Дом Трояна на основе шестиугольной каменной коробки был тщательно зацементирован со всех сторон и снаружи выглядел, как небольшой дворец, а внутри походил на обычное человеческое жильё, а не гнездо змеи. Конечно, хоромы себе он отгрохал неплохие для здешних мест. Довольно чистые и просторные комнаты, резная мебель, как у истинного гурмана, огромная кровать в спальне. Веет благовоньями, а не воняет псиной да плесенью, как снаружи.

У нашего деятеля шикарный кабинет, где стол и стеллажи завалены бумагами, расставлены плакаты, с изображениями карт русских земель и очень точным планом нашего города. Чуть покопавшись, я обнаружил среди свитков наши перехваченные донесения и письма его шпионов, которые, как оказалось, обитали в районе Ярославца. Гойнику будет с чем поработать.

Помимо этого, наткнулся на дневник, где Троян накапливал информацию о моих сильных и слабых сторонах. Много правок, много сомнений. Одно ясно точно — за мной он следил больше года, конспектируя все заслуги. Наряду с предположениями, достаточно точных характеристик. Но в целом, я узнал о себе много нового.

Естественно всю бумагу собрал корнями, закатал в корзины и убрал в холод, чтоб перелопатить позже в спокойной обстановке. Хотя тут мне никто кроме Каллисто не мешал, свора, скопившаяся снаружи, всё же нервирует. Похоже, Троян в свои покои приспешников не пускал. Однако духом женщин тут веяло с самого начала. И вряд ли это была та страшная молниевичка — кто вообще на такую запрыгнет. Вскоре опасения мои подтвердились, когда по наводке сканера я спустился на уровень ниже и почуял девственную кровь!

На развилке не пошёл за сундуками. А двинул по чуйке в противоположную сторону. Каллисто потрусила за мной, прижав ушки к черепушке.

Невинные души страдают, пап, — подтвердила она.

Между залами пришлось развалить массивные двери, которые ещё и на магической защите стояли, чтоб добраться до третьей секции… Казалось бы, впечатлить меня уже невозможно. И дело не в крутой купальне во втором зале, где я сам бы не прочь поплескаться.

В третьем удлинённом помещении под красным светом кристаллов, выпивающих резерв нещадно, за массивными прутьями шести больших клеток, стоящих в одну линию, я обнаружил девятнадцать молодых девиц — по три пленницы на каждую клетку, в одной — четыре. Надо признать, у Трояна отличный вкус: все красавицы. И вряд ли они двоедушники — ауру тех теперь легко распознаю. Внутри оборудованы кроватки, вёдра для испражнений стоят, столики с тарелками и кружками. В каждой подвешены бочки, похоже, с водой, как в клетке у хомячка.

В целом, можно сказать, девственницы не бедствуют. Одеты в халатики, волосы чистые, глаза горят. Когда вошёл, они уже забились в дальние углы, сжались калачиками, напомнив мне о Дарье. Быстро разбив шрапнелью четыре кристалла, я осмотрелся.

Но это не было конечное помещение, через следующую дверь доносились нелицеприятные звуки, к которым пленницы явно уже привыкли.

— Побудь тут, — скомандовал дочке, и она послушно уселась.

Стоило приблизиться к дальнему проёму, пленницы сжались ещё сильнее, затаившись. Развалив дверь с кованными лентами магией, ещё не входя, всё понял. Внутри в цепях бились вновь обращённые девушки. И тут уже не веяло цветочками да свежестью. К стенам приковано около полсотни горемык! Одни уже превратились в мумий, другие ещё рычали, совсем немногие — бились, как бешеные звери, и шипели.

Ну и урод же ты, Троян. Похоже, он насиловал девственниц, кусал их и сажал сюда. Вновь обращённые — все молодые. Сердце кровью залилось, когда увидел совсем ещё юных. Знал бы, что он тут творит, дал бы помучиться подольше.

Не в силах удержаться, бросился к девочке, которой лет пятнадцать на вид. Судя по всему, три дня она уже бьётся и мучается в цепях. Сразу ко мне потянулась, ротик клыкастый раскрыв, другие тоже цепями загремели сильнее и зашипели яростнее.

Коль во мне Зерно, почему бы не попытаться излечить? Борис тогда так рвался в подземелье, и у него ведь получилось избавиться он проклятья, просто пожадничал.

Сковал пациентку корнями, чтоб не дёргалась и меня не кусала, да начал пробовать. Поначалу просто стал вливать лечебную магию, как обычно. Девочка стала упитаннее, щёки порозовели, волосы заиграли здоровым блеском, а мои корни затрещали сильнее под новой силой. Но проклятье так не ушло, лишь тело восстановилось после голода.

Тогда я снова полез, но на этот раз представил её здоровой, без клыков и звериной агонии. Мысленно нащупав нужные волны, усилил их, и меня понесло по её кровеносной системе, как по трубе в аквапарке. Чёрно — зелёные тельца стали расщепляться, на их замену пришли обновлённые, одновременно посветлели стенки сосудов, изгоняя синюю паутину. Вскоре девочка успокоилась и повисла на цепях без сознания.

Затаив дыхание, проверил пульс. Достав флягу с водой, привёл её в чувство. Дал воды, сразу и присосалась. Оковы руками разорвал и вынес в комнату к ошарашенным пленницам, где уложил на собранный из дерева настил. Укрыл плащом, оставил флягу.

Каллисто сразу подкатила к ней ластиться, как обычная кошка. На миг даже засомневался, но дочка просто пригрелась. Нащупав нежное тельце, девушка обняла её в ответ и начала гладить.

Когда метнулся обратно, из клетки заохала девица:

— Маша? Машенька, милая моя…

Пришлось подзарядиться от посоха Мары, чтоб продолжить своё дело. Занялся сперва свежими вампиршами, а затем уже попытался помощь самым запущенным. Чем дольше лежит на девушке проклятье, тем больше тратится резерв. И тяжелее привести в сознание. Первых девиц выношу, они хоть ползать начинают и плакать. А дальше укладываю уже едва подающих признаки жизни. Из пятидесяти пяти обращённых удаётся спасти лишь двадцать семь человек. Две бедолаги умерли при попытке их излечения, человеческие тела были слишком истощены и не выдержали регресса. Остальные ещё хуже — ссохлись до скелетов, я даже браться не стал.

Распознав во мне героя — спасителя, пленницы оживились. Выпустил, чтоб помогали. Поначалу сомневались, но вскоре бросились к подругам по несчастью. Две дурочки даже целовать меня полезли. Одна так за сестру поблагодарила. Вторая, видимо, решила отдаться герою несмотря ни на что…

Вот не хотел я возиться, но теперь затеял целую спасательную операцию, позабыв на время о всяких там сокровищах. Запряг берендеев, на которых в данной ситуации и можно положиться. Нечисть помогла с сопровождением, чтоб на девушек не накинулись вампиры. Понимая, что сил у излечившихся не так много, решил не изматывать их дорогой. Нашёл подходящую поверхность неподалёку от логова Трояна, расчистил её от шалашей да мусора, и за десять минут создал максимально возможный каменный портал с ключом.

Эвакуацию организовал прямо в Московский лагерь, телепортируя сразу по десять барышень. После первого возвращения в подземку уже не сомневался, что доведу всё до конца. Берендеи и волколаки исправно держались, охраняя моих новых подопечных даже в моё отсутствие.

Переправив всех, передал на попечение коменданту Добрыне, быстро объяснив ситуацию. Мужики, конечно, охренели. Убыл их король за пропавшим отрядом, а приволок сорок шесть баб. Половина брачного возраста, остальным ещё нужно подрасти. В любом случае, задача — выходить, вылечить, успокоить, ну и выяснить, где живут. Желающих — вернуть домой. Однако в приоритете переселить всех к нам. Если надо и семьи перетянем. Чтоб далеко не ходить, пока расселим в Москве под крылом Боряны.

Вернувшись в подземелье, решил не оставлять там безвластие. Очень быстро выявил лидеров и назначил местное самоуправление. По большому счёту мне нужно, чтоб они в чистоте держали портал, дабы он был в рабочем состоянии. Для меня это главная задача. Второстепенная — создание новой резервации для нечисти, которую в будущем можно задействовать.

К рассвету по местному времени добрался, наконец, до сундуков Трояна, выявив ещё и секретную нишу с ларцом. Как и ожидалось, высший упырь накопил множество ценных артефактов, драгоценных камней и золота. А вот к ювелирным изделиям оказался равнодушен. Досталась мне лишь горсточка колец да серёг и одно колье из бриллиантов, которое под стать императрице. Если подытожить, наварил я с похода немало, можно спокойно финансировать на эти средства всю Московскую компанию, ни в чём себе не отказывая.

Сгрёб всё и собрался уже уходить. А тут к логову новую девственницу привели. Видать, отдельный отряд берендеев отвечал за это. Прибыв на базу, нечисть поняла, что власть переменилась. Худосочная рыженькая девочка лет семнадцати все глаза выплакала, теперь просто трясётся.

— Всё, закончили с подобным, — пригрозил деятелям. — Больше никакой дани.

— По твоему велению, тёмный владыка, — кланяются вновь прибывшие покорно.

— Как тебя звать, ясное солнышко? — Кивнул пленнице.

— Пелагея, господин, — произнесла умирающим голоском, взглянув глазищами голубыми, что двумя южными океанами.

— Дома ждут тебя? — Спросил.

Вместо ответа рыжая разрыдалась, ножки у бедняжки подломились, едва успел поймать в свои объятия.

— Их деревню мы разорили уже давно, — признался один из берендеев. — Её держали в землянке двоедушники для подношения господину Трояну в нужный момент.

— Ясно, — выдохнул и дальше строго и громко: — Слушай боевую задачу…

Определив новую политику местной партии, вернулся в Московский лагерь. Прихватил с собой и Пелагею, которую передал на попечение местным. Хоть и уверен в своих бойцах, но на всякий случай Добрыню предупредил, чтоб не вздумали до девушек домогаться. Чтоб заботились, как о дочерях.

Устранив угрозу, занялся усилением наших позиций в Москве. Все заготовки пошли в ход. Возвёл село, башни со стенами и замок для Боряны, куда решили определить большую часть бывших пленниц Трояна в качестве работниц. А девушки и рады служить в условиях полной безопасности, ещё и жалование платят.

Я специально собрал перед распределением всех, кто быстро оправился от плена. Пришедшие в себя и осознавшие сотворённое чудо барышни смотрели на меня с раскрытыми ртами, как на божество. Полюбовался в ответ посветлевшими лицами, поздравил всех с новым этапом в жизни. И объявил, что если кто возлюбленного среди ратников найдёт — это приветствуется, но секс после свадьбы! Услышав, засмущались, немного похихикали.

Пояснил им, что молодой семье, ожидающей первенца — изба от Королевства причитается. Для всех, кто не в курсе — ошеломительная новость. А для меня лишь простенький спил с простенькими ингредиентами и крохи резерва. Что касается земли — у нас её немерено. Хочешь сей, а хочешь… не сей. К тому же я, как король, заинтересован в том, чтоб на моей земле плодились и размножались. А наёмные войска бились не только за деньги, но и за свои семьи, за свой дом.

Для людей ничего не жалко. Избы да башни растут, как грибы после дождя. С нашими возможностями стройка — это даже не проблема. А вот устранение последствий катастрофы — ещё какая. Пока не объявился новый враждебный деятель с планами Наполеона, в лагере организовали отряды для поимки нечисти в округе. Пятидесяти прибывших из Ярославца бойцов явно мало, поэтому привлекаем ещё сотню местных. Как прежде планировал, этим подрядил заниматься Боряну. Коменданту же я дал задание на вербовку местного населения, чтоб с их участием начали восстановление города. По крайней мере, той части, где ничего не затоплено.

Ещё два дня провозился в Москве и вернулся в Ярославец, прихватив пять бывших пленниц, изъявивших желание служить в столице. Среди молодых красавиц затесалась и Пелагея. Не знаю, что им там бойцы в лагере нашептали, только рыжая поскромничала, остальные же повисли на мне, как на родном папочке. Еле отлепил, передав на попечение в Замок. Хозяюшке строго наказал заботиться, как о родных дочерях. Чтоб даже не вздумала строить козни, особенно против Пелагеи, в которую сразу впилась, как в самого злейшего врага. Похоже, посчитала, что в Замке хватит и одной рыжей красотки.

За день интенсивной работы, принял все накопившиеся донесения, оставаясь в Замке подальше от светской жизни. Сгонял на рынок, оставив Есе на идентификацию трофеи, доставшиеся от Трояна. Вернулся и вызвал Гойника, немного пропесочив. Вручил ему ворох шпионских переписок и отправил разбираться. Хоть с Трояном вопрос решён, враждебных соглядатаев мне под боком не нужно. При этом иллюзий питать не стал, они всё равно будут периодически появляться. Важнее выработать механизм их обнаружения и ловить на живца. В общем, совершенствуем оперативную работу Тайной полиции.

К позднему вечеру, открестившись от всех дел, решил, наконец, завалиться в покоях Замка, дабы никто не мешал. Даже неугомонную Лесю отправил, которая извелась вся, соблазняя меня при любом удобном случае.

Каллисто ждала меня, пригревшись прямо на середине. Видимо, умаялась от такого количества событий. Когда подвинул её аккуратно, она вскочила и заорала, как обычная кошка — пришлось выпустить погулять. Вскоре понял, что сознание дочери полностью перешло в Навь.

С одной стороны, я получил облегчение. А с другой — насторожился. А что, если Ситри застала её за этим делом? Тогда договориться с Каллисто о помощи Страннику станет ещё сложнее. А то и будет невозможным из — за мамаши.

Да твою ж дивизию!

С этой суетой совсем забыл поговорить с дочкой, когда была прекрасная возможность, опрометчиво считая, что времени навалом.

Несмотря на все тревоги, уснул я быстро. Утром Каллисто не проявила себя, серебристую кошку мне быстро выловили служанки, та тёрлась на кухне и точила мощными когтями плитку. Вернувшись в мои объятия, никак особенно не отреагировала. Хотя и так было ясно, что дочки на связи нет. Теплилась надежда, что вскоре вернётся, и мы поговорим о деле. В течение трапезы так и не дождался. А затем переключился уже на другое дело.

Тянуть со следующим шагом не стоило. Позавтракав, отправился на Чёрные болота, где прошёл в Хикупту с помощью дыркодела по старому пути. Спустившись в сектор «Лев», ничего нового не увидел. Радостный пролетел до заслонки, преграждающей путь в следующий сектор. И встретил старых знакомых, о которых успел подзабыть с мирскими заботами.

Пятнадцатиметровый гранитный медведь и десятимерный похожего дизайна волк замерли статуями у перегородки. Встав на дистанции друг от друга, они грамотно распределили зону ответственности, полностью перекрывая путь. Тогда с Гайкой мы еле проскочили мимо них.

Гиганты пока не активировались, пребывая в режиме ожидания. Ведь ещё не очухалась армия металлических тараканов, которые судя по всему расселились на минус втором и третьем этажах. Да и я сам не наделал шума. Исходя из прошлого опыта, полагаю, у них есть датчики движения, которые очень чувствительны вблизи. По идее можно спокойно подлететь к расщелине и пройти через грибную матку, судя по синему свечению — там что — то могло восстановиться за это время. Но мне, как тёмному владыке, негоже лезть через клоаку теперь.

Приземлившись на край площади, неподалёку от спуска к высохшей области, я просканировал обоих гигантов и убедился, что их ядра продолжают работать. Руки чесались испытать скипетр Трояна в деле, и вот выпала прекрасная возможность.

Сосредоточив взгляд на Медведе, я махнул в его сторону набалдашником с кристаллом. Вспышка озарила пространство, заполняя собой всё, мощный треск, будто обрушиваются скалы, врезался в уши вместе с ощущением толчка, полёта, а следом и удара в спину. Хера се отдача! Отшвырнуло меня, как куклу, метров на тридцать, впечатав в стену около входной арки.

Вскочив, не сразу увидел результат, ибо пыль поднялась непроглядная. Но разъярённый рёв с мощной вибрацией сказал о многом! Развеивая мглу, на меня понёсся пробудившийся Волк! Вскоре я присвистнул, рассмотрев груду камней с металлом — это всё, что осталось от Медведя. А ещё я увидел огромную дыру в заслоне. Вот это, мать твою, вдарило.

Можно порадоваться, но грудь запоздало сдавила такая боль, что просто не выдохнуть. Шестьсот единиц резерва⁈ Да как так — то⁈ За три таких удара и обнищать можно. Похоже, стоит потренироваться выдавать определённые порции, а не давать волю артефакту, который и рад побольше сожрать. Ведь вряд ли у Трояна были тысячи резерва. На выстрелы он тратил от сотни до двух, не больше. А что я? Гуляй рванина — это называется. Мои тысяча восемьсот резерва разлетятся за секунды.

Постоянно полагаться на посох Мары нельзя, скоро не останется диких земель, куда его можно будет воткнуть для пополнения.

Пока я приходил в себя, Волк уже запрыгнул на площадку и устремился чётко на меня. Усугубляло ситуацию и то, что стал доноситься металлический шелест. В общем, сектор теперь на ушах.

Дабы не рисковать, прыгнул на корнях, минуя гиганта. Расправил крылья и понёсся к пробоине. Пока летел, пытался высмотреть ядро поверженного, чтоб его схапать. Но, похоже, его разметало в клочья. Ещё бы! Бью рекорды… в дыру даже протискиваться не пришлось, треть заслона снесло к чертям. Пролетел, сгруппировавшись. И собрался уже нестись дальше. Но каменный скрежет позади смутил. Обернувшись, увидел, как за мной протискивается Волк! Пользуясь тем, что он застрял, решил всё же добить его, иначе в этом секторе немногочисленных племенам не поздоровиться.

Приземлившись на удобной позиции, я снова задействовал посох. Только на этот раз мысленно попытался ограничить его расход. Представил молнию тоньше и махнул. Бахнуло на сто пятьдесят единиц! На ногах удержался только благодаря страхующим корням. В Волка влетело, сшибая с одной стороны всю каменную облицовку и обнажая металлический каркас. Чуть подёргавшись в электрической сетке, гигант продолжил движение. Сразу вылез и неуклюже потопал на меня, видимо, лапку защемило. Вторым ударом я оторвал ему башку. Вылетевшее большое ядро бултыхнулось в воду. Пока доставал, в сектор повалили металлические тараканы. До кучи местные водные твари стали меня донимать. Плюнув на всё, полетел дальше. Аборигены, простите.

Стремительно пролетев весь сектор, я приземлился у останков гигантского Оленя, которого уже успели обжить местные, собрав на нём домики из костей и прочих подручных средств.

Крыски стали вылезать из шалашей, вскоре набежала целая толпа недоумевающих зверушек.

— Все прочь! — Рявкнул я и дал пару залпов из морозной шрапнели в воздух. Это помогло им шевелиться быстрее.

Собравшись с мыслями, бахнул молнией на двести единиц по заслонке, но лишь частично повредил её. Со второго удара удалось проделать небольшую дыру, в которую я протиснулся в небольшой райский уголок с бабочками — убийцами.

Чтоб дать шанс аборигенам на прорыв, прошёлся по небольшому сектору, раздавая из пулемёта по вьюнкам, где затаились бабочки, притворяясь цветами. С прошлой нашей встречи они вернулись на свои позиции, и, судя по скудному цветовому фону, их стало в разы меньше. С производством, видимо, беда.

Плотность огня должна была обеспечить высокое поражение, но полное уничтожение это не гарантировало. Проскочив до арки, которую в прошлый раз закатал деревом, перестроил заслонку, прошёл дальше и забаррикадировал ещё плотнее.

А затем двинулся в следующий сектор, где меня ожидало Зерно.

Встретив мирную атмосферу, спешить с извлечением Источника не стал. В первую очередь прилетел в поселение, которое значительно разрослось. Поначалу аборигены перепугались, но узнав меня, попытались затеять праздник. Однако времени на раскачку не было. Когда тараканы пройдут два сектора, они пробьются через древесину и ворвутся сюда. И это вопрос не дней, это вопрос считанных часов.

Долго объяснять об опасности не пришлось, крохи верят всему, что я говорю. Найдя подходящий валун, раскатал его под портал и занялся делом. Тем временем получившие задачу на сбор местные тоже зашевелились. Проблема оказалась не в том, чтоб собрать деревню на переправку. По всему сектору нужно было разыскать охотников и собирателей. За ними отправились другие. В общем, треть деревни убыло на поиски своих. И это меня только больше нервировало.

Закончив с порталом, осознал, что времени местным, чтоб собраться, нужно больше. Решил усилить баррикаду на входе. Вернувшись к началу сектора, корнями подтащил камней, уплотнил слои, перетащил несколько мощных деревьев. Усилил не только заслонку, но и увеличил шумоизоляцию в надежде, что тараканы не распознают вход, если не услышат звуков.

На пути сюда я думал о жителях из сектора Волк, которым собирался оставить шанс на спасение здесь, но теперь не уверен, что это им поможет. Всех не спасти. Тем более диких, с которыми потом проблем не оберёшься.

Мне и с этими вышла нешуточная возня. Близ столицы я не собирался создавать им резервацию. Вариант виделся только один: использовать старую каменоломню на востоке под Анахино. С рунами Зодчества добыча камня практически потеряла актуальность. К тому же мы почти всё там выскребли.

Сторожевая башня с порталом у каменоломни Орлика была как нельзя кстати. С первой же переправленной партией аборигенов я активировал местных бойцов, которые ошалели сразу и от моего появления, и от обилия невиданных прежде существ, смахивающих на домовых. Хотя четверть племени были вполне обычные люди. Ах, да удивил ещё и странный ручной олень, которого старейшина взял с собой.

Учитывая их прежний образ жизни, сразу предложил для размещения пещеру, где они могли укрыться от прямых солнечных лучей и наружную территорию для освоения и обитания. Местный гарнизон занялся благоустройством новой резервации. Гуманитарную помощь я возложил на ближайший город Мелихово, передав ответственность главе гарнизона.

В подземелье Хикупты я провёл не более половины дня, а вот с заботой об аборигенах уже на наших землях провозился почти двое суток.

Когда извлекал Источник уже после благого дела, в секторе вовсю хозяйничали боевые роботы, решившие почему — то порубить всю местную флору на салат. Всё — таки моя баррикада для них не стала помехой. С ними мелькали и плотоядные бабочки, хотя прежде считал, что у них своя зона ответственности. Теперь отмахивался от них, как от назойливых комаров.

На обратном пути снял с деревьев ещё трёх забытых крысок. У портала пришлось дать бой, отгоняя первых таракашек. Переместился, понимая, что уже безвозвратно, ибо контуры портала всё равно в скором времени засыплют.

Зерно пришлось хранить в Замке закатанным в стену, ибо в холодный карман оно просто отказалось лезть. Как не пихал, отталкивалось, словно встретило магнит одного полюса.

До миссии в Нави оставалось чуть больше недели. Странник стал постоянно виться в Замке и маячить там, где я чаще появляюсь. Даже начал гонять на платформе по железной дороге, помогая работягам с доставкой рельс.

Транспортной сетью я занялся вплотную, увеличив финансирование и задействовав новые кузни. С каждым днём в это предприятие вовлекалось всё больше людей. Если поначалу рабочие были только с Ярославца, то много народа мы забрали с Сосково и дальше собирали с населённых пунктов на нашем пути. С таким рвением народа и ресурсами теперь уже не осталось сомнений, что до этой зимы дотянем дорогу до Орла.

Не оставил без внимания и воздушное сообщение. Дал заказ на детали к новой партии Скатов, у Заговорённого леса, в Сосково, в Мыцком и в Туле по моей схеме начали строить первые воздушные порты. Посетил Лётный факультет, где ученики хвастали первыми успехами. Запустили практические занятия и первый рейс до Сосково.

В такой суете дни пролетели, как один миг. Я лишь по вечерам с тоской смотрел на серебристую кошечку, пытаясь уловить в ней хоть какие — то признаки сознания дочери. Но Каллисто так и не проявилась. А вызывать её через руну я не решился, слишком рискованно. План по спасению Керасус стал сомнительным, но другого у меня нет.

Когда Странник уже встал над душой, требуя выполнения нашего соглашения, у меня не осталось выбора. Придётся действовать по обстоятельствам.

Попрощался с Василисой на всякий случай, хотя, думаю, королева так и не поняла, отчего я такой грустный. И даже под конец обрадовалась, что лишь поинтересовался о здоровье сына, а не затребовал с ним встречи. Хотя пора бы уже. Если вернусь, так и сделаю. Ибо хватит уже жалеть нервы жёнушки.

Этой же ночью мы со Странником отправились в Навь.