Темные зимние тучи неслись с бескрайних морских просторов над фьордами Тинутурила, как стаи голодных волков. Они вились над пиками гор, вгрызались в склоны, устало опадали в хвойных лесах. Тяжелыми холодными туманами окутывали людские поселения.

Будто для того, чтобы дать отпор непогоде, гремели пиры. Ломились столы под тяжелыми блюдами с дичью и рыбой, поднимались чарки с пенной брагой. Но невесело гудели разговоры. Песен не хотелось, музыканты что-то вяло бренчали. Темно было в пиршественном зале тинутурильского ярла.

На престоле восседала немолодая, но еще очень красивая женщина. Ее черных вьющихся, как кольца змей, волос не коснулась седина. Нарядное ярко-алое платье делало белое лицо ослепительным. В карих глаза правительницы застыло надменное выражение, линия соблазнительных губ выдавала напряжение.

Невзирая на красоту властительницы, косо посматривали на нее пирующие. В основном это были дети, пожилые калеки да женщины. Большинство мужчин уплыло вместе с истинным ярлом в поход на Север.

Нынешняя ярлскона была им чужая. Не жена ярла, не дочь его, не дева войны, честной силой завладевшая престолом. Даже не ведьма… Так, жена старого хромого рыбака, прославленного воина, но в далеком полузабытом прошлом.

Как же оказалась она на престоле? Почему в отсутствие мужа его жена и дети, мать и друзья допустили это?

Ютящиеся у трона женщины, некогда гордые носительницы власти, а теперь грязные оборванки, и сами не знали ответа. Никто не ведал, как это случилось и почему они не смогли противиться. Деток бы уберечь от злой воли – и на том спасибо. Кто даст слово, что предательница, посягнувшая на власть, не лишит жизни наследников могучего князя?

– А помнишь, как ты взирала на меня с этого трона? – псевдоярлскона презрительно плюнула в их сторону. – Когда муж мой слег, мы остались без еды, я на коленях приползла к тебе за помощью… А ты даже корыта дырявого для меня пожалела.

Жена прежнего ярла лишь опустила голову и крепче прижала к себе маленькую дочку.

– Прости меня за все, – прошептала она. – За глупость, за гордыню мою, накажи, коли желаешь. Возьми мою жизнь, но оставь в покое стариков и детей…

– Жизнь твою, говоришь? – скривила красивые губы захватчица. – Так бы я и поступила! Не пожалела бы никого из вашей семьи! Но… – она осушила кубок и рассмеялась. – Ты будешь жить! Ты будешь жить, ибо должна видеть мое величие. А твои старики и дети станут моими рабами…

Женщина поднялась с трона и метнула опустевший кубок в другой угол. Раздался звон и негромкий стон. Седовласый старик, сидящий там, запоздало поднял левую руку, не успел прикрыться. Кубок пришелся ему по лицу, рассек бровь.

– Слышишь, старче? – крикнула ему ярлскона. – Мало мне быть повелительницей этих земель! Отправляйся обратно к Морской владычице и скажи, чтоб сделала меня кюной всего Тинутурила!

– …Так на море шторм, невозможно, – промямлил старик, не поднимаясь с колен и склоняя окровавленную голову к самому полу.

– А ты постарайся! – приказала ему ярлскона. – Иначе, – она сверкнула глазами, – велю Э`йрику отправляться в море…

– Все сделаю, госпожа, – простонал старик. – Сделаю… Не трогай мальчонку, один он у нас с тобой остался…

– Убирайся с глаз моих! – яростно бросила женщина и отвернулась.

Зло выл холодный ветер. Он рвал теплый плащ и вздымал седые волосы несчастного рыбака. Волны звенели и играли льдинками у берега. А вдали у выхода из залива бушевало пенное море.

Когда-то давно было оно наречено Красным за богатый красками подводный мир. Ближе к стране альвов, там, где из океана приходило теплое течение, так оно и было. Но у берегов Тинутурила Красное море делалось серым. Сегодня оно сияло и переливалось в лучах редкого зимнего солнца, точно сталь.

Одинокий старик обреченно спустил на воду свою лодку. Он поднял квадратный парус, направил судно к открытой воде. Сердце его было спокойно: пропадет, так и ладно. Все лучше, чем получать тумаки от когда-то любимой жены…

Лодка была старая, но сработанная талантливым мастером, бережно хранимая владельцем. Верное судно – не жена: не предаст, не разлюбит. В былые времена старик ходил на нем по рекам и по морю в походы вместе со старым ярлом. Шесть человек могло вместить судно.

Но ярл погиб, а его сын установил свои законы. Не нужны были ему в набегах хромоножки да калеки. Отреклись правители от семьи некогда преданных воинов. Так и стал тогда старик простым рыбаком.

Простым, да не совсем. Как положено всякому тинутурильцу, предан он был не только правителям, но и богам: земли, моря. И вот однажды случилось с ним настоящее чудо. Запуталась в сетях рыбацких не обыкновенная рыбка, а золотая…

– Услышь меня, госпожа морская! – перекрикивая ветер и волны, обратился старик к бурной водной стихии. – Выйди! Покажись! Молю тебя!

Но только ветер отвечал ему. Грохотал в его порывах парус. Волны зло били лодку в бока.

Опечалился старик. Что ж, видать, придется погибать ему в этом море. Нет, не жалко ему было прожитых лет. Только при мысли об Эйрике – внуке единственном – сердце сжималось.

И раньше не любила внука новая ярлскона, как не любила она его мать. Считала, что та сама погибла и погубила их сына. А что же правительница сотворит, если будет у нее власти достаточно, чтобы обойти законы богов и детей убивать просто так?

– Нет, – покачал головой старик. – Не бывать этому… Слышишь? Владычица моря? Откликнись! Нужна мне помощь твоя!

Вспенилась волна, поднялась выше паруса. Старик испугался, схватился за голову и лицо закрыл. Но волна опала, не повредив лодку. А сквозь ладони рыбак увидел яркий свет, будто жаркое летнее солнце показалось.

Он открыл лицо, поднял взор. Перед ним на краю борта сидело дивной красоты создание: голова и тело женские, а хвост изумрудный рыбий. Высокие груди были прикрыты каскадом золотых волос. В золотых же, словно жидкий металл, глазах светилось любопытство.

– Чего тебе нужно, человек? – спросила Владычица, но губы ее при этом не дрогнули.

– Смилуйся, госпожа, – старик упал на колени. – Совсем ума лишилась моя старуха…

– Что она хочет? – поинтересовалась морская дева. – Да не робей! Ты спас меня от сетей путаных, ничего не попросил взамен. Такое благородство достойно награды! Дарую я тебе три желания. Два уже исполнила. Осталось последнее!

– Последнее, – повторил старик, облизнув соленые губы. Обман он не ценил, но что делать? – Скажу как есть! – соврал он. – Не хочет быть моя старуха ни ярлсконой, ни кюной Тинутурила! А желает стать, как ты! Самой Владычицей морской! И… – он перевел дух. – И чтобы ты сама ей прислуживала…

Желтые глаза морской девы с акульими зрачками пронзили его насквозь, тонкие бледные губы ее дрогнули. Ничего не ответила Владычица и за борт нырнула, вильнув изумрудным хвостом. И море после этого разыгралось так, что темно сделалось вокруг. Вздыбились волны, взвился ураганный ветер.

Старик не помнил, как он добрался до залива, как доплыл до берега. Он едва успел опустить парус, чтобы мачту не снесло ураганом. Лодку швыряло безжалостно. Разве что владычица морская гневалась не на самого рыбака, поэтому позволила доплыть до берега.

– Дедушка, деда! Ты жив! – На берегу старика встретил внук Эйрик, мальчик тринадцати лет, отрада и счастье деда. Он помог с лодкой и буквально доволок полуживого старика до их избушки. – Вот это шторм! Как ты доплыл? Зачем ты вообще поплыл в такой ветер? – тараторил мальчишка.

– Уже не важно, – ответил рыбак. – Я сделал то, что должен был… Я… Мы в безопасности.

– Сами боги хранят тебя… – вставил Эйрик.

– Сами боги, – вздохнул старик, падая на лежанку.

– Ты не сердись, но у нас гости, дедушка, – добавил Эйрик.

– Гости – они всегда в почете… – вздохнул старик, перебарывая усталость. Ему казалось, что он побывал в пасти у самой смерти. Но ощущение завершенного дела дарило силы. Он поднял голову, вгляделся в полумрак хижины, пытаясь различить гостя. – Ты накормил, напоил его?

– Ее, дедуль, – ответил Эйрик. – Это девушка. И она ищет встречи с Владычицей морской!

– Это нельзя… Нет, – старик глубоко вздохнул и закрыл глаза.

Царевна Витария еще никогда не видела столь высоких небес, величественных гор и такой большой воды. Сердце ее замирало, когда она устремляла взор вдаль. Какая могучая сила скрывалась под покровом стальных вод Красного моря, она не смела даже представить.

«Ищи самую могущественную морскую ведьму, – завещала царевне Велиса. – Для этого тебе придется пересечь Запретный лес альвов и войти в земли Тинутурила. Найди доброго человека, который согласится отвезти тебя в открытое море. Там ты и позови Владычицу».

В открытое море! Если бы только Велиса знала, как Витария боялась воды… А море наводило на нее священный ужас! Мысль о том, что ей предстоит ступить на крохотную по сравнению с этим великаном лодчонку и уплыть туда, где не видно берегов, приводила царевну в смятение.

При взгляде на волны Витарию начинало тошнить, голова ее шла кругом, а руки становились холодными, как лед. Только жаркий гнев и твердая решимость сдерживали девушку от позорного бегства. Она не отступит. Она шагнет на лодку и проплывет, сколько нужно. Она сделает все, чтобы стать сильнее и спасти царство!

Ветер немного стих, и Витария в сопровождении маленького хозяина, приютившего ее, вышла прогуляться по берегу. Дом бедного рыбака стоял на окраине, вдалеке от других построек и пирсов с многочисленными судами. Ближе к горе рассыпался целый город. А на вершине ее застыл деревянный дворец ярла с высокой многоярусной крышей, чернеющей на фоне белых снегов.

«Я дам тебе проводника, чтобы достичь людских поселений, – пообещала Велиса. – Но это волшебное создание не сможет жить долго вне родного леса. Дальше тебе придется идти одной».

Чародейка снабдила царевну всем необходимым, и они распрощались. До Тинутурила девушку провожало маленькое крылатое создание. Маленькое, но свирепое в случае опасности. Природа Запретного леса была отнюдь не дружелюбна к человеку. Несколько раз фея пускала золотистое облако пыльцы, чтобы одурманить хищников.

Вите даже было жаль, что нельзя постоянно иметь поблизости такого друга. Она помнила, как грубы и суровы тинутурильцы. И то были приближенные ярла, одни из самых благородных воинов. Хорошо, что ей повезло встретить доброго Эйрика.

Мальчик шел ближе к воде. Льдинки у берега, сталкиваемые волнами, издавали мелодичный перезвон. Голос ветра в скалах был не такой, как в лесу, – более низкий и глухой. Влажный песок под ногами поскрипывал. Он был черный, будто пепел, посеребренный легким снежком.

«Но как мне позвать Владычицу морскую? – спросила Вита у чародейки. – Откуда мне знать, что она откликнется?»

«Она откликнется, – ответила Велиса. – Я сообщу тебе ее имя…»

– Дедушка устал, – развеял размышления девушки голос Эйрика. – Он передумает, я уверен. Нам последнее время несладко пришлось. Бабка с ума сошла. Она моложе деда, разлюбила его, видать. А меня и маму не любила вовсе…

– Твои родители на ином берегу? – догадалась Витария.

– Да, погибли в походе, – внук рыбака подставил лицо очередному порыву ветра.

Тот подхватил его недлинные светлые волосы, будто по голове ладонью провел. Похоже, холод не страшил Эйрика вовсе, а может, и наоборот, приносил радость.

– Оба? – удивилась царевна. – И отец, и мать?

– Да, – кивнул мальчик. – Мама была девой войны, как и многие наши женщины. В моря только мужчины ходят, а топором махать могут все.

– Все женщины, даже иноземные жены? – поинтересовалась царевна, вспоминая сватовство тинутурильского ярла.

– Ну, тут уж не знаю, – рассмеялся Эйрик. – Дед рассказывал, что иноземки гораздо слабее наших. – Он спохватился: – Ты извини, я не хотел обидеть.

– Не извиняйся, – резко мотнула головой Витария. – Я действительно очень слабая. Нельзя быть такой. Я пришла в Тинутурил, чтобы стать сильнее.

– Ты хочешь силу попросить у Владычицы морской? – предположил мальчик. – Силу физическую? Волшебную? Власть?

– Нет, – ответила царевна. – Я ищу другое – знание.

Эйрик немного подумал, помолчал. Потом решил:

– Слушай, даже если дед не согласится, тебя могу отвезти я.

– Ты? – Витария постаралась не выдать в голосе страха.

– А что? – самодовольно ухмыльнулся Эйрик. – Я уже почти мужчина. С лодкой и парусом умею обращаться с десяти лет!

– Ваш народ и правда очень сильный, – оценила царевна и с недоверием поглядела на морскую гладь. – Но я не хочу рисковать твоей жизнью. Дождемся, когда стихнет ветер.

– И сколько ты готова ждать? – поинтересовался парень. – Ветер может бушевать до самой весны… Всю зиму мы не выходим из бухты в открытое море. Вон, ярл наш не успел вернуться до Солцеворота, теперь уж неизвестно, когда прибудет.

– Я буду ждать, сколько нужно, – твердо решила Витария. – Да и вам в доме хозяйка не помешает, верно?