— Они улетели, — подтверждает Райкер, стоя слева от меня.

Я киваю, не произнося ни слова, наблюдая за приближающимся мужчиной в костюме, за которым следует другой, гораздо более угрожающий, он останавливается всего в нескольких футах от меня. Неслучайно они послали весточку в тот момент, когда Харт и его свита поднялись в воздух.

Рен стоит рядом со мной, вызывающе вздернув подбородок.

— Рен Валентайн, — приветствует мужчина, оглядывая её с ног до головы. — Неожиданно видеть тебя в приличном состоянии.

Во мне начинает закипать гнев, это не взрыв, но я сомневаюсь, что это продлится долго.

— Ты удивишься, на что я способна, — огрызается она. — Не считай меня слабой только потому, что я женщина.

Он облизывает зубы, отмахиваясь от неё, прежде чем его взгляд падает на меня.

— Ты заноза в заднице, Сильвер.

— Какой позор! — лгу я.

Он поднимает бровь и ухмыляется:

— Я здесь, чтобы говорить о капитуляции, о прекращении кровопролития.

Райкер рядом со мной разражается смехом, а затем серьёзно отвечает:

— О, ты серьёзно. — Он смотрит на меня. — Он серьёзно.

— У тебя есть преимущество — ты знаешь моё имя, — говорю я. — Я твоё нет.

— Эрик Уорд, — отвечает он.

— Эрик, — повторяю я, — что тебе нужно?

— Перемирие, — ухмыляется он. — Если хочешь.

Бросаю взгляд на человека позади него, наемника, следящего, чтобы всё здесь не пошло прахом. Не верю, что он пришел один, даже не сомневаюсь, что их много, включая нескольких снайперов, но, если мой план сработает, все они свалят сегодня ночью без кровопролития. В помещении сквозняк, поздний летний ветерок проникает сквозь зияющую дыру в конструкции.

— Тело Валентайна, — говорит мне Эрик, разворачиваясь на каблуках, и проводит пальцем по полке, словно проверяет её на наличие пыли. — Довольно жестокая смерть.

— Он заслужил, — говорит Рен ровным и уверенным голосом.

— Может быть, — соглашается Эрик.

— Назови свои условия, — приказываю я.

— Сдавайся, и никто больше не пострадает, — поворачивается он ко мне. — Мы можем договориться: ты останешься на троне, но в конечном счёте этот город будет принадлежать нам.

— Значит, вы еще и девушками торгуете? — Рен выходит вперёд, кипя от злости. — Ты отвратителен.

— Ты… — шипит Эрик. — Тебе здесь не место, женщина, ты всего лишь мокрая киска и лёгкий секс.

— Достаточно! — рычу я. — А если я не соглашусь?

— Тогда ты, эта сука и твои люди лягут в могилу раньше времени.

Как он это спокойно говорит, словно разрушение империи — обычное дело.

Но я догадался. Они знали, что у Эйнсли есть информация, но понятия не имели, что она уже успела передать ее.

У меня было преимущество.

— Убедительные слова, — усмехаюсь я. — Но я не соглашусь.

— Тогда ты дурак, — выплёвывает Эрик.

— Правда? — спрашиваю я.

Эрик прищуривается, склонив голову набок.

— Кажется, у меня есть кое-что поважнее этого города.

Эрик бледнеет.

— В самом деле, мистер Сильвер?

Я протягиваю руку, куда мне вкладывают простой коричневый конверт. Прежде чем успеваю его поднести, выхватывается пистолет и направляется мне в голову.

— Я бы этого делал, — предупреждаю я.

Словно мои слова — сигнал, пистолет направляется на Рен. Она даже не вздрагивает, скорее, выпрямляется и выпячивает грудь, её губы кривит жестокая улыбка.

Совершенно неподходящее время для возбуждения, но мой член всё равно ноет.

Чёрт, она такая взрывная.

— Это закончится примерно так же, — говорю я ему. — Посмотрим, что у нас тут?

Пистолет не убран, но выстрелов не слышно, поэтому я продолжаю. Сердце колотится в груди. Мне плевать на свою безопасность, но не на безопасность Рен. Ствол, направленный на неё, заставляет меня потеть, но я сохраняю спокойствие, словно угроза её жизни — всего лишь неудобство.

Я поворачиваюсь и направляюсь к ближайшей поверхности, открываю конверт и высыпаю содержимое, обнаруживая несколько компрометирующих снимков.

— Это ты, да? — спрашиваю я, разворачивая фотографии веером, чтобы было видно каждую.

Эрик смотрит на них сверху вниз.

— Это ничего не значит, — резко говорит он. Я смеюсь.

— Нет, но этого, — я достаю флешку из кармана, — этого более чем достаточно.

— И что? — смеётся Эрик. — Ты пойдёшь в полицию?

Сделав резервную копию на сервере, я кладу флешку на стойку рядом с фотографиями, держа её в руке.

— Нет, я их обнародую. Мне не придётся идти в полицию, мне вообще ничего не придётся делать. Ты разозлил много людей за эти годы, и прежде чем полиция доберётся до тебя или твоих сообщников, тебя разорвут на части те люди и семьи, которые ты разрушил. Они не знают, кто ты, они так и не смогли этого выяснить, но эта информация даст им всё, что нужно.

Всё ещё прикрывая фото рукой, я чувствую, как холодный металл пистолета упирается мне в висок.

— Меня ничто не остановит, — предупреждает Эрик.

Я не вижу Рен, но чувствую её панику. Чувствую её до мозга костей, чувствую её приближение.

— Сделай это. Посмотри, что будет, когда я умру. — Я смеюсь. — Тебе конец, Эрик. Этот город исчезнет.

— Не думаю. Стреляй в него!

— Нет! — кричит Рен.

— Не смотря на мою смерть, данные с флешки будут опубликованы.

Слышу щелчок предохранителя, шуршание одежды. Секунды кажутся часами, но потом Эрик кричит.

— Подожди!

Между нами повисает тяжелое молчание.

— Что ты имеешь в виду?

— То есть, — я поворачиваюсь к пистолету, глядя на Эрика, — стреляешь в меня, стреляешь в Рен, ранишь кого-то из нас, и тогда весь мир это увидит. Понимаешь. Я умру, ты тоже умрёшь.

— Ты блефуешь.

— Испытай меня.

— Так что предлагаешь? — спрашивает Эрик.

— Ты уходишь, я сохраню это, ты держишься подальше от моего города, твоя информация и личность останутся скрытыми от общественности.

— Тебе можно доверять?

— Нельзя, — признаюсь я. — Но ты готов рискнуть?

— У скольких людей это есть? — спрашивает он.

— У необходимого количества.

— Им это не понравится.

— Какая жалость, — говорю я.

Эрик машет рукой, его человек убирает оружие, но я не расслабляюсь, пока нет.

— Эйнсли, — продолжаю я, — она вернется домой.

— Я не могу этого сделать, — говорит он. — Она слишком ценна.

— Тогда мы не сможем заключить сделку.

— Я ничего не могу тебе обещать, Сильвер, но я знаю, что твоя Эйнсли — ценный актив.

— Тогда, что ты можешь обещать?

— Твой город, — рычит он. — Мы уходим, а взамен ты сохранишь информацию, которую скрывал.

— А Эйнсли?

— Теперь она принадлежит Синдикату.

— Нет! — рычит Райкер.

Мне нужно было думать масштабнее. Эйнсли умна. Смертоносна. Она справится.

— Ладно.

— Ладно?! — шипит Райкер.

Я игнорирую его, хотя знаю, что он будет зол, но это то, что нужно сделать, чтобы убрать врага с нашей территории. Я придумаю другой способ вытащить Эйнсли из этой передряги.

— Мы заключаем сделку? — спрашиваю я.

Эрик делает паузу, а затем отрывисто говорит.

— Да.

Я не смею расслабиться, пока не увижу, как этот человек покидает мои владения, а затем пошлю людей следовать за ним, пока он не пересечёт границу города. Я не расслабляюсь, пока не удостоверюсь, что он далеко от Рен и далеко от меня.

Этот город остаётся в руках Сильверов, и я умру задолго до того, как увижу его где-либо ещё.