Удивленно отстраняюсь и вглядываюсь в лицо Вари. Ее глаза блестят от влаги.

— Серьезно? — уточняю растерянно.

Она кивает, сдерживая эмоции, но глаза быстро наполняются слезами.

Дыхание перехватывает. Я судорожно втягиваю воздух, потому что эта новость бьет по голове и ногам похлеще любого алкоголя.

— Варюш... все хорошо будет, — выдыхаю и сгребаю ее в объятия. Сжимаю крепко, зажмурившись.

С того момента, как мы помирились, мы не предохранялись, и я ждал этой новости, но все равно получилось неожиданно.

— Да что случилось-то? — непонимающе хмурится Анатолий Михайлович.

— Да что вы такой непонятливый-то? Еще и военный! — возмущенно смотрит на него мама, всхлипывая. — Внук у вас будет!

— Внук? — ошарашенно переспрашивает полковник.

— Ну, или внучка, — добавляет она и, уткнувшись лицом в ладони, начинает рыдать навзрыд.

Мы с Варей тут же обеспокоенно оборачиваемся к ней.

— Так это хорошо же! — растерянно лепечет Щукин и аккуратно похлопывает ее по плечу. — Чего рыдаешь-то?

— Да от счастья я! — поднимает она голову, сердито зыркнув на него. — Не мешайте мне веселиться!

— Какая “веселая” женщина, — бурчит себе под нос Анатолий Михайлович.

— Ольга Константиновна! — Варя бросается к ней и обнимает за плечи.

Мама обнимает ее в ответ и рыдает с новой силой.

— Мамуль, ну ты чего? — я тоже подхожу и обнимаю их обеих.

— Дождалась... — сквозь слезы улыбается она, возводя глаза к потолку и облегченно вздыхая. — Господи, еще поживем... А то я уж думала, так без внуков и помру.

— Да что вы такое говорите! — выдыхает Варя, берет салфетку и стирает с маминого лица потекшую тушь. — Мы вас еще замуж выдадим.

— Вот повезет кому-то, — ревниво хмыкает Анатолий Михайлович, глядя на то, как мы суетимся.

— Да вас бы тоже неплохо отдать в надежные руки, — подхожу к нему и с улыбкой протягиваю ладонь.

— Нет уж, спасибо, я лучше собаку заведу, — с усмешкой отмахивается он, а затем поднимается из-за стола и, крепко пожав мне руку, по-отечески похлопывает по плечу и молча сверлит взглядом.

— Не обижу, — обещаю, понимая его молчаливый посыл.

Рассаживаемся обратно за стол, и я наполняю бокалы. Принимаем немного скомканные, но трогательные поздравления от родных.

— Смотри у меня, Константин, — вздыхает Анатолий Михайлович. — Самое дорогое забираешь ведь. Кстати, где жить планируете?

Хороший вопрос. Важный.

Мы с Варей разговаривали на эту тему. Несмотря на то, что я очень люблю маму, считаю, что жить нужно отдельно. Иначе все равно придется сдерживать чувства, да и кровати не поломаешь.

— У меня выплаты по ранению пришли, — пожимаю плечами. — Плюс военную ипотеку я не использовал.

— Материнский капитал теперь еще будет, — добавляет Варя.

— Можно выгодно купить хорошую квартиру на стадии строительства, а пока поживем на съемном, — резюмирую.

— Ой, нет, Костя! Давай лучше я к отцу перееду! — заводит мама любимую “песню”.

— Второй женой? — усмехаюсь. — Нет, мам, я тебя никуда не отпущу.

— Есть другой вариант, — предлагает Анатолий Михайлович. — Я сейчас на пенсию уйду и перееду на дачу. А вы можете жить в нашей квартире.

Перспектива жить в квартире тестя меня совершенно не устраивает. Я хочу быть главой семьи, но даже если наши отношения с Щукиным станут гораздо теплее, я все равно буду чувствовать себя его подчиненным.

— Нет, Анатолий Михайлович, спасибо, — качаю головой. — Вы живете в центре, это далеко от работы. Мы снимем.

— Съем сейчас такой дорогой... Было бы гораздо правильнее вложить эти деньги в недвижимость, — задумчиво хмурится мама, а затем воодушевленно поворачивается к полковнику. — А мне от центра очень удобно до работы добираться. Давайте я к вам перееду на время?

Анатолий Михайлович замирает с вилкой салата у рта и подозрительно косится на нее.

— Нет, ну вы же все равно на дачу собрались уезжать, — деловито добавляет она. — Сдадите мне по блату.

— Все продумала? — с напускным возмущением фыркает он, откладывая вилку на тарелку.

— Я экономист, — закатывает она глаза. — Это самый выгодный вариант. При наличии двух квартир и дачи снимать что-то еще нерационально. Мы же теперь семья! Детям нужно помочь.

— Ты — лиса, — с усмешкой щурится полковник. — Но детям нужно помочь, согласен.

— Да мы сами справимся, — повышаю голос, но они так увлечены диалогом, что не обращают на меня никакого внимания.

Варя внезапно накрывает мою руку своей и придвигается ближе.

— Не мешай им “веселиться”, — тихонько усмехается она мне на ухо и кладет голову на плечо.

Обнимаю ее и со вздохом прижимаю к себе. И то верно.