Предчувствие подсказывало: завтрашний вечер в ресторане «Чайка» закончится нехорошо. Не знаю, как именно это будет, но мирно разойтись с теми, кто решил на меня наехать, не удастся. В остальном капкан на недругов поставлен, и только от того, насколько далеко они зайдут, будет зависеть степень моего противодействия.

Сегодня, в пятницу вечером, я просто хотел немного расслабиться. Встретиться с друзьями, вывести преображённую Машку в свет, сводить Ольгу в кино и на танцы, а потом показать ей соседский дом, от которого у меня появились ключи.

Именно так я и поступил. Сразу после ужина отвёз Машку с Рыжим к клубу. Приказал Саньке купить билеты, а сам поехал к Ольге и застал следующую картину. Чуть дальше по улице, возле дома соседа Жукова, стоял знакомый новенький «жигулёнок» баклажанного цвета. Хозяина не было рядом, но, похоже, он тот самый ухажёр, который пытался две недели назад проводить мою девушку после кино.

Насчёт совместного проведения пятничного вечера мы с Ольгой договорились заранее, так что ждать долго не пришлось. Уже через пару минут она выпорхнула из родительского дома и уселась на пассажирское сиденье «Нивы».

Я по-прежнему не мог читать её мысли, но за несколько секунд наблюдения подметил несколько настораживающих моментов. Первый: она не замечала в упор легковой автомобиль своего воздыхателя. Второй: вместо полноценного поцелуя я получил дежурное касание губами щеки. Третий: несмотря на кажущуюся приветливость, в атмосфере внутри «Нивы» сразу возникло напряжение.

Похоже, этим вечером мне придётся понять, какого чёрта происходит. Конечно, я догадывался, откуда дует ветер, но теперь предстояло выяснить, насколько он может повлиять на наши отношения.

Сегодня киномеханик привёз фильм «В зоне особого внимания». Его можно было назвать настоящим советским боевиком. Такое привлекает молодёжь, так что аншлаг в кинозале был полный.

Из-за этого мне на какое-то время пришлось оставить Ольгу и помочь Паше Рязанцеву справиться с наплывом кинолюбителей. При этом я с удовольствием наблюдал, какой фурор произвело появление в сельском клубе преображённой Машки.

И всё-таки мой Рыжий друг — большой гад. Ещё вчера он при посторонних сторонился девушки и нормально общался с Машкой только наедине. А стоило мне её приодеть и кардинально сменить образ, как он буквально прилип к девушке, опекая и с ревностью поглядывая на возможных соперников.

Попутно выяснилось, почему Ольга сегодня так холодна. Жуков видел, как я привёз преображённую Машку из города, и рассказал об этом Ольге. Сработал эффект испорченного телефона. Похоже, она, не разобравшись, первым делом приревновала, и только теперь увидев Рыжего с Машкой поняла, что произошло.

— Так вот с кем ты из города сегодня прикатил, — сказала Ольга, когда я освободился.

— А ты наверняка себе уже всякого надумала?

— Лёша, просто не давай мне повод. Я уже обжигалась и больше не хочу.

В этот миг я догадался, что последняя фраза как-то связана с тем несостоявшимся провожатым на «Жигулях».

— Не хочешь обжигаться — побольше доверяй своему мужчине, — ответил я и, не заметив на площади баклажановых «Жигулей», повёл Ольгу в зал.

И всё вроде хорошо. Мы с друзьями заняли нормальные места, но как только свет погас и начался фильм, я почувствовал на себе буравящий затылок неприязненный взгляд. Его источник обнаружился быстро. Им оказался тот самый ухажёр Ольги. Похоже, он выждал время и появился здесь после начала сеанса. И теперь, встав у двери, ведущей на выход из зала, не сводил с нашей пары глаз.

Пока я не знал, почему претендент на внимание Ольги активизировался именно сегодня, но само его присутствие меня начало раздражать. Я ещё в прошлой жизни не любил, когда кто-то решает, что может влезть во вполне устоявшиеся отношения.

В прошлый раз это привело к краху моих планов. Однокурсник пустил моей студенческой невесте пыль в глаза. Она повелась и захотела увидеть соревнование за её сердце. По неопытности я принял условия и вроде начал выигрывать, но в результате быстро к ней охладел. А закончилось всё расставанием не только с девушкой, но и с юношескими иллюзиями. Кстати, отношения с соперником у неё тоже не сложились.

Я чувствовал, Ольга явно знает о появлении рядом соперника, но решила, что с этой проблемой я должен справиться сам. Причины такого поведения были не до конца ясны, и перед тем как начать действовать, я разумеется решил их выяснить.

Кое-какая информация начала поступать после киносеанса. Она пришла от Степана с Натальей. Они стояли рядом с нами в ожидании начала дискотеки и тоже заметили Ольгиного воздыхателя, разговаривавшего с местными парнями.

Мне даже не пришлось ничего спрашивать: общая картина произошедшего несколько лет назад между Ольгой и владельцем баклажановых «Жигулей» начала всплывать из воспоминаний друзей.

Андрей Матвеев — именно так звали появившегося на горизонте соперника. Как и я городской, постарше меня и Ольги на два года. Первый раз появился в её жизни где-то семь-восемь лет назад. Каждое лето приезжал к своему дяде, живущему по соседству с председателем. Во время этих приездов они и познакомились.

Как я понял из воспоминаний жившего неподалёку Степана, Андрей быстро стал своим в среде местной молодёжи. Оно и понятно: симпатичный, высокий, к тому же боксёр, периодически выступающий на соревнованиях. Матвеев рассекал по сельской местности на собственном мотоцикле «Минск».

Поначалу он не особо обращал внимания на Ольгу, но к выпускному классу она расцвела, и парень не смог пройти мимо. Между ними проскочила искра, и начались отношения. Короче, всё как обычно в их возрасте.

Прервал эту связь Андрей по собственной инициативе. Учёба в столичном институте, знакомства с новыми девушками, соревнования по боксу на республиканском уровне, долгие периоды, проводимые далеко друг от друга, — всё это привело к разладу.

В итоге, когда Ольге настала пора уезжать на учёбу, отношения резко закончились. Из сознания Натальи я вырвал несколько воспоминаний, связанных с этим периодом. Кажется, моя Ольга какое-то время страдала из-за разрыва, а потом переболела. И похоже, я оказался именно тем человеком, который заставил окончательно переключиться и забыть прошлые отношения.

И в тот момент, когда у нас всё начало налаживаться, бывший снова появился на горизонте, заставляя Ольгу вспоминать былое и нервничать. Когда всё это выяснилось, я принял единственно верное решение: не тянуть и отвадить этого Андрея от Ольги уже сегодня.

Я не помнил никакого Андрея Матвеева из прошлой жизни, но подсознание почему-то било тревогу и подсказывало: если покопаться поглубже, смогу что-то вспомнить. Несмотря на это, планов выловить соперника и влезть ему в голову я строить не стал, ибо знал: он сам проявит себя, и мне просто нужно дождаться нужного момента, чтобы с ним разобраться.

Сегодняшние танцы в сельском клубе оказались прощальными для стройотрядовцев. Работы на сданных объектах оставалось на пару дней. Автобусы за студентами должны прийти в среду. Тогда же председатель Жуков собирался полностью рассчитаться по договору и выплатить ребятам премию.

Подслушивая мысли стройотрядовцев, я понял: никого из них не разочаровала поездка в наши края. Думаю, проведённые здесь два с половиной месяца они потом будут вспоминать всю жизнь. Кроме того, выяснилось, в планах у многих фигурирует вахтовая поездка на БАМ уже в следующем году.

За то время, что стройотрядовцы провели в селе, они обросли знакомствами и не только. Прямо сейчас я видел несколько пар, сформировавшихся между местными девчонками и приехавшими в колхоз парнями. Оно и понятно: дело молодое. Вряд ли из этого выйдет что-то путное, однако по-другому и быть не могло.

Но не только это обеспечивало полный аншлаг в клубе. Две недели назад я предложил клавишнику с ди-джеем объединить усилия и попробовать что-то новое. Они восприняли подсказку правильно, и вот уже третьи выходные проводили дискотеки по-новому.

Теперь внутрь сельского клуба никто не мог пройти без покупки билетов. Доход значительно увеличился, и Паша Рязанцев мог платить клавишнику по двадцать рублей за каждый такой вечер. И если честно, платить ему было за что.

После магнитофона, проигрывавшего по кругу составленные Пашей сборники зарубежных и советских хитов, совместные выступления парней были как глоток чистого воздуха. Клавишник не просто воспроизводил любые модные в СССР треки — он их микшировал с помощью синтезатора, а ди-джей вёл вечер и вовремя включал нужную композицию. Клавишник заряжался атмосферой и иногда сам начинал петь. Кстати, в отличие от своего бывшего руководителя ВИА «Песня-песня», он понимал, о чём идёт речь в англоязычных текстах и не перевирал их.

Местные подобное нововведение сразу оценили, а стройотрядовцы признавались: такое они не встречали даже на столичных дискотеках. Слухи быстро разнеслись по району, так что даже несмотря на наполовину неотремонтированную дорогу, к нам начали всё чаще наведываться компании городских парней и девчонок.

Разумеется, не все местные воспринимали это правильно. После нескольких драк мне с Пашей Рязанцевым и участковым Панфиловым пришлось провести серию бесед с местными и приезжими, сопровождавшихся вправлением мозгов самым буйным.

Как я и предполагал, соперник за сердце Ольги проявил себя через час после начала дискотеки. Вдоволь насмотревшись со стороны, как наша компания весело проводит время, он дождался небольшого перерыва перед запланированным медляком и решительно зашагал в сторону Ольги.

Как только он начал движение, я стал получать информацию напрямую из его головы. Это позволило понять точку зрения оппонента и в конце концов выяснить кое-что по-настоящему шокирующее. Всего за полминуты я понял, почему Андрей Матвеев направлялся прямо к Ольге, полностью игнорируя меня. Оказалось, на это у него несколько причин.

Первая: он элементарно считал себя лучшим выбором для Ольги. О моих похождениях наслушался от местных парней, но искренне полагал, что всё это — большое преувеличение. Сам видел во мне молодого выскочку, которому пока никто не смог обломать рога.

Насчёт Ольги: он верил в себя настолько, что не сомневался в её скором возвращении. Разрыв, произошедший несколько лет назад по его собственной инициативе, считал ошибкой, но почему-то не своей. Оказалось, Матвеев искренне полагал, что в прошлом Ольга не должна была смириться. Он ожидал, что она начнёт за ним бегать и умолять.

Из-за этого в его потаённых уголках сознания жила надуманная обида и росло желание во что бы то ни стало повторно покорить девушку. Это не было похоже на месть, но я чувствовал: если всё сложится так, как хочет Андрей, потом он всю совместную жизнь будет ей меня припоминать.

Кроме того, я узнал несколько фактов, характеризующих бывшего Ольги с нехорошей стороны. Во-первых, у него имелись незаконченные отношения с девушкой с работы. Насчёт работы и благосостояния тоже не всё прозрачно и радужно. Оказалось, что после института влиятельный отец устроил Андрея Матвеева по блату на овощебазу, причём сразу на очень выгодную должность. По его задумке, в будущем Матвеев должен был заменить пожилого директора.

Как зарабатывает начальство в таких местах, я знал не понаслышке. Это подтверждала новенькая машина, которую Андрей купил сам, проработав на овощной базе всего два года.

Кстати, как выяснилось это именно папаша Андрея сообщил ему о том, что дочь председателя колхоза вернулась в село с учёбы. Это всё не могло меня шокировать. Озарение пришло в тот момент, когда я вспомнил определённый период своей прошлой жизни и вместе с ним выяснил, кем станет после развала СССР Андрей Матвеев.

Его папаша был прав. Устроив сына на большую овощную базу, он обеспечил его будущее. К началу девяностых Матвеев действительно стал директором. Причём очень жёстким. Подростком я видел его лично несколько раз, когда подрабатывал с одноклассниками на разгрузке вагонов с арбузами.

Впечатление он производил неоднозначное. С одной стороны, Матвеев оказался крепким хозяйственником, ставшим впоследствии видным коммерсантом. Но с другой — он не особо вникал в проблемы тех, кто на него работал. Платил хорошо, но стоило кому-то элементарно заболеть, как он включал режим жёсткого бизнесмена, не готового расставаться с лишней копейкой.

Огромная овощная база, которую он умело приватизировал после развала СССР, находилась в пятидесяти метрах от федеральной трассы. Очень выгодное местоположение позволило со временем превратить её в складской комплекс, занимающийся оптовой торговлей.

Насколько я помнил, там продавали всё: от продуктов и стройматериалов до электроники. В те времена, когда я стал победителем телешоу экстрасенсов, Матвеев был жив и управлял небольшой торговой империей, в которую входили автосалоны, стоянки, заправки и склады.

Он доказал свою состоятельность как коммерсант, сумел отбиться от бандитов и рэкетиров в девяностые, не помышлял эмигрировать с капиталами на запад и продолжал вкладывать заработанное в экономику страны.

И всё бы было нормально, но, насколько я помню, где-то в девяносто шестом или седьмом, в момент очередного наезда братвы, Матвеев отказался платить, и его машину взорвали. Самого коммерсанта в бронированном «Мерседесе» не оказалось, но его семья — жена и сыновья — сгорели заживо.

О произошедшем знала вся область. Даже мы с пацанами во дворе это обсуждали. Потом ходили слухи, что Матвеев всем причастным к смерти близких бандитам отомстил, но это не вернуло ему родных людей. Вскоре он женился повторно, и, насколько я помню, у него появились дети.

Шокировало меня в нахлынувших волной воспоминаниях один неприятный факт. Я неоднократно видел большой памятник на месте захоронения семьи Матвеева на нашем городском кладбище, и только теперь осознал, что на чёрном обелиске вместе с двумя пацанами была изображена моя Ольга.

Пока я черпал информацию из головы Матвеева и вспоминал прошлую жизнь, само время словно притормозило бег, позволив всё осознать и принять правильное решение.

В связи с открывшимися обстоятельствами, первоначальные планы пришлось корректировать. Больше мне не хотелось устраивать показуху при всех. Разумеется, я не собирался отдавать Ольгу сопернику, но решил сделать это не таким зрелищным способом. Сейчас мне нужен был стопроцентный результат, позволяющий изменить трагическую судьбу моей избранницы. И для его получения мне точно не нужна драка один на один за клубом и многочисленные зрители, которые будут об этом потом везде рассказывать.

— Ольга, пойдём потанцуем? — предложил Андрей, как только время для меня вернулось в привычный ритм.

В момент музыкальной паузы это услышали половина зала. Десятки любопытных взглядов тут же сконцентрировались на нас троих. Я уже хотел возразить оппоненту, но Ольга меня опередила.

— Андрей, мы с тобой уже своё оттанцевали, — сказала она негромко, но окружающие и это расслышали.

— Тогда давай просто поговорим? — Матвеев явно не собирался отступать.

— Просто разговаривать, нам с тобой тоже не о чем.

Меня подобный ответ любимой порадовал и побудил начать действовать. Сделав шаг, я перекрыл доступ к Ольге вернувшемуся за упущенным Матвееву и сделал ему встречное предложение:

— Если хочешь с кем-то поговорить, то для начала это придётся сделать со мной.

В этот момент я почувствовал, как Матвееву хочется технично пробить мне в челюсть. Сдержаться ему стоило огромного труда. По-прежнему не видя во мне соперника, Андрей ухмыльнулся и оценивающе осмотрел меня с ног до головы.

— Парень, ты уверен, что хочешь в это вмешиваться? — спросил он.

— А ты сам уверен, что хочешь в это влезать? — парировал я.

После моих слов на сцене клуба закончились приготовления, и ди-джей объявил белый танец.

— Ладно, парень, пойдём выйдем и поговорим, — сказал Матвеев так, словно делал мне одолжение, и сразу после этого попытался поймать взгляд Ольги, стоявшей за моей спиной. — Оля, я сейчас на несколько минуток выйду, а когда вернусь, мы обстоятельно обо всём поговорим, — самонадеянно заявил он.

— Андрюша, ты сначала вернись, — сказал я, и в этот момент в клубе заиграл знакомый проигрыш песни «Звёздочка моя ясная».

Оппонент снова с трудом сдержался, чтобы не вмазать мне, но тут же развернулся и, рассекая толпу, направился к выходу.

— Оля, не ходи за мной — потребовал я и побрёл следом за оппонентом.

Уже на выходе из клуба заметил, что за нами увязалось не меньше двадцати парней. Ну, тут всё понятно. Степан с Саней, к примеру, пошли, чтобы в случае чего меня поддержать. Кое-кто с такой же целью вышел за Матвеевым. Все остальные — обычные зеваки, которым интересно само зрелище.

Выйдя на площадь, я быстро оценил обстановку. Андрей Матвеев повернул налево, в противоположную от участкового с дружинниками сторону. Панфилов как раз в это время разговаривал со стайкой местных мотоциклистов и не заметил начавшуюся движуху.

Я догнал Матвеева возле припаркованных автомобилей, среди которых стояли его «Жигули» и моя «Нива».

— Ну что, давай здесь, — сказал он, повернувшись, но я отрицательно покачал головой.

— Тебе реально нужна толпа зрителей? — спросил я и указал на увязавшихся за нами.

— Да мне всё равно где, — ответил оппонент.

— Ну, раз всё равно, садись в тачку и езжай за мной. Знаю одно тихое место. Тут недалеко.

Я знал: если не продолжать разговор, Матвеев вынужден будет за мной поехать. И потому, не дожидаясь его ответа, сел в «Ниву» и через пару секунд тронулся. На выезде с площади заметил едущий следом «жигулёнок».

Местом для разговора выбрал речной пляж, а конкретно ту часть, где находились лавочки и натянута волейбольная сетка. Ещё две недели назад на этом пятачке по вечерам собиралась молодёжь. Но сейчас конец сентября, и вечером заметно похолодало.

Кто-то жёг костёр на другой стороне реки, но камыши скрывали нас от случайных наблюдателей.

Припарковавшись, я выключил фары и встал рядом с «Нивой». Подъехавший следом Матвеев сделал то же самое.

— Парень, предупреждаю сразу: я КМС по боксу, — начал он.

Оппонент не врал. Несмотря на прекращение участия в соревнованиях, Андрей поддерживал себя в форме. По три раза в неделю занимается в спортзале и периодически спарринговался.

— Да не бойся, я как бы тоже немного в футбол поигрывал, — ответил я.

— Это хорошо, что ты большой спортсмен. А то как-то неудобно бить рожу полному профану, — заявил Матвеев и, сняв куртку, двинулся в мою сторону.

Он не собирался ничего обсуждать или калечить, он хотел одного: хорошенько расквасить физиономию сопернику и вернуться к Ольге в статусе победителя. Разумеется, я не собирался позволять ему этого делать. Однако кое-что заставило действовать не так как я мог.

Я не стал играть со здоровьем оппонента и отправлять его, к примеру, в ближайшие кусты. Вместо этого позволил попытаться себя ударить. При этом начал действовать точно так же, как во время своей первой драки в этой реальности.

Тело было натренировано, так что я просто считывал рефлекторные команды оппонента и предпринимал выверенные действия, чтобы избежать попаданий. Не отступая перед противником, я смещался вбок, уворачиваясь от мелькающих в воздухе кулаков. При этом встречал некоторые удары выставленными для защиты руками и только однажды подставил под пропущенный удар крепкий лоб. Не скажу, что это было легко, но с задачей я справился.

Андрей взбивал воздух сериями ударов секунд пятнадцать. Понял, что всё идёт не по плану, но, несмотря на это, продолжил себя распылять и яростно атаковать. Дав ему ещё полминуты выплеснуть злобу, я внезапно осознал, это не работает. Тут же принял решение и, встретив соперника джебом, отправил его в лёгкий нокдаун.

Пошатнувшись, Андрей ещё больше разозлился, снова рванул в атаку и через несколько секунд повторно огрёб. Едва не упав на пятую точку, он отступил и снова бросился в атаку. Было видно, такого сопротивления он явно не ожидал, но отступать не собирался.

Мне пришлось приложить его третий раз немного посильнее. Это заставило Матвеева замотать поплывшей головой и припасть на одно колено.

— Ты меня обманул, — проговорил он, после того как сплюнул кровавую пену. — Это никакой не футбол. Твой уровень не ниже мастера спорта.

— Андрей, да какой там мастер спорта? Просто я раньше очень часто рядом с секцией бокса гулял и иногда заглядывал внутрь. Тебе как: хватит или продолжим разминку?

— Ольга всё равно будет моей, — проговорил он зло.

После этого рванул к машине, распахнул багажник и вернулся уже с монтировкой.

— Это как-то не спортивно, — сказал я и вместо того чтобы отступить, рванул навстречу.

Уклонившись от летящей в голову железки, я поднырнул под размашистый удар не умеющего проигрывать оппонента и хорошенько пробил ему точно в печень. Рассчитал силу правильно, и получивший болевой шок противник рухнул на колени.

Я знал по собственному опыту: это очень больно. Однако даже несмотря на полную беспомощность, Матвеев не сдался. Посмотрев на меня взглядом раненого волка, он зарычал, выплёвывая слова:

— Если ты сейчас меня не убьёшь, я вернусь и заберу Ольгу.

— Нет, Андрюша, за ней ты точно не вернёшься, — уверил я парня в ответ и, встав за его спиной, начал проводить вдумчивый сеанс нейрокодирования.

Я не стирал бездумно все воспоминания о прошлом с Ольгой, а просто курировал нейронные центры, заставляющие переполнять голову Андрея Матвеева навязчивыми идеями о воссоединении. Это не вышибло до конца из его головы желание вернуть былое и жить с Ольгой долго и счастливо, но отнесло эти мысли на далёкую периферию сознания.

Понадеявшись, что этого хватит, я привёл оппонента в чувства, сел в машину и уехал, оставив его обдумывать произошедшее.