вас в этой гражданской одежде для работы под прикрытием.

— Продолжай нести службу, — командую я и достаю перфорированный жетон инженера из кармана куртки. — Проведи ключ по системе.

Демонстрирую кусок латуни охраннику. Жандарм кивает головой с готовностью угодить начальству — послушно вставляет жетон в паз считывателя на посту, после чего отступает в сторону и освобождает проход.

Вот так и прохожу в святая святых Архива без реальной проверки ауры. Легко и непринужденно.

«Империус — реальная тема!»

Первым делом иду прямо в огромный зал библиотеки. Останавливаюсь на входе в помещение и внимательно осматриваю рабочее пространство на предмет скрытых ловушек — мало ли?

Ищу системы слежения Губернатора и сканирую зал цепким взглядом, способным видеть потоки маны с намерениями. И первым же делом замечаю, что левитирующие книги отсутствуют! Да и призраки для поиска литературы тоже… не здесь. Магию британской школы заменила инженерия.

А ведь лондонские снобы из Отдела Тайн упали бы в обморок от такого зрелища. Никакого пиетета перед древними фолиантами!

Поднимаю голову и мысленно присвистываю. Под высоким потолком зала смонтирована гигантская аналитическая машина Лавлейс — сотни латунных шестеренок механизма находятся в постоянном движении и издают мерный металлический стук. Вращение всей этой вычислительной махины обеспечивается колоссальным давлением эфирного пара из подключенных к ней труб.

Перевожу взгляд на кирпичные стены Архива. Вдоль старой кладки проложена густая сеть латунных пневмотруб. Вспоминаю недавние действия подчиненного инженера на насосной станции распределения маны. Работяга использовал точно такую же трубу для отправки своего отчета наверх.

Понимаю концепцию работы всей местной бюрократии Сиднея. Информация перемещается исключительно механическим путем. Важные документы помещаются в цилиндрические капсулы. Эти капсулы летят по хитросплетению труб под давлением эфирного пара прямо к нужным адресатам, ага… Власти Сиднея полностью исключили заклинания из процесса оборота секретных документов. Точная механика надежно заменяет нестабильную магию в логистике Архива, лишая потенциальных шпионов возможности перехватить данные с помощью обычных чар.

Умно. Очень умно. Но против прямого ментального контроля никакие шестеренки не спасут.

Направляюсь к массивной деревянной стойке главного библиотекаря. Иду мимо длинных рядов стеллажей с пыльной картотекой. Подхожу вплотную к рабочему месту клерка. Библиотекарь стоит за стойкой и методично перебирает плотные карточки учета в длинном ящике.

А потом недовольно поднимает взгляд от бумаг.