Ордынцев благоразумно не стал дожидаться массажа дубинками и плётками, самостоятельно устремившись к этой разобщённой группе, в то время как Крайс, чуть помедлив, неохотно последовал за ним.

Серый крыс хотел бы по-тихому свалить, но, к своему разочарованию, он понял, что его собственного наставника совершенно не видно.

Прошло не меньше десяти минут, прежде все молодые крысы в полной тишине низко опустили головы, страшась взглянуть на чрезвычайно злого главного наставника, перед которым было очищено пустое пространство, где выстроились десятки наставников, их слуг и воинов.

Вокруг платформы стояла плотная охрана самого Скраба. Большинство были одетые в разнокалиберную, дрянного качества броню серые крысы, но среди них благодаря росту и телосложению выгодно выделялись черношерстые собратья.

Обычный рост взрослой серой крысы был где-то от 1.2 до 1.5 метров, видимо, в зависимости от питания, однако самые рослые чёрные крысы достигали уже 1.6 и даже 1.7 метров. Учитывая же тот факт, что Сергей имел чёрную шерсть, он посчитал этот факт немаловажным.

— Глупые-тупые твари! Как вы посмели всё испортить, пока я, великий Скраб, уходил докладывать главе клана⁈ Всё испорчено-украдено! Кто виноват⁈ — серый крысолюд взволнованно ходил перед своим троном, пока его механическая конечность с визгом сжималась, высекая когтями искры.

Никто, естественно, не был так глуп, чтобы заговорить и привлечь к себе внимание, но Скрабу это и не требовалось. Взгляд его красных глаз-бусинок прочно зафиксировался на рослой чёрной крысе, вокруг которой собралось немало воинов и даже других наставников.

— Прач! Ты ответственный в моё отсутствие! Что скажешь в своё оправдание! Это из-за тебя всё разрушено-уничтожено! — обвинение явно не оставило Прача равнодушным.

— Главный наставник, в произошедшем я не виноват… — начал было пытаться объяснить крысолюд, однако он явно недооценил бесстыдство своего начальника.

— Заткнись, меня не интересуют твои жалкие оправдания! — презрительно оскалился Скраб. — Очевидно-понятно, ты жаждешь моего места и поэтому, воспользовавшись моим отсутствием, совершил диверсию, подорвав основу нашего клана! Сдай своё оружие и послушно проследуй на суд главы клана!

Даже самым глупым было понятно, что это наглая подстава и попытка переложить ответственность. Скраба совершенно не интересовала правда о случившемся, он заботился лишь о том, как прикрыть свою хвостатую жопу.

Вот только Прач явно не собирался послушно идти на эшафот. А обвинения Скраба в предательских мыслях явно имели под собой все основания.

Вежливое выражение морды Прача мгновенно сменилось оскалом гнева, а по его знаку тихо стоявшие воины и слуги заученно вытащили оружие и странного вида круглые предметы, после чего запустили их прямиком в боевые порядки охраны главного наставника!

Повсюду расцвели зелёные вспышки взрывов, когда ошмётки бронированных крыс Скраба разлетелись во все стороны, марая своей красной кровью и так грязный пол ангара.

Только-только успокоившиеся молодые крысы вновь впали в панику, правда, на этот раз все предпочли просто рухнуть на пол, прикрывая головы, ведь если бежать, то существовал немалый риск попасть «под раздачу».

Сергей тоже почувствовал бегущий по его венам адреналин, но в отличие от молодых крыс, он не потерял голову, хоть витавший в воздухе запах крови и пьянил.

— Как же ты меня злишь-бесишь! — кричал Прач, хватая протянутый слугой арбалет. — Столько лет я слушал твои глупости! Но сегодня твоё время кончилось, старик! Именно ты ответишь главе клана о том, что же здесь случилось!

— Жалкий предатель! — заскрипел передними резцами Скраб. — Что вы стоите, идиоты⁈ Убейте его! — опомнившаяся охрана на платформе достала арбалеты, а воины внизу с угрожающими писками опустили копья и паршивого качества клинки.

Хоть Сергей и лежал, как все остальные молодые крысы, но он внимательно следил за происходящим, поэтому от него не укрылся тот момент, когда на одной из собранных из мусора башен загорелся яркий зелёный свет, после чего оттуда выстрелила длинная изумрудная молния, пронёсшаяся прямиком к трону Скраба!

На морде Прача появилось выражение ликования, когда он уже праздновал победу, ведь хоть тайно купленный им излучатель и был мусором, способным лишь на один выстрел, но его мощности более чем хватило бы, чтобы испарить старого крысюка.

К несчастью, Прач явно недооценил опыт старости. Глупый и недальновидный крысолюд никогда бы не дожил до столь преклонных лет.

Вокруг платформы прямо из воздуха возник сферообразный прозрачный зелёный энергетический щит, о который молния с грохотом и разбилась.

Изначально наблюдавший за всем этим ярким представлением Сергей думал, что видит какую-то высокоразвитую технологию, но скоро он понял, что всё не так просто.

В тот момент, когда щит заблокировал молнию, из платформы выстрелили прозрачные зелёные щупальца, молниеносно погрузившиеся в тела около двух десятков тащивших платформу крыс, после чего те начали надрывно выть и корчиться на полу. Шерсть с их тел спадала целыми клоками, пока кожа и внутренности засыхали, оставив по итогу лишь усохшие мумии.

«Магия! Глазам не верю, это чертова магия!» — в этот момент глаза Сергея горели невероятно ярким и нездоровым светом. Ему потребовалось невероятное усилие воли, чтобы обуздать инстинктивную реакцию броситься вперёд к этим трупам и постепенно рассеивающемуся барьеру, чтобы внимательнее их изучить.

Прожив на этом свете более тридцати лет, Сергей давно сформировал у себя понятную и предсказуемую картину мира. Она была скучна и беспощадна, лишая себя всяких иллюзий и веры в чудеса.

Но появление самой настоящей магии было той искрой, что сожгла годами окутывающие его серость и безразличие. В этот самый момент, лежа голым на грязном полу в окружении дрожащих крысиных тушек, Сергей чувствовал себя лучше, чем за всю жизнь на Земле. Ощущая настолько сильный душевный подъем, которого он не чувствовал многие и многие годы.

Как человек, лишённый цели, в этот самый момент он с кристальной ясностью понял, что, невзирая на сложность, он должен стать тем, кто получит в свои новые лапы эту магическую власть!

Тем временем же события принимали совсем не тот оборот, которого ждал Прач.

— Ой-ой-ой, кажется, ты провалился-проиграл! — зелёные окуляры шлема Скраба горели нездоровым светом. — А теперь познай же отчаяние!

Скрытые люки платформы резко открылись, и наружу показались угловатые металлические вилы, вокруг которых потрескивали зелёные молнии.

С грохотом эти магические орудия выстрелили, превратив сразу десятки вражеских воинов в пепел и оставив на месте попаданий небольшие оплавленные воронки.

Повсюду свистели арбалетные болты или камни пращей, а трупы крысолюдей-воинов стремительно накапливались. Несколько упали даже среди дрожащих молодых крыс, заставив тех испуганно отползти прочь.

И словно этого было мало, позади платформы послышался звериный рёв, когда перед испуганными предателями показались пять гигантских крысиных туш. Изначально это, скорее всего, были обычные мелкие неразумные крысы, но каким-то образом крысолюди смогли превратить их в огромных мутировавших чудовищ, чей рост в холке достигал ужасающих двух метров.

Позади этого чудовищного подкрепления шли полностью окутанные в тряпки крысы, вооруженные длинными шипастыми шестами и кнутами. Именно эти погонщики корректировали наступление своих кошмарных питомцев.

Но даже так полностью управлять этими мутировавшими сознаниями не получалось. Прямо на глазах Сергея одна из крыс продвинулась слишком далеко, захватив краем лежавших молодых крыс.

С остервенением гигантская крыса обрушила свои когти и клыки на нежные тушки, разрывая плоть и тут же глотая её жадными укусами.

Лишь усилиями нескольких погонщиков она неохотно повернулась в сторону рушащихся вражеских рядов, оставив кровавое пиршество.

Пользуясь тем, что всё внимание ближайших крысолюдов сосредоточено на этой мутировавшей крысе, Сергей как можно незаметнее подполз к ближайшему мёртвому телу. Было довольно сложно определить, к какой фракции он принадлежал, но, впрочем, Ордынцева это не сильно волновало.

Ловкие крысиные пальцы принялись стягивать с воина набедренную повязку, ведь Сергея уже тошнило от своего радикального нудизма. Да, плотная шерсть скрывала все эротические подробности, но Ордынцев отказывался уподобляться примитивным тварям!

Остальную одежду пришлось оставить нетронутой, ведь он не видел ни у одной молодой крысы рубашки или чего-то похожего. Оружие тоже осталось, ведь его некуда было спрятать.

Заодно Сергей был приятно удивлён, когда заметил, что с внутренней, передней стороны набедренной повязки был тайно пришит небольшой мешочек, где Ордынцев нашёл две мелких монетки.

Времени разглядывать их не было, поэтому он быстро положил их туда, откуда взял, после чего тихо отполз на старое место, заодно оглядевшись, подтвердив, что за ним никто не следил.

Сердце бешено бухало от раздающихся в воздухе криков и звона стали, но новое тело словно было рождено для чего-то подобного.

Правда тот же Крайс вообще уткнулся мордой в землю, закрыл глаза и тихо пищал от страха. Сравнивая размер серого крыса с взрослыми крысолюдями, Сергей пришёл к выводу, что Крайс был довольно молод.

В тот момент, когда очередной выстрел платформы Скраба уничтожил верхушку башни Прача, и так колеблющаяся мораль предателей окончательно рухнула.

Очень скоро изрядно избитого Прача подтащили несколько воинов прямо к радующемуся Скрабу.

— Ха-ха-ха! Посмотрите, кто это у нас тут! Дурак-глупец! — Скраб протянул вперёд протез и ухватился им прямо за основание хвоста Прача. — Ну раз ты всё равно долго не проживёшь, то эта штука тебе больше не понадобится!

С жужжанием шестерёнки протеза закрутились, и острые когти резко сжались, нарезая хвост сразу на несколько кровоточащих кусков!

— И-и-и! — дикий болезненный визг вырвался из пасти Прача, когда он закатил глаза и почти потерял создание от боли.

Но страдания бывшего заместителя лишь ещё сильнее порадовали Скраба.

«Какая жалость». — подумал главный наставник, сокрушаясь о том, что ему придётся сдать Прача на суд живьём и более-менее в одном куске. С каким бы удовольствием он бы ещё поиграл с этим предателем.

Потребовался целый час, пока оставшихся сторонников Прача перебили или пленили.

Вскоре же старая картина вновь повторилась, но на этот раз стоявшее перед платформой Скраба число воспитателей, воинов и слуг заметно поредело.

— Так-так-так, кажется, мы разрешили-справились с этим недоразумением! — раздался вкрадчивый голос Скраба, чьё настроение после кровавой резни заметно подобрело. — А теперь дайте отчёт, кто ещё не сдох-жив и готов продолжать работать на благо клана Рипчит!

Только этого и дожидавшись, из нижней части платформы выскочило несколько мелких крыс-писарей. Они смешно ковыляли под грузом сложенных у них за спиной в деревянных ящичках выделанных крысиных шкурок, играющих роль примитивной бумаги. Позади них шло несколько рабов, согнувшимися из-за огромного количества шкур.

Инвентаризация не заняла много времени. Пока же она шла, можно было заметить, как пожары позади потихоньку подавляются. Кажется, перед приходом сюда Скрап организовал других крыс на тушение пожаров.

Благодаря тому, что Сергей одним из первых двинулся к главному наставнику, его место находилось почти в первых рядах, что позволяло краем уха слышать некоторые из отчётов писцов, докладывающих Скрапу.

Оглядев других крыс, Ордынцев пришёл к выводу, что они явно ничего не слышали. Означало ли это, что чувства его тела были лучше?

— Хозяин, беда-проблема! — прибежавший откуда-то из зоны пожаров писец испуганно пищал. — Склады с едой сильно пострадали! Еды мало! На всех крысят не хватит! Надо ли отправлять запрос клану?

— К чему беспокоить важных крыс такими несущественными делами-вещами? — Сергею совершенно не понравился порочный оскал главного наставника. — Лучше нам придумать что-то, чтобы хватило на всех… выживших.

Глава 4

Сергей почувствовал, как его сердце резко упало. Нетрудно было понять, что Скраб совсем не горит желанием выносить «на люди» весь масштаб ущерба вверенного ему предприятия.

Выдав «предателя» и закрыв вопрос диверсией, Скраб жаждал как можно скорее поправить свою пошатнувшуюся репутацию. Мольба же о припасах других ещё сильнее заставила шататься его трон.

Но сложность была в том, что у Ордынцева были чрезвычайно нехорошие подозрения о том, как именно главный воспитатель собирался «исправлять» нехватку еды. Ещё до появления Скраба Сергей прекрасно видел, что происходило с мёртвыми крысами.

Их тела были безжалостно разорваны и пожраны молодыми крысами, что означало, что даже в лучшие годы еды явно не хватало на всех.

Прожив несколько месяцев впроголодь, Сергей был решительно возмущен, что и в новом мире его ждала точно такая же судьба! Почему, когда в книгах герои оказываются в других мирах, их ждут прекрасные девы, верные королевства и эпические миссии, в то время как он должен идти непонятно куда в окружении нескольких сотен грязных крыс⁈

Где его собственная миска риса и, на худой конец, хвостатая крысо-жена?

Скраб же не стал церемониться и просто распределил свободных молодых крыс по оставшимся наставникам. Из-за этого «выводки» оказались чрезвычайно раздуты, и учителя явно с трудом представляли, как управлять этими огромными толпами.

Хуже того, некоторые сводные группы имели в своих рядах уже существующие и спаянные банды, что не обещало ничего хорошего. Конечно, когда писари Скрапа распределяли молодых крыс, то они действовали полностью случайно, но даже так шанс на попадание в один выводок всё ещё присутствовал.

— Ой-ой-ой, как же плохо! — причитал жмущийся к Сергею Крайс. По чудесному стечению обстоятельств эта трусливая крыса умудрилась попасть в тот же выводок, что и Ордынцев. Но если раньше Крайс неосознанно демонстрировал жажду бросить своего «хозяина» и скрыться, то теперь он чуть ли не вприпрыжку кинулся под защиту этой грозной, как ему казалось, чёрной крысы.