Если этот разноглазый крыс продолжит тянуть крысу за хвост, то его участь будет предрешена.

* * *

Наступление Гасула оказалось чрезвычайно успешно. Вербуя прочие попадающиеся на пути мелкие банды, разодетый крыс, воспользовавшись ситуацией, ударил в спины как беженцам, так и старым бандам, сумев оторвать целую одну из куч мусора.

Разломав или заблокировав часть путей и мостов, Гасула мудро принялся укреплять оборону, понимая, что о дальнейшем завоевании с «наскока» можно даже не мечтать.

Учитывая же, что Гасула теперь контролировал один из трёх крупнейших входов в Крейзен, рост его влияния был гарантирован.

Однако Сергея вся эта крысиная политика совершенно не волновала. Возможно, кому-то хотелось бы почувствовать себя крысиной версией Чингисхана, но перед красотой и потенциалом магии Сергей, не задумываясь, отверг этот путь.

Воспользовавшись репутацией лекаря, Ордынцев не стал пытаться играть рейдера или великого воина. Первым, что он сделал, это захватил один из центральных домов, больше похожий на небольшую крепость.

Вокруг дома был стальной забор и несколько башенок для арбалетчиков, позволяющих даже при численном перевесе сдерживать нападающих.

Имея целых три этажа и десятки комнат, этот дом прекрасно справился с проживанием всех крыс Скарса.

Закончив с размещением, по приказу Сергея его крысы, пыхтя и надрываясь, вывесили огромную вывеску, где примитивными знаками крысиного языка было написано: «Лекарь». Для тех же, кто не умел читать, на большей части вывески красовался вид замотанной в бинты улыбающейся крысы.

Правда, ни Сергей, ни остальные не были великими художниками, поэтому выражение крысы напоминало Ордынцеву те безумные средневековые полотна Европы, где кому-то в задний проход засунули дудку.

Но, видимо, раненные крысы не были придирчивыми критиками искусства, и поэтому очень скоро на пороге «больницы» появились первые пациенты.

К тому моменту из всех лекарств у Сергея был скальпель в виде острого ножа, костёр для дезинфекции этого самого ножа и закругленные хирургические иглы, выкованные на заказ у ближайшего кузнеца, вместе с мотком тонкой верёвки.

Делай Сергей операции на Земле, то смертность была бы ошеломительной, однако местные крысы были сделаны из куда более крепкого теста.

Может быть, его новая раса и была физически слабой, но вот чего у неё было не отнять, так это живучести.

К Сергею не раз приходили раненные члены банд, ладонями зажимая вываливающиеся из пуза кишки. И после операции эти крысы ещё и умудрялись выживать, уходя на своих двоих!

Надо ли говорить, что услуги доктора были отнюдь не дешёвыми?

Фактически, большая часть крысолюдов никак не могли позволить себе услуги Сергея, и лишь богатые воины или главари банд имели достаточно средств, чтобы раскошелиться.

Конечно, мало кто хотел платить, и многие даже угрожали, но союз с Одноглазым и поддержка главного босса, Гасула, для которого лечение было бесплатным, делали все их угрозы полностью пустыми.

Поэтому, скрипя клыками, главари и их гвардия неохотно отдавали оружие, монеты или найденные артефакты. Тем не менее им всё ещё приходилось улыбаться и благодарить Скарса за его навыки, ведь его мастерство было неоспоримо.

Прооперированных больных располагали на нижних этажах под охраной крыс Скарса, чтобы их враги не сумели воспользоваться ситуацией и прирезать раненных. Сергей гарантировал, что убьёт любого, кто поведётся на плату и убьёт одного из его пациентов внутри стен клиники.

Но когда поток пациентов иссякал и наступала вторая половина дня, наступала пора магии и экспериментов.

Трасч и Сергей, с горящими от жажды знаний глазами, поднимались на верхние, запретные для всех остальных этажи и исследовали магическую энергию и её влияние на плоть, техночуму и найденные артефакты.

От автора: вот мы и дошли до экспериментов и тайн магии.)

Глава 17

— Господин Трасч! — на входе в лабораторию Скарса порой было больше охранников, чем во всей клинике. Прямо сейчас каждый патруль стражников быстро кланялся, стараясь не встречаться взглядом с ассистентом их ужасающего лидера.

Видя глубокий страх, скрытый в глазах каждого из чёрных крыс, чей размер был чуть ли не в полтора раза больше его самого, Трасч почувствовал искреннее удовлетворение. Но самое главное, он ощутил безопасность.

Мог ли он догадываться год назад, что решение следовать за необычной чёрной крысой приведёт их к столь уникальному положению в крупнейшем городе на тринадцатом техническом уровне Элизиума?

Если раньше он совершенно не контролировал свою судьбу, лишь от отчаяния постоянно тренируя свою магию по самому жалкому и простому способу тренировки, то теперь в его пушистых лапах наконец-то была реальная власть!

Идущий по коридору к верхним этажам лабораторий Трасч привычно удержал себя от того, чтобы посмотреть вниз, на свой пояс. Вместо этого он включил свою магическую чувствительность и протянул её прямиком к специальному стальному кубику в поясной сумке.

Повинуясь воле мага, стальной кубик неохотно выплыл наружу и завис прямо над поднятой ладонью Трасча. Рогатый крыс прилагал все усилия, чтобы одновременно идти и контролировать маленький стальной куб, заставляя последний крутить в воздухе замысловатые траектории.

Бытие одним из самых эффективных немагических докторов Крейзена, а в особенности одной из семи гигантских куч мусора, носящей название «Ржавой», приносило вполне себе солидную прибыль.

Так, достигнув за первые месяцы первых успехов и распространив рекламу, их босс сразу заявил, что те, кто получит хоть какие-то знания о магии или наставления о её тренировке, немедленно получат лучший сервис и подписку лечения на ближайшие несколько лет.

И хоть пришлось ждать ещё целых два месяца, но в один из дней на пороге клиники появился замотанный в тряпки раненный незнакомец, пожелавший остаться полностью неизвестным. Единственное, что он дал, это тайный код на случай необходимости срочного лечения.

Но хоть незнакомый крыс и таился, а во время операции его голова была полностью замотана, Трасч подозревал, что это был беглый ученик Круга магов. Как и его босс, Трасч очень интересовался магией, и он узнал пугающие слухи о порядках, царивших в Академии Круга магов.

Если коротко, то фраза «Выживают сильнейшие» описывала их идеально. Так что слабые или неуспевающие ученики выбирали побег, чтобы не стать добычей более сильных учеников или профессоров.

Этот недоучка заплатил всего тремя базовыми магическими знаниями, но почти каждый из них того стоил. «Почти», так как третьей вещью стала уже знакомая тренировка магического резерва. Оказалось, простых крыс в Академии учили именно ей, в то время как элитные ученики получали куда более качественные знания.

— Этим вещам учат в первый год Академии, — тихо шептал бывший ученик двум склонившимся рядом с ним крысолюдам. Скарс и Трасч выделили незнакомцу самую защищенную палату, непосредственно рядом с их собственными комнатами. — Первое заклинание, щит. Тот, кто не может освоить даже его, очень быстро умирает…

Замотанная крыса вздрогнула от ужасных воспоминаний, но заставила себя продолжать. Наложенные Сергеем швы болели, но живучая физиология крыс прекрасно справлялась с восстановлением.

— Второе заклинание позволяет двигать предметы на расстоянии магией. Оно очень слабое поначалу, и поэтому его дают только простым магам, не имеющим высоких покровителей или кланов…

Видя внезапное молчание Скарса, ученик испугался, что заклинание не нравится лекарю, и поспешил добавить. Учитывая, что та же тренировка магического резерва уже была известна этим двум лекарям, то ученик сильно беспокоился за свою жизнь.

— … Но я слышал, что если маг продолжает тренировки, то заклинание телекинеза способно достичь невероятных высот!..

— Спокойно, я полностью доволен тем, чем ты собираешься расплатиться, — глаза Скарса в тот момент горели знакомым светом, который Трасч уже выучил за последние месяцы. — Можно сказать, это заклинание для нас идеально!

В тот момент Трасч не понял слов босса. Разве было бы не лучше научиться знаменитой изумрудной молнии, способной плавить сталь и пробивать магические щиты? Даже одного такого заклинания было бы достаточно, чтобы стать силой в жестоком обществе крыс.

Но позже Скарс объяснил, почему заклинание телекинеза было для него ценнее.

— Это заклинание идеально для того, чтобы отточить наш магический контроль, мой друг Трасч, — выразительно улыбнулся Скарс. — Если бы мы получили нечто слишком мощное, то даже если бы его освоили, то не факт, что это пошло бы нам на пользу. Тот ученик достаточно раз упомянул учеников, чьи щиты были слишком слабы и рассеяны, чтобы соперничать с атакующими заклинаниями клановых. Так что пока лучше знать меньше заклинаний, но владеть ими идеально!

Именно из-под когтя Скарса родились эти необычные тренировки телекинеза, которыми они оба должны были заниматься весь день напролет. Так как магии они тратили не очень много, то хватало на всё время.

Правда, не обошлось без ложки дерьма в котле с мясом. Телекинез оказался невероятно разносторонним заклинанием, открывавшим великое множество тактических ходов в бою и обычной жизни.

Однако были у телекинеза и ограничения. Из-за наличия у каждого живого организма своей собственной ауры, сложность сжатия, к примеру, сердца врага телекинезом росла с огромной скоростью.

Да, опытный и сильный маг мог бы убить таким образом обычного крысолюда, но за те же затраты магии он мог бы с таким же успехом уронить на него десятитонную каменную плиту. Ну или разогнать до бешеной скорости маленький камушек, выбив тому мозги.

Второе ограничение плавно вытекало из первого — поднятие себя телекинезом хоть и было немного проще, но тоже оставалось очень трудной задачей.

Его босс довольно быстро нашёл выход, собрав у себя за спиной стальную конструкцию, отходящую от тела достаточно далеко, чтобы телекинез действовал, однако одновременное управление собой и чем-то другим было слишком сложным. Не говоря уже о том, что магия тратилась слишком быстро.

Кроме того, во время испытаний конструкция разломалась, и один из добровольных «испытателей» шмякнулся, пораскинув вокруг мозгами.

Однако неудача не ошеломила Скарса, и он явно был готов улучшить своё лётное устройство. Сам же Трасч благодарил Многохвостую мать, что когда его босс предложил надеть «сбрую» ему, он успел заикнуться о других испытателях.

Многочисленные опыты и испытания, которые они провели вместе, дали Трасчу лучшее понимание их лидера. Скарс был поистине талантлив, и огромный магический резерв был лишь малой его частью.

Там, где Трасч потратил на освоение телекинезом поднятия килограммового груза месяц, Скарс справился за неделю.

Но, несмотря на весь его талант и воображение, существовала одна существенная проблема — Скарс был совершенно безумен, готовый ради интересного эксперимента обрушить весь этот мир прямо в бездну!

Именно поэтому, чем ближе Трасч подходил к святая святых, лабораторным помещениям, тем более неуверенно он себя чувствовал. И, судя по мордам охранников, они разделяли его опасения, сжимая копья и алебарды до хруста суставов.

Жуткий грохот впереди заставил сердце Трасча застыть. Именно этого он и боялся!

— Держи его, Трасч! — крик Скарса не улучшил положения. — Не дай ему сбежать!

Звон разбиваемых дверей и запоров становился всё ближе и ближе, пока не взорвалась дверь прямо перед самим Трасчем, открыв вид на жуткого монстра.

Когда-то это явно был крысолюд, но затем кому-то сумасшедшему пришла «гениальная идея» пришить к нему части тела «ползуна», мясистой четырёхногой твари, похожей на здоровенного хэдкраба, поедающей грибы и выполняющей роль свиней. Но и как кабаны прошлого, ползуны в случае необходимости могли показать, что они отнюдь не мирные твари.

И словно этого мало, тот, кто сшил этот ужас, заразил получившееся существо техночумой, сделав его ещё опаснее.

Мерзость дико орала и бежала прямо на испуганных охранников, выставивших свои дрожащие копья, однако любому становилось очевидно, что ещё немного, и они побегут.

В этой ситуации Трасч понял, что если он хочет выжить, то придётся полагаться только на себя.

Кружившийся стальной кубик выстрелил прямо вперёд, разгоняясь всё быстрее с каждым пройденным метром.

Треск!

Стальной куб с хрустом врезался в переднюю лапу монстра, заставив того споткнуться и кубарем покатиться вперёд, чтобы по инерции подъехать почти к самому Трасчу. Но это всё ещё была удача, ведь чем ближе, тем лучше работал телекинез.

Трасч отчаянно зарычал и, схватив лапами воздух, резко дёрнул вниз, вырвав верхние стальные листы потолка и ударив ими прямо по пытающейся встать твари.

Сотни килограмм металла, ускоренные телекинезом, с силой вбили мерзость обратно вниз, но она явно не успокаивалась. Обливающийся потом и удерживающий её стальными листами Трасч кое-как повернулся к охранникам.

— Что вы стоите⁈ Ждёте, пока она освободится и сожрёт нас⁈ Рубите-режьте её, скорее!

Стражников дважды упрашивать не пришлось. Десятки крыс хлынули вперёд и принялись яростно втыкать свои алебарды прямо в морду и шею монстра. За последние месяцы это был не первый инцидент, и они уже хорошо выучили, как правильно разбираться с последствиями экспериментов их босса.

— А-а-а! — Трасч закричал от напряжения, стремительно расходуя все свои силы.

Монстр сопротивлялся отчаянно, истощая магические резервы шатающегося от нагрузки Трасча, но его тело было слишком плохо собрано. Швы от удара стальных плит разошлись, а алебарды завершили «разборку».

Когда их босс наконец подоспел, монстр испустил дух. Сам Скарс был одет в шипованный шлем и чёрную броню, поверх которой был натянут длинный белый халат, пола которого почти касались пола.